Витязь в волчьей шкуре
Аленка непроизвольно сжала колени, и парень снова обозвал себя дураком. Нашел с кем разговаривать о щенках! Да она сама еще щенок, неуклюжий и голенастый! Внезапно аромат, исходящий от Аленки, стал гуще, насыщенней и он на миг увидел самку-подростка, еще неловкую и угловатую, но уже манящую. Теперь колени пришлось сжимать ему.
– Извини, о щенках еще рано, тебе еще учится надо и мне диплом писать.
Фырк прабабушки стал совершенно презрительным. Она выскочила замуж за прадеда едва ей исполнилось пятьдесят – по меркам кицуне младенческий возраст, даже не дающий права на самостоятельное житье. Но упрямая лисица сделала свой выбор и убедила свою родню уважать его. Потом было много всякого, переезды, тяжелые времена, рождение детей и внуков, однако у волка и лисы ни разу не возникло такой ситуации, в которой они захотели бы расстаться.
Со временем оборотень стал вожаком немалого клана, собирая под свою руку сильных семейных волков, желающих покойной жизни женам и детям. А маленькая трехвостая лисичка обзавелась еще шестью роскошными хвостами и развила свои способности до высшей степени, позволенной кицуне, сохраняющей пол и физическое тело.
И вот теперь старший правнук делает глупости, пугая ту единственную, которая сможет быть рядом с ним! Нюйва поморщилась. Вмешиваться нельзя, она и так уже позволила себе многое. Вот не понял Андрей вопроса про пары, а ведь все просто: Аленка спросила односторонняя привязка или нет? Она же еще не созрела, не чувствует ни запахов, ни эмоций так, как оборотни. Зато задает верные вопросы. Ох-хо-хо, что ж правнучек, копай себе ямку дальше, только не плачь!
Раздраженная кицуне вскочила, махнула девятью хвостами и исчезла. Аленка завороженно смотрела на то место, где еще недавно стояла ее подруга. На миг ей показалась, что миниатюрная девчонка стала лисой в сарафане.
– Куда она? – невольно спросила Аленка, рассматривая полянку через плечо Андрея.
– К прадеду побежала, что-то ей не понравилось, – объяснил волк, – только он ее успокоить может.
Аленка понимающе улыбнулась. Ей тоже хотелось кого-нибудь такого надежного, спокойного, кому можно упасть на плечо и рассказать о всех своих печалях. Но…
Она кинула на Андрея короткий взгляд из-под ресниц. «Пара, пара» мысленно передразнила она. Сказал бы лучше, как они будут жить рядом? Что она должна делать, а что не принято. Кто будет покупать ей одежду и можно ли самой заходить на кухню и брать еду, когда голова кружится от аромата жареного мяса, а живот странно бурчит. А еще у нее скоро наступят те самые дни, вечно приносящие проблемы. Раньше все сводилось к необходимости раздобыть хотя бы пятьдесят рублей на дешевые прокладки, помыться, избегая блюющего отчима или уснувшую на унитазе мать. И сейчас не легче. Раз тут все волки, значит они будут знать? Щеки девушки вспыхнули, а внутри снова заворочалось глухое раздражение – ну что это такое? Как можно жить в подвешенном состоянии, не зная кто ты и что ты?
Андрей тоже маялся – ну как разговаривать с этой малолеткой? Раздраженно думал он. Была бы постарше, поопытней… Но тут его волчья часть яростно запротестовала. Волк не хотел старше и опытнее, он хотел холить и лелеять эту юную, нетронутую самочку, она уже сейчас сводила его с ума своим ароматом, сулящим скорое обращение, но зверь готов был терпеливо ждать, разгоняя соперников.
– Ладно, – наконец произнес Андрей, сообразив, что тяжелое молчание затянулось, – поговорим позже. Я маму попросил тебе всякого женского прикупить, чтобы Светка язык не распускала.
Вот уж кузину он явно упомянул зря. Никакой благодарности ему не высказали. Напротив, девчонка вспыхнула, выпрямилась и ледяным тоном произнесла:
– Спасибо, не нужно.
Андрей, наверное, впервые в жизни ощутил приступ головокружения. Вот не зря он держался подальше от всех этих женских заморочек! Чем он ей опять не угодил? Как только парни умудряются справляться с девчонками? Может у Ярика спросить? Он свою Милену полтора года выхаживал, прежде чем она согласилась.
Между тем Аленка встала, отряхнула свою легкую юбку, обдавая волка потрясающем запахом юного женского тела и направилась по тропинке к дому. Андрей оторопел второй раз. Его просто проигнорировали! Он привык, что с детского сада до института девушки ему улыбаются, заглядывают в глаза, обращаются с мелкими просьбами, желая привлечь его внимание, а здесь его холодно поблагодарили за еще не выполненное дело и удалились, даже не сообщив куда!
Он вскочил, намереваясь кинуться вдогон схватить за руку, объяснить, что это недопустимо, но… перед глазами пахнуло горячим воздухом, мелькнули лисьи хвосты и он очутился на другом конце поселка, рядом с компанией девчонок, лопающих мороженое в маленьком кафе.
Андрей выдохнул и огляделся, понимая, что прабабушка все же вмешалась, не дав правнуку совершить совсем уж несусветную глупость. Ну как же он сам не сообразил, что девушка, живущая в постоянном напряжении, восприняла бы хватание за руки как нападение и уж тогда Андрею точно пришлось бы долго уговаривать ее даже на разговор!
Мысленно поблагодарив бабулю, оборотень вышел на тропинку. Увидев его, молоденькие волчицы замахали руками, приветствуя и радуясь так явно, что Андрею полегчало. Из толпы выскочила Галка и повисла на нем:
– Братец, ты чего такой хмурый? – поинтересовалась она, карабкаясь на него, как обезьяна на пальму.
Андрей, улыбнувшись, подхватил сестру, посадил на плечо и попросил:
– Галка, мне твой совет нужен.
– Пошли тогда в лес, – сразу среагировала девушка и замахала подружкам рукой: – девочки, я отойду, не ждите!
Те в ответ заулыбались Андрею и закивали. Галка увела брата в тихий уголок, заросший густым кустарником, и спросила, что же стряслось. Помявшись, оборотень изложил свою проблему, начав с подслушанного монолога кузины.
– Ох, Андрей, ну ты и, – Галка покрутила пальцем у виска.
Парень набычился в ответ.
– Объясняю, какой ты идиот. По пунктам. Светка заноза та еще, но она Алене никто, собака лает, караван идет, а вот ты зацепился за ее слова и начал одаривать девочку милостями с барского плеча. Притом не сам повел в магазин, сказав, выбирай что хочешь, а ляпнул, что маму попросил приодеть нищенку из милости, чтобы она твой взор не оскорбляла! Понял? Тупица! – Галка завелась и тыкала пальцем в каменную грудину брата, не стесняясь в силе выражений. – Если хочешь знать, если бы Данька такое себе позволил, он бы меня больше не увидел!
– Что? Ты и Данил? – сморгнул Андрей.
– Ой, заткнись ты братец, у тебя самого проблем выше крыши. Ты хотя бы поговорил с девочкой? Утешил, объяснил, что будешь хранить и защищать?
– Нууу, мы же ее в клан забрали… – промычал оборотень, понимая, что выглядит жалко даже в своих глазах.
Сестра посмотрела на него как на деревенского дурачка – с жалостью и пониманием:
– А для нее это смена одной клетки на другую, понимаешь? Вот жила она с матерью, была никем и ничем и здесь так же! Ты ее даже в глаза невестой побоялся назвать. Привез, кинул в уголок, живи, пока не понадобишься! В общем дурак ты братец и, если Аленка тебя бросит, я ее поддержу. Ты такой как она не заслуживаешь!
– Что? – Андрей опять оторопел, – вы что все сговорились? Прабабушка опять воду мутит?
– Ой, идиооот, – протянула Галка, – просто мы все женщины и нам обидно, что ты так обращаешься с одной из нас! Понял?
– Да что опять не так? – оборотень сел прямо на землю и уставился в небо, едва проглядывающее среди сосновых крон.
Галка сорвала травинку, закусила и начала допрос с пристрастием:
– Какой у твоей Алены любимый цвет? Какие она любит книги? Цветы? А она вообще читает или больше аудио слушает? У нее есть хобби? А может она мечтает о чем-то таком, что ты мог бы ей дать?
Андрей поднял руки, сдаваясь:
– Я понял, систер, не добивай! И что мне теперь делать?
– Просить прощения. Долго, упорно и возможно на коленях, – серьезно ответила сестра.
Андрей вздохнул, поерзал, потом встал, протянул руку сестре:
– Спасибо, Галчонок, пойду думать.
– Рада помочь, – кивнула сестра, убегая к подружкам.
Глава 13
После разговора с сестрой Андрей медленно пошел к дому, подбирая аргументы для нового разговора с Аленкой. Думал, пытался выстроить ситуацию, словно это были переговоры с деловыми партнерами или обсуждение правил игры в квесте. Но в доме никого не было.
Отец и мама еще не вернулись с работы. Братья вовсю использовали короткие каникулы, чтобы отдохнуть, искупаться и пофлиртовать с девчонками. Дед и бабушка отправились на «огород», так они называли небольшую теплицу, снабжающую дом овощами круглый год. Только прадедушка сидел на веранде, как обычно читая книгу и делая пометки для своих научных статей. Легкий запах дыма подсказал парню, что Алены здесь тоже нет.
Тогда он хлопнулся в кресло рядом с дедом, выпил бокал морса, приятно позвякивающего льдинками, помолчал рядом с крупным сильным оборотнем, немало повидавшим в жизни. Прадед никогда не спешил. Его морда была разукрашена шрамами, и каждый из них был памятью о тяжком испытании. Поглядывая на хмурого правнука, оборотень тихо усмехнулся в седые усы. Не выдержав невысказанных вопросов, роящихся в голове, Андрей сбежал в свою комнату – диплом, значит диплом! С девчонкой можно будет и потом поговорить.
К ужину Аленка не вышла. Мать удивленно подняла брови, и сама сходила к ней в комнату, а когда вернулась, собрала поднос и лично доставила наверх. Все женщины, сидящие за столом, переглянулись и вздохнули. Андрей попытался было узнать в чем дело и получил категорический приказ даже не приближаться к гостевому крылу. Он ничего не понял и после ужина заловил в коридоре сестру:
– Галка, в чем дело? Почему меня к Алене не пускают?
– Дурак ты братец, – вздохнула юная волчица, – первая течка у нее. А это больно и страшно. И хорошо, когда рядом есть тот, кто понимает, а ты дуболом… Она не хочет тебя видеть!
Андрей поморщился и снова спрятался ото всех в комнате. Диплом. Пусть лучше диплом, чем все эти женские заморочки!
* * *После разговора с Андреем расстроенная Аленка далеко не ушла. Кицуне перехватила ее на тропинке и потащила на волчью детскую площадку. Называлась-то она детской, но тренировались там вполне взрослые по человеческим меркам парни. Красивые жилистые тела, широкие запястья, крепкие руки, брызги пота, разлетающиеся веером от самых рьяных «качков».
Девчонки сели в уголке, кицуне достала из сумочки фляжку холодного компота и яблоки. Потихоньку Аленка перестала стесняться и под ехидные комментарии прабабушки рассмотрела парней. Симпатичные, решила она. Запах пота только резковат, аж голова кружится. И живот затянуло…
Когда молодые волки начали один за другим откладывать штанги, гантели и прочие снаряды и собираться вокруг столика в кружок, бабуля сообразила – дело плохо и, взмахнув своими роскошными хвостами, утащила девочку в дом. А уж там прадедушка моментально прояснил ситуацию.
Первая течка. Аленку моментально снабдили смешными трусиками, похожими на памперсы, и уложили в постель. Бабуля-кицуне сидела рядом, перебирая девочке волосы и утирая беспричинно текущие слезы.
– У нас полный дом женщин, – утешала она Аленку, убеждая не стесняться, – когда Галка впервые потекла, молодняк от дома пришлось взрывпакетами отгонять. Зато теперь она ими вертит как хочет.
Шуточки прабабушки не давали Аленке окончательно раскиснуть. Она думала, что придут обычные женские дни, слегка нервные и болезненные, но в общем привычные, а тут… Ломило суставы, чесалась кожа, резко обострялся слух, потом снова возвращался к обычному, но взамен накатывала волна жара, потом улучшилось обоняние. Все вместе напоминало локальный ад и снимать его лекарствами было нельзя. Первая течка – это гормональная перестройка организма оборотницы, любые нарушения могут привести к гибели или серьезным проблемам со здоровьем.
Бабуля пыталась помочь – водила Аленку за руку в прохладный душ, с ужасом глядя, как упругие струи иссекают нежную кожу до крови, зажигала ароматные куренья, от которых девушку выворачивало прямо на ковер, пыталась втереть в ее кожу жир питона, сдобренный настойкой женьшеня… От этого зелья Аленка едва не содрала с себя кожу.
Кошмар прекратила мама Андрея. Она вошла, увидела и стальным голосом попросила бабулю пойти поужинать. Потом Аленку завернули во влажную простыню, усадили в кресло, сменили постель, проветрили комнату, выкинув все зелья и благовония. Причем строгая дама убирала остатки рвоты и крови своими холеными руками с навороченным маникюром и ни разу не поморщилась, укладывая потом Аленку в постель, приглушая свет и кутая ее в одеяло.
– Я сейчас тебе ужин принесу и попить. Еда немного специфическая, но обещаю, станет легче.
Оборотница вышла, а девушка впервые за последние часы задремала. Вернулась мать Андрея не скоро. Она действительно принесла поднос и девчонку просто пленили исходящие от него ароматы. Вот только там лежала сырая печень, куриные сердечки, сырая же рыба без соли, а в бокале тяжело колыхалась кровь.
Прежде небрезгливую Аленку просто вырвало бы от такого угощения, но теперь она впилась заострившимися зубами в упругое птичье сердце и заурчала от удовольствия. Рыба обволакивала ее рецепторы ароматом и свежестью. Косточки похрустывали на зубах, гортань легко растягивалась, позволяя заглатывать, не жуя огромные куски. Печень скользнула внутрь, как изысканный десерт – теплый, сладкий. Кровь Аленка допивала уже захлебываясь от жадности и засыпая от обжорства.
Довольная Анастасия утерла перемазанную кровью мордашку, забрала пустую посуду и спустилась вниз. Сына за столом уже не было, зато все остальные члены семьи уставились на нее вопросительно.
– Все хорошо, – ответила она на незаданные вопросы, устало приземляясь на стул рядом с мужем. – Девочка сильная и храбрая. Зажмурилась, но все съела. Сейчас спит, около полуночи попробую вывести ее в лес.
Вожак обнял свою жену, подставляя свое широкое плечо под ее усталую голову. Домработница немедля подала подогретую тарелку с ужином, свекр налил утомленной невестке бокал красного вина. Все подняли безмолвный тост. Новая самка, молодая, крепкая, клан станет сильнее, наследник остепенится, а то, что придется внимательнее охранять рубежи, так это пустяки, не привыкать.
Первая течка Аленки тянулась почти две недели. Постель, потом лес с толстой подушкой сосновых иголок и снова постель. Она не понимала, чего от нее добивалась мать Андрея, вытаскивая измученное тело из дома буквально на руках.
К исходу третьего дня ее скрутило мучительной судорогой, помотало по полу, а поднималась на четыре дрожащие лапы уже волчица. Вошедшая в комнату Анастасия моментально сменила ипостась и принялась успокаивать новообращенную самочку, предлагая ей поесть и побегать по лесу.
Прогулка Аленке понравилась. За территорию клана они не выходили, но бегали на абсолютно пустом отрезке леса. Потом, когда человеческий облик вернулся, мать Андрея пояснила, что все волки конечно чуют ее состояние, но еще и знают, что это у нее впервые, поэтому и держатся в стороне.
Аленка долго не решалась задать вопрос, но потом все же набралась смелости и уточнила:
– После такого обязательно беременеют?
Настя не уловила подтекста и степенно объяснила, что да, если самка подпускает своего самца в этот период, то скорее всего она забеременеет, но есть препараты, отбивающие запах, есть обычные противозачаточные, которые прекрасно действуют на организм оборотниц и есть в конце концов самое лучшее средство от беременности – ни с кем не спать.
Аленка покраснела, но не от смущения, а от гнева. Стала бы эта холеная дама читать ей нравоучения, если бы знала, что сын уже разговаривает с молоденькой девочкой о щенках? Однако девушка промолчала. Тяжелая гормональная перестройка организма не добавила ей счастья и любви к окружающим ее оборотням, а туманные перспективы стать в этом большом доме кем-то большим, чем «деревенщина» и «приживалка», ее не вдохновляли совсем.
Так что последние несколько дней, когда организм позволял просто лежать, глядя в потолок, Аленка продумывала план побега.
В тот день, когда навороченные трусики не понадобились, а душ перестал быть пыткой, она окончательно убедилась, что из клана надо уносить ноги. Пока Аленка была в душе, пришла мать Андрея и принесла целую стопку пакетов, коробок и плечиков с одеждой:
– Держи, Андрей просил тебе помочь, – сказала она, вываливая все на только что застеленную кровать.
Девушка бочком подошла к сверкающей и хрустящей кучке, обозрела ее и подняла на женщину усталые, окруженные тенями глаза:
– Что это? – уточнила она сдержанным тоном.
– Одежда, – удивилась в ответ Анастасия. – Размер твой я примерно знаю, а обувь просто померила.
– Спасибо за заботу, – выдавила девушка, не спеша зарываться в сверкающие подарки.
Валькирия пожала великолепными плечами и вышла, думая, что девушка просто стесняется мерить при ней белье. Аленка проводила ее взглядом, потом открыла полупустой шкаф и аккуратно убрала туда все, даже не открыв пакетов. Прежде так бесцеремонно с ней обращалась только мать, покупая какие-то непонятные дочери одежды и удивляясь, отчего ей не нравится. Но матери Аленка прощала многое, ведь она действительно хотела порадовать дочь, а не просто облагородить новый объект, угодивший в зону ответственности.
Теперь, имея слух и нюх настоящей волчицы, она узнала много интересного о себе и об обитателях дома. Самым таинственным по-прежнему был ее потенциальный жених. Он упорно сидел в своей комнате, стучал клавишами ноутбука и иногда стонал, ритмично поскрипывая стулом.
Светлана своего мнения о незваной гостье не переменила, но весть о полном обращении Аленки ее расстроила. Вожак относился к появлению новой самки одобрительно, в словах был сдержан. Дед и бабушка вообще говорили редко, словно им хватало взаимного присутствия рядом. А прадед и кицуне регулярно спорили на незнакомой Аленке языке.
Первое появление новой оборотницы за семейным столом семья решила отметить торжественным ужином. Аленку предупредили, что будет маленький праздник, и оставили одну «наводить красоту». Девушка действительно открыла шкаф, достала свою потрепанную сумку и старательно обработала ее настоем тысячелистника и полыни. Перебрала вещи, прихваченные из бабушкиного дома, и решила, что это все, что ей нужно. Чужого брать не будет, разве что флакон с настойкой, отбивающей запах течной самки.
К столу она спустила в уже привычном комплекте – в юбке и топике. Мать Андрея удивленно посмотрела и на одежду, и на потертые сланцы, но ничего не сказала. Сам «жених» только хмыкнул и уставился в тарелку. Вожак напротив вежливо кивнул и выдвинул для Аленки стул. Остальные участники семейного ужина просто рассматривали девушку с повышенным интересом. Теперь и она видела их зверей – крупных матерых волков у мужчин, изящных самок у женщин. Сестра Андрея подмигнула девушке и показала большой палец, одобряя ее новую внешность.
Домработница подала дымящиеся бифштексты, сочащиеся на разрезе аппетитным розовым соком, гарнир из свежих овощей и печеного картофеля, на сладкое был внесен прекрасный шоколадный торт с апельсиновым джемом. Все пили чай, негромко разговаривали, любуясь видом с веранды, но при этом с Аленой болтала только прабабушка, да и то о разных пустяках. Андрей угрюмо молчал, то ли ему не нравилось второе Аленкино обличье, то ли он вообще был недоволен тем, что она прошла изменение и теперь сможет прожить так же долго, как он.
После еды все разошлись по своим делам. Вожак пригласил Алену в гостиную, сообщил, что ее документы переданы в местную школу:
– У нас школа небольшая, учителя приезжают два раза в неделю, дают задания, проверяют домашнюю работу, а если что-то срочное, то решаем через интернет. Сможешь учиться в таком режиме?
Девушка пожала плечами:
– Смогу.
Мужчина нахмурился, но списал закрытость и неразговорчивость на недавно прошедшую течку и сильные изменения в организме. Впрочем, девчонку и раньше хохотушкой-веселушкой никто не называл.
– Тебе понадобятся учебники, тетради, кое-что есть в школьной библиотеке, остальное купишь, вот карточка, заказывай через интернет, что пожелаешь, – мужчина толкнул по столу блестящий кусочек пластика, но девушка не протянула к нему руку.
– Что это? – спросила она, равнодушно разглядывая яркие круги и полосы.
– Твое пособие за потерю отца. Я связался с его стаей, они были удивлены, но согласились, что тебе положена пенсия. Карта оформлена на твое имя, пин-код здесь. Распоряжайся сама. В поселке магазины небольшие, но можешь делать заказы через интернет, почтовый адрес спроси у Стефании, отделение у въезда в поселок.
– Спасибо, что похлопотали, – вежливо сказала Аленка, – я ничего не знала о клане отца и не могла с ними связаться.
– Не за что, – вожак благосклонно кивнул, и девушка поняла, что пришла пора удалиться.
В своей комнате она покрутила в руках блестящий прямоугольник, а потом решительно сунула его в кармашек сумки. Деньги ей понадобятся в любом случае, и лучше получить такой вариант пенсии, чем думать о продаже бабушкиного домика через бойкую соседку.
Разговор с вожаком не отменил ее решения бежать. Только теперь, имея вторую ипостась, она сообразила, волки – ночные звери, бежать надо днем, в самую сонную пору, когда все расползаются по укрытиям, а жители поселка, свободные от обязанностей, дремлют, пережидая яркое солнце.
Уже следующим утром она сообщила за столом, что хочет прогуляться к магазину, посмотреть школу и купить необходимую канцелярию. Сестра Андрея вызвалась ее сопровождать. Они прошлись по маленькой площади в центре поселка, заглянули в прохладное квадратное здание местной школы, перекусили в кафе, зашли в магазин. Тут Аленка и купила то, что хотела – розовый девчачий рюкзак на широких лямках, удобные розовые кроссовки, несколько пар носков, свежие джинсы и футболку.
– Возьми еще курточку, – посоветовала Галка, – дожди прошли, пока ты болела, но уже август, вдруг посылки задержатся!
Аленка не стала спорить – мысль была разумной. К покупкам добавилась легкая куртка с капюшоном, бандана и солнечные очки с розовыми стразами. Рассчитывалась девушка карточкой, и ей было очень приятно впервые спокойно делать покупки, не пытаясь подсчитать последние копейки.
Галка весело трещала, радуясь приобретению новой подруги, а потом вдруг серьезно сказала:
– Не сердись на Андрея, он хотел, как лучше, вот и попросил маму купить тебе одежду. Даже денег сам дал. Он же не понимает, что для нас важен процесс выбора, а не стоимость тряпки.
Аленка только пожала плечами. Менять решение из-за одной приятной оборотницы она не собиралась.
– Ладно, – смирилась Галка, – я не буду про него говорить, знаю, что идиот, но ведь брат же!
Глава 14
Девушки побродили по поселку, здороваясь с друзьями и одноклассниками Галины, а когда солнце начало припекать, отправились домой. Аленка поднялась к себе, спокойно переоделась, щедро сбрызгивая новую одежду настойкой, потом сложила в рюкзачок документы, немного белья, куртку и вышла из дома. Как она и думала, всем было лень вставать, чтобы поинтересоваться, куда она идет.
Спустившись в овраг, Аленка с некоторым трудом отыскала лисий лаз, посмотрела на него, подумала, а потом решительно протолкнула рюкзак на другую сторону и, извиваясь, полезла следом. После течки она сильно похудела, так что теперь ввинтилась в узкую нору, даже не испачкав зеленью новенькую футболку.
Теперь рюкзак на плечи, и дай Бог ноги, как говаривала бабуля. Пробежка по лесу даже освежила, все же перестроенный организм стал куда крепче и выносливей. Добравшись до остановки, Аленка не стала выходить к дороге. Зачем привлекать внимание водителей, стоя, словно свечка около уродливого треугольника остановки? А вот когда к автобусу потянулись грибники и дачники, она вышла из леса и затесалась в жаркую толпу.
В толпе добралась до города, отыскала банкомат, уточнила баланс, присвистнула и сняла половину суммы. Затем зашла в туалет и распихала деньги по карманам, спрятав кое-что под стельки и во внутренние кармашки рюкзака.
Теперь можно было ехать на вокзал, но требовалось прикупить еды и воды в дорогу. Это удалось сделать в том же торговом центре, в котором нашелся необходимый банкомат. Тут же был куплен недорогой мобильник с доступом к интернету и пара симок.
Вставив одну из них, Аленка по памяти нажала кнопки, дозваниваясь до матери. Ждать пришлось долго, а когда трубку взяли, девушка отчетливо услышала звон рюмок, нетрезвые крики и прочие звуки, сопровождающие приход «друзей» отчима.
– Але! Але! – знакомый голос вышиб слезы. – Кто там?
Длинная матерная тирада стала последней каплей, Аленка медленно нажала «отбой». Потом посмотрела на телефон, подумывая вытащить симку и выбросить ее в ближайшую урну, но, погладив маленький прямоугольник, решительно вернула его в блестящие зажимы. Где-то в глубине девчоночьей Аленкиной души теплилась надежда, что мать хватится ее, будет искать и когда-нибудь они смогут поговорить хотя бы по телефону. А пока симкарту можно просто отключить!