– Ты больше всех заслуживаешь силы – сказал ей Винсент
–Я?!– непонимающе спросила Кол.
– Должен же хоть кто-нибудь хороший обладать этой силой – поддержала Винса Цинциннати
Коллам все еще ничего не понимала и тогда Винсент продолжил:
– Посмотри на эту тройку: Майкл, Логан и Фиона. Один лучше другого! Ты единственная, кто действительно достоин этой силы и я уверен, что только ты будешь использовать ее в добрых целях!
–Простите, ребята, я не могу – Кол убрала руку с раны, показывая окровавленную футболку- Если вы не заметили, то я, кажется, умираю. У меня нет сил, даже дойти до этого пня.
–Ничего, мы тебе поможем – произнесла Цинн, и они с Винсентом подняли Коллам и, поддерживая ее, повели к пню.
Кол едва не разрыдалась, проходя мимо тела Чи Ён, но она сумела удержать себя в руках:
– А как же Мерлин и Шон?– спросила Кол – Я не могу, что бы они погибли только из-за того, что я заняла их место…
– С ними все будет хорошо – убедила ее Цинн.
Коллам взяла в руки кубок и, чувствуя, что она еще об этом пожалеет, сделала глоток.
В отличие от всех, Коллам сразу осознала, что с ней что-то происходит. Она приподняла футболку и с удивлением поняла, что рана, на которую она даже боялась смотреть, побелела и затянулась:
– Оно тебя вылечило!– произнес Винсент, отпуская Кол, ведь в опоре она больше не нуждалась.
Коллам даже не успела ничего осознать, когда Маркус Салливан схватил ее и прижал к виску девушки пистолет:
– Что ж, мне очень жаль Мисс Лоуренс, вы должны об этом знать.
– Что ты делаешь?– закричала на него Цинциннати.
– Голос сразу сказал мне, что я не явлюсь кандидатом, но силу получить все, же могу. Для этого всего лишь придется убить кандидата, получившего силу…
Маркуса перебил неожиданно вышедший вперед Майкл:
– Но она нам может еще пригодиться, Маркус..
– Чушь – скривился Салливан – Меня прекрасно устраивают вы трое: Фиона глупенькая дурочка, которая даже не поняла, что ты ей манипулируешь, Майкл, ей управлять легче всего, а Логан самовлюбленный эгоист, который сделает все, что его попросят, лишь бы выжить, с тобой Майк и так все понятно. Ужасно справедливая Коллам Лоуренс просто не вписывается в эту компанию…
–Но я подбил ее на убийство!– воскликнул Майкл – При желании ей можно манипулировать, тем более она солдат и привыкла выполнять чужие приказы!
Маркус вздохнул:
– Мне жаль, что ты привязался к этой девчонке, но она совершенно непредсказуема и ты сам это знаешь.
Кол почувствовала, как палец Маркуса лег на курок:
– Нет! Ты не можешь убить ее!– крикнула Цинн.
– Цинциннати, дорогая, ты ведь прекрасно знаешь, что могу – устало произнес Салливан.
Цинн усмехнулась, и Кол показалась эта усмешка очень странной:
– Нет, не можешь – сняв с плеч портфель, Цинн объявила солдатам, что у нее нет с собой оружия и достала небольшую каменную шкатулку. Девушка открыла ее и, достав какую-то фотографию, протянула ее Маркусу – Имя Адалинда Уилсон тебе знакомо, не так ли?
Одной рукой Маркус все еще держал пистолет, приставленный к голове Кол, а другой взял фотографию, так, что Коллам смогла разглядеть, что на ней.
На фоне раритетной машины стояли трое, им было чуть больше двадцати, одного мужчину Коллам никогда не видела, но женщину и улыбающегося рядом с ней другого парня Кол тут, же узнала. Это были Адалинда Уилсон-Лоуренс и Маркус Салливан:
– Мама – на выдохе произнесла Коллам, пытаясь перехватить фотографию
–Ты знаешь ее?– спросил Маркус.
– Конечно – улыбка Цинн стала еще шире – Ведь Кол дочь Адалинды… Она и твоя дочь, Маркус. Адалинда писала это в своем дневнике.
Цинциннати бросила Салливану какой-то блокнот из шкатулки и его секундное замешательство, позволило вырваться Коллам:
– Бежим!– крикнула она, направляясь вглубь леса. Вслед за ней помчались Фиона, Цинн, Логан и Винсент.
Коллам бежала до тех пор, пока не убедилась, что за ними никто не следует:
– Кажется, оторвались – запыхавшись произнесла она, после чего посмотрела на Цинн и, хлопнув ее по плечу произнесла – Ты спасла мне жизнь, подруга!
– Не тебе же, постоянно быть героиней – засмеялась Цинн.
–Не могу поверить, что моя мать знала Маркуса – Коллам скривилась – Хотя это сыграло нам руку. Ты так убедительно говорила ему, будто бы я его дочь, я едва не поверила!
Улыбка сползла с лица Цинн:
– Кол, я…
Но Коллам уже зашагала вперед.
Впервые в жизни, идя в толпе, Коллам Лоуренс не сутулилась, а шла, гордо расправив плечи и подняв голову, подставляя лицо под лучи рассветного солнца.
Когда тропа кончилась обрывом и Кол взглянула вниз, у нее совершенно пропал дар речи:
– О, Боже!– выдавила из себя Фай.
Им открывался вид сверху на небольшую деревушку, в которой кипела самая настоящая жизнь:
– Это- то о чем я думаю?– вымолвил Логан.
Коллам улыбнулась:
– Похоже, это выжившие.