Вид

есть лишь детская хитрость. Чувствуешь себя исследователем неизвестного для тебя мира, с головой погружаясь во что-то новое. Весело и беззаботно проводишь время с друзьями. «Чай-совхоз» – место где я вырос. Вспомнил, как в комнате мы сидим с мамой и играем в настольную игру, где каждый должен угадать цвета пластиковых фигурок, заранее расставленных друг для друга. Вспомнил, как в юности купались в водоемах. Одно из наших любимых мест – «Озеро за гаражами». Так называли мы небольшую запруду, потому что она находилась за железными советскими гаражами – в то время очень распространенными. Каждый раз мы разжигали костёр, купались, а заодно вылавливали крупных речных мидий: нащупывали их ногами в илистом дне, отрезали ножку (единственную съедобную часть), насаживали на палку и жарили на огне. В

наш рацион так же попадали лягушачьи лапки и небольшие крабы из горной речушки протекавшей по соседству. Прошли те года… Я поднял глаза к небу. Море, озарённое солнцем, мерцало, словно усыпанное драгоценными камнями. Справа, вдалеке, растворяясь в золотистых лучах, виднелся Сочи. Детский смех и шум прибоя успокаивал. Ветерок слегка касался лица, принося аромат жареного на углях мяса. Я закрыл глаза, пытаясь сохранить в памяти этот миг во всех подробностях.

Вторник, 29 апреля.

В самолете мне было спокойно – захватывающее путешествие в неизвестность, подкрепленное уверенностью и коньяком. Выпив немного перед вылетом, я надеялся, что алкоголь поможет уснуть во время многочасового ночного перелета. Но увы – я ворочался выискивая удобные

положения для сна. Ни в одном из них не удавалось усидеть и полчаса. Света же наоборот, проспала весь полет, не испытывая при этом никаких неудобств.

Наконец мы мягко приземлились. У выхода из аэропорта пожилой мужчина, заметив нашу компанию, энергично замахал руками. Все внимание друга было поглощено телефоном.

– Это он? – Я пихнул его локтем в бок и взглядом указал на старика.

– Ага, идём.

Мы взяли свои вещи и быстрым шагом направились к Михаилу Ивановичу. С виду он и впрямь казался очень старым. Не высокого роста, щупленький старичок с круглым, покрытым мелкими морщинами лицом. Одет в коричневый пиджак и брюки с выглаженной стрелкой.

Бежевая рубаха, застёгнутая до последней пуговицы, подчёркивала армейскую выправку. Чёрные, начищенные офицерские туфли уставного образца сияли так, словно через час ему нужно быть в штабе.

– Знакомьтесь, Михаил Иванович, – это мои друзья Дима и Света.

– Рад встрече, – поприветствовал я.

– Приятно познакомиться, – его сухая рука крепко сдавила мне кисть. – Здравствуйте, барышня. Да вы, дорогая, в интересном положении, – заметил полковник, окинув беглым взглядом мою жену, и бережно пожал ей руку.

– Вы очень внимательны, – улыбнулась Света.

– Позвольте, – он забрал сумку из ее рук.

– Но… – Никаких «но», – с некой осторожностью произнёс старик.

– Следуйте за мной, молодые люди, – скомандовал он. Быстрым и уверенным шагом проводил нас к машине, сложил вещи и проворно запрыгнул за руль. Да-да, именно – запрыгнул. Не медленно и аккуратно, как это бывает в таком возрасте, а ловко и легко – а ведь ему уже за семьдесят! УАЗ «Буханка» темно-зеленого цвета тронулся с места.

– Сейчас по асфальту тридцать пять километров – это ерунда, быстро проедем! – В машине было шумно и полковнику приходилось кричать, чтобы мы слышали. – А с трассы свернём – будем плестись, как сонные мухи. По лесу уже не разгонишься: от дороги там одно название осталось.

Вскоре мы съехали на проселочную дорогу, проезжая брошенное поселение – всего одну улицу. Покосившиеся старые избы, трухлявые от времени деревянные стены, огороды, поросшие бурьяном, – унылое зрелище.

Немного в стороне стояла небольшая изба, и её состояние заметно отличалось от остальных. Строение больше походило на часовню, чем на жилой дом. Ощущение, что там кто-то живет, не оставляло сомнений.

– Что это за место? – спросил я у старика.

– Некогда колония-поселения, – взгляд Иваныча отражался в зеркале заднего вида. – Та хижина в стороне – в прошлом церквушка. По выходным осужденные – по желанию, конечно, – причащались там, замаливали свои грехи, так сказать.

– Похоже, она не пустует, – предположил я.

– Живёт там Иван, молодой парень. Своими силами восстановил прогнившие стены, подлатал крышу, немного доработав церковь под себя. С другой стороны, – старик неопределенно указал пальцем, – отсюда мы не увидим, он сделал небольшую пристройку, где сушит и хранит различные виды трав.

– Простите за глупый вопрос – зачем он этим занимается? – удивилась Света.

– Каждое растение на планете обладает определенными свойствами, – подхватил Игорь. – Их используют как по отдельности, так и в сочетании, комбинируя в травяные сборы, способные в буквальном смысле исцелять от разных недугов. Такое лечение даст фору многим аптечным препаратам. Иван знает если не всё, то очень многое, – доходчиво объяснил он.

– Ах! Как же я сразу не поняла – он травник, верно?

– Он лекарь, – бросил через плечо Михаил Иваныч, не отвлекаясь от дороги.

– А разве это не одно и то же? – спросил я, вспоминая фрагмент из российского сериала, где лекарь врачевал травами.

– Отнюдь, «травник» – лишь начинает запоминать лекарственные растения и их свойства, тогда как его наставник, то бишь «лекарь», уже знает все, что нужно, – пояснил старик.

Мы пересекли луг и свернули направо, заезжая в довольно редкий хвойный лес. Дорога угадывалась по свежей, едва заметной колее, которую полковник оставил, когда проезжал за нами в аэропорт. Несмотря на все старания Михаила Ивановича, добраться до темноты у нас не получилось.

Постепенно лес становился гуще – местами приходилось снижать скорость, чтобы не наехать на сук и не пробить колесо.

Мы сделали несколько остановок: размяться и сходить в туалет, немного перекусить– и снова в путь.

Когда приехали, сил уже не было: дорога изрядно вымотала. Михаил Иванович гостеприимно разместил нас на ночь у себя.

Глава 2

Тайга

Среда, 30 апреля.

В воздухе витал аромат хвои. Над лесом туман растянулся тонкими нитями, словно пробираясь между макушек деревьев. Я сидел на террасе с чашечкой кофе. По соседству, напротив, молодой парень менял разбитое стекло в оконном проеме, а юная девушка, ловко орудуя граблями, собирала уже подсохшую скошенную траву.

Постройки в деревне располагались в хаотичном порядке, соединённые между собой просёлочной дорогой. Часть хутора находилась в низине, разделяясь тем самым на две части, которые, в свою очередь, имели незамысловатые названия — «Низменность» и «Равнина».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.