Ева Вересова

Меня зовут Кира Лебедева, и я никогда не подписываю того, что не прочитала. Поэтому, когда я заморозила залив на краю сказочной страны и из лунки вынырнул морж и назвал меня королевой, я попросил…

Мне шестьдесят пять. Зять у меня теперь насовсем, муж научился говорить «я тебя люблю» — три раза за сорок один год, дочка ждёт сына. Живи и радуйся. Но Митрич подслушал мой разговор и разнёс по …

У меня чешутся пальцы, когда мне врут. Для старшей учительницы в школе, где сорок детей, это почти болезнь. Для племянницы женщины, которую разорил самый красивый лжец Авернии, это приговор. Деся…

Мне двадцать лет, я лучший зельевар Северной школы травников и — по совместительству — её главное стихийное бедствие. После того как я случайно сожгла сушильный сарай, меня посадили на испытатель…

Мне восемнадцать, у меня лучший нос в Тихом Броде после Лотты и привычка подглядывать из-под повязки, от которой меня не отучила даже мандрагора. Этим летом я собиралась готовиться к экзамену на …

Мне шестьдесят пять. Зять у меня теперь насовсем, муж научился говорить «я тебя люблю» — три раза за сорок один год, дочка ждёт сына. Живи и радуйся. Но Митрич подслушал мой разговор и разнёс по …

Меня зовут Кира Лебедева, и я никогда не подписываю того, что не прочитала. Поэтому, когда я заморозила залив на краю сказочной страны и из лунки вынырнул морж и назвал меня королевой, я попросил…

Я не вижу с девяти лет. Зато слышу, как у человека сбивается сердце, когда он врёт, и чую ложь под самыми дорогими духами. Поэтому, когда в Тихий Брод приехал караван «Ароматы Юга», а весь город …

Я не вижу с девяти лет. Зато слышу, как у человека сбивается сердце, когда он врёт, и чую ложь под самыми дорогими духами. Поэтому, когда в Тихий Брод приехал караван «Ароматы Юга», а весь город …

Год я водила ночные экскурсии по Неве и каждую ночь видела мост, которого нет. Восьмой. С газовыми фонарями. Его не видел никто. А потом мне под дверь коммуналки подсунули приглашение на экзамен…

Год я водила ночные экскурсии по Неве и каждую ночь видела мост, которого нет. Восьмой. С газовыми фонарями. Его не видел никто. А потом мне под дверь коммуналки подсунули приглашение на экзамен…

Мне шестьдесят четыре года. Я сорок лет проработала фельдшером в деревне Большие Кочки Костромской области: принимала телят и роды, лечила всю округу и мужа — словом. Дальше Костромы я не ездила …

Мне шестьдесят четыре года. Я сорок лет проработала фельдшером в деревне Большие Кочки Костромской области: принимала телят и роды, лечила всю округу и мужа — словом. Дальше Костромы я не ездила …

У меня дар, которого стыдятся: язык. Я пробую суп и знаю, что в нём лежит, кто его варил и с каким сердцем. Для кухарки это удобно. Для дочери женщины, которую шестнадцать лет назад осудили за от…

Меня собирались выдать замуж за самого холодного мужчину столицы, а заодно навсегда запретить лечить. Я сбежала на край королевства — в бабушкин дом с одичавшим садом, ворчливой мандрагорой в гор…

У меня чешутся пальцы, когда мне врут. Для старшей учительницы в школе, где сорок детей, это почти болезнь. Для племянницы женщины, которую разорил самый красивый лжец Авернии, это приговор. Деся…

Мне двадцать лет, я лучший зельевар Северной школы травников и — по совместительству — её главное стихийное бедствие. После того как я случайно сожгла сушильный сарай, меня посадили на испытатель…

Меня собирались выдать замуж за самого холодного мужчину столицы, а заодно навсегда запретить лечить. Я сбежала на край королевства — в бабушкин дом с одичавшим садом, ворчливой мандрагорой в гор…

Мне восемнадцать, у меня лучший нос в Тихом Броде после Лотты и привычка подглядывать из-под повязки, от которой меня не отучила даже мандрагора. Этим летом я собиралась готовиться к экзамену на …