Свет далёких звезд

© Ever Com, 2026

ISBN 978-5-0069-6764-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Сознание возвращалось не очень быстро, я как будто плавал в густой жидкости, не ощущая ничего вокруг. Затем в мой маленький мирок из ощущения вязкого тёплого окружения начали проникать отдельные мысли.

Кто я?

«До возрождения сознание откликалось на идентификаторы: Дмитрий Владимирович Сорокин, Кассий Квинт, Свинт Йолгер, Карл Вингланд…»

Имён было много, все они были разные, но все имели ко мне какое-то отношение. Голос, что сообщал все эти имена, возникал где-то внутри меня и был совершенно без эмоционален, почему-то подумалось, что это был компьютер или что-то в этом роде.

Я не понимал, что происходит, но в сознание сначала отдельными картинками, а затем и полноводной рекой хлынули воспоминания. Много воспоминаний, очень много воспоминаний, не игравших теперь никакой роли, так как в конце каждого из них меня ждала она… Смерть. Снова и снова. Раз за разом. Иногда это была быстрая и лёгкая смерть, иногда долгая и мучительная, иногда даже желанная, но, как и у любого живого существа, неотвратимая. Менялись имена и декорации, я шёл на штурм или оборонял какую-то цитадель, грелся в боевой машине, или наоборот тихо и спокойно умирал в собственной постели, итог был один и тот же.

Интересно, что воспоминания о прошлых жизнях не путались, образуя кашу, наоборот, я прекрасно помнил не только каждый отдельный эпизод, но и всю историю каждой из прошедших жизней. И вместе с тем они уже не казались мне именно моими. Что Дмитрий Сорокин – инженер и конструктор, проработавший в НИИ почти всю свою жизнь и умерший от сердечной недостаточности в шестьдесят два, через полгода после того как вышел на пенсию. Что Кассий Квинт, живший в Риме почти на две тысячи лет раньше, прошедший тяжёлую войну с германскими племенами и умерший от стрелы, «удачно» попавшей ему в шею, в возрасте сорока одного года.

Хотя складывалось впечатление, что эпохи, в которых проходили прошлые жизни, не были расположены в чётком хронологическом порядке. Это сложно объяснить логически, но я чувствовал, что это именно так, я сначала был инженером в НИИ, а уже потом прожил жизнь негоцианта в Италии эпохи возрождения. Как и многие другие, все эти люди, которыми я был в воспоминаниях, были кем угодно, но не тем, кто только что пришёл в себя.

У меня сегодняшнего уже было своё собственное «Я», личность, которая выросла на сплаве всех тех жизней, что я мог вспомнить. Пока я не знал, хорошо это или плохо, возможно, возродиться младенцем было бы на порядок удачней. Хотя глупо отрицать, что знания и опыт, полученные в других жизнях, могут пригодиться. Даже если я сейчас лещу в реанимации продвинутого мира, а не лечебнице братства Госпитальеров.

Наконец сквозь хоровод мыслей стал медленно пробиваться внешний звуковой фон. Кажется, я даже стал замечать в нём какие-то закономерности, но всё ещё не мог понять, что именно происходит. Пока вдруг, совершенно неожиданно, звуки стали понятными:

«… положительный результат.

Приступаю к вычленению главного ядра носителя…

Интегрирую систему обучения…

Уплотняю ментальный поток согласно новым показателям…

Начата процедура пробуждения основного модуля артефакта…

Отключаю сознание реципиента…»

После этого снова наступила тьма.

А вот в себя я пришёл уже окончательно. Теперь я был не только сознанием с кучей воспоминаний, но ещё и куском мяса, которое, судя по ощущениям, готовили в качестве отбивной. Болело всё, даже то, что болеть в принципе не должно, кажется, я ощущал боль каждой клеткой своего организма, и единственным положительным в этом было то, что организм у меня таки был. Но терпеть эту боль было невыносимо, из-за неё я не мог сосредоточиться на окружающем, я слышал какие-то слова, но даже не мог их разобрать. Не знаю, сколько всё это продолжалось, по моим ощущениям целую вечность, но слава всем богам и достижениям науки, которым я поклонялся в предыдущих жизнях, и это наконец прошло.

Снова тот совершенно без эмоциональный, механический голос. Но самое главное, теперь я отчётливо чувствовал своё тело, и оно не болело. Вокруг вдруг наступила тишина, почти абсолютная, и я наконец решился открыть глаза…

***

Вот и прошла первая неделя с момента моего «пробуждения». За это время много что произошло, но главным было то, что я наконец смог определиться со своей личностью. Я решил, что не стану брать что-то из прошлых жизней, их опыт будет полезен, но я точно не имею отношения ни к Кассию Квинту, ни к Карлу Вингланду, ни к Дмитрию Сорокину. В этом мире мне предоставили возможность самому выбрать себе имя, и я остановился на Ник Прайс, скрестив несколько известных мне персонажей из разных жизней. Ключевым при выборе имени я посчитал простоту его произношения и то, что оно не было длинным. Впрочем, установленная мне Система кроме имени и фамилии также продолжала называть меня «Опыт 37», именно под таким идентификатором я проходил в базах лаборатории.

Как мне стало известно, таких Опытов были сотни, я был в первой сотне, но это не значит, что лучше других. Просто остальные до этого дня не дожили или уже успели умереть, если их, как меня, смогли вывести из гибернации. А проект, участниками которого мы были, назывался «Ковчег» и был призван сохранить некоторые данные для будущих поколений, которые переживут тёмные времена.

Из тех данных по истории, что были буквально закачаны мне в голову, следовало, что группа учёных Имперского Института Развития, получив результаты какого-то очень сложного моделирования развития общества, была уверена, что в ближайшее время Империю и Галактику в целом ждёт упадок. Это напомнило мне серию фантастических книг, носивших общее название «Фонд» или «Основание» из жизни Сорокина, где описывалась похожая ситуация. Тут тоже попытались сохранить знания, и это отчасти даже получилось, но позже вмешался непредвиденный случай.

Уже после того как предсказанный упадок случился и по всей галактике прокатилась череда войн, которая окончательно столкнула мир в тёмные времена, в одной из уцелевших научных лабораторий исследовали артефакт, который, как считалось, относился к одной из самых первых цивилизаций в галактике, возникшей буквально через несколько сотен миллионов лет после её образования и за почти двенадцать миллиардов лет до образования Империи.

Так вот, активация этого артефакта мгновенно изменила всё, что до этого было в галактике. Он превратил самый обычный по тогдашним меркам мир в подобие компьютерной игры. Вот только далеко не все разумные могли пользоваться тем, что дало это преобразование. Спустя несколько месяцев после того как весь мир снова рухнул, стали появляться люди и представители других рас, которые могли использовать так называемую «Систему». Это позволило им на основе сохранившихся технических средств стабилизировать вымирание населения. Дело в том, что во время череды войн почти под чистую были уничтожены все более-менее пригодные для жизни миры.

У меня сложилось впечатление, что их уничтожали целенаправленно, чтобы избавиться от любой разумной органической жизни. Искины лаборатории где я пробудился не смогли опровергнуть или подтвердить мои предположения на этот счет. Но факт остается фактом, за время воин, численность населения галактики снизилась в среднем в тысячу, а то и больше раз. Теперь большая часть биологической жизни обитала на космических станциях, добывая ресурсы из недр безжизненных планет. На самих планетах также существовали закрытые города, но численность их была ограничена сотнями тысяч, изредка миллионами разумных. От обитаемых миров, насчитывающих многие миллиарды разумных, остались огрызки с двумя – тремя десятками миллионов населения, были исключения, но на общем фоне почти незаметные.

Теперь что касается игровой вселенной, с одной стороны, это окончательно разрушило всё, что ещё сохранилось со времён Империи, с другой, позволило разумным выжить и начать новое развитие. Тут и там стали появляться люди с особыми способностями, которых называли Одарёнными. Используя Систему, они могли напрямую взаимодействовать со вселенной и развиваться, создавая самые разные вещи. Они снова построили космические корабли, как для себя, так и для тех, кто поддерживал их, позволяя получать больше полезных ресурсов из космоса. За прошедшие с этого момента тысячелетие галактика снова ожила и начала развиваться. Некогда разрозненные группы выживших снова стали объединяться в государства. Вместо единой Империи в галактике возникли тысячи разнообразных государств и просто объединений разумных.

Количество Одарённых также выросло, если раньше они встречались примерно один на миллиард, то теперь шанс получить Дар был у одного из пяти – десяти миллионов. Учитывая, что даже после существенного сокращения, общая численность разумных в галактике была очень велика, то таких одарённых оказалось достаточно, чтобы возродить космические сообщения между различными объединениями. Часть из одарённых даже стала преступниками, пиратами и бандитами.

Меня тоже можно было считать одарённым, я мог общаться с «Системой» и создавать самые разные вещи из доступных мне ресурсов. Только в отличие от одарённых, появившихся тут, скажем так, естественным путём, мне не надо было искать чертежи оборудования и кораблей. У меня в распоряжении были все научные и инженерные знания Империи, поэтому я был ограничен только ресурсами. Более того, если обычные одарённые могли создавать только достаточно простые вещи, то у меня изначально была возможность улучшать предметы до максимального ранга.

Как я уже упоминал моя связь с Системой не была естественной как это случается у других, моё тело было результатом особого эксперимента. Один из ранее пробудившихся «Опытов», смог достать остатки того артефакта, что привёл к столь глобальным изменениям. После активации он был почти полностью уничтожен вместе с лабораторией где находился, но кое-что всё же удалось найти и доставить сюда. После долгого изучения автоматика, находящаяся тут смогла найти способ подключения «Пробудившегося» к Системе. Было несколько неудачных попыток, после чего «пробудили» уже меня и в этот раз вроде бы успешно.

Глава 2

Ну вот, теперь я смогу лучше искать нужные мне материалы. Тут на станции есть необходимое оборудование, однако его мощности хватает на определение состава минералов в ближайших астероидах, но мне не удалось обнаружить каких-то богатых залежей в них. Теперь же, имея специальный сканер, пусть даже достаточно простой, я смогу сканировать объекты на большем расстоянии и непосредственно с корабля. Одно плохо, у меня пока нет подходящего бортового компа или искина, который мог бы оперативно всё это обрабатывать, но и тут выход нашёлся. После сканирования я буду отправлять данные на станцию, и тут уже будет проводиться их обработка и отправка мне результатов. Это не так быстро, как хотелось бы, но пока единственный вариант, а вот когда ресурсов у меня будет больше, я смогу и сам корабль улучшить, и оборудование на нём установить получше.

Установить что-то ещё на корабль пока не представлялось возможным, во-первых, потому что больше не было места, а во-вторых, потому что тупо не хватало энергии. Надо было или создавать новый генератор, или улучшать уже имеющийся. Так как на новый генератор, места не было, то оставалось только улучшить уже имеющийся, а для этого нужны были ресурсы, которых пока нет. В общем, замкнутый круг, который можно разорвать только, улучшая уже имеющиеся модули и собирая ресурсы на корабль нового уровня.

Пока ресурсов с трудом хватало даже на малый корабль, который классифицировался как Разведчик, хотя по факту в этот класс входили и малые торговые суда и даже так называемые почтовые корабли. Понятно, что никакую почту они не возили, но использовались для передачи информации. Всего у Разведчиков было десять уровней, которые, как правило, зависели от размера корабля. В среднем корабли могли быть от десяти до сорока метров длиной, хотя обычно учитывалась не длина, а объём корабля. У моего пятнадцатиметрового разведчика первого уровня полезный объём был около двадцати кубических метров, и это считалось наименьшим возможным объёмом для корабля, если не брать в расчёт истребители, которые были вынесены в отдельную категорию малых летательных аппаратов. Так вот, каждый следующий уровень корабля становился на десять кубических метров объёмней, таким образом разведчик десятого уровня имел объём в сто пять кубических метров.

Дальше по классификации шли Эсминцы, потом Крейсера, за ними Дредноуты, следом Авианосцы и Звёздные разрушители. А вот всё, что превосходило по объёму разрушители третьего уровня, относилось к классу Сверхтяжёлых кораблей или Левиафанов, у которых не было пределов размеров, впрочем, и встречались они крайне редко на просторах галактики. Мне же думать даже об эсминцах было пока рано, тут разведчик хотя бы до третьего уровня поднять и то было бы счастье.

Как и у разведчиков, у других типов кораблей были уровни, у эсминцев и крейсеров по пять уровней, а у дредноутов, авианосцев и звёздных разрушителей по три. Так как у Левиафанов не было предела развития, то количество уровней для них сделали десять, хотя последний, десятый, просто означал, что данный корабль, если его ещё можно было так назвать, был объёмом больше пятисот кубических километров.

Были и космические объекты, не входившие в эту классификацию, в первую очередь это были различные станции. В принципе, их тоже можно было заставить летать, в космосе с этим просто, установил двигатели и вперёд. Некоторые из них были даже меньше кораблей класса левиафан, в то время как сами левиафаны вполне могли использоваться как станции, просто их очень мало. Кроме станций особняком стоят малые летательные аппараты, их, как правило, пилотируемые обычными разумными, слишком они слабые и хлипкие для того чтобы рисковать жизнью одарённого.

А ещё, как я и говорил, существуют разные ранги одних и тех же вещей, это относится в том числе к кораблям и оборудованию. Самым нижним рангом считается обычное, как правило обозначающееся белым цветом в названии. Далее по возрастанию шли: Необычное (зелёное), Редкое (синее), Уникальное (оранжевое), Легендарное (золотое), Мифическое (фиолетовое). Ранг влиял на очень многие параметры, например, на прочность корпуса или скорострельность орудий – вариантов было немало.

Создание предметов высокого ранга требовало специальных ресурсов, достаточно редких, чтобы даже получив соответствующий чертёж, не всегда была возможность сделать подобную вещь. В моём случае всё до оранжевого-уникального ранга было не сложно создать – находи ресурсы и делай. А вот чтобы создать что-то золотое-легендарное или фиолетовое-мифическое, нужны были крайне редкие ресурсы, которые просто так в космосе не встречались. Добыть их можно было только из Особей соответствующего ранга, а это было очень непросто. Но меня это не сильно огорчало, я сильно сомневался, что на всю галактику найдётся хотя бы несколько легендарных вещей, или тем более кораблей, а уж про мифические и вовсе ничего не было слышно.

Вот сейчас, получив на руки нужные ресурсы, я наконец-то активировал процесс создания оборудования. На самом деле это было завораживающее зрелище, когда ресурсы буквально растворяются, а рядом прямо на глазах, «вырастает» новое оборудование. Сканер материи занимал не так много места, всего около половины кубического метра в объёме корабля, и как только он был полностью собран, та же непонятная местным учёным сила, повинуясь моему желанию, установила его на корабль.

«Малый сканер материи установлен на корабль X76VI12.

Ранг оборудования: стандартный

Потребление энергии: 3 ед.

Дальность сканирования: луч – 0.2 св. сек, объём – 0.03 св. сек»

Расстояние тут мерилось в световых годах, часах, минутах и секундах, хотя скорости могли быть и выше световых, видимо, это осталось от тех времён, когда люди ещё считали скорость света предельной для физических объектов. Соответственно, одна световая секунда – это расстояние, которое свет проходит за это время, или примерно триста тысяч километров. То есть две десятых световой секунды – это примерно шестьдесят тысяч километров, что по космическим меркам не так и много, примерно пять диаметров такой планеты, как Земля. Но опять же, это для сканирования направленным лучом с углом рассеивания примерно два градуса. Для сканирования вокруг себя или объёмного сканирования предельное расстояние уже всего девять тысяч километров, что на треть меньше диаметра Земли.

Продвинутые радарные системы могли сканировать целые звёздные системы и «били» на световые месяцы вокруг. Но это достаточно большие и очень требовательные к потреблению энергии системы, которые на разведчике не поместятся даже если с него снять всё остальное, включая двигатели и кабину пилота.

– Ух, теперь заживём! – радостно проговорил я. – Как найду кучу редких материалов, построю себе дредноут или звёздный разрушитель мифического качества, наведу шороху в этой галактике!

– Не хотелось бы разбивать ваши мечты, но боюсь, что при всём желании с таким оборудованием вам не хватит жизни вашего вида, чтобы найти нужные объёмы редких материалов, которых может совсем не оказаться в данной системе. – флегматично заметил искин станции. – По нашим данным, эта система выбиралась для лаборатории с тем расчётом, что в ней нет ничего полезного или примечательного, чтобы не привлекать даже потенциально возможного внимания.

– Не будь занудой, Валера, – отмахнулся я. – мечты на то и мечты, чтобы оставаться недостижимыми, ну по крайней мере в ближайшей перспективе.

– Напоминаю вам в очередной раз, что мой идентификатор звучит как 81R4. – в который уже раз напомнил искин. – Я всегда считал, что люди обладают достаточным интеллектом, чтобы запомнить всего четыре символа. Но, видимо, придётся вносить коррективы в базы данных станции.

Я даже не стал обращать на это внимание, так как искин уже неоднократно обещал пересмотреть уровень интеллекта расы людей, снизив его до уровня «условно разумные существа». К тому же, указывая на то, что мне может не хватить человеческой жизни, чтобы просканировать всю систему и найти все необходимые материалы, он не учитывал, что я по сути человек только внешне, и если меня не уничтожить физически, то ещё не известно, когда умру. После слияния моей тушки с кусочком артефакта убить меня также стало не слишком просто, конечно, попав в корону звезды, или черную дыру, я скорее всего погибну, но и это далеко не факт, так как никто не проверял, ну и я не стану без особой необходимости.

– Валера намного проще произносить, чем восемьдесят один эр четыре, – это я тоже повторял уже не первый раз. – Как существо разумное, я стремлюсь к оптимизации всех процессов, в том числе и в общении с глупым искусственным недоинтеллектом.

Так как этот разговор уже неоднократно повторялся за прошедшую неделю, то искин просто ничего не отметил. Насколько бы безэмоционально ни звучал его голос, но шутить он умел, и наша пикировка доставляла ему не меньшее удовольствие, чем мне. На слова мои он не обижался, понимая, что я тоже говорю несерьёзно.

Испытания нового оборудования пришлось отложить на некоторое время, так как после прибытия на станцию мне не терпелось создать новый модуль, но кроме того, следовало бы и подкрепиться. На самом деле мой организм мог обходиться без еды месяцы, да и спать я мог раз в двое-трое стандартных суток, без потери эффективности своей деятельности. Однако, несмотря на всё это, питался я регулярно, как было привычно в некоторых других жизнях. Благо, запасов вещества для местного синтезатора пищи, даже при трёхразовом питании, мне одному, хватит ещё на несколько десятков лет.

***

Да, мой нынешний кораблик выглядел несколько неказисто, но я не жаловался. Я в принципе не знаю, как можно словами передать, когда садишься в кресло пилота и буквально сливаешься с кораблём. На самом деле не обязательно занимать именно место пилота, просто надо где-то зафиксировать своё тело, чтобы оно не летало по кораблю во время манёвров. Собственно, из-за того, что большая часть корабля была занята грузовым отсеком и разным оборудованием, для меня оставалась только небольшая рубка с пилотским креслом. Передняя часть была выполнена из совершенно прозрачного, но вместе с тем очень прочного материала, и я мог наслаждаться видами космоса. Правда, подключившись к кораблю, видел я уже совсем не глазами, но сама конструкция корабля была стандартной, и управлять ей мог даже не обладавший даром разумный.

Я запустил двигатель, и корабль очень плавно тронулся с места, я специально делал всё не торопясь, буквально смакуя то, как моё новое тело-корпус движется через шахту стыковочного узла. Я чувствовал, что иду не ровно по центру, чуть сместившись правым бортом к стене шахты, мимолётное желание – и двигатели мгновенно корректируют движение, выводя меня ровно в центр. До обеих стенок по бокам примерно три метра и по два сверху и снизу, я это чувствую совершенно отчётливо, для меня не составило бы труда сместиться так, чтобы едва не задевать одну из стен шахты. Так как я был единым целым со всем находящимся на корабле оборудованием, то буквально ощущал, что именно надо сделать, чтобы чуть чиркнуть одним из стабилизаторов по выходному шлюзу, оставляя на нём очередную полоску, уже двенадцатую за прошедшие несколько дней.

Лететь в космосе было ещё более захватывающим, чем проноситься через шлюз станции. Невероятно яркие звёзды до сих пор захватывали дух, стоило вынырнуть на открытое пространство. Оптические системы корабля позволяли мне, как без каких-либо последствий смотреть на местную звезду, так и разглядывать далёкие созвездия, туманности и галактики. Если бы я уже собрал себе полноценный навигационный компьютер, то мог бы в добавок к этому ещё и получать разные данные об этих объектах. Пока же я мог узнать только их светимость и приблизительное расстояние до этих звёзд.

Сегодня я решил направиться к границе той области, что позволяет сканировать установленный на станции сканер. Он был не специализированный, поэтому хоть я и мог видеть всю звёздную систему и её ближайшие окрестности, но вот минеральный состав объектов за пределами двух тысяч километров от станции для меня был тайной. Запустив свой сканер, я также проверил окрестности, но не обнаружив ничего интересного, направился в сторону, куда ещё не летал. Всего пятнадцать минут, и я, преодолев почти девять тысяч километров, вышел из той зоны, которую смог просканировать, находясь возле станции. В целом, я уже совершал полёты и на более далёкие расстояния, но без сканера они были бессмысленными.

Глава 3

Мне повезло примерно через три часа блужданий по астероидному полю. Группа довольно крупных астероидов, которые, по-видимому, когда-то были одним целым, содержала в себе много разных минералов. Среди них я даже обнаружил такие что помогут повысить ранг моего оборудования до уникального. В целом я не видел смысла поднимать его ранг, пока это был разведчик первого уровня, вот эволюционировать его хотя бы до третьего, после чего повысить ранг до редкого или уникального, уже имело какой-то смысл.

Ресурсов тут было очень много, я быстро понял, что, ковыряя всё это буровой начального уровня, я буду месяцами, если не годами. Поэтому, пока летел в обратный путь, начал прикидывать, как оптимизировать процесс. По сути, чтобы добывать быстрее, мне нужна была более продвинутая буровая система, но учитывая объём моего грузового отсека, я буду забивать его за десять-пятнадцать минут, после чего долго лететь на станцию и там перерабатывать. Получается, что первым делом надо увеличить объём грузового отсека, а значит, и размер самого корабля. Качественного скачка тут никак не добиться, только если сделать сам грузовой отсек редкого или уникального ранга, то получится прибавка в тридцать или семьдесят процентов объёма соответственно. Не спрашивайте меня, как это достигается при сохранении объёма, который занимает грузовой отсек на корабле, я ещё не настолько умный, чтобы понимать зубодробительные формулы, что подсунула мне система.

Ещё раз прикинув все за и против, я понял, что надо всё же поднять уровень корабля хотя бы до третьего и только после этого начинать делать более качественные вещи. Подогреваемый азартом, я стал собирать материалы, необходимые для эволюции корабля. Следующие три дня я работал как проклятый, не отвлекаясь на сон и еду.