ПРАВДА

Глава 1

Начало.

Привет, я рада, что ты здесь и сейчас мы вместе откроем великую тайну бытия женщины, которая СМОГЛА. Однако, если ты думаешь, что я начну тебя учить и давать какие-то инструкции, — то нам точно не по пути. Я не учитель. Я свидетель. Свидетель, обвиняемый, судья, прокурор, виновный, детектив и просто человек, который дошел до точки невозврата. Потому что то, как было, уже не «развлекает», а даже убивает. А то, как будет — мы пока не знаем.

Ну, начнем по порядку, который не будет порядком, а будет честной исповедью той, которая СМОГЛА.

Я покажу тебе свой путь. От маленькой девочки в Самарканде до женщины, которая в пятьдесят лет заново учится ставить точки и запятые в своей судьбе. Я поделюсь своей солью, а ты решишь — подходит ли она к твоему вкусу жизни.

________________________________________

________________________________________

Итак, раз ты решил остаться дорогой читатель. Позволь, я расскажу немного о себе. Прежде чем мы погрузимся в настоящее расследование моей жизни.

Я родилась в 1976 году и моим родителям на момент моего рождения было ни много ни мало, папе почти 50, 1928 года рождения и маме почти 40,1936 года рождения. Это важно, потому что одно только представление о той временной пропасти, между нами, уже будоражит ум и являет сотни мурашек по телу.

Отец родился в мире, который еще помнил до революционные тени, а мама дитя предвоенных лет.

Моему старшему брату. Андрею было 14 лет, сестре Наташе 12, и они, несомненно, являются так же героями моей истории

РОДИНА

Надо сказать, что город моего рождения и последующей жизни до 18 лет, находится в Юго-Западной части Казахстана, и это настоящий край земли — город-тупик, где железнодорожные пути обрываются, не ведя больше никуда. Дальше была только степь на тысячу километров в любую сторону.

Земля здесь была сказочно богата углем и ископаемыми, и те, кто приехал сюда развивать промышленность, строили этот мир с любовью: здесь были тенистые парки, школы и даже бассейн под открытым небом.

Весной степь преображалась: она наряжалась в ярко-зеленые покровы, превращаясь в бескрайнее колышущееся море. Едва начинал подтаивать снег, почти все жители города устремлялись в эти просторы за подснежниками. Их приносили домой ведрами, чтобы через день-другой, не зная, что делать с этой увядшей красотой, выбросить на мусорку.

Чуть позже зацветали тюльпаны. За ними, самыми манящими, нужно было идти несколько километров к сопкам, которые из города казались небесно-голубыми, их так и называли — Синие горы.

Но весна в наших краях была мимолетной. Под палящим, беспощадным солнцем сочная зелень стремительно выгорала, и уже к началу июля степь начинала желтеть, постепенно становилась сухой и колючей. В это время просыпался её истинный дух — невероятный, густой запах горькой полыни и цветущих трав. Этот аромат был настолько плотным, что казалось, его можно осязать физически. Он пропитывал всё вокруг, напоминая о том, что жизнь здесь — это не только цветение тюльпанов, но и умение выстоять под зноем, сохранив свою горькую, терпкую суть.

Летом, когда зной заставлял город замереть в пыльном мареве, по пустынным улицам лениво перекатывались засохшие шары перекати-поле.

Город затихал в звенящем мареве, чтобы ожить ближе к вечеру сотнями детских голосов.

Взрослые заседали на лавочках, обсуждая всё и всех — мы жили в огромной, прозрачной общине, где каждый был на виду.

Единственным спасением для горожан был оазис — водохранилище в восьмидесяти километрах от города. Там, среди чистой, прозрачной воды и тишины, мы ловили огромных, переливающихся на солнце своей золотой чешуей, карасей…

Осень наступала лениво, постепенно окрашивая наш город-тупик в свои любимые цвета — желтый и багряно-красный. С её приходом вольница степного лета обрывалась. Начинались трудовые будни: детвора шла в школу, а взрослые, вернувшись из отпусков и закончив битвы за урожай на огородах, полностью погружались в работу. Весь город входил в этот размеренный, предсказуемый ритм, словно замирая перед долгой зимой. В этой осени было что-то неизбежное и торжественное — время, когда границы мира сужались до школьного класса и домашних заданий, а бескрайняя степь за окном становилась лишь далеким воспоминанием.

Мы, дети, обожали зимы. Бесконечные бураны наметали огромные сугробы, и мы превращали их в свои секретные города. Мы рыли пещеры в снегу, катались с горок до изнеможения и возвращались домой в одежде, превратившейся в ледяной панцирь. Со смехом отряхиваясь в подъезде, мы вваливались в домашнее тепло, абсолютно счастливые в своей обледенелой броне. В этом мире степных ветров и снежных крепостей я была частью живого, шумного потока…

МАМА

Мама была ребенком войны и землянок. В их семье росло 6 сестер, оставшихся без отца — его комиссовали с фронта из-за туберкулеза, и вскоре его не стало. Они жили впроголодь. На шестерых была всего одна пара валенок, и в школу они ходили по очереди.

Я слушала её рассказы о том, как их мать приносила из больницы, в которой она работала санитаркой, картофельные очистки. Из них пекли оладьи прямо на раскаленных кругах маленькой печки. Этот запах жареных очисток и холод одной пары валенок навсегда впечатались в ее ДНК.

Она привыкла, что мир — это суровая реальность, где нужно поднимать «ораву» и где выживание стоит дороже чувств. Позже, когда она опустит глаза в холле моей больницы, в ней будет говорить та самая девочка из землянки, для которой больничные стены были единственным шансом не умереть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.