Высота преступления
– Кто там? – спросил Мэтью стараясь быстрее закрыть все «окна» в мониторе.
– ФБР! – раздался резкий голос за дверью. – У нас есть ордер!
Мэтью замер на долю секунды, пальцы уже летели по клавишам, пытаясь запустить скрипт самоуничтожения базы данных. Но было поздно. Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвались люди в бронежилетах с надписью «FBI» на груди. Первым вошел высокий агент с холодными серыми глазами, пистолет в руке не дрогнул ни на миллиметр.
– Руки от клавиатуры! На стол! Сейчас же!
Мэтью медленно поднял ладони, но взгляд его метнулся к серверу в углу. Если бы он успел…
– Не думай об этом, – агент шагнул ближе, блокируя путь. – Мы отключили твой внешний канал две минуты назад.
За его спиной оперативники уже рылись в проводах, изымали жесткие диски, снимали показания с оборудования. Один из них сорвал со стены распечатку с IP-адресами, свернул и сунул в пластиковый пакет.
– Мэтью Харис, вы арестованы за торговлю наркотиками, – произнес агент, доставая наручники. – У вас есть право хранить молчание…
Мэтью Харис не сопротивлялся. Наручники защёлкнулись и двое агентов повели его на выход. Воздух все еще пахнет перегретым железом и кофе, но его разрезали резкие голоса и треск полицейских раций.
– Компьютер чист, – пробормотал техник, откинувшись от монитора. – Шифрование военного уровня. Даже если что-то и было, теперь это нули и единицы где-то в космосе.
Старший агент, Кристоф Кларк, сжал челюсть. Он знал, что Харис не дурак, слишком чисто, слишком аккуратно. Ни следов транзакций, ни явных связей. Только косвенные улики: странные IP-переходы, зашифрованные чаты, да пара подозрительных распечаток. Был правда один свидетель. Кларк усмехнулся, вспомнив про свидетеля. Наркоман, которого взяли несколько дней назад. Под нажимом он и навёл ФБР, на электронный адрес с которого покупал дурь. Техникам удалось проследить поток данных до первоисточника, именно так они и оказались здесь.
– В общем, забираем всё, что можно унести – сказал наконец Кристоф —, попробуем надавить на парня. Плевать на все его виртуальные игры, меня интересует лишь информация относительно Сангре-де-Плата.
– Мы не сможем держать его долго – сказал один из агентов – Любой адвокат быстро сможет вытащить его, если мы не предъявим стоящих улик.
– Значит надо сделать так, чтобы адвокаты про него не узнали. Будем держать его столько сколько понадобится. Слишком многое на кону…
*** ***
Робсон посмотрел на судмедэксперта.
– Значит наркотики – пробормотал он, ещё раз взглянув в соответствующую графу в отчёте. – Уже четвёртая за неделю. Не многовато ли?
– Наркотик новый. Действует быстро, убивает еще быстрее.
Морг города Сан-Диего всегда был местом безмолвия, где холодный воздух пропитан запахом антисептиков и металла. Свет голубоватых ламп тускло отражался от кафельного пола, а ряды холодильных камер стояли, как немые стражи смерти. Над одним из столов, покрытых белой простыней, склонился судмедэксперт в зеленом халате. Он откинул прядь тёмных волос с лица мёртвой девушки и продолжил:
– М-да. Передозировка. По сути, та же ситуация, что и у предыдущих.
– Можешь, что ни будь сказать по составу?
– Я всё написал, но если пересказать вкратце, то это белый кристаллический порошок, который легко вступает в реакцию, а значит может менять цвет на розовый или голубоватый, в зависимости от примесей. Растворяется без остатка, не имеет резкого запаха, что делает его идеальным для подмешивания в напитки или инъекций. При передозировке вызывает восковую бледность кожи, цианоз – увидев вопросительный взгляд Джефа, эксперт пояснил – Синие губы и ногти. Если вовремя оказать помощь, то ещё можно спасти. Наркотик синтетический, подавляет дыхательный центр мозга, но не вызывает паники. Человек просто засыпает.
– Жуть – сказал Джеф – Как думаешь, могла она попасть к нам через границу?
– Вполне. В Мексике вечно всякую дрянь изобретают.
– Спасибо Джейк.
Джейк Рейнер работал в морге уже больше восьми лет и был хорошим экспертом, к тому же он был другом Робсону.
– Не за что, – Джейк снял перчатки и бросил их в мусорный контейнер. – Но, если хочешь мой совет, Джеф, не лезь в это дело слишком глубоко.
Робсон нахмурился.
– Почему?
– Потому что, – судмедэксперт понизил голос, хотя вокруг никого не было, – такие наркотики не появляются просто так. За ними стоят люди, у которых нет проблем убрать слишком любопытного копа.
Джеф усмехнулся, но в глазах у него не было веселья.
– Ты что, думаешь, я испугаюсь?
– Нет, – Джейк вздохнул. – Я думаю, ты полезешь туда, даже если тебя предупредить. Просто будь осторожен.
Робсон кивнул, ещё раз взглянул на бледное лицо девушки на столе и сжал кулаки.
– Четвёртая за неделю, Джейк. Кто-то должен это остановить.
– Да, – согласился эксперт. – Но главное – чтобы этот «кто-то» не оказался следующим в моём морге.
Джеф не ответил. Он уже повернулся к выходу, его тень скользила по кафельному полу, растворяясь в голубоватом свете ламп.
За дверью его ждал город; шумный, яркий, полный жизни. И смерти. Джеф толкнул стеклянную двустворчатую дверь и вздохнул вечерний воздух полной грудью. Дверь морга захлопнулась за спиной Джефа с глухим стуком, отрезая ледяное безмолвие мертвецкой. Вечерний воздух встретил его густой смесью выхлопных газов, нагретого асфальта и далёкого океанского бриза. Улица перед моргом была пустынна, лишь редкие машины проносились по мокрому, после недавнего дождя шоссе, оставляя за собой шуршание шин и отражение фар в лужах.
Фонари уже зажглись, их жёлтый свет дрожал в каплях воды на листьях пальм, выстроившихся вдоль тротуара. Где-то вдалеке гулко гудел гудок корабля, а с оживлённых улиц центра доносился приглушённый рёв музыки и голосов. Сан-Диего не засыпал, он просто менял кожу, сбрасывая дневную суету и надевая ночные огни.
У обочины, прислонившись к полицейской машине, стояла Джейн Картер.
– Ну что, герой? – спросила она, скрестив руки на груди. – Опять полез в чужую работу?
Джеф хмыкнул, но в его глазах не было ни улыбки, ни усталости, только твёрдая решимость.
– Четвёртая за неделю, Джейн.
Она вздохнула, кивнула в сторону машины.
– Тогда поехали. Пока кто-то не стал пятым.
Он сел в салон, и через секунду машина рванула с места, разбрызгивая воду из лужи. В зеркале остался лишь морг; холодный, безмолвный, с голубоватым светом в узких окнах.
– Вот объясни мне – прервала молчание Джейн – Зачем тебе это надо? Ребята из наркоотдела уже, должно быть шерстят притоны.
– Нет Джейн – Робсон выглядел задумчивым – Здесь что-то другое. Понимаешь, это не похоже на простой передоз наркоманов.
– И что дальше, мистер Шерлок? – спросила Джейн, пристально глядя на дорогу – В участок?
– Нет – Джеф раскрыл отчёт эксперта, который держал в руках.
– Где ты это взял?
– Он сам мне дал. Мы с Джейком старые друзья. Да не волнуйся ты так, это копия.
– Какая разница. Это не наше расследование. Ты понимаешь, что будет если Льюис узнает, что ты лазил в чужих делах без официального запроса. Ты же знаешь, он бюрократ до мозга костей и не поощряет такое.
Джейн резко свернула на съезд к центру города, шины взвизгнули на мокром асфальте.
– Знаю. Давай лучше заедем по адресу последней жертвы, – сказал Джеф, не отрываясь от отчёта. – Эшли Моррис. Улица Ферн, 1425.
Джейн резко нахмурилась.
– Ты серьёзно? Это уже граница Норт-Парка. Там уже наверняка побывали ребята из участка, опросили соседей, всё опечатали.
– Но мы там ещё не были, – парировал Робсон.
– Потому что это не наше дело!
– Четыре трупа за неделю – это дело всех, у кого есть хоть капля совести.
Джейн закатила глаза, но свернула на Ферн-стрит.
Улица была типичной для старого района Сан-Диего: узкие тротуары, низкие пальмы, выцветшие от солнца двухэтажные дома в стиле испанского ревивализма – бежевая штукатурка, черепичные крыши, кованые решётки на окнах. Они проехали несколько домов и возле номера1425 Джейн свернула на обочину и остановила машину.
Квартира Эшли Моррис находилась на втором этаже двухэтажного дома. Входная дверь была перетянута жёлтой полицейской лентой, а на косяке красовалась пломба с печатью департамента.
Джеф без колебаний сорвал её.
– Ты совсем охренел, – прошипела Джейн, но последовала за ним.
Внутри пахло пылью, дешёвым лавандовым освежителем и чем-то едва уловимым сладковатым, химическим.
Гостиная была маленькой, но уютной: диван с выцветшей обивкой, журнальный столик, заваленный журналами о моде, на стене висел постер какого-то инди-фестиваля. На полу виднелись следы обуви (криминалисты уже отработали), а на кухонном столе стояла пустая бутылка вина и два бокала. На одном – едва заметный розоватый осадком на дне.
– Смотри, – Джеф указал на бокал. – Она была не одна.
Джейн ничего не ответила. Она стояла у окна, задернув штору, и смотрела на улицу.
– Ты понимаешь, что будет если узнают, что мы здесь были.
– Джейн не будь занудой – пробормотал Джеф, заглядывая в спальню.
Комната была почти стерильной: аккуратно застеленная кровать, пара книг на тумбочке, ноутбук. Но в углу валялась сумочка, вывернутая наизнанку.
– Её уже обыскали, – сказала Джейн, заглянув через плечо.
– Не только полиция, – Джеф поднял с пола смятый чек из аптеки. – Кто-то искал что-то конкретное.
– Или она сама перерыла всё перед тем, как откинуться.
Джеф не стал спорить. Он подошёл к комоду и взял в руки одну из книг. «Мира Грант. Корм». Когда-то он читал эту книгу. Очередная страшилка про зомби. Он быстро пролистал её и ничего не обнаружив положил обратно. Взял вторую книгу. «Маргарет Этвуд. Слепой убийца». Название ему ни о чём не говорило, но вот когда он начал листать её, из книги выпал листок. Джеф положил книгу на место и нагнулся за листком.
– Нашёл что-то? – в дверях появилась Джейн.
– Не знаю. Возможно – Джеф поднял бумажку и увидел, что это билет на автобус Тихуана-Сан-Диего. Он обернулся к напарнице – Скажи Джейн. Ты любишь Мексику?
Робсон пошёл к выходу. Джейн пошла за ним.
– Не знаю, не думала об этом. А что? – спросила она выходя за напарником и прикрыв дверь.
– Думаю завтра возьмём с тобой выходной и съездим.
– Куда? В Мексику?
– Да. В криминальную столицу. Мы едем в Тихуану.
Джеф вышел на улицу и направился к машине. Джейн, шла за ним ничего не понимая. На тёмное небо надвигались тучи и уже падали первые капли. Начинался дождь.
Глава 2
Тридцать четыре дня до инцидента.
Франсуа де Жан откинулся на спинку кресла и прибавил звук. Он ждал сообщение в новостях, и сейчас он сидел и внимательно вслушивался в, подготовленные, фразы диктора о том, как ФБР блестяще провело задержание. И больше всего его рассмешила фраза, что блюстители порядка произвели арест без потерь. Ещё бы. Брали ведь особо опасного… Хакера. Что ж им не откажешь в умении преподносить маленькие успехи за большие победы.
Франсуа всматривался в панорамный вид Башни Линкольна, на экране, и думал о том, как должно быть разочарованны эти Чиканос. Да-уж. Разочарованы это слабо сказано. То, что взяли IT-специалиста, работающего на Сангре-де-Плата, Франсуа узнал практически сразу. Ему позвонили. Время было за полночь, но он не спал. Он только спросил;
– Раскололся?
– Нет – сказал звонивший – Но у федералов, это вопрос времени.
После этого Франсуа решил дождаться утрешнего выпуска новостей и сам в этом убедиться. Не то, чтобы он не доверял звонившему. Он вообще мало кому доверял. Ему хотелось посмотреть какое шоу сделают из всего этого. Существовала вероятность, что компьютерщика взяли за другое правонарушение: взломал правительственный сайт, смотрел порнушку, совращал какую-то малолетку, да мало ли чего мог натворить пацан. Но Франсуа чувствовал – тут есть связь с Мексиканцами. Интересно как много пройдёт времени, прежде чем федералы сунутся к Руису.
«… в результате спецоперации был задержан подозреваемый в киберпреступлениях международного масштаба. По данным ФБР, задержанный причастен к серии атак на финансовые системы нескольких стран. В ближайшее время ожидается официальное заявление…»
Франсуа усмехнулся. «Официальное заявление» – это когда начнут выкручивать руки, пока не скажет всё, что нужно. Он посмотрел на часы на правом запястье – 3:45 утра. Франсуа выключил телевизор. Комната погрузилась в тишину, нарушаемую лишь отдалённым звуком, просыпающегося Сан-Диего, доносящимся с улицы. Он сидел в просторном кабинете на последнем этаже Северной башни комплекса Гранд, в 39 этажей. Пол был застелен тёмным дубовым паркетом, отполированным до зеркального блеска, а вдоль стен тянулись стеллажи с книгами в кожаных переплётах; классика, юридические труды, исторические хроники. Всё для вида. За его спиной, во всю ширину стены, открывался панорамный вид на утренний город: огни набережной, тёмные воды Тихого океана и силуэты кораблей вдали. Стекло было, тонированным, но не настолько, чтобы скрывать происходящее снаружи. Франсуа любил наблюдать. Его не зря прозвали Тень.
Франсуа поднялся с кресла и подошёл к окну. Его взору предстала Санта-Фе – улица, где находился офис его фирмы – неприметная артерия делового района, где стекло и бетон небоскрёбов соседствуют с низкими административными зданиями. Здесь нет толп туристов, нет вычурных витрин, только строгие вывески юридических контор, инвестиционных фондов и консалтинговых агентств. Идеальное место для тех, кто предпочитает оставаться в тени. Днём здесь кипит жизнь: небольшие магазины, кафе с террасами, пешеходы, спешащие по делам. Но с наступлением темноты район преображается. Узкие переулки, глухие фасады складов и полупустые парковки, становятся пристанищем для тех, кто не любит быть на виду.
Его контора, Вентура Кэпитал и Консалтинг, официально занималась инвестициями в недвижимость и бизнес-консалтингом. На деле же отмывала деньги, переводила капиталы между подставными фирмами и обеспечивала легальный фасад для операций, которые находились «на грани закона» – как любил про них говорить сам де Жан. Название ассоциировалось с благополучием (Вентура в переводе с испанского значило удача), а Кэпитал намекал на респектабельные финансы. В штате числились бывшие банкиры, бухгалтеры с гибкой моралью и пара юристов, готовых за закрытыми дверями объяснить, почему определённые транзакции «не подпадают под юрисдикцию США». Офис на последнем этаже ничем не выдавал свою истинную суть: дорогая, но сдержанная мебель, сертификаты на стенах, кофемашина итальянского производства. Даже секретарша у ресепшена выглядела как выпускница престижного университета, а не как подручная наркокартеля. Но за вторым, незаметным лифтом, куда вели только отпечатки пальцев Франсуа и его ближайших людей, находились комнаты с серверами, спутниковой связью и сейфами, где хранились флешки с цифровыми следами сделок.
Дверь кабинета открылась и в помещение заглянул Давид.
– Босс, не помешаю?
– Что там у тебя? – вместо ответа спросил Франсуа обернувшись и указав на кресло, на котором недавно сидел.
Давид прошел в кабинет и сел на кресло.
– Звонили от Руиса. Всё как ты сказал. У них есть товар. Но теперь им нужны не деньги.
– Они хотят ключ…
– Да босс. Их интересует «Кортес».
Всё идёт именно так как и предполагал Франсуа. Арест пацана вынудил Сангре-де-Плата искать специалиста на стороне. Но и при наличии хорошего айтишника и «железа» взлом системы займёт время. А времени как раз было в обрез. Все понимают, что выгоднее приобрести ключ. То, что «откроет все двери». Готовые коды, системные пароли, ссылки на нужные адреса и много полезной информации, всё это есть у де Жана.
Франсуа задумчиво провёл пальцем по стеклу, оставляя едва заметный след на холодной поверхности.
– «Кортес», – повторил он, растягивая слово, будто пробуя его на вкус. – Интересно, сколько они готовы отдать за него?
Давид пожал плечами:
– Думаю они согласятся на любые условия.
– Где Анри? – Франсуа так резко сменил тему, что на некоторое время вызвал смятение у своего подчинённого.
– Он спит, наверное, в комнате отдыха.
Анри Лакур, тот кто должен играть роль Тени на людях. Изображать своего босса. Анри везде сопровождал де Жана, или правильнее сказать де Жан всегда был рядом, не показываясь на глаза. Лишь самые приближённые, знали о существовании двойника, и, конечно, Давид Мартинез был в их числе.
– Разбуди его, думаю скоро от его актёрского мастерства будет многое зависеть.
Франсуа усмехнулся. На улице занялся рассвет. Где-то внизу загудел мусоровоз, а на горизонте показалась розовая полоса. Сан-Диего просыпался…
*** ***
…Они сидели на развалинах какого-то склада, где-то в Ливии, или, может, в Ираке, география стиралась, оставались только запахи: порох, пыль, дешёвый табак. Антонио, как всегда, курил, затягиваясь так глубоко, будто хотел проглотить весь дым мира. Его веснушчатое лицо расплылось в ухмылке.
– Представляешь, Малоун, – голос его звучал хрипло, но весело, – когда всё это кончится, я открою бар. «Мартини и Пули». Буду наливать тебе бесплатно, но только если ты расскажешь самую похабную историю из своей жизни.
– У меня нет похабных историй, – пробормотал Алекс, но уголок его рта дрогнул.
– Врёшь как сивый мерин, – Антонио фыркнул, выпуская дым колечком. – Ладно, тогда я налью тебе «Кровавую Мэри» и скажу, что это твоя совесть. Ты будешь пить и плакать.
Где-то вдали грохнул взрыв, но они даже не вздрогнули. Привыкли. Антонио вдруг стал серьёзным, что было редкостью.
– Слушай, если меня вдруг не станет…
– Заткнись, – Алекс резко перебил его.
– Нет, слушай, – Антонио наклонился ближе, и в его глазах, обычно беспечных, вдруг мелькнуло что-то твёрдое. – Если меня не станет, ты не тяни эту херню с «пропал без вести». Ты найди меня. Понял? Даже если это будет кусок мяса в мешке. Ты найдёшь. И скажешь мне в лицо, что я был болваном.
Алекс хотел ответить, но в этот момент… звонок. Резкий, настойчивый, как сигнал тревоги. Алекс дёрнулся, рука инстинктивно потянулась под подушку, где лежал «Глок». Секунда. И он уже на ногах, пальцы сжимают рукоять, взгляд сканирует комнату. Квартира была типичной для жилья наёмника: минималистичной, почти пустой, словно её обитатель готов был исчезнуть в любой момент. Диван с потёртой кожей, стеклянный стол с ноутбуком и мобильным телефоном. На стене висела карта мира, испещрённая отметками, как шрамами. Окно выходило на море, и по утрам солнечные блики скользили по полу, но сейчас было глухое предрассветное время, когда даже волны затихают.
Телефон зазвонил снова.
– Чёрт – выругался Алекс и провёл рукой по лицу, стирая остатки сна.
Он взял телефон и посмотрел на экран – номер скрыт. Нажал кнопку вызова и поднёс телефон к уху. Пару секунд звонивший молчал, словно слушал дыхание собеседника, чтобы понять, насколько внимательно он слушает.
– Алекс – голос женский. Звонкий. Без эмоций.
Он узнал её. Люсия Моралес. Одна из немногих кто знал его настоящее имя. Бестия в юбке. Может разговаривать с тобой «по душам», но, если ей что-то не понравится живо «выбьет из тебя всю душу». Это качество Алекс и ценил в ней больше всего. К тому же она вот уже несколько лет обеспечивает его «работой». Люсия получала заказы от Эудженио Эспозито, по прозвищу Сигара. Человека с манерами старого сицилийского аристократа и жестокостью пираньи. Он любил дорогие костюмы, большие сигары и… чистоту сделки. Эспозито знал про Алекса, но не больше, чем требовалось. В его глазах Малоун был просто «одним из…» – одним из тех, кого нанимают, когда нужен результат, а не вопросы. Одним из тех, кто умеет исчезать после выполненной работы, не оставляя следов.
– Слушаю – коротко произнёс Алекс.
– Спишь что ли?
– Нет… уже не сплю. Ты время видела?
– Почти шесть. Но это не важно…
– Я не спрашивал сколько время. – перебил её Алекс.
– У меня дело. Ты впустишь или заехать позже?
– Ты в Коронадо? Что ты здесь забыла?
– Так ты впустишь или как?
Алекс вздохнул, подошёл к окну и отдернул штору. Внизу, у подъезда его дома на Оушен Драйв, стояла чёрная Линкольн Навигатор с тонированными стёклами. Рядом, закутанная в лёгкий бежевый тренч, топталась Люсия, держа в руках сигарету. Её каштановые волосы, собранные в небрежный пучок, слегка растрепал утренний ветер. Даже отсюда было видно, как блестят её каблуки.
– Жди, – буркнул он в трубку и отключился.
Его квартира находилась на четвёртом этаже старого, но ухоженного кирпичного дома в Коронадо, тихом прибрежном районе, где жили отставные военные и те, кто предпочитал оставаться в тени. Лифта не было, только узкая лестница с коваными перилами, скрипевшая на каждом шагу. Алекс накинул чёрную футболку и камуфляжные штаны. Засунув "Глок" обратно под подушку, он вышел в коридор. Когда он распахнул дверь подъезда, Люсия уже стояла на пороге, аромат её духов, чёрная орхидея и табак, ударил в нос резче, чем запах пороха. За её спиной, у машины, замер Марко Рицци – высокий, широкоплечий, с лицом, словно высеченным из камня. Он кивнул Алексу, но остался на месте.
– Дерьмово выглядишь – сказала она и юркнула в подъезд.
– И тебе доброе утро – Алекс закрыл подъездную дверь и пошел следом.
Они поднялись на четвёртый этаж и зашли в квартиру; Люсия первая, Алекс за ней закрывая дверь.
– Какими судьбами в такую даль от дома? Неужели соскучилась? – пошутил Малоун помогая гостье снять плащ и закидывая его на вешалку.
Люсия, одетая в лёгкую шёлковую рубашку, тёмно-бордового оттенка с короткими рукавами, и стильные чёрные джоггеры из мягкой ткани с незаметными карманами на бёдрах, прошла в гостиную.
– Я здесь по делу – её голос стал жёстче
– Я почему-то сразу так и подумал – сказал он, проходя на кухню – Что ж, чувствуй себя как дома. Пиво будешь? – он открыл холодильник.
– Давай – согласилась Люсия и Алекс протянул ей взятую из холодильника Миллер Лайт.
– Ну. Слушаю – сказал Малоун, сев на диван и откупорив пиво.
– Тебе знаком некто Франсуа де Жан? – Люсия села рядом и отхлебнув из банки, поставила её на столик.
– Так – Алекс, сделал неопределённый взмах рукой – Слышал кое-что.
Люсия достала из кармана брюк конверт из плотной бумаги, слегка помятый по краям, словно его не раз перекладывали с места на место. Её пальцы, покрытые тёмно-бордовым лаком, ловко вскрыли его, и на стеклянную поверхность стола легла фотография.
– Это твой объект – пояснила она.
На снимке был высокий, жилистый мужчина с кожей цвета тёмного шоколада и резкими чертами лица. Его коротко стриженные волосы слегка серебрились у висков, а в глазах, узких и холодных, читалась привычка оценивать, взвешивать, решать. Он стоял на фоне белоснежной яхты, одетый в бежевый лён, одна рука в кармане, другая сжимала бокал с янтарной жидкостью. Улыбка на его губах была светской, но недоброй, как у хищника, притворяющегося гостем на званом ужине.
– Так стоп. Если это тот, про кого я слышал, то он владелец половины Сан-Диего, к тому же, если не ошибаюсь он партнёр Сигары. В чём тут фокус?
– Никакого фокуса – Люсия сделала ещё глоток и потянулась в карман за сигаретой – Я закурю?
– Кури – Алекс взял, с нижней полки столика, стакан и поставил его перед гостьей в качестве пепельницы.
– Ты во многом прав. Этот тип – Люсия указала на фото двумя пальцами с зажатой между ними сигаретой – Действительно крупный человек и не только Сан-Диего, но и всей Калифорнии. Что там они не поделили я не знаю, да и не важно. Ты скажи берёшься за дело?
– Ты же знаешь: не могу отказать красивым девушкам – Алекс попытался улыбнуться – Но у меня ряд условий.
– Без этого не бывает – Люсия улыбнулась в ответ, сделав ещё одну затяжку.
Она нравилась Малоуну. И не только как женщина. Люсия Моралес – это был один из тех, редких, случаев, когда красота не замещает ум, а дополняет его.
– Ты знаешь цену. Половину вперёд, два месяца на подготовку и сбор информации.
– Деньги в машине. Но вот времени у тебя не так много. Но есть и хорошая новость: информатором твоим будет парень по имени Рикко. Он раньше работал у де Жана. И многое знает.
– Работал – механически повторил Малоун – И его так просто отпустили? И я должен довериться тому, кого даже не знаю.
– Никто тебя не просит ему безоговорочно доверять – ещё глоток, затяжка, пепел в стакан —Он кое какой информацией владеет, остальное от тебя. У тебя месяц. Этого хватит чтобы многое перепроверить.
– И где я встречу твоего информатора?
Люсия выдохнула дым, её глаза сузились, будто она взвешивала каждое слово.
– «Корабль дураков», – наконец сказала она. – Бар на пирсе в Сан-Диего. Завтра, ровно в полдень. Рикко будет сидеть за дальним столиком у окна, в синей бейсболке и очках Рэй-Бэн. Он знает тебя в лицо.