Фальшивая фанатка

Я отвечаю ей, не отрывая взгляд от отца:

– Мэдди все еще с Новой и его мамой, как ты знаешь, они вместе справляют День Благодарения, но скоро она должна подойти.

Если бы я пристально не следил за отцом, то не заметил бы, как его челюсть на мгновение сжалась при этой новости, прежде чем он это скрыл.

– Мэделин ведь придет одна? – спрашивает он, и я усмехаюсь. Хоть я и ненавижу Нову Даркмора, но наблюдать за тем, какой эффект он оказывает на отца, поистине приятно.

– Да, потому что бог запретил приводить еще одного хоккеиста на твою роскошную вечеринку, хах? – спрашиваю я с насмешкой, и наконец отец хмурится.

Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но Хэлли его опережает.

– Это место выглядит потрясающе, мэр Питерс, Мэдс точно понравятся все эти украшения. Не будем вас задерживать, похоже, что прибыло еще много гостей. – Она кивает в сторону заходящих людей и прежде, чем родители успевают сказать что-то еще, тащит меня прочь.

Когда мы проходим мимо них, отец хватает меня за руку, и, прильнув к моему уху, шепчет:

– Симпатичная, вежливая и политически уважительная. Яблоко от яблони недалеко падает. Отличный выбор, сын.

Я одергиваю руку, но прежде, чем успеваю ответить, что я никогда не будут таким, как он, Хэлли берет меня за руку и слова улетучиваются с языка.

– Пошли, двадцать второй, мне надо выпить, – нежно просит она, и я поворачиваюсь, чтобы увидеть, как ярко сияют ее зеленые глаза, и это все, что мне нужно. Я не задерживаюсь и не оборачиваюсь, чтобы удостоить отца ответом, а просто ласково притягиваю девушку поближе к себе, когда мы заходим на вечеринку.

Все помещение наполнено роскошно разодетыми людьми, которые прекрасно сливаются с экстравагантным декором. Все они фальшиво улыбаются, когда осыпают друг друга комплиментами, при этом не обращая внимания на персонал, мельтешащий с шампанским и канапе на подносах. Я киваю проходящему мимо официанту, он останавливается, чтобы предложить нам два бокала, и я благодарю его, в то время как Хэлли осматривает комнату.

– Так, какой у нас планы игры? – спрашивает она, оглядывая всех присутствующих с той самой улыбающейся маской на лице.

Хэлли ненавидит вечеринки вроде этой, но никогда их не пропускает, обычно оставаясь рядом с Мэдди, потому что ей так комфортнее, и я не понимаю, почему она каждый раз настаивает на том, чтобы пойти. Да, она выросла в том же мире, что и я, но ее родители очень далеки от моих. Они никогда не принуждали ее ни к чему, начиная с учебы и заканчивая личной жизнью, у нее всегда было право выбора. Черт, да они вообще давно не посещают такие мероприятия, но Хэлли все еще продолжает принимать все приглашения. Раньше я воспринимал это как само собой разумеющееся, но сейчас, когда она здесь, рядом со мной, я чувствую небольшое удовлетворение, особенно, потому что Мэдди опаздывает.

– Что ты имеешь в виду под «какой план»? – спрашиваю я, наблюдая за девушкой, осматривающей всех остальных, и именно поэтому я замечаю ее фирменный взгляд с закатившимися глазами, который всегда достается мне.

– Черт побери, Джошуа, – ругается она, заставляя меня улыбнуться, а затем смотрит мне прямо в лицо и добавляет: – Ты играл в хоккей с тех пор, как научился ходить, так почему ты все еще такой тупой?

Я чуть не давлюсь своим шампанским от ее оскорбления.

– Я думал, что, если сделаю тебя своей невестой, ты будешь немного милее со мной, – отвечаю я, прочищая горло, и она снова закатывает глаза.

– Ну, ты ошибался, – резко отвечает Хэлли, сокращая небольшое расстояние между нами и понижая голос, чтобы ее услышал только я. – Твой отец заставляет тебя жениться на мне, а ты говоришь, что у тебя нет плана? Оглядись вокруг, Джош, половина этой вечеринки уже с удивлением нас рассматривает.

Я делаю, как она говорит, невзначай переводя взгляд на людей вокруг, и она права: они действительно смотрят на нас. Конечно, они делают вид, что это не так, но каждые несколько секунд чьи-то глаза встречаются с моими, а потом быстро переключаются на Хэлли с любопытством. Люди привыкли видеть нас вместе на таких мероприятиях, но обычно мы появляемся втроем с Мэдди, которая служит буфером между мной и Хэлли. Мы никогда не оставались вдвоем с тех пор, как я ее оттолкнул, но вот мы здесь, под пристальными взглядами присутствующих.

Я никогда не беру девушек с собой на вечеринки у родителей, и не только потому, что не хочу подвергать их испытующему взгляду отца, но и потому, что никогда не встречаюсь с ними вдолгую. Ни с кем. У меня и так хватает проблем, чтобы приплетать сюда еще и девушку. На самом деле это довольно иронично, учитывая, что сейчас я на вечеринке со своей будущей женой, хоть она всего лишь помощь для достижения цели. Хэлли поможет мне, а потом мы снова вернемся к дружеским отношениям, как и раньше.

Я снова смотрю на нее, и девушка ухмыляется, слегка качая головой, прежде чем наклониться еще ближе, поднося губы к моему уху.

– Если ты хочешь, чтобы люди поверили, что мы помолвлены, тебе стоит начать немного лучше притворяться и смотреть на меня так, как будто тебе действительно нравится моя компания, – тихо смеется она, и ее цветочный аромат остается витать в воздухе, даже когда она отстраняется. Я смотрю в ответ в недоумении.

– Но мне и правда нравится твоя компания, Хэлли, мне не нужно притворяться, – отвечаю я без раздумий, и взгляд девушки смягчается. Однако, когда она открывает рот, чтобы что-то ответить, боковым зрением я замечаю направляющуюся к нам пару. – Приближаются, – шепчу я, а затем поворачиваюсь к ним с улыбкой. – Мистер Шарман, рад вас видеть, – говорю я, крепко пожимая мужчине руку.

Марк Шарман – партнер моего отца, они работают вместе в офисе. Когда-то он пытался баллотироваться на пост мэра, но потерпел неудачу. Некоторые утверждают, что он так и не оправился от этого. Марк не злой человек, но всегда ищет, как подняться по карьерной лестнице, и именно поэтому он пристает ко мне на каждом мероприятии, на котором мы бываем вместе.

– Джош, ты такой же хороший лжец, как и твой отец, – улыбается он, крепко пожимая мне руку.

– О, сомневаюсь, – смеюсь я, поворачиваясь к его жене. – Миссис Шарман, как всегда выглядите прекрасно. – Она краснеет, подтверждая слухи о том, что ее влечение к молодым парням не ложь, и я притягиваю Хэлли к себе. – Позвольте представить мою невесту, Хэлли Роуз Сандерс.

Улыбка сползает с лица миссис Шарман, но Марк, похоже, воспринимает эту новость с большим интересом. Он произносит, словно мурлыкая: – Я не знал, что вы помолвлены, Джош. Уверен, твой отец гордится тобой. – Он подмигивает, протягивая руку, чтобы пожать ее Хэлли. – Приятно познакомиться, мисс Сандерс, вы случайно не связаны с «Джереми Сандерс Файнанс»? – спрашивает он, без труда называя бизнес отца Хэлли, что не удивительно, ведь они действительно вращаются в одних социальных кругах.

– Да, Джереми – мой отец, – подтверждает Хэлли с вежливой улыбкой, отпуская его руку и вновь обвивая ее вокруг моего плеча. – А наша помолвка состоялась совсем недавно, анонс будет на этой неделе, – лжет она с легкостью, и это только укрепляет мою уверенность, что Хэлли была единственным возможным выбором.

– Что ж, позвольте нам первыми поздравить вас, – говорит Марк, поднимая бокал шампанского в нашу честь, прежде чем сделать глоток. Я почти собираюсь поблагодарить его, но он добавляет: – Это значит, что ты, наконец, последуешь по стопам старика и уйдешь в политику, а свою клюшку повесишь на гвоздь?

Этот утомительный вопрос я слышу на абсолютно каждом мероприятии, и я даже не удивлюсь, если это отец попросил своих дружков постоянно задавать мне его. Это общеизвестный факт, что мужчины из семьи Питерс – политические деятели, и похоже, что иметь страсть к чему-то, кроме этого – непростительно, особенно для моего отца. Может, он думает, что если окажет на меня достаточно давления, я склонюсь к его воле, но пока этого не произошло.

Рука Хэлли сжимается на моей, и прежде чем я придумаю политкорректный ответ, который Марк наверняка ожидает, Хэлли вмешивается. – Джош на самом деле метит в НХЛ, так что вы увидите его на своих экранах гораздо раньше, чем в офисе мэра, – сияет она, выглядя как гордая будущая жена, которая мне и нужна. – Может, вам стоит взять выходной от политики и посмотреть матч «Флайерз» в ближайшее время – вдруг вы вдохновитесь, – добавляет она, вновь поворачиваясь к Марку и направляя на него доброжелательный взгляд.

Да, определенно идеальный выбор для жены.

– О, я не сомневаюсь, что на льду я найду столько же политики, сколько и в своем офисе, моя дорогая, – улыбается Марк, наблюдая за нами еще пристальнее, чем раньше, взглядом, который мне явно не нравится.

В углу начинает играть струнный квартет, и я использую момент, чтобы сбежать от его оценивающего взгляда.

– Если позволите, мне нужно пригласить свою невесту на танец, – говорю я, забирая бокал шампанского у Хэлли и избавляясь от него, а затем кидаю прощальный взгляд Марку и его жене, ведя девушку на танцпол.

– Ты же ненавидишь танцевать, – шепчет Хэлли с улыбкой, когда кладет свою руку в мою, а я приобнимаю ее за талию.

– Да, ну, я ненавижу коллег отца еще больше, наверное, – отвечаю я ей искренне, и девушка смеется. Мы начинаем танцевать, легко и естественно, также как мы делали это сотню раз раньше.

Между нами повисает молчание, которое может быть только результатом многолетней дружбы. Пока мы покачиваемся в ритме, не обращая внимания на внешний мир. Я не всегда ненавидел танцы. На самом деле, я помню время, когда одно лето мы танцевали практически каждый день. Это было прямо перед тем, как вскрылся роман моего отца с Дианой Даркмор, и у меня не было никаких забот. Я думал, что мои родители – это пример идеальной пары, я действительно стремился быть как они. Мы с Хэлли смотрели их свадебное видео снова и снова, танцуя также, словно это был наш день. Я думал, что вырасту и буду так же счастлив, так же влюблен, но я был просто глупым ребенком. Единственная свадьба, которая у меня будет – фальшивая свадьба с Хэлли ради того, чтобы обыграть отца, и я буду счастливее, чем он когда-либо был.

Мы медленно покачиваемся, и я осознаю, что это первый раз, когда мы танцуем вместе с того лета. Теперь это чувствуется гораздо интимнее, чем тогда.

– Ты знаешь, ты совсем не такой, как он, – произносит Хэлли, прижимая голову к моему плечу благодаря разнице в нашем росте, и мне бы хотелось, чтобы ее слова не затрагивали меня. Она, наверное, лучше других знает, каково это: быть в тени моего отца. – Ты же знаешь, что ты потрясающий? – добавляет девушка.

Я игнорирую сантименты и решаю ответить с юмором.

– Ну, я не получал жалоб, так что «потрясающий» – это, видимо, общественное мнение, – улыбаюсь я и чувствую, как она закатывает глаза.

– Я имела в виду хоккей, придурок, – ругается Хэлли, и я смеюсь. Это мне и нравится в наших отношениях – наши шутки, они простые, легкие и комфортные. Меня всегда поражало, как легко мне удается вывести ее из себя.

Возможно, последние несколько лет я держал ее на расстоянии и не позволял себе быть с ней открытым и веселым, как раньше, но старые привычки не исчезают просто так. Основа, которую мы заложили в детстве, все еще есть, просто теперь она скрыта под моими проблемами.

– Это не лучший способ общаться со своим будущим мужем, мишка Хэлли, – подшучиваю я, чувствуя, как ее рука крепче сжимает мое плечо, а ногти вонзаются в меня в ответ на шутку.

– Мой будущий муж сейчас получит по яйцам прямо перед всеми друзьями его отца, если не будет осторожен, – отвечает она, как всегда насмешливо, и я едва сдерживаю смех, пряча его в ее волосах. Они пахнут как сахарная вата, и я не могу удержаться, чтобы не вдохнуть этот аромат.

– Ну-у, перестань флиртовать со мной, Динь, а то мне придется начать нарушать те мелкие правила, которые ты так тщательно записала в своем красивом блокноте, – говорю я шутливым тоном, но мои слова заставляют ее отодвинуться и встретиться со мной взглядом, как будто они ее заинтересовали. – Что? Не говори мне, что маленькая мишка Хэлли любит нарушать правила, – подшучиваю я, наблюдая за ней, и девушка фыркает.

– Мы можем уже развестись? – отвечает она резко, а потом добавляет: – Я правда тебя ненавижу.

– Нет, не ненавидишь, – заявляю я, но прежде чем она успевает что-то сказать в ответ, нас перебивает другой голос.

– Черт, Хэлли, ты вытащила его на танцпол – это чудо на День благодарения, – смеется моя сестра, и мы с Хэлли отстраняемся друг от друга, видя, как она наблюдает за нами с улыбкой. – Вы оба выглядите потрясающе, давно здесь?

– Ты опоздала, – говорю я. – Отец был злой.

Ее улыбка даже не колеблется, когда она отвечает:

– Ну да, отец всегда злой. – Раньше такие слова обеспокоили бы ее, но, похоже, Нова все-таки оказал на сестру положительное влияние даже за такой короткий промежуток времени.

– Это правда, – соглашаюсь я, переглядываясь с Хэлли и молча решая, что нам нужно рассказать Мэдди о нашем соглашении, перед тем как снова повернуться к сестре и добавить: – Нам нужно с тобой поговорить кое о чем…

– Дамы и господа, – раздается громкий голос моего отца, прерывая наш разговор. Свет вокруг нас тускнеет, и на него падает прожектор. – Вы могли бы быть где угодно сегодня вечером, но выбрали быть здесь вместе с нами, и за это мы вам бесконечно благодарны. Мы трое обменялись презрительными взглядами и сфокусировались на маме, стоящей рядом с отцом. – Я благодарен за все, что имею, но больше всего благодарен за своих замечательных детей, – поднимает он бокал в нашу сторону, и несколько гостей смотрят на нас и улыбаются, как будто мы действительно идеальная семья. – Но в этом году у меня есть еще больше причин для благодарности.