– Вот именно, никаких нарушений технологии на той станции я не обнаружил. Как ты знаешь, я производил расследование и сделал кое-какие замеры в различных зонах. В общем, я нашёл доселе неведомый вирус, который переходит от одной системы к другой, подобно компьютерному вирусу.
– Но ведь компьютерные вирусы кто-то создал. Не хотите ли вы сказать, что и здесь кто-то поработал, что это дело рук человеческих?
Учёный неопределённо пожал плечами и сел за стол.
– Возможно, мы и здесь имеем дело со злой волей, или, – Джон сделал паузу, – или с чьим-то недопониманием.
– Непостижимо! Но неужели ничего нельзя сделать?!
Учёный снова пожал плечами.
– Возможно, ты прав, но, видишь ли в чём дело, нам катастрофически не хватает времени.
– Но что ж вы предлагаете, мэтр? – взволнованно спросил юноша. – Улететь?
Гаррис отрицательно покачал головой и печально улыбнулся:
–. Даже школяру известно, что любое соединение рано или поздно распадается. По моим подсчётам понадобится две тысячи лет для того, чтобы Земля начала обновляться… Вновь потекут чистые реки, в которых будет полно рыбы; вырастут новые леса…
– Две тысячи лет, – прошептал Хьюз. – А мы тем временем перемрём как мухи.
– Ого, не слишком ли сильно сказано, коллега!? – почти весело произнёс Гаррис.
– Простите, учитель, но как же тогда быть?
– Быть или не быть – извечный вопрос. Помни, выход всегда есть.
Молодой человек подался вперёд.
– И вы его нашли?
– Да… конечно… если можно это назвать выходом. Я предлагаю переждать…
– Переждать? – разочарованно протянул Хьюз. – Две тысячи лет?
– Кажется, я вас разочаровал, коллега? – усмехнулся Гаррис.
– Но где? Вы же сами…
– Под землёй. Да, под землёй. В нашей стране, да и на всей планете, много пещер. Некоторые из них очень глубоки и, как утверждают спелеологи, где-то там соединяются. Так вот, я предлагаю укрыться в этих пещерах и переждать пока на Земле будет властвовать радиация.
– Жаль, только нас не будет, – мрачно заметил Хьюз.
Старый учёный внимательно взглянул на него.
– Как знать, как знать. Идём со мной, – председатель встал, но вдруг зашатался, побледнел и вновь сел в кресло.
– Что с вами!? – вскочил юноша.
– Ничего, сейчас пройдёт, – вымученно улыбнулся учёный.
Улыбка что-то растопила в его лице, и сразу стало видно какой это пожилой и уставший человек.
– Вы больны, учитель?!
– Дело не во мне… Ну, всё, пошли.
Гаррис нажал потайную кнопку под крышкой стола. Огромная карта мира за его креслом сдвинулась в сторону и открылась дверь из белого пластика. Хьюз вздрогнул от неожиданности, обычно мэтр не пользовался подобными «ремудростями. С лёгким шуршанием дверь тоже скользнула в сторону. Учёный сделал приглашающий жест и первым вошёл внутрь. За ним последовал Хьюз.
На первый взгляд, обычная лаборатория, разве что размерами немного отличалась от сотен других – рассчитана на одного человека. Но, приглядевшись, юноша увидел на лабораторном столе несколько незнакомых приборов… И еще книги – сотни томов, стоящих в большом старинном шкафу красного дерева.
Гаррис подвёл юношу к странному предмету, непохожему ни на что, и в то же время до боли что-то напоминающее. Прибор представлял собой стеклянный, или сделанный из какого-то прозрачного материала шар, от которого отходило множество тоненьких трубочек, присоединённых к чёрному ящику
– Ты, конечно же, знаешь о клонировании? – спросил Гаррис.
–Да, учитель, с помощью клонирования мы решили продовольственную проблему. Да вы и сами не раз проводили с нами опыты.
– Прекрасно, тогда тебе легче будет понять меня, – Джон сделал небольшую паузу. – Но теперь речь пойдёт не о животных…
Юноша недоумевающее взглянул на мэтра, а потом, словно что-то поняв, отступил на шаг.
– Но, учитель, человеческие клоны запрещены! – воскликнул он.
– Совершенно верно, однако не бывает правил без исключений. Впрочем, это будет не совсем клон.
Юноша вздрогнул и о чём-то задумался. Гаррис не мешал ему.
– Понимаешь ли в чём дело, я вдруг почувствовал, что решение должно быть… и находится где-то рядом, стоит протянуть руку. Так оно и вышло. В который раз убеждаюсь – всё гениальное просто. Нет-нет, я не причисляю себя к гениям, просто иногда с человеком случается… если хочешь, назови это вдохновением или озарением. Я подумал, а что если произвести атомный мини—взрыв. В общем, создать в сфере то же самое, что произойдёт на Земле в скором будущем. Зачем? – спросишь ты. Всё очень просто, через две тысячи лет радионуклиды начнут ся распадаться, примерно в тоже время, что и на Земле, микрофлора в шаре начнёт оживать, кстати, назвал я его – «колыбель», а вместе с ней станет развиваться и эмбрион. Остальное, как говорится, дело техники, – заключил ученый.
– Если я всё правильно понял, эта… – Хьюз на секунду замялся, – эта штука рассчитана на тысячелетия… А прибор всё это время нужно поддерживать в рабочем состоянии?.. Но кто?..
Гаррис улыбнулся.
– Я тебя прекрасно понял. – он подошёл к сфере. – Что касается прочности, она не такая уж хрупкая, как кажется. Теперь попробую ответить на первый вопрос, – учёный на секунду задумался, словно собираясь с мыслями. – Да, ты прав, вечных двигателей не существует, по крайней мере, не существовало до сих пор…
– Учитель, неужели вам удалось?!
– Можно сказать…
– Но это невозможно! Сколько светлых умов до вас…
– Ты не дослушал. Это не вечный двигатель, в классическом его понимании. И запомни, нет ничего такого, чего не мог бы совершить человек, попавший в экстремальную ситуацию – человек, припёртый к стене. А мы ведь именно в таком положении, не правда ли? – Гаррис взглянул на ученика, но тот хранил молчание, беззвучно шевеля губами. – Итак, – после небольшой паузы, продолжил он, – я замахнулся, казалось бы, на невозможное, – он снова взглянул на юношу, – вечный двигатель… хорошо, будем называть колыбель так. Но скорее это часы, своеобразные часы, но отсчитывающие не секунды, минуты и часы, а десятилетия, века и тысячелетия. И я думаю, это моё последнее изобретение, как говорится – моя лебединая песня, – Гаррис печально улыбнулся.
– Очень надеюсь, что это не так, – горячо возразил Хьюз.
Взор юноши был прикован к маленькому чуду.
– Учитель, вы ещё не начали работать с "колыбелью"?