Гниз Вескари шумно и протяжно выдохнув, откинулся в кресле и уставился в пространственный терм, развёрнутый на всю стену его адмиральской каюты, испещрённый зелёными точками дифферентов. Их было столь много, что казалось звёзды исчезли, а их место заняли военные корабли цивилизации кроканов. Наконец-то сбылось желание его адмиральской жизни – он вёл военный флот цивилизации Кроканы к Толлоне, чтобы уничтожить эту цивилизацию чистоплюев. Полностью. Не оставив от них, даже, воспоминаний.
***
Гниз Вескари торопился. Ему было уже под пятьдесят – большая часть разумной жизни уже прожита, а его мечта ещё не исполнилась: он хотел быть Хранителем цивилизации кроканов, Великим Хранителем, чтобы о нём помнило не только нынешнее поколение, а и все следующие. Все, до единого. А для этого нужно совершить великое деяние, чтобы оно ярчайшим бриллиантом сверкало во всем последующем течении времени цивилизации кроканов. И это деяние он видел в тотальном уничтожении цивилизации толлонов. А потом… Нынешний Хранитель уже стар, Председатель – тоже, а в его руках огромный флот боевых космических кораблей и после уничтожения толлонской цивилизации уже никому, ничего доказывать не нужно будет.
К тому же, он заметил одну особенность своего тела – чем больше он находился в пространстве, тем медленнее старел его организм и потому последние годы, он, буквально, жил в пространстве. Семьи у него не было и потому неудобств этот способ жизни никому, кроме экипажа флагманского дифферента не доставлял. Никому об этой подмеченной им особенности своего организма он не рассказывал, надеясь с приходом вожделенных времён, воплотить эту особенность в благо для себя. Конечно, управлять цивилизацией из пространства будет достаточно беспокойно для него и наруку его недругам, но у него есть космический флот, как наглядное пособие по усмирению непокорной цивилизации, которое он, без колебаний, продемонстрирует своим недругам.
Чтобы было, что демонстрировать – все свои, более, чем двадцать лет адмиральства он строил, строил и строил боевые космические корабли: дифференты, тангары, верши – кораблей для выполнения специфических задач. Взяв строительство космических кораблей под своё непосредственное руководство, не доверяя никому, лишь себе. Всех кораблей было построено более ста восьмидесяти и теперь боевой космический флот под руководством Гниза Вескари составлял двести тридцать единиц, двести которых сейчас, в едином порыве, двигались в сторону планетной системы цивилизации толлонов.
***
– Гард адмирал! – Негромкий голос вывел Гниза Вескари из размышлений и заставил поднять взгляд на пространственный терм, развёрнутый во всю стену адмиральской каюты флагманского дифферента космического флота кроканов – с экранной врезки на него смотрел адъютант. – Командир Гос Седб. – Адъютант склонил голову.
– Пусть говорит. – Резким, недовольным голосом произнёс Гниз Вескари.
Изображение мигнуло и во врезке появилось другое лицо, уже старого крокана, с лицом испещрённым глубокими морщинами.
– Рад, масса адмирал. – Лицо крокана ушло вниз и во врезке появился его безволосый затылок.
– Что? Говори! – Проскрежетал Гниз Вескари.
– Станция смонтирована, масса адмирал. – Крокан поднял голову. – Есть все основания утверждать – они не знают о нас.
– Никаких оснований. – Заскрипел Гниз Вескари едва разжимая зубы. – Или – да, или – нет.
– Да, масса адмирал. – Во врезке вновь появился затылок Гос Седба. – Они не знают.
Ничего больше не сказав, Гниз Вескари опустил руку и нажал на клавишу под подлокотником кресла – изображение во врезке вновь мигнуло и в ней опять появилось лицо адъютанта.
– Госсе Блада. – Произнёс адмирал.
Врезка опустела. Гниз Вескари нервно забарабанил по подлокотникам, по его скулам заходили желваки.
Наконец во врезке появилось лицо ещё одного крокана. Крокан был достаточно молод и его лицо совершенно не имело морщин. Видимо крокан находился достаточно далеко от своего экрана и потому его лицо занимало не всю врезку и по одежде было видно, что он является старшим офицером.
Это был начальник штаба космического флота кроканов – Госсе Блад, ставленник недавно умершего Председателя Лой Воссари, которого тот сделал начальником штаба флота против желания Гниза Вескари. Он был гораздо моложе адмирала и все уже поговаривали, что Председатель готовит замену, ставшему не в меру строптивому, Гнизу Вескари, но Председатель был стар и не мог жить вечно. Гниз Вескари уже вознамерился убрать Госсе Блада из флота, но тот оказался, достаточно толковым офицером, да и спесь, после смерти Председателя с него, как-то, сошла и Гниз Вескари, против своего желания, сработался с ним, так как напрямую с ним контактировал очень редко, а все его приказы, получаемые через адъютанта, начальник штаба исполнял беспрекословно.
– Контроль установлен. – Заговорил Гниз Вескари спокойным, расслабленным голосом, будто и не был только что резок и нервнен, опережая приветствие начальника штаба. – Берёшь шестую и восьмую эскадру и к Толлоне. Задачу ты знаешь.
– Будет исполнено, гросс адмирал. – Госсе Блад склонил голову.
Гниз Вескари ткнул в клавишу под подлокотником, прерывая связь и уставился в пространственный терм.
Прошло совсем немного времени и внушительный рой зелёных точек, отделился от зелёного поля космического флота и уйдя в сторону, начал медленно удаляться.
Губы Гниза Вескари вытянулись в усмешке: его терпение скоро будет вознаграждено – оттуда, куда направился Госсе Блад с двумя эскадрами, он, навряд ли уже вернётся живым.
***
Адмиральский путь Гниза Вескари оказался совсем не гладким и если бы не железная рука Председателя Лой Воссари на шее Роты, то он не продержался бы в этой должности и года.
Номинально, Председатель был вторым лицом цивилизации и отвечал за исполнение законов и указов, которые принимала Рота, а первым лицом был Ротар – глава Роты, но Лой Воссари смог протолкнуть на эту должность, пожалуй, одного из самых порочных ротов и сразу же после избрания взял его в свои крепкие объятия, фактически, погрузив его в разврат и празднества, а сам занялся управлением цивилизацией по своему разумению, собрав вокруг себя самых реакционных и коррумпированных ротов, готовых за своё кресло перегрызть горло кому угодно и не гнушающихся никакими средствами для этого. Остальная часть Роты, со страхом в глазах, лишь молча прикладывала свой большой палец к терминалу при голосовании. Хранитель был особым лицом цивилизации – хранителем традиций. Его почитали, боялись, уважали, но как таковой, власти он не имел. Если Хранителем был волевой и деспотичный крокан, то он, обычно, и становился первым лицом цивилизации, но сейчас Хранитель был уже очень стар и фактически, отошедший от дел. Он был несменяем и исполнял эту должность до последнего своего вздоха. И потому, уже долгое время Лой Воссари, фактически, был всем. Но со временем его железная хватка начала ослабевать и в его окружении появились роты, не прочь сами занять, как кресло Ротара, так и пост Председателя и потому, удачно найденный, свой адмирал с могущественным космическим флотом был превосходным аргументом у Лой Воссари в борьбе за удержание власти.
Первый год службы для Гниза Вескари был, пожалуй, самым трудным и чрезвычайно опасным. На него было организовано два покушения, а уж сколько раз его пытались купить, он, пожалуй и сказать бы не смог. Предложения были, одно заманчивее другого, но Гниз Вескари каким-то неведомым ему чутьём понимал, что лишь поддержка его Лой Воссари, обеспечит ему будущее и потому, неизменно, докладывал Председателю о всех его недругах. Лой Воссари не церемонился со своими потенциальными врагами: или обирал их, заставляя рота платить огромные суммы за своё членство в Роте или же, если это оказывался хорезматичный рот, расправлялся с ним физически, используя для этой цели, чаще всего, своего протеже – Гниза Вескари. Так они оказались связаны незримой криминальной нитью и уже ни один из них не смог бы её оборвать, без самых тяжких последствий для себя.
Когда же Гниз Вескари смог разобраться в хитросплетениях борьбы во властных структурах цивилизации и понял, что Председатель, без поддержки его флота уже не сможет удержаться в своём кресле, буквально, обнаглел и уже сам начал диктовать Лой Воссари свои желания в том или ином случае, чем не раз вызывал гнев с его стороны. В конце-концов, Лой Воссари поняв, что Гниз Вескари, практически, потерял управляемость и представляет весомую угрозу его власти, вознамерился заменить его, но Гниз Вескари уже был окружён верными ему офицерами флота и был заручён поддержкой многих ротов, из числа тайных противников Лой Воссари и на все попытки Председателя сместить его нелегальным способом, предпринимал такие эффективные меры, что Лой Воссари сам не раз, едва удерживался наплаву. Они всё дальше и дальше отдалялись друг от друга. Единственное, что их как-то продолжало объединять – животная ненависть к цивилизации толлонов, которую они готовы были задушить даже своими собственными руками, лишь бы она навсегда исчезла с галактического лица.
И вот Лой Воссари не стало, несмотря на все усилия лучших медицинских светил цивилизации. Верные Гнизу Вескари роты предложили ему занять кресло или Ротара или Председателя, но Гниз Вескари, уже понявший, что пространство очень положительно влияет на жизненные функции его организма, наотрез отказался. Да, собственно, ему это уже не было нужно – его боялись все и вся в цивилизации и безо всяких задержек предоставляли все необходимые ресурсы для жизнеобеспечения его флота. Он стал сродни Ампу – могущественному мифическому существу обитающему в далёком пространстве и вершащему судьбы кроканов. Но всё же, он втайне мечтал стать Хранителем. Но Хранитель избирался лишь всенародным референдумом и устрашения тут, не всегда помогали. Тем более, у него, пока, ещё не было того весомого аргумента, который бы затмил всех других недоносков, пытающихся занять трон Хранителя.
Гниз Вескари с ещё большим энтузиазмом взялся за осуществление плана по уничтожению чужой цивилизации. Все ресурсы цивилизации кроканов были брошены на строительство дифферентов, тангаров и верш или по другому – поджигателей, представляющих собой огромный приплюснутый цилиндр, заполняемый специальной, очень активной горючей жидкостью для выжигания органической составляющей поверхностей планет. В жидкость добавили радиоактивный компонент и получилось настоящее чудовище для уничтожения всего живого. Испытания смеси провели на одном из зелёных спутников своей планетной системы – за несколько дней из зелёного, он превратился в чёрный безжизненный уголь. Температура была такая, что выгорела вся органика в почве на глубину до трёх десятков метров. Кислорода в атмосфере осталось не более трети. Не спасали ни подвалы ни убежища. За десять последующих лет на нём не появилось ни единого зелёного росточка. Единственным недостатком жидкости была водобоязнь: молекулы горючей смеси активно присоединяли водород и она распадалась на почти нейтральные компоненты. Все попытки кроканов решить эту проблему ни к чему не привели: даже массовые репрессии среди учёных не помогли и когда нависла угроза, что и этого достижения Гниз Вескари может лишиться по причине образовавшихся брешей в научных рядах, тогда было решено – водные океаны Толлоны не обрабатывать ею. Тем более, насколько кроканы знали – в океанах Толлоны, животный и растительный мир был очень беден.
Для ускорения строительства космического флота были модернизированы и вессперы: из них было удалено, по мнению Гниза Вескари, всё лишнее.
– Комфорт расслабляет воинов. Те экипажи, которые считают корабль отелем, флоту не нужны. – Заявил он перед строем служащих космофлота и все молча опустили головы, ещё больше развязав руки адмиралу.
Вещества массы не хватало, а надежда на захват грузовиков толлонов не оправдалась – было захвачено всего лишь два драффта, один же открыл свои люки и криил оказался в пространстве. К тому же Толлоны начали сопровождать свои грузовики и Гниз Вескари, потеряв при одной из попыток захвата в противоборстве с парой вессперов три дифферента, решил больше не рисковать своими боевыми кораблями. Не удалось сорвать и работу обогатительной фабрики толлонов на Роззе: мелкие диверсии большого эффекта не давали, а крупные не проходили, так как толлоны стали её тщательно охранять.
Тогда Гниз Вескари и принялся за основательную модернизацию дифферентов. Экипаж дифферента был сокращён с шести человек до трёх, что уменьшило груз жизнеобеспечения, а значит уменьшился вес корабля. В модуле управления стало свободнее и Гниз Вескари приказал уменьшить его размеры: из четырёх палуб были оставлены две, что ещё уменьшило вес дифферента и тогда было решено силовую установку корабля сделать менее мощной. Уменьшение мощности конверторов повлекло уменьшение его размеров, в крыльях стало свободно и они тоже были уменьшены: двухсотметровый корабль трансформировался в стапятидесяти метровый. Но модернизация не была просчитана должным образом, так как велась она не по расчётам ученых, а по указаниям адмирала и силовая установка была урезана слишком основательно, что заметно снизило и скорость дифферента и мощь его лазерных пушек, хотя корабль, из-за уменьшения массы, стал более вертлявым. Гниз Вескари был взбешён результатом, как ему казалось изначально, превосходной модернизации, но после некоторых раздумий восстанавливать прежние характеристики дифферентов не стал, так как высвободившие ресурсы позволяли увеличить количество боевых кораблей, что и перевесило его решение. Единственное, что решено было сделать – вместо двух лазерных пушек, на новых дифферентах установить четыре.
На создание космического флота было израсходовано огромное количество ресурсов планеты, все, и без того скудные, социальные программы были свёрнуты – цивилизация, практически, оказалась ввергнута в нищету и хаос. Связь между Кроканой и её одной колонией была утрачена, но это не останавливало Гниза Вескари: он брал от цивилизации, что хотел и сколько хотел.
И вот сейчас всё, что было создано, под его непосредственным руководством, двигалось в сторону толлонской цивилизации.
Путь предстоял долгий…
7
Прошёл почти год монотонного хода кортежа из разведывательного корабля и весспера. Валл'Иолет уже сжился со своим необычным экипажем и вахту в паре с механиком выстаивал вполне терпеливо.
Вторая пара: Сор'Аттар и Терр'Итора, фактически, стали настоящей семейной парой и практически, не расставались. Валл'Иолет некоторое время чувствовал повышенное к себе внимание Элл'Иссы, как он понял, затем девушки и были направлены в его экипаж, чтобы образовать пары, но отнёсся к её вниманию абсолютно равнодушно, хотя не раз видел её покрасневшие ободки глаз, указывающие, что она давала волю своим чувствам, но, в конце-концов, краснота её глаз исчезла, видимо она смирилась со своей участью и оставила его в покое, лишь вовремя приходя на вахту и тут же покидая её, по истечении времени дежурства, вне вахты стараясь не встречаться с ним. Валл'Иолет даже предложил ей свободное посещение вахты, но Элл'Исса, коротким – "нет", отвергла его предложение, терпеливо вынося свои тягости дежурства. Валл'Иолет не запрещал теперь ей следить за состоянием агрегатов весспера по экрану терминала, но когда он был ему нужен, бесцеремонно убирал с него, мешающую ему информацию.
"Спирай" оказался не таким резвым кораблём, каким его представил адмирал и дальше скорости в девять, с небольшим хвостиком, лью не продвинулся, хотя Шер'Данн изначально утверждал, что его проектная скорость не ниже двенадцати, так как его движитель оснащен такими же спиральными волноводами, как и тридцать второй весспер, но впоследствии он сослался на то, что корабль недобирает скорость по причине своей перегруженности. Шер'Данн так же запретил Валл'Иолету выбрасывать пустые контейнеры, мотивируя тем, что при основании колонии на планете они будут прекрасным строительным материалом.
Куда они идут, Шер'Данн так и не сказал, сославшись, что научный сектор экспедиции, всё ещё не решил окончательно, к какой первой планете они направятся, но так как путь был не близок и по времени должен был составить не менее десяти лет, то он приказал Валл'Иолету, просто идти следом, контролируя пространство и не досаждая бессмысленными вопросами.
Все попытки Валл'Иолета выпихнуть женскую половину экипажа весспера на "Спирай", тоже не возымели успеха: Шер'Данн провел ребром ладони себе по шее, произнеся с гримасой раздражения
– У меня и так все на плечах друг у друга сидят. Сам бы, с удовольствием, тебе с десяток отправил.
– Тогда давай махнёмся. – Валл'Иолет широко улыбнулся. – Я тебе свою женскую половину, ты мне мужчин.
– Ты в своём уме. – Шер'Данн постучал себя по лбу. – Экипаж тщательно сбалансирован. Полгода, перед стартом, притирались друг к другу. А новые личности, неизменно, создадут какие-то новые связи, которые приведут к ненужным разногласиям и недовольствам. Нет уж… – Он категорично мотнул головой. – Сам со своими разбирайся.
Связываться с Толлоной Валл'Иолету было категорически запрещено. Да и сам "Спирай" работал в режиме приёма, лишь один раз в десять дней отправляя короткие шифрованные отчёты о пройденном пути.
Иногда со "Спирай" передавали сообщения и для экипажа тридцать второго весспера: в основном это была информация от родственников. Ир'Инна прислала своё сообщение всего лишь один раз – это была просто голограмма с её изображением на фоне усадьбы. Валл'Иолет, как ни думал, так и не смог придумать приемлемого ответа, что могла означать эта фотография, так как Ир'Инна до сих пор, категорически отказывала ему в своём фото. Единственное, до чего он додумался: у неё всё в порядке. Эта голограмма теперь стояла на столе в его каюте. Со своей стороны, он отправил ей тоже всего лишь одно короткое письмо со словами – "Я вернусь".
Чтобы как-то разнообразить свой путь, Валл'Иолет начал не просто идти за "Спирай", а принимался или ходить вокруг него огромными кругами, или уходил далеко вперёд на один-два дня пути, вызывая негодование Шер'Данна и затем, снижая скорость, дожидался подхода разведчика, но всегда тщательно и неукоснительно контролируя безопасность пространства.