Dragon’s Dream

– Видели эту девочку? Она всегда ошибается.

– Всегда-всегда?

– Никто никогда не видел чтобы она сделала что-то правильно.

– Молодец, Крисси! – воскликнула мама, но тут моя рука дрогнула и горшок с цветами, рухнув на пол, разбился.

Стояло раннее утро, пора было в школу, но машина не завелась, и пока отец занимался ремонтом, я пыталась помочь маме переставить цветок.

Как вы уже поняли, неудачно.

Мама восприняла эту, не знаю какую по счёту, неудачу утра как всегда, с легкомысленной улыбкой.

– Давно было пора поменять этот горшок, – сказала она.

Со двора послышались звуки стартера и сразу за этим мерное гудение двигателя.

– Езжай, – сказала мама, – Я подмету.

Взяв рюкзак, я вышла во двор. Отец уже шёл мне навстречу.

– Соскочила клемма с аккумулятора, – улыбнулся он.

– Спасибо пап, – выпалила я, смущённая, что не догадалась проверить сама, и схватилась за ручку двери, намереваясь её открыть.

– Слушай, Крис… – начал было отец, но потом добавил – …А хотя ладно, потом.

– Пока пап.

– Пока.

Вырулив на дорогу, я включила радио. Играла «Что такое любовь?», слишком бодрая для раннего утра, и я переключила канал. Салон укутал сонный чилл, мягкими нотами пульсируя вокруг, словно капли дождя по лужам, и я растворилась в вождении…

Дорога заняла минут десять. Припарковав машину на обычном месте и взглянув на часы, я поняла, что пропустила только биологию. Оставалось надеяться, что других происшествий сегодня не случится, и это будет единственный пропущенный урок. Бывали дни, я пропускала по четыре занятия, по самым идиотским причинам, и я давно перестала бороться с этими неудачами, предпочитая оставаться в хорошем настроении, несмотря ни на что…

***

Я прекратила диктовать дневник и оглянулась. Кристиан спал, до свадьбы было ещё часов шесть, и я надеялась успеть дописать дневник чтобы он прочёл, но не была уверена, что получится.

Вдруг мне пришло в голову, что я просто нервничаю. Ему не нужны доказательства. Как ему помогут мои сомнения?

«Детка, ты пишешь это, чтобы успокоить саму себя. Так пиши пока пишется!», – подумала я вдруг.

И я записала. Записала как в тот учебный день чуть не погибла под колёсами школьного трактора, споткнувшись о камень. Как пролила кофе на блузку Рэйчел, ученицы старшего класса, и неудачно заехала волейбольным мячом в затылок одноклассника.

Я записала ещё много неудач, но не думайте, что неудачи были ключом моей истории.

Нет. Ключом был появившийся следующим утром в школе Сирил Саймз.

Его родители переехали в наш городок с юга и в день нашего знакомства он пришёл в нашу школу впервые. Как я поняла чуть позже, мне крупно повезло, что он выбрал именно мой класс.

– Привет, – сказал он, усаживаясь рядом на уроке литературы.

– Привет, – ответила я.

Заметив, что разговор не завязался, я собралась было слушать учителя, но тут он продолжил:

– Как тебе Звёздные Войны?

Не ожидавшая подобного вопроса, я, тем не менее, выпалила:

– Сериалы мне больше по душе.

– Американские?

– Британские.

Парень кивнул и я вновь повернулась было к учителю, но парень вдруг протянул руку:

– Я Сирил.

– Кристен, Сирил. Приятно познакомиться.

Я пожала его, на удивление, вполне обычную руку и вдруг мне стало жутко весело.

Моё веселье продолжилось весь урок, из-за чего я совершенно не запомнила, что говорил учитель, а потом и весь оставшийся день, до самого вечера.

Уже укладываясь спать, чувствуя как бьётся необъяснимое тепло внутри, я вдруг заметила маму в дверном проёме.

Она выглядела задумчивой.

– С тобой всё хорошо, Крисси? – спросила она как-то очень уж мягко.

– Конечно, мам. А что?

– Кажется, это первый день на моей памяти, когда у тебя всё хорошо…

– Разве?

Она загадочно улыбнулась.

– Никогда не видела, чтобы ты готовила ужин… И вдруг я поняла.

За весь день, с момента знакомства с Сирилом, я не совершила ни одной ошибки. Всё, что я делала, происходило идеально, и несмотря на то, что я не запомнила слова учителей, записи в моих тетрадях были в порядке, а домашние дела прошли как у всех нормальных эльфов.

Той ночью я впервые заснула счастливой. Сирил…

Мы не всегда сидели вместе. На разных занятиях он садился за разными партами, по самым разным причинам и я никак не могла найти верную. Когда мне казалось, он не хочет со мной сидеть, он садился рядом. Когда я думала, что мы вместе навсегда, кто-то другой садился рядом со мной. Когда мы отдалялись, мы сближались, а сближаясь близко-близко, что-то сильнее нас разводило нас в стороны.

Звучит странно, я знаю, но именно в те первые недели нашего знакомства я поверила в волшебство. Не как в Санта Клауса или кинематограф. Как в непреходящее путешествие сквозь время. Как в связь с близким существом несмотря ни на что.

Отдельно удивительным был тот факт, что я совершенно не думала о романтических отношениях с Сирилом. Конечно, у меня бывали фантазии на этот счёт, ведь я мечтала танцевать с ним на выпускном, но когда наступил этот день и он действительно пригласил меня, я танцевала так, словно мы всегда были вместе, словно прошлого и будущего нет, словно нет ничего, кроме нас двоих и ни о какой романтике не могла даже подумать.

– Обещай мне кое-что, Крис, – сказал он, когда музыка успокоилась и мы просто кружились без особых усилий.

– Конечно, – просто ответила я.

– Продолжай быть собой. Его глаза сверкали звёздами.

Следующей осенью он уехал в колледж, а я, так и не выбрав ни один, заперлась в своей комнате, к великому неудовольствию мамы. Она боялась, мне становится хуже, но с каждым днём разлуки с Сирилом, я лишь всё больше осознавала, что в моей душе, на его месте рождается и растёт невидимый дракон, которому невозможно сопротивляться. Не потому, что жизнь становилась хуже, но потому, что я знала – этот дракон – я сама.

По достижении совершеннолетия, по просьбе мамы, я устроилась на работу, но возвращение домой на встречи с драконом было куда интереснее восьми часов в офисе.

С годами дракон вырос настолько, что я стала чувствовать космос полный звёзд вокруг него, а к двадцати четырём вокруг него вырос и тёплый, полный сладких ароматов сад под бесконечным ночным небом.

Работа окончательно стала в тягость, я уволилась и, в конце-концов, растворилась в саду с драконом, испытывая наслаждение от жизни день за днём. Бытовое. Интеллектуальное. Сексуальное. Всё сразу.

Где-то тогда я и обнаружила, что сад с драконом – целая вселенная, где каждый цветок – портал в другую реальность, а сам дракон – одновременно и призрак, и друг, и любовник, и страж. Он принимал облик кого угодно, в зависимости от того, чем был занят мой разум.

И оказалось, мы с ним всегда танцуем. Всегда можно было заметить образ его ума, подхватывающий мой словно волшебный шар и посылающий именно туда, где он должен быть и где я оказывалась мысленно в тот же самый момент.

Это было так естественно, так легко и просто, что я просто доверилась ему, раз и навсегда.

Так бы и прошла моя жизнь, если бы однажды утром, проснувшись в саду, я не повернула голову и не увидела красивого мужчину на морском побережье. Он просто стоял и смотрел на меня, пока волны прибоя мерно накатывали на залитый рассветным солнцем песок…

– Ты принёс с собой море… – сказала я.

– Как тебя зовут? – ответил тот, – Зови меня Кристиан.

***

Я проснулся рано. Ещё только просыпались утренние птицы за окнами, когда я открыл глаза и увидел затылок королевы перед собой. Её тонкие руки обхватывали подушку, а ярко синие волосы беспорядочно разбросались по шёлковому белью.

Отстранившись на мгновение, я ощутил возбуждение в паху и отбросив остатки съехавшего за ночь одеяла прижался мгновенно налившимся кровью членом к её нежным бедрам.

«Моё божество, моя королева…”, – подумал я и обхватив рукой член поводил им в любимой столько раз складке ягодиц, пока, наконец, не нашёл что искал – средоточие женского тела – губы страсти глубоко между ног.

– О-о-о… Que…

– Ш-ш-ш, – медленно двигая бёдрами, я прильнул губами к её шее и провёл языком по нежным волоскам и коже.

После ночного сна кожа была слегка влажной и солёной на вкус.

– O, cariño, soñé que volaba en un dragón…

Член проник в её золотые врата с небольшим сопротивлением – после ночного сна тело не было готово легко принять его и лизнув ладонь я вышел обратно и смазал член слюной.

Вторая попытка была более успешной.

– Oh… – выдохнуло просыпающееся божество, – Christian!

– Да, малыш…

Сжав ладонью её живот, мягкий и податливый как облака, я прижался к тёплой спине и продолжил движения, пока ещё неглубоко, ожидая пока набухнет и увлажнится словно спелый фрукт её манящий вход, портал всех желаний, полуночное солнце, видимое воображением с любого расстояния.

– Ah… Ah… Ah…

Я лишь моргнул, но в следующий миг королева оказалась повёрнута ко мне лицом, её небольшая грудь прижалась к моей, а бёдра обернулись вокруг моих бёдер. Прижимая изящными, налившимися силой руками мой зад к себе, она шептала тайны на змеином языке и в следующий наш поцелуй я был готов

поклясться, что язык её раздвоился на мгновение, лаская мой рот и жаркие губы… Я вновь моргнул… Левая рука королевы вслепую перекинулась назад, мне за

спину, прижимая мои чресла к себе. Она вновь была повёрнута спиной и ритм пока ещё не нарастал, хотя то и дело ускорялся и спадал обратно. Перенеся руку с живота на вздымающуюся грудь, я приник языком к её шее и ключицам, целуя и лаская их, утопая в жаре собственного дыхания смешиваемого с ароматами вечно юного женского тела…

Через несколько минут всё было кончено.

– Гив, мне пора отправляться.

В глазах Гиврен Эвери, пророчицы моего сердца, блеснуло солнце. Она провела пальцами по губам, стерев и тут же отправив в пунцовый рот следы моего утреннего наваждения, и взглянула на меня.

– Vuelve cuando quieras, – сказала она.

– Может быть, – ответил я.

Многие мили спустя, я обернулся и взглянул назад, не виднеется ли её дворец, но он был скрыт в нахлынувшей на окружавший меня лес туманной дымке. Найдя корабль, я освободил лошадь и забравшись на палубу, принялся изучать карту сновидений королевы. Одно место в ней привлекало внимание. На карте оно не имело никаких символов и досужему взгляду подумалось бы, что там ничего нет. Но я был уверен, что пустовало оно не просто так.

Припасов хватало и я направился прямо туда и многие тысячи миль пути спустя, покидая последние штрихи королевского рисунка, я не знал, чего ждать, хотя и догадывался, поэтому был не слишком удивлён после нескольких полос спокойных и зыбких сновидений, вроде таявшего весеннего снега или молчаливых древних гор, встретить первые признаки нестабильности…

Территория королевских снов здесь походила на всё усложняющуюся луковицу по структуре. Поначалу, сон демонстрировал всё те же горы, пока вдруг на палубу не упал снежный ком. Я поднял взгляд вверх и увидел, что горы появились и сверху тоже. И чем дальше я двигался, тем больше они оживали. Поначалу обмениваясь облаками или грудами снега, они начали обваливаться друг на друга, пока всё пространство вокруг не оказалось усеяно огромными летающими камнями и клубами каменной крошки.

В этой пыли и хаосе мне стоило немалого труда остаться невредимым не повредив корабль, и когда ожидаемо случилось то, чего я знал, избежать нельзя, мне оставалось только довериться судьбе. Потоки движущихся каменных вихрей скрутились вокруг и, казалось, указывали точный маршрут движения. Чувства опасности не было. Я лишь водил ладонью над штурвалом, загипнотизированный зрелищем невиданным смертному, полной потерей себя кораблю и миру вокруг.

Круговорот камней принялся трансформироваться в случайные объекты, образы, часто приятные, но я был уверен, что это ловушка и продолжал избегать касаний с любыми из них, по прежнему умудряясь отыскать лазейку за лазейкой в этом бурлящем, грохочущем и свистящем потоке.

Внезапно, хаос остался позади и мне открылось море.

Ни единой волны не поднималось на его совершенно зеркальной поверхности, но один участок привлекал внимание. Сквозь границы каменных облаков вокруг, пробивался тонкий луч света, словно указывавший на что-то.

Направив судно туда, я вскоре разглядел точку на воде, а чуть позже точка выросла и я понял, что это голова.

Спустившись, корабль плавно замер рядом с покоившимся в воде человеком.

Было так тихо, словно ни один звук Вселенной не достигал этого места.

Сбросив лестницу, я спустился и склонился над лицом.

Это была женщина. Лицо её было безмятежно, а глаза закрыты, и лишь колыхавшееся под водой нагое тело подсказывало, что она жива.

Я понял, что она спит.

Не осознавая, что делаю, я пощекотал ей под носом и как бы ни был глубок её сон, глаза она открыла сразу.

Взгляд уставившихся на меня бездонных глаз прострелил мне память и я сразу же вспомнил свою бабушку.

«Однажды, ты женишься на волшебнице, молодой человек. Я знаю это», – сказала она тогда, словно бы тысячи лет назад, и сейчас глядя в эти глаза, мне показалось, я вижу ту самую волшебницу.

– Как тебя зовут? – спросил я.

– Кристен, – было её ответом.

Мгновение спустя, её глаза расширились от удивления и услышав нарастающий гул, я отпрянул. Каменные облака, спускались к нам отовсюду, грохоча от столкновений. Всей своей силой они ударили прямо в девушку, поток за потоком, вихрь за вихрем. Мне казалось они разнесут меня с моим корабликом в щепки, но им была нужна только лишь девушка.

Волшебница Кристен.

Когда всё стихло и рассеялась пыль, девушка всё ещё была на месте, но тело её оказалось покрыто бесчисленными татуировками цветастых драконов, словно вся сила камней проникла в неё, да так и осталась.

Только одна татуировка, прямо на солнечном сплетении, отличалась. Золотая звезда с четырьмя лучами.

***

Я продолжала идти. Тени продолжали кружить вокруг, шёпот их голосов то усиливался, то затихал, но они по прежнему меня не замечали. Это были всё те же существа, что и час назад, год назад, жизнь назад. Ни единого проблеска сознания не было заметно и как я ни пыталась кричать и плакать в изредка случавшиеся приступы помутнений, они не реагировали, продолжая жить своими смутными жизнями. Эхом доносился до меня их потусторонний смех и разговоры о всём самом бессмысленном, что только можно было представить. Любое их слово звучало мешаниной дикарских восклицаний, любой вопрос – бульканьем желудка.

Я бы справилась с этим, знай я слово…

Но ни один из призраков не произносил его, а я сама забыла все слова давным давно. Я забыла кто я и куда иду. Я забыла в чём смысл жизни, забыла о сне, голоде и жажде. Я даже забыла была ли когда-то живой и не могла понять, мертва ли сейчас.

Нет, я вовсе не потеряла память, как можно было бы подумать. Напротив, я обрела всю память мира сразу. Каждая услышанная от призраков мысль мгновенно вела меня к своей противоположности от какого-то другого призрака, поэтому у меня и не осталось своих.

Какая разница, о чем я думаю, если о том же самом думают прямо сейчас ОНИ? Даже услышь они меня, они бы лишь возмутились, ведь это значило бы, что я из противоположного лагеря, пришла от их врагов… Каждое моё слово лишь подтвердило бы это, ведь они бы подумали о том же самом в то же мгновение, но сделали бы совершенно иные, бессмысленные для меня выводы.

Когда-то давно, я изобрела свой язык поверх их бессмысленного чтения моих мыслей, засасывавшего в бездну. Научилась переводить их бессмыслицу в другую бессмыслицу, понятную для меня, и только это и позволяло как-то жить, не чувствуя нестерпимо адской боли в груди. Но получившийся язык был столь бессмысленным, что слова для него просто не рождались. Они читались. Мной из моей же головы, после трансформации услышанного извне.

Своего рода безумный переводчик бреда в голове. Этим я и была занята всё это время.

Чтением в своей голове.

Сил не было. Тени кружили и кружили, и переливающаяся из мертво-серого в яркие радужные цвета и обратно картина перед моими глазами давно уже смазала и затупила остроту моих мыслей, а налетающее то и дело буйство невыразимых ароматов выветрило из сознания и самые остатки любых идей.

Всем, что я привыкла испытывать, был только лишь ужас. Чистый, тёмный, как самый далёкий и заброшенный склеп мироздания, ужас.

Ужас абсолютного, бесконечно долгого непонимания. Настолько привычный, что ставший абсолютно неощутимым.

Мир давно уже перестал быть различимым. Я брела в некоем подобии извращённо запутанного коридора без ответвлений. Некуда было свернуть, а упасть я не могла, сама не зная причины.

И я продолжала идти, протягивая руки, тряся головой, в надежде рассеять муть моего пустого мира, хватаясь за голову и спотыкаясь.

Вдруг, я услышала знакомое слово. «Изабелла».

Оно донеслось извне словно такое же эхо, как и всё вокруг, но показалось столь знакомым, что переводчик в моей голове даже не стал его переводить. Я неожиданно для себя самой свернула с пути, и о чудо, коридор повернулся вместе со мной.

Сама не веря своему счастью, я ускорилась, вслушиваясь, не услышу ли голос

вновь. Не произнесёт ли голос это слово ещё раз.

Повтора не было.

И всё же, я надеялась, что иду в правильном направлении, пока с совершенно другой стороны вдруг не послышалось ещё одно знакомое слово.

«Изи!».

Как автомат, я повернулась на голос и принялась бежать, не сознавая, что со стороны это больше походило на нелепое ковыляние.

«Да!», – вдруг подумалось в моей голове. «ДА! Я Изабелла! Я Изи! Это моё имя!».

– Да!, – вырвался болезненный хрип из моей пересохшей истерзанной глотки. Мгновение спустя, тело отяжелело и я рухнула в абсолютный мрак, на что-то мягкое, а подняв взгляд, встретилась глазами с прекрасной женщиной, качавшей меня на руках. Красота её была настолько ослепительна, что я зажмурилась на мгновение.

Женщина улыбнулась и её белоснежные зубы ослепили меня второй раз.

– Моя Изабелла… – произнесла она и чарующий её голос разом проник в самые глубины моего существа, нежно перетряхнул и оживил каждую клетку моего тела и безжалостно подавил и отнял без остатка даже и самую крошечную память о тенях и страхе.

Погрузившись в чувство нахлынувшего покоя, я счастливо заснула, тут же обо всём позабыв…

***

– Сто-о-ой! – вскричал я, и испустил торжествующий вопль.

Мне удалось схватить эту девчонку за руку. Не дожидаясь её негодования, я мгновенно прижался губами к её губам.

Её губы надулись изнутри и она шумно выпустила воздух прямо мне в лицо.

– Га-ай, я не могу дышать! – воскликнула она жалобно, пытаясь вырваться. И всё таки я заметил как покраснели её щёки. Ей было приятно.

– Ха! – воскликнул я, – Ещё одна моя победа! Дыши на здоровье. Я отпустил её и с напускной важностью отвернулся.

Вроде как мне было всё равно.

Эта девчонка была похожа на джинна, исполняющего желания. Что бы она ни делала, меня тянуло к ней, как каплю дождя тянет к земле, и каждый раз, когда я падал, она оживляла меня, заставляя взлетать обратно к небу.

Впрочем, не было ещё ни одной девчонки, которой бы я в этом признался, а их было немало.

Я покрутил на пальце брелок.

– Ну так что, Бет, пойдёшь со мной на танцы через неделю?

– Ни за что! Ты променяешь меня на Мари или рыжую Сью, а то я не видела как ты обращаешься с девочками.

– Жизнь прекрасна, Бет, а у тебя такой шанс! Подумай!

– Я сказала нет!

Бет вспыхнула от гнева и развернувшись на прямых ногах, как кукла, зашагала прочь.

Мгновенно забыв о ней, я решил прогуляться в парк. Там на площадке всегда собиралась детвора и мне хотелось познакомиться с кем-то новым, раз уж в моём дворе обо мне всё уже знали.

Пройдя несколько улиц и войдя в парковые ворота, я принял скучающий вид и стал исподтишка разглядывать компании, собравшиеся тут и там.

Внезапно, меня окликнули.

– Эй! Ты! Иди сюда.

Я повернулся на голос. Это оказалась девчонка лет пятнадцати, намного старше меня, и мне стало не по себе, хотя я и не подал виду. Рядом с ней стояло две девчонки помладше и она явно была среди них главной, или, по крайней мере, так мне представилось.

– Чего тебе?

Я остановился, но шагать в их сторону не спешил. Мало ли что у них на уме.

– Хочешь попробовать секретный напиток, который готовит моя мама? Жажды я не испытывал.

– Я не хочу пить. А что в нём такого особенного?

– Он невкусный, но у него особый состав, и если его выпить, до дна, получишь суперсилу на весь остаток дня.

– Суперсилу? – я хмыкнул, не заметив, как сделал пару шагов навстречу, – А на что это похоже?

– На способность менять реальный мир.

– А его надо менять?

– Ты что дурак? Каждый мечтает изменить мир. Девчонки!, – она повернулась к своим спутницам, – Только представьте, этот дурень не хочет менять мир!

Она захохотала и девчонки захихикали с ней. Вдруг она перестала хохотать.

– Только представь, выпьешь и сможешь сделать с миром что захочешь! Что угодно!

Я попытался представить и не смог.

– Ничего не приходит в голову. Я лучше пойду.

Уже сделав пару шагов в сторону, я вдруг вспомнил Софи. Девочка была один в один копией Тейлор Свифт и один раз поцеловав её, я уже не мог о ней забыть иначе как найдя другую. Я никому не говорил, и даже об этом не думал, но в глубине души было ясно, что эта девчонка изменила курс всей моей жизни.

– Если я выпью, смогу сделать так, чтобы кто-то, не скажу кто, остался со мной? На всю жизнь.

– Конечно! Я подошёл.

– Давай сюда, – И вдруг опомнился, – А это бесплатно?

– Тебе бесплатно, – махнула рукой девчонка, второй доставая бутылку из-за колонны, на которую опиралась.

В бутылке была какая-то чёрная жижа и только верхняя половина была явно жидкой.

– Это что, грязь? – спросил я подозрительно, всё ещё ожидая, что меня хотят обмануть.

Вместо ответа, девчонка открыла бутылку и сделала глоток. Высокомерно глядя на меня, она протянула бутылку и мне.

– Пей.

Я принюхался. Пахло чем-то сырым, но запах не был мерзким. Я сделал глоток.

Ну точно что-то сырое, но я явно прежде такого не пробовал.

– До дна! – воскликнула девчонка и направила мою руку с бутылкой вверх.

Жидкость полилась в моё горло и глоток за глотком, за несколько секунд я выпил почти всё, но под конец, чувствуя как неведомая жижа с кусками чего-то СЫРОГО проваливается в мою глотку, я не выдержал и остановился.

– Всё, больше не могу. Забирай!

Девчонка наклонила голову на бок с усмешкой.

– Оставь себе.

Только теперь я заметил с какой смесью ужаса и жалости на меня смотрели её подруги.

– Эй. Вы меня отравили? – спросил я, чувствуя что с моим голосом случилось что-то странное.

Я слышал себя говорившим словно бы из бочки.

Тем временем лица девчонок кривились всё сильнее.

Не в силах на них смотреть, и внезапно потеряв дар речи, я отвернулся и зашагал обратно на дорожку.

Не знаю, как долго я гулял в парке, но к моменту, когда я собрался его покинуть, на небе уже выступили звёзды. Неподалёку шептал чей-то глухой, вкрадчивый голос.

– Способность видеть будущее напрямую связана со страхом. Чем чувствительнее ты к своему страху, тем дальше ты можешь видеть будущее и тем более будешь осторожен без малейших усилий. Самые веселые люди боятся сильнее всех. Так люди предчувствуют свою смерть, чужую травму, чей-то успех. Именно поэтому бесстрашия не существует, ведь бесстрашие – свойство смерти и каждый его ищущий, находит её взамен. Слушай тех, кто боится и игнорируй чересчур громких людей. Ошибки неизбежны, но не позволяй им закрыть твои невидимые уши, ведь всё живое состоит из миллионов и миллионов ошибок.