7. Британия окажет давление на Чехословакию и Польшу, дабы добиться результатов переговоров, устраивающих Германию.
Как пишет К. Куигли, еще в 1936 г. консервативное правительство Англии пришло к идее стравить Германию и Россию в Восточной Европе. В этом случае оба противника либо обескровили бы друг друга, либо Германия удовлетворилась бы захваченной нефтью Румынии и пшеницей Украины. Для реализации данных намерений, как подчеркивает К. Куигли, англичанам необходимо было обеспечить три вещи:
– ликвидировать все страны, стоящие между Германией и Россией;
– предотвратить попытки Франции прийти им на помощь на основе заключенных с ними союзов;
– убедить общественное мнение Англии, что это единственное решение проблем международной напряженности»[12 - Великая Отечественная война 1941–1945 годов. В 12 т. Т. 6. Тайная война. Разведка и контрразведка в годы Великой Отечественной войны. М.: Кучково поле, 2013. С. 62–63; URL: https://encyclopedia.mil.ru/encyclopedia/books/vov/tom6.htm].
Эти и другие материалы дают отчетливое представление о скрытых механизмах подготовки к развязыванию Второй мировой войны, нападению на Советский Союз и ее истинных виновниках. Ход дальнейших событий, вплоть до 22 июня 1941 г., полностью подтверждает, что истинными виновниками являются, наряду с фашистской Германией, западные государства и, прежде всего, Англия, Франция, Италия и Польша.
18 ноября 1938 г. немецким промышленником А. Рехбергом был представлен начальнику имперской канцелярии меморандум относительно агрессии против Советского Союза. В нем наиболее приемлемым вариантом для Германии он называл «расширение территории за счет стран, богатых сельскохозяйственной продукцией и сырьем»[13 - Anatomie des Krieges. Neue Dokumente ьber die Rolle des deutschen Monopolkapitals bei der Vorbereitung und Durchfьhrung des zweiten Weltkrieges. Berlin, 1969. S. 193, 194.]. Направление экспансии А. Рехберг указал на Восток, на Россию.
В его меморандуме было отмечено, что: «Объектом экспансии для Германии представляется пространство России… она обладает неисчислимыми потенциальными богатствами в области сельского хозяйства и еще не тронутых сырьевых ресурсов. Если мы хотим, чтобы экспансия в это пространство обеспечила Германии превращение в империю с достаточной для ее потребностей аграрной и сырьевой базой, то необходимо захватить по крайней мере всю русскую территорию по Урал включительно, где залегают огромные рудные богатства»[14 - Там же. S. 193, 194.].
В заключение своего меморандума А. Рехберг, возвращаясь к истории создания единого фронта против России в начале 20-х гг. XX в., предлагал: «Не следует ли – прежде всего в целях военного успеха – прибегнуть к той политике, за которую вместе со мной высказался генерал Гофман, а именно – попытаться создать общий фронт европейских великих держав против большевистской России… Условия для создания общеевропейского фронта против большевистской России в настоящее время существенно изменились, и, чтобы реализовать эту идею, пришлось бы, разумеется, пойти по совершенно иному пути, чем до 1933 г. И все же, лишь в том случае, если такая попытка окончательно сорвется, я бы полагал возможным пойти на риск, связанный с военной экспансией Германии на Восток против воли западных держав»[15 - Anatomie des Krieges. Neue Dokumente ьber die Rolle des deutschen Monopolkapitals bei der Vorbereitung und Durchfьhrung des zweiten Weltkrieges. Berlin, 1969. S. 193, 194.].
В конце ноября 1938 г. внешняя разведка СССР представила в Москву оперативную информацию, которая свидетельствовала о том, что «Англия и Франция не будут препятствовать германской экспансии на Восток. Позиция английского правительства такова: «подождем – увидим», пока не возникнет большой конфликт между Германией и СССР»[16 - Великая Отечественная война 1941–1945 годов. В 12 т. Т. 6. Тайная война. Разведка и контрразведка в годы Великой Отечественной войны. М.: Кучково поле, 2013. С. 63; URL: https://encyclopedia.mil.ru/files/VOV/tom6/VOV_Vol6_1–4_Vvedenie.pdf].
23 мая 1939 г. в новой имперской канцелярии А. Гитлер провел секретное совещание высших руководителей вооруженных сил фашистской Германии, где рассматривалось сложившееся положение и цели предстоящей политики. В ходе совещания А. Гитлер проанализировал фактический ход событий с 1933 г. по 1939 г. и ситуацию, в которой в это время находилась Германия. Внимание участников совещания было обращено на то, что за этот период военное положение Германии значительно улучшилось, 80-миллионный народ разрешил свои идеологические проблемы, что обеспечило подъем национального духа. В связи с этим в настоящее время, по его мнению, «должны быть разрешены и экономические проблемы»[17 - Запись совещания Гитлера с руководителями вермахта 23 мая 1939 г. (IMT, vol. XXXVII, Doc. L-79. P. 546–556) // Новая и новейшая история. 1969. № 5. С. 126–131; URL: https://scicenter.online/mirovaya-voyna-vtoraya-scicenter/zapis-soveschaniya-gitleras-rukovoditelyami-44391.html].
А. Гитлер сделал вывод, что «признание жизненных притязаний Германии и ее возвращение в круг могущественных государств нарушает это равновесие. Все притязания расцениваются как «вторжение…»[18 - Там же.]. Вместе с тем возвратиться в клуб могущественных государств «без вторжения в чужие государства или нападения на чужую собственность невозможно. Жизненное пространство, соразмерное величине государства, является основой любого могущества. Некоторое время этим можно пренебрегать, но в дальнейшем разрешение проблемы, так или иначе, делается неизбежным. Остается выбор между подъемом и упадком. На протяжении 15 или 20 лет решение поневоле станет для нас необходимым. Дольше никакое германское государство уклоняться от этого вопроса не может»[19 - Запись совещания Гитлера с руководителями вермахта 23 мая 1939 г. (IMT, vol. XXXVII, Doc. L-79. P. 546–556) // Новая и новейшая история. 1969. № 5. С. 126–131; URL: https://scicenter.online/mirovaya-voyna-vtoraya-scicenter/zapis-soveschaniya-gitleras-rukovoditelyami-44391.html].
Дальнейшие успехи, как он считал, не могут быть достигнуты без кровопролития и установления новых границ. Оценивая возможные варианты действий и противников, А. Гитлер отметил: «Поляки не представляют собой дополнительного врага. Польша всегда будет на стороне наших противников. Несмотря на пакт о дружбе, в Польше всегда существовало намерение использовать против нас любой случай. Данциг – отнюдь не тот объект, из-за которого все предпринимается. Для нас речь идет о расширении жизненного пространства на Востоке и об обеспечении продовольствием, а также о решении балтийской проблемы. Продовольственное снабжение возможно только из тех областей, которые мало заселены. Наряду с плодородием земли основательная немецкая обработка ее в громадной степени увеличит избыток продовольствия. Никакой иной возможности в Европе не видно»[20 - Там же.].
Прогнозируя предстоящее столкновение с Западом, он обращает внимание на то, что: «для этого хорошо владеть более обширным пространством на Востоке. Во время войны мы еще меньше, чем в мирное время, можем рассчитывать на рекордные урожаи»[21 - Там же.].
Переходя к характеристике и решению польского вопроса, А. Гитлер констатировал: «Проблема «Польша» неотделима от столкновения с Западом. Внутренняя прочность Польши в борьбе с большевизмом сомнительна. Поэтому Польша – тоже сомнительный барьер против России.
Военное счастье на Западе, с быстрым решением исхода войны, проблематично, как и позиция Польши. Нажима со стороны России польскому режиму не выдержать. В победе Германии над Западом Польша видит для себя опасность и постарается нас этой победы лишить»[22 - Запись совещания Гитлера с руководителями вермахта 23 мая 1939 г. (IMT, vol. XXXVII, Doc. L-79. P. 546–556) // Новая и новейшая история. 1969. № 5. С. 126–131; URL: https://scicenter.online/mirovaya-voyna-vtoraya-scicenter/zapis-soveschaniya-gitleras-rukovoditelyami-44391.html].
А. Гитлер делал этот вывод исходя из сложившейся обстановки и позиции Запада. 31 марта, в палате общин, премьер-министр Англии Н. Чемберлен объявил о гарантиях безопасности Польши, которые были одобрены парламентариями. Как показали дальнейшие события 1939 г., эти гарантии выполнены не были.
14 августа 1939 г. проводилось совещание А. Гитлера с главнокомандующим сухопутными войсками генерал-полковником В. Браухичем и начальником штаба сухопутных войск генерал-полковником Ф. Гальдером по вопросам подготовки Германии к войне с Польшей. В ходе его проведения были определены враги, нейтральные страны и друзья. К врагам были отнесены Польша, Англия (как активный враг) и Франция. Что касается России, то был сделан следующий вывод: «Россия не собирается таскать (для Англии) каштаны из огня. Ожидать от войны ей нечего, но многого следует опасаться. Возможно, она предпримет какие-то действия на периферии или будет желать таковых. В центральных районах – нет. Интересы России: ослабление западных держав, выходы к Балтийскому морю»[23 - Гальдер Ф. Военный дневник. Т. I. / Сокращенный перевод с немецкого А. Артемова, И. Глаголева и Л. Киселева; под ред. и с предисл. полковника В. Дашичева. М.: Воениздат, 1968. С. 34.].
По вопросам взаимоотношений с Россией Ф. Гальдер записал в дневнике выводы, которые были сделаны А. Гитлером в ходе совещания: «Взаимоотношения с Россией: Слабый контакт, начаты торговые переговоры. Будет выяснено, пошлем ли мы в Москву своего представителя. В стадии выяснения вопрос, кого послать – авторитетную личность или нет. (Россия) не думает о своих обязательствах по отношению к Западу. Русские допускают разгром Польши, но интересуются, как будет обстоять дело с (Западной) Украиной. Обещание соблюдать русские интересы»[24 - Там же. С. 36.].
Во второй половине дня совещание было продолжено. Оценивая возможное поведение России, А. Гитлер сделал тот же вывод, что и до обеда: «Россия не собирается таскать каштаны из огня для Англии и уклонится от войны. Интересы России не идут дальше Прибалтийских государств»[25 - Там же. С. 38.].
16 августа руководству СССР стало известно о том, что А. Гитлер принял решение о нападении на Польшу 1 сентября 1939 г. Учитывая неготовность Советского Союза к войне, это создавало ему прямую, военную угрозу. Сложившуюся ситуацию осложняло отсутствие взаимопонимания в ходе переговоров с Англией и Францией.
И. В. Сталин, реально оценивая сложившуюся политическую и военно-стратегическую обстановку, понимал, что в этом случае Польша не выдержит удара германских войск, и они подойдут вплотную к границе СССР. Необходимы были конкретные шаги, которые позволили бы сдержать приближение угрозы со стороны Германии.
В тот же день 16 августа посол Германии в Москве В. Шуленбург был приглашен в Министерство иностранных дел и получил от В. М. Молотова сообщение о том, что СССР готов положительно рассмотреть предложения Германии о заключении пакта о ненападении.
Несколько часов спустя ответ В. М. Молотова был передан в Берлин. Министр иностранных дел Германии И. Риббентроп доложил А. Гитлеру об изменении позиции Москвы. Группа экспертов германского МИДа подготовила проект нового договора.
Дальнейшее развитие событий показало, что подписание подобного документа было единственной реальной возможностью обеспечить на неопределенное время безопасность СССР. И. В. Сталин не верил А. Гитлеру, но входил в его игру, пытаясь с помощью возможностей советской разведки управлять политическими процессами, которые намечались в советско-германских отношениях[26 - Лота В. «Альта» против «Барбароссы». М.: Молодая гвардия, 2005. С. 75–77.].
22 августа 1939 г. А. Гитлер, в ходе совещания выступил перед главнокомандующими вооруженными силами Германии. Содержание его выступления полностью опрокидывает утверждения современных фальсификаторов истории Второй мировой войны о равной ответственности И. В. Сталина и А. Гитлера за ее развязывание. А. Гитлер провел детальный анализ политики Запада, состояния германской экономики и военных возможностей Германии и обосновал причины нападения на Польшу. Он констатировал на совещании: «Мы будем удерживать позиции на Западе до тех пор, пока не захватим Польшу. Мы должны отдавать себе отчет в том, что располагаем большей производственной мощью. Она гораздо больше, чем в 1914–1918 гг. У противника была еще надежда, что после захвата Польши в качестве нашего противника выступит Россия. Но противник не учел моей огромной способности принимать решения. Наши противники – жалкие черви. Я видел их в Мюнхене […]. Я боюсь лишь того, что в последний момент какая-нибудь свинья подсунет мне свое предложение о посредничестве»[27 - Дашичев В. И. Банкротство стратегии германского фашизма. Исторические очерки. Документы и материалы. Т. 1. Подготовка и развертывание фашистской агрессии в Европе. 1933–1941 гг. М.: Наука, 1973.].
А. Гитлер успешно играл на классовых противоречиях между западными державами и Советским Союзом, допуская ради этого показное сближение с СССР.
Идею подобного сближения он объяснял Г. Раушнингу еще в 1934 г. так: «Вероятно, мне не избежать союза с Россией. Я придержу его в руке как последний козырь. Возможно, это будет решающая игра моей жизни. Ее нельзя преждевременно начинать… Но она никогда не удержит меня от того, чтобы столь же решительно изменить курс и напасть на Россию после того, как я достигну своих целей на Западе. Глупо было бы думать, что мы будем всегда идти прямолинейно, куда глядит нос, в нашей борьбе. Мы будем менять фронты, и не только военные…»[28 - Anatomie des Krieges. Neue Dokumente ьber die Rolle des deutschen Monopolkapitals bei der Vorbereitung und Durchfьhrung des zweiten Weltkrieges. Berlin, 1969. S. 193, 194.]
23 августа 1939 г. был подписан советско-германский пакт о ненападении. Это позволило Советскому Союза получить два года передышки и приступить к масштабной подготовке к отражению будущей агрессии фашистской Германии. В своей книге «Вторая мировая: война между реальностями» С. Переслегин очень точно отметил: «Летом 1939 г. война была уже решена, а вопрос стоял лишь, в какой политической конфигурации она начнется. В этих условиях договор 1939 г. был жизненно необходим Германии и очень выгоден СССР. На каком основании западные державы полагали (а современные демократически настроенные историки по сей день полагают), что Советский Союз не подпишет это соглашение или не вправе его подписывать? Если этим «основанием» является «естественная общечеловеческая ненависть к фашизму», то разве не с Гитлером Н. Чемберлен и Э. Даладье заключили договор о разделе Чехословакии более грязный, нежели пакт Молотова – Рибентропа, да к тому же политически и прагматически бесполезный?»[29 - Переслегин С. Вторая мировая: война между реальностями. Великая Отечественная: Неизвестная война. М.: Яуза; Эксмо, 2006. С. 20.]
1 сентября 1939 г. фашистская Германия напала на Польшу. В соответствии с официальной историографией эта дата является началом Второй мировой войны. Вместе с тем в последние годы все отчетливее растет понимание неангажированных историков, политиков и исследователей Второй мировой войны, что спусковым крючком для этой страшной войны стал Мюнхенский сговор Германии, Англии, Франции и Италии, когда на растерзание нацистам была отдана Чехословакия. Западные государства своей политикой «умиротворения» нацистов стремились направить их агрессивные планы против СССР, для борьбы с «угрозой большевизма». Но прежде чем напасть на Советский Союз, А. Гитлер нанес сокрушительное поражение западным государствам и их сателлитам в 1939–1941 гг.
Быстротечное поражение в июне 1940 г. англо-французской коалиции (Франция капитулировала через 44 дня после начала немецкого наступления на западном фронте) явилось для советского руководства фактором стратегической внезапности, развеяло прогнозы о вероятности затяжной войны на Западе, резко изменило соотношение сил на европейском континенте в пользу агрессоров. Угроза надвигавшейся войны с Германией возросла. Под пятой вермахта вместе с Францией оказались Норвегия, Дания, Бельгия, Голландия, Люксембург[30 - Великая Отечественная война 1941–1945 годов. В 12 т. Т. 1. Основные события войны. М.: Воениздат, 2011; URL: https://encyclopedia.mil.ru/files/morf/publication-tom-1–2.pdf].
С 1940 г. нацистское политическое и военное руководство приступило к непосредственной подготовке агрессии против Советского Союза – своего главного противника. Эти замыслы фашисты вынашивали с начала 20-х гг. XX в., а с момента прихода к власти в 1933 г. считали своей основной задачей.
Фюрер полагал одним «молниеносным» ударом разбить Советский Союз и решить все проблемы, связанные с войной на Европейском континенте в 1941 г.
Генералитет Германии не только полностью поддержал это стремление А. Гитлера, но и с немецкой педантичностью и прусским военным усердием приступил к тщательному планированию операции. Составители планов учитывали особенности театра военных действий, военно-стратегическую и политическую значимость и географическое положение основных объектов, а также установленную немецкой разведкой группировку советских войск в западной приграничной полосе.
18 декабря 1940 г. А. Гитлер подписал директиву № 21 под условным наименованием «Барбаросса». Она содержала план нападения на Советский Союз: «Германские вооруженные силы должны быть готовы разбить Советскую Россию в ходе кратковременной кампании еще до того, как будет закончена война против Англии… Приказ о стратегическом развертывании вооруженных сил против Советского Союза я отдам в случае необходимости за восемь недель до намеченного срока начала операций. Приготовления, требующие более продолжительного времени, если они еще не начались, следует начать уже сейчас и закончить к 15.5.41 г.»[31 - Великая Отечественная война 1941–1945 годов. В 12 т. Т. 1. Основные события войны. М.: Воениздат, 2011; URL: https://encyclopedia.mil.ru/files/morf/publication-tom-1–2.pdf].
В развитие плана «Барбаросса» 31 января 1941 г. Главное командование сухопутных войск (ОКХ) подготовило директиву по стратегическому развертыванию сухопутных войск. 3 февраля 1941 г. эта директива ОКХ была одобрена фюрером. Затем документ был направлен в штабы трех групп армий, военно-воздушных и военно-морских сил. Штабы групп армий разработали оперативные планы всех своих объединений. Они были уточнены и одобрены в Генеральном штабе сухопутных войск. В конце февраля 1941 г. началось развертывание немецких групп армий у границ СССР[32 - Великая Отечественная война 1941–1945 годов. В 12 т. Т. 1. Основные события войны. М.: Воениздат, 2011; URL: https://encyclopedia.mil.ru/files/morf/publication-tom-1–2.pdf].
Уже на этом этапе высший начальствующий состав вермахта облекал указания фюрера в форму преступных приказов войскам.
28 апреля 1941 г. В. Браухич подписал приказ «О порядке использования полиции безопасности и СД в соединениях сухопутных войск»[33 - Там же.]. Он гласил, что командиры вермахта совместно с командирами специальных карательных формирований службы безопасности (СД) отвечают за проведение акций по уничтожению в тыловых прифронтовых районах без суда и следствия коммунистов, евреев и «прочих радикальных элементов»[34 - Там же.].
13 мая 1941 г. начальник штаба ОКВ В. Кейтель издал приказ «Об особой подсудности в районе «Барбаросса» и особых полномочиях войск»[35 - Великая Отечественная война 1941–1945 годов. В 12 т. Т. 1. Основные события войны. М.: Воениздат, 2011; URL: https://encyclopedia.mil.ru/files/morf/publication-tom-1–2.pdf]. Согласно документу солдаты и офицеры вермахта освобождались от ответственности за будущие преступления на оккупированной территории Советского Союза. Приказ предписывал им быть безжалостными, расстреливать на месте без суда и следствия всех, кто окажет хотя бы малейшее сопротивление или будет сочувствовать партизанам.
«Руководящие указания о поведении войск в России», подготовленные в штабе ОКВ гласили: «Эта борьба требует беспощадных и решительных действий против большевистских подстрекателей, партизан, саботажников, евреев и полного подавления любой попытки активного или пассивного сопротивления»[36 - Робертс Д. Иосиф Сталин. От Второй мировой до холодной войны, 1939–1953; URL: https://iknigi.net/avtor-dzheffri-roberts/78806-iosif-stalin-ot-vtoroy-mirovoy-do-holodnoy-voyny-19391953-dzheffri-roberts/read/page-11.html].
6 июня 1941 г. штаб ОКВ издал «Инструкцию об обращении с политическими комиссарами». Личному составу вооруженных сил предписывалось уничтожать на месте попавших в плен политических работников Красной Армии[37 - Великая Отечественная война 1941–1945 годов. В 12 т. Т. 1. Основные события войны. М.: Воениздат, 2011; URL: https://encyclopedia.mil.ru/files/morf/publication-tom-1–2.pdf].
Все эти документы ОКВ и ОКХ, противоречившие законам ведения войны, были утверждены лично А. Гитлером. Именно они позволяют утверждать, что нацистское руководство, развязывая войну, было намерено уничтожить СССР как государство, захватить его богатства и земли, истребить наиболее активную часть населения, прежде всего, представителей партийных и советских органов, интеллигенцию и всех тех, кто вел борьбу против агрессора. Советским гражданам было уготовано либо изгнание в Сибирь без средств к существованию, либо участь рабов арийских хозяев. Профессор В. А. Золотарев отмечает, что обоснованием этих целей служили расистские взгляды нацистского руководства, презрение к славянам и другим народам – «недочеловекам», мешающим обеспечить «существование и размножение высшей расы» якобы из-за катастрофической нехватки ей «жизненного пространства»[38 - Великая Отечественная война 1941–1945 годов. В 12 т. Т. 1. Основные события войны. М.: Воениздат, 2011; URL: https://encyclopedia.mil.ru/files/morf/publication-tom-1–2.pdf].
Блицкриг рассматривался верхушкой Третьего рейха, прежде всего, как война против славянских народов. «Одна из основных задач германского государственного правления заключается в том, чтобы навсегда предотвратить всеми возможными средствами развитие славянских рас, – говорил А. Гитлер. Естественные инстинкты всех живых существ подсказывают нам не только необходимость побеждать своих врагов, но и уничтожать их»[39 - Там же.].
Схожей установки придерживались и иные руководители нацистской Германии. Первую скрипку здесь играл рейхсфюрер СС и полиции Г. Гиммлер, который одновременно занимал пост «рейхскомиссара по укреплению немецкой расы».
Фюрер доверил ему вопросы «возвращения» из других стран имперских немцев и «фольксдойче», создания новых поселений по мере того, как в ходе войны будет расширяться немецкое жизненное пространство на Востоке. Г. Гиммлер играл главную роль и в решении вопроса о будущем населения на территории СССР после победы рейха.
Будучи уверенным, что Красная Армия в ближайшие месяцы будет полностью разбита, 24 июня 1941 г. он поручил подготовить план массовой депортации славянского населения из Центральной и Восточной Европы. Цель депортации – заселение немцами высвободившегося пространства[40 - Великая Отечественная война 1941–1945 годов. В 12 т. Т. 1. Основные события войны. М.: Воениздат, 2011; URL: https://encyclopedia.mil.ru/files/morf/publication-tom-1–2.pdf].
А. Гитлер всегда выступал за расчленение СССР. Еще 16 июля 1940 г. на совещании в ставке он определил задачи политики в отношении России: «Основной принцип заключается в том, чтобы этот пирог разделить наиболее сподручным способом, для того чтобы мы могли: во-первых, им владеть, во-вторых, им управлять и, в-третьих, его эксплуатировать»[41 - Там же.]. В этот же день фюрер заявил: «Вся Прибалтика должна стать областью империи, Крым с прилегающими районами, волжские районы должны стать областью империи точно так же, как Бакинская область»[42 - Там же.]. В целом территории Третьего рейха должны были расшириться до Урала.
Через несколько дней, 31 июля 1940 г. на совещании высшего командования вооруженных сил А. Гитлер заявил: «Украина, Белоруссия и Прибалтика – нам». Северо-западные районы России вплоть до Архангельска – Финляндии[43 - Там же.].
25 мая 1940 г. Г. Гиммлер представил фюреру документ под названием «Некоторые соображения об обращении с местным населением восточных областей». В нем рейхсфюрер СС и полиции обращал внимание на то, чтобы ни в коем случае не объединять народы восточных областей и предлагал дробить их на возможно более мелкие ветви и группы.
15 июля Г. Гиммлеру был представлен на утверждение секретный план под названием «Генеральный план «Ост». Документ предусматривал в течение 25–30 лет депортировать 80–85 % населения из Польши, 85 % из Литвы, 65 % из Западной Украины, 75 % из Белоруссии и по 50 % жителей из Латвии, Эстонии и Чехии.