1 2 >>

Менты, понты и «Скорая помощь». Медицинские рассказы священника-реаниматолога
Сергей Валентинович Сеньчуков

Менты, понты и «Скорая помощь». Медицинские рассказы священника-реаниматолога
Сергей Валентинович Сеньчуков

За кулисами медицины
Мы живем в настоящем времени и быстро забываем, что и как было буквально 10 лет назад. А вот врачи помнят. И лихие 90-е, когда можно было приехать к пациенту на вызов и… пожарить у него яичницу, пока прокапает капельница. И суровые 2000-е, в которые было почти невозможно перевести пациента из областной больницы в столичную, что нередко оканчивалось трагедией. И забавное недалекое прошлое, когда врачам вместо коньяка и конфет вдруг стали дарить весьма необычные сувениры, например мозги. Новая книга отца Феодорита, а по совместительству врача «скорой» Сергея Сеньчукова вновь окунет вас в мир, когда о ковиде еще не было слышно, и заставит улыбнуться, вздрогнуть, а где-то и ужаснуться тому, что было раньше.

В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Иеромонах Феодорит

Менты, понты и «Скорая помощь».

Медицинские рассказы священника-реаниматолога

© Сеньчуков С., текст, 2021

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

* * *

Предисловие

О. Феодорит, а до принятия сана – Сергей Валентинович Сеньчуков – личность действительно незаурядная. Я знаю его лично много лет, и уже в юности Сергей проявил себя как неординарный молодой человек. Медициной он увлекался со школьной скамьи и всегда знал, что будет врачом. Пошел работать санитаром в ГКБ № 55, еще будучи школьником, и уже тогда любил рассказывать всякие страшные и необыкновенные медицинские истории. Природная наблюдательность, заинтересованность в людях и талант рассказчика были неоспоримы еще в те далекие годы.

Сергей окончил 2-ой Медицинский институт, интернатуру по анестезиологии и реаниматологии, работал в разных больницах, но именно «Скорая» стала его истинной любовью на медицинском поприще. Ключевым моментом в жизни Сергея (будущего о. Феодорита) стало его крещение и воцерковление, а впоследствии и получение духовного образования и рукоположение в сан священника. Личная трагедия (смерть жены Юлии в возрасте 41 года) привела Сергея к монашеству.

С тех пор о. Феодорит умудряется совмещать деятельность священника с работой врача, причем работой в самых экстремальных условиях – в реанимационной бригаде скорой медицинской помощи. Это совершенно уникальное явление. Но самое главное, что о. Феодорит искренен и органичен в этих обеих ипостасях. Выход книги о. Феодорита (С.В. Сеньчукова) – это большое событие. В своих рассказах автор проповедует добро без назидательности, увлекает читателя невыдуманным, но весьма занимательным сюжетом с присущим только ему особенным, искрометным юмором.

Прочитав рассказы о буднях медиков и невероятных, но правдивых событиях религиозной жизни, читатель почувствует прилив оптимизма и жизненной энергии – такова подлинная сила Добра и Света. В каждой строчке книги чувствуется любовь к людям, и это истинная правда, потому что все знают, что о. Феодорит всегда, в любую минуту готов прийти на помощь, выручить в любой беде, ведь лечит он и душу, и тело.

Вера Потиевская, проф, д.м.н., руководитель отделения кардиоонкологии МНИОИ им П.А. Герцена

От автора

Мы в таких переделках были,
Что не очень поверишь им.
Мы отеки порой лечили,
Применяя аминазин.

Мы в холодном РАФе не плачем,
На начальство всегда ворчим.
Мы охотники за удачей —
Шофера, фельдшера, врачи[1 - Автор переделал песню А. Макаревича «Мы в такие шагали дали».]…

Дорогие друзья!

Книга, которую вы держите в руках – это продолжение «Попа на мерсе». Однако здесь рассказы только про медицинскую деятельность – «поповского» нет ничего. Так как писал я эти рассказы, будучи священнослужителем, надеюсь, что православный взгляд в них заметен.

Почему не про церковную жизнь? Дело в том, что служение священника меньше поддается описанию. Возможно, когда-нибудь я и напишу книгу о жизни священнослужителя. Однако моя священническая жизнь все же не типична – священников-реаниматологов мало. Поэтому пока подожду…

Вообще, разница между служением врача и священника невелика. Не случайно же еще в Ветхом Завете говорилось, что «врачи от Бога»:

«Почитай врача честью по надобности в нем, ибо Господь создал его, ц и от Вышнего – врачевание, и от царя получает он дар. Знание врача возвысит его голову, и между вельможами он будет в почете.

Господь создал из земли врачевства, и благоразумный человек не будет пренебрегать ими. Не от дерева ли вода сделалась сладкою, чтобы познана была сила Его?

Для того Он и дал людям знание, чтобы прославляли Его в чудных делах Его: ими он врачует человека и уничтожает болезнь его. Приготовляющий лекарства делает из них смесь, и занятия его не оканчиваются, и чрез него бывает благо на лице земли. Сын мой! в болезни твоей не будь небрежен, но молись Господу, и Он исцелит тебя.

Оставь греховную жизнь и исправь руки твои, и от всякого греха очисти сердце. Вознеси благоухание и из семидала памятную жертву и сделай приношение тучное, как бы уже умирающий; и дай место врачу, ибо и его создал Господь, и да не удаляется он от тебя, ибо он нужен. В иное время и в их руках бывает успех; ибо и они молятся Господу, чтобы Он помог им подать больному облегчение и исцеление к продолжению жизни».(Сир, 38; 1-14)

А реаниматология – это вообще практическое богословие. Среди всех врачей именно реаниматолог ближе всего приближается к тайне воплощения Образа и Подобия Божиего, которым и является человек. Почему? Потому что реаниматология – это патофизиология критических состояний. В понимании функционирования организма мы идем от глобальной поломки, поэтому лучше видим идеал – здорового человека.

Интересно, что почувствовал я это еще в детстве. Поэтому в нашем маленьком «королевстве» в 6–7 классах я играл роль и Патриарха, и министра здравоохранения.

А вообще врачом я впервые себя объявил лет в пять, когда «лечил» соседку по даче. И потом идея эта никуда не делась. Да, мне нравились зоология, психология и даже филология – у меня были сомнения: медицинский или филфак? Но все же любовь к медицине пересилила.

Особенно, когда после 9 класса я стал «волонтерить», как это сейчас называется, в больнице. Конечно, больница интересна не только медициной – там и отношения другие, и девочки-медсестры и вообще взрослая жизнь. Но ведь и первые медицинские навыки я получил там – и умение делать инъекции, и снимать ЭКГ (и даже отличать инфаркт миокарда), и ставить клизмы, и промывать желудок…, а еще видеть разную патологию и общаться с больными, что, наверное, важнее всего.

Потом я, учась в институте, работал в разных местах – и санитаром, и медбратом, и фельдшером. Даже санитаром трупоперевозки, что тоже научило меня разному. В частности, там я впервые попробовал чифирь и понял – это не мое. Хотя «запарить» его могу и сейчас.

А если серьезно – то это тоже навыки общения. Хороший врач – это не только знания и техника манипуляций, но и умение найти подход и к пациенту, и к его родственникам. И к «смежникам» – коллегам и представителям других служб, с которыми приходится взаимодействовать. А это труповозка давала в полной мере. Да и сами работники были разные – отсюда и чифирь. Но зато потом, когда по скорой приходилось попадать в самые неожиданные ситуации, бывалые сидельцы относились с уважением.

Ну а скорая – скорая – это любовь всей жизни. Вообще, лучше всего это описано у Александра Великина в повести «Санитар», но почти каждый бывалый скоропомощник скажет, что в какой-то момент – невмоготу, ты уходишь, но потом все равно возвращаешься. Или не возвращаешься, но тоскливым взглядом провожаешь каждую машину с цифрами 03 (теперь 103) на борту.

Меня Господь миловал и дал возможность совмещать. Под Новый 1992 год я рассчитался с 03 и ушел в реанимацию, но вскоре понял, что без скорой не могу. И просовмещал много лет, пока в конце 2006 года на Станции не увеличилось число реанимационных бригад и я не перешел на постоянную работу.

Но и работа в стационаре – это огромный пласт профессии. Мне очень повезло в жизни. Я закончил педфак 2 МОЛГМИ им. Н.И Пирогова и начинал детским реаниматологом. Потом я работал в инфекционной больнице во время эпидемии дифтерии, потом – в только что открытой нейрореанимации Склифа, и еще в нескольких больницах. Удалось мне и полетать на медицинском вертолете, и поездить на бригаде медицины катастроф, попреподавать в ВУЗе и колледжах, позаниматься наукой… ну и в конечном итоге прийти к монашеству и священству, что я и совмещаю с медициной (надеюсь, успешно) и по сей день.

Ну а писательство…

Собственно, я не писатель. Я – описыватель. Я описываю то, что когда-то видел. Да, конечно, это не протоколы, а рассказы, но на документальной основе. Потому что что-то – просто интересные случаи, а что-то – вряд ли кто-нибудь еще расскажет. Возможно, когда-нибудь я напишу про общение с замечательными людьми, которых мне доводилось встречать на протяжении жизни, но это потом…

А сейчас я рад представить вам свою новую книгу!

Иеромонах Феодорит (Сеньчуков)

Рассказ 1. Про опохмел

Ладно, всем спокойной ночи. А мне завтра на работу – отпуск кончился.

«Я на работу стал прогуливать Опохмеляться полюбил…»[2 - Зиновий Гердт, песня «Сын поварихи и лекальщика», 1937 г.]

Кстати, об опохмелке…

Когда-то заспорили мы с тогда еще юным наркологом Женей на тему, является ли утренний опохмел непременным признаком алкоголизма? Женя, как добросовестный ученик, утверждал, что «да», я же – реаниматолог со стажем, т. е. патофизиолог, вооруженный знанием биохимии, – говорил, что «нет». Что не следует путать абстинентный синдром (сложный комплекс биохимических изменений в сочетании с вегетативными и психическими нарушениями) с бытовым похмельем (отравлением ацетальдегидом, являющимся продуктом расщепления алкоголя в организме), снимаемом запуском алкогольдегидрогеназы и альдегиддегидрогеназы при приеме малых доз алкоголя.

Женя мне не верил. Тогда я предложил ему провести опрос среди сотрудников подстанции. Вопрос был один: «Похмеляешься ли ты?» Большинство отвечали: «Да, если сильно переберу». Категорически отказывались (кроме, естественно, полных абстинентов) только люди, явно балансирующие на 1 стадии алкоголизма…

Окончательно Женю добило, когда проходящая мимо красавица Настенька, наш новый молодой доктор, вернувшаяся с одного из модных курортов Франции, в ответ на вопрос, широко открыла свои прекрасные глаза и произнесла мелодичным голосом: «Конечно, да! А как же иначе?!»

1 2 >>