Илья Мордвинов

Целый мир умещался в границах тёплого, дышащего купола. Здесь было тепло, безопасно и вечно — до тех пор, пока привычная вселенная не начала сжиматься, угрожая раздавить единственного её обитател…

Целый мир умещался в границах тёплого, дышащего купола. Здесь было тепло, безопасно и вечно — до тех пор, пока привычная вселенная не начала сжиматься, угрожая раздавить единственного её обитател…

Через медленное, почти бесстрастное сознание ивы автор размышляет о различии между живым и мёртвым, о памяти, хранящейся в древесине и земле, и о том, как человеческое тепло и горе постепенно рас…

Через медленное, почти бесстрастное сознание ивы автор размышляет о различии между живым и мёртвым, о памяти, хранящейся в древесине и земле, и о том, как человеческое тепло и горе постепенно рас…

Иногда, чтобы найти дом, нужно долететь до края Солнечной системы. А иногда — заглянуть в себя так глубоко, как не решался никто до тебя.

Иногда, чтобы найти дом, нужно долететь до края Солнечной системы. А иногда — заглянуть в себя так глубоко, как не решался никто до тебя.