–Выбор всегда есть. Я же могу повернуться и уйти.
Лена усмехнулась
–Да, можешь, но где тебе еще так платить будут. За пару строк получаешь месячную зарплату. У тебя ведь ничего нет. Только мечты и то чужие. Так что, я думаю не в твоих интересах ломаться.
Инна, встряхнув копной своих золотисто-русых волос, снисходительно посмотрела на Лену
–Зачем нам переходить на личности. Никогда не сравнивала себя ни с кем, тем более с тобой. Да у меня нет машин, квартир, модных шмоток. Может потому что мне этого и не надо. Но есть другое более ценное, для меня – свобода. От фальши, лести, лжи, в которой погрязла ты и равные тебе в этом мире денег, элиты, знаменитостей. Чтобы попасть туда вы сметаете все на своем пути, не гнушаетесь ничем. Это цель? Ты вольна делать все с подчиненными, ты высокомерна, самодостаточна с теми, кто зависит от тебя, но когда я смотрю, как ты гнешься перед Гросманном и такими как он, мне тебя честно жаль. Ведь у человека должно быть чувство достоинства, свое слово, свои мысли. Неужели деньги могут это все заменить? Мне легче, потому что не надо прогибаться не перед кем и спина точно целее будет. Я действительно мечтаю, но мечты у нас с тобой разные. Ты никогда не поймешь меня, как я тебя. Мы просто с разных планет.
Через минуту Инна заметила
–А знаешь, не смотря ни на что, мне жаль тебя. И я надеюсь, что ты все же изменишься.
–Тебе жаль меня? Это что-то новенькое- Лена презрительно хихикнула.
–Лена, зря ты так. Сейчас, когда ты так высокомерна и презрительна, мне хочется поведать тебе притчу. Знаю, что в эту минуту она для тебя пустое, но придет время, а оно придет и для тебя тоже и поставит все на свои места. Как-то к Будде пришел человек, и плюнул ему в лицо. Человек был очень зол. Когда один из учеников Будды хотел наказать этого человека, учитель остановил его. Он сказал, что этот бедняга и так много страдал, а его плевок -это просто исход его безумия. И Будда пожалел безумца. Тот был поражен такой любовью и пониманием и попросил прощения. Будда ответил, что не прощает, потому что и не злился и, что он счастлив, что человек пришел в себя и прекратился его ад, который и поражал зло и ненависть. У каждого из нас будет свой исход, от пустого ненужного, от злости и непонимания, от того, что терзает нас, но вот когда, это вопрос, и ответ на него зависит только от самого человека от его возможности, духовной.
Лена молча, продолжала смотреть на карандаш в своей руке, затем посмотрев на Инну, взглядом полным презрения отрезала.
– Ты закончила свою дешёвую философию? Будду приплела. Что за чушь! Что ты ломаешься, ты будешь писать или нет?
–Я позвоню тебе и сообщу о своем решении – твердо сказала Инна, закрывая за собой дверь.
Лена была обескуражена. «Вот шавка! Нет, у нее точно с головой не в порядке. С чего столько гонора, не понятно. Это неспроста. И что этот Гросманн нашел в ее мазне?». Она вскочила с кресла, вся пунцовая от ярости. Все в ней кипело. Она давно бы послала Инну куда подальше, не возилась бы с ней, если бы не Михаил. Ему нравились стихи Инны, и Лена знала, что он не захочет их терять.
От агентства до метро, было, минут двадцать-тридцать. Инна решила пройтись пешком. Крупные снежинки падали ей на лицо и от его тепла мгновенно таяли. Она медленно шла, вдыхая полной грудью свежий морозный воздух. Улыбка не сходила с ее лица. На душе была необыкновенная легкость. Ни какого осадка, боли, ничего. В этот момент она поняла, что освободилась от Лены навсегда, от чувств терзавших ее по отношению к бывшей однокласснице. Ничего. И надо же сразу такая легкость. Инна словно парила, даже хромота, так мучавшая ее, куда-то исчезла. В этот момент она была сильнее, сильнее духом, мыслями, действиями. Эта сила и предавала ей уверенность. И главное, что эту ее силу почувствовала и Лена.
Но не только Лена была причиной ее решения. Именно сейчас она подумала о Гросманне. Вспомнила, как несколько недель назад встретила его на празднование юбилея агентства. Лена пригласила ее нехотя. Было много важных гостей. Их развлекали известные артисты. Такое скопление важных людей и знаменитостей в одном месте Инна не видела ни разу в жизни. Гросманн появился позже остальных. Естественно в сопровождении красавицы Вики. В жизни она была также красива, как и на фото. Инна с интересом разглядывала ее. Это был, банальный выбор олигарха и он не удивлял. Длинные ноги, пухлые губы, огромные серо-голубые глаза и в довершении ослепительная улыбка. Отдать должное и пластическим хирургам за идеальный подбородок и изумительный профиль. Вика, одетая в шикарное золотистое платье, с огромным декольте, которое выгодно подчеркивало пышную силиконовую грудь, выточенную фигурку, и светлые локоны, растачала улыбки налево и направо. Отпечатка ума и интеллекта на ее прекрасном лице, найти было весьма затруднительно. Что можно ожидать от девушки, которая главным недостатком в человеке считала отсутствие денег, больших денег. Гросманн видимо весьма довольный собой и своей спутницей, был в приподнятом настроении. Он с самого первого взгляда производил впечатление человека значительного, незаурядного и умного. Этот ум был запечатлен во всем его облике, в живом блеске глубоких карих глаз, в носе с нервной горбинкой, в твердой улыбке тонких губ, в уверенной походке и манере держаться. Весь вечер Лена кружила вокруг этой примечательной парочки, как кружила бы пчела вокруг последнего цветка в ее жизни. Гросманн снисходительно принимал это внимание. Иногда отмахиваясь от такой назойливости. Инну удивляла эта изворотливость и лизоблюдство и ей было даже неловко за бывшую одноклассницу. Пару раз она хотела отвлечь Лену, но та переключалась лишь на мгновенье. Когда вечер подходил к концу, Лена направилась провожать Гросманна с его спутницей. Было удивительно, но она не уставала льстить и заискивать.
–Михаил Семенович, этот вечер, все выступления были посвящены вам. И весь этот праздник благородя лишь вам. Но и мы постарались. Надеюсь, вам понравилось?
При каждом сказанном слове Лена наклонялась. Со стороны выглядело смешно, казалось, что она болванчик на шарнирах.
–Да, да, все прошло нормально, вполне – спешно покидая зал, небрежно бросил Гросманн Лене, проходя мимо Инны. Та увлеченно разговаривала с Наташей, держа в руке бокал с шампанским и нечаянно задела этой рукой, сравнявшегося с ней олигарха. Он резко обернулся и грозно сверкнул глазами, смотря то на Инну, то на залитый шампанским шикарный костюм. Тут же вмешалась обескураженная Лена.
Она кинулась на Гросманна и принялась вытирать его пиджак появившейся не понятно, откуда в ее руке салфеткой.
Смущенная Инна только и смогла, что процедить сквозь зубы
–Извините. Я не хотела.
Он также грозно продолжал смотреть на свою обидчицу, словно ждал кроме извинений еще чего-то. Инна не понимая, что от нее еще требуется, неуклюже мялась на месте.
Видимо положение решилась исправить Лена. Она, с грозным взглядом посмотрев на Инну, пролепетала Гросманну.
–Михал Семенович, вы не переживайте, отдадим костюм в химчистку. Нелепая случайность. Это Инна, помните, я вам говорила про нее, наш новый автор. Гросманн при этих словах еще пристальнее посмотрел на девушку. Она же ничего не нашла лучше, как встать к нему полу боком и отвести от него взгляд, словно речь была не о ней. Лена удивленно посмотрев на нее, продолжила
–Она инвалид и после паузы зачем-то добавила
–С детства.
Гросманн, словно ждал именно этого объяснения, сменив грозный взгляд на снисходительный , уже на ходу сквозь зубы бросил
– Тогда все понятно.
Инна от неожиданности потеряла дар речи.
Лена все так же с трудом поспевала за ним.
Она все не унималась
–Настоящее украшение этого праздника, конечно же, Вика. Я так рада, что вы смогли сегодня быть здесь с нами. Не преувеличу, если скажу, что вы своей красотой затмили всех.
Вика, также с трудом успевала за Гросманом и в ответ только хлопала своими наращенными ресницами и мило улыбалась, обнажая не реально белоснежные зубы.
Если бы можно было прилюдно их облобызать, Лена не преминула бы и этим.
Обескураженная Инна, все никак не могла понять, что же такое сейчас произошло. Лена, проводив сладкую парочку, подошла к ней.
–Ой, Инка, как же тебя угораздило. Я прямо и не знала, что придумать, пришлось на инвалидность свалить. А то осталась бы ты без работы, а может и я.
–Спасибо за помощь, обласкала, поддержала, но мне и не нужна такая работа. Терпеть унижения, не буду ни за какие, деньги – обиженно сказала Инна
–Да брось ты, не обижайся. Ты тоже хороша, могла быть аккуратнее. У него этот костюм стоит больше тебя и меня вместе взятыми.
Затем, задумчиво смотря им вслед, она бросила Инне
–Вот эта Вика, настоящая стерва! Так его о хомутала. Чтоб она сдохла! Если бы не хирурги и не деньги вот таких папеков, я бы посмотрела на какой помойке она была бы. Надо же, этим безмозглым куклам везет. Она же дешевая экскортница. Нам, Инна, так не подфартит. А эти богачи прекрасно понимают, за что их любят, но им все равно. Точно у них мозги не на том месте, раз клюют на таких. Ну чем я, например хуже нее? Мне же такое счастье и не сниться. Как я не старалась его окрутить, все бесполезно. Он, на меня ноль внимания. Смотрит сквозь меня. А, ты, представляю, как тебе тяжело. Тебе даже и не снится такой мужик. Бедняжка.
Тяжело вздохнув, и взяв Инну под руку, добавила
–Пойдем Инка выпьем, что ли по бокалу. У меня есть прекрасное шампанское. Нам надо снять стресс.
Инна отстранилась и, сославшись на нестерпимую головную боль, отправилась домой.
Она была в шоке и от увиденного и от услышанного. Неприятный осадок после этого вечера тяготил ее. Еще днем воодушевленная, она так тщательно собиралась на этот праздник. Ника со своими мастерами колдовали над ней часа два: красили, делали укладку, маникюр, наряжали. Сейчас же Инна была настолько разочарована, что ее подташнивало. Ей не давала покоя мысль: неужели люди такие испорченные? Она перебирала в голове Гросманна, такого высокомерного и тщеславного, Вику, такую поверхностную и нереально материальную и главное Лену. Правильно ее охарактеризовала Ника. Делать одно, говорить другое, а думать третье, это действительно талант. Анализируя таких людей, Инна в очередной раз убедилась в глубине теорий буддизма. Сейчас, она не сомневалась, что их умы и сердца закрыты покровом Авараны, скрывающим от человека истинную реальность, заставляя ошибочно считать, что материальный мир и тело тождественны их истинной сущности. А чтобы снять завесу Авараны, и увидеть реальный мир и реального себя, необходимо отказаться от гордыни, тщеславия и лжи. Единственный способ избавиться от этого плотного покрова –необусловленная любовь, милосердие и сострадание. Она знала, нет, она верила, что хороших людей намного больше и была уверена, что их будет больше и на ее пути. Странно, но в эту минуту ей захотелось увидеть и услышать доктора Лизу. «Вот действительно искренний и добрый человек, который живет сердцем и душой. Вот человек, душа, ум и сердце которого не запечатаны покровом Авараны. Вся ее жизнь, все ее деяния направлены на помощь людям и лишены всякого личного интереса. Она действительно свободна. Мне бы так». Инна вспомнила ясный добрый взгляд этой женщины, ее теплый голос.
В тот вечер, как только девушка добралась до дома, приступила к своему рассказу еще с большим вдохновением. Две девочки, две бедные сироты, которые бегут от войны. Инна знала, что они реальны, как реальны сотни, тысяча детей, обездоленных, гибнущих из-за безразличия взрослых. Ее удивляло, почему люди, такие богатые и влиятельные, как Гросманн, которые могут реально помочь, равнодушны и глухи к этим страданиям. Может, деньги и достаток делают душу безразличной и запечатывают сердца.
Бог дает богатство, а взамен забирает сострадание и доброту? Она вспомнила свой недавний спор с Леной. Они болтали о разном, о деньгах, о противоречиях этой жизни. Инна, как всегда считала не справедливым, что обеспеченные люди не хотят в полной мере помогать нуждающимся. Лена считала все эти мысли блажью.
Тогда Инна с горечью сказала
–Если у меня когда-нибудь будет много денег, я обязательно буду помогать нуждающимся людям, во всяком случае, детям точно. Они же беззащитны.
Лена усмехнулась и ответила
–Я тебя уверяю, тогда у тебя денег точно не будет. Ты даже не мечтай.