Оценить:
 Рейтинг: 0

Непрошеный дар

Год написания книги
2022
Теги
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 13 >>
На страницу:
4 из 13
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

Впрочем, я напрасно подозревала папу в скрытых мотивах. Как только Егор приехал, мужчины сразу же уединились в кабинете и провели там почти весь день. Еду им домработница подала туда же, так что обедали мы с мамой в одиночестве. Лишь ближе к вечеру, сидя в шезлонге в саду, я увидела, как гость покидает наш дом. Он тоже меня заметил, но не стал подходить. Просто кивнул вежливо и свернул к стоянке.

Наше дальнейшее общение проходило в подобном духе. Егор бывал у нас дома не меньше трех раз в неделю, но все это время проводил в кабинете отца. Похоже, насчет большой загрузки папа не обманул. Он действительно теперь задерживался на работе чаще обычного и даже в выходные куда-то уезжал. И совсем перестал заходить ко мне в комнату по вечерам. Так что я уже стала скучать по нашим привычным беседам обо всем подряд.

Конечно, совсем избежать случайных столкновений с Егором мне не удавалось. Но и тогда парень держался отстраненно и больше не пытался пригласить меня в кафе или на свидание. Что вполне устраивало. Так что я перестала ждать подвоха и во время наших редких встреч могла вести себя естественно и не держать намеренную дистанцию.

Однажды я спустилась на кухню заварить себе кофе. Зашла в комнату и увидела за столом Егора. Его пиджак висел на стуле, а рукава сорочки были коротко закатаны. Парень пил чай с бутербродами, которые, похоже, сам и приготовил. Рядом лежали деревянная доска, нож и хлеб с сырной нарезкой.

– Черт, – с досадой произнесла я. – У домработницы же сегодня выходной. Надо было мне вспомнить и самой вас накормить. Прости…

– Да ладно, – усмехнулся Егор. – Думаешь, я не способен сделать себе бутерброд? Вообще-то, я уже давно живу отдельно от отца и без всяких домработниц. И вполне себе справляюсь, – интересно, мне показалось или в его тоне прозвучала скрытая издевка? Наверняка, считает меня избалованной белоручкой. Конечно, откуда ему знать, что помощница по дому – полностью папина идея. Как и няни, которые окружали меня с детства. Просто отец очень заботился о своей жене и всегда старался создать ей максимальный комфорт. А меня любил и всячески баловал.

Несмотря на это, выросшая в бедной деревенской семье мама давно научила меня готовить и следить за домом. И сейчас мы вдвоем вполне управлялись с каждодневными домашними обязанностями. Но папа по прежнему настаивал на домработнице, уже больше по привычке, чем по необходимости. Устав с ним спорить, мы согласились, чтобы домработница приходила к нам пару раз в неделю. Так что кем-кем, а белоручкой я точно не была. И совершенно не важно, что думают обо мне другие!

Несмотря на эти мысли, я ощутила явное раздражение. Схватила со стола доску и нож, повернулась к раковине и неожиданно зацепилась локтем за спинку стула. Пытаясь удержать кухонную утварь, я сделала только хуже. Мой резкий рывок лишь придал ножу ускорение, и тот упал, прорезав Егору руку чуть ниже локтя. Из глубокого пореза сразу выступила кровь. Схватив полотенце, я быстро прижала рану и бросилась за аптечкой. Глядя на мои нервные движения, Егор произнес:

– Успокойся. Это всего лишь порез. Мне даже почти не больно. Не переживай так.

Его слова помогли немного отпустить напряжение. Я благодарно кивнула:

– Спасибо! Убирай полотенце, перевяжу.

Кровь все еще сочилась. Я приготовила бинт, а парень вдруг придержал меня за запястье:

– Может, попробуешь сама остановить кровь? Вдруг у тебя получится.

Я растерянно взглянула на него и внезапно поняла, что знаю, как это сделать. Ощущение было достаточно сильным, шло откуда-то из глубины и не оставляло сомнений. Тем не менее, я не хотела ему поддаваться и не спешила выполнять просьбу. Заметив мои колебания, Егор произнес:

– Ты что, боишься? Разве тебе не интересно узнать границы своих возможностей? Я бы точно не удержался.

Нахмурившись, несколько секунд я смотрела на него, а потом вдруг решилась. Наклонилась, крепко сжала его руку с двух сторон от раны и зашептала очередной заговор.

Не прошло и минуты, как струйка крови, становясь на глазах все тоньше и тоньше, замерла совсем. Аккуратно промокнув порез, я замерла в недоумении – на месте глубокой раны осталась лишь розовая полоска заживающей кожи. Я снова почувствовала холодок в груди. Стараясь не встречаться взглядом с Егором, быстро перебинтовала руку, хотя теперь вполне могла обойтись одним пластырем. А потом достала тряпку и стала наводить порядок на кухне. Через несколько минут закончила и хотела вернуться к себе.

– Подожди! – позвал Егор. – Посиди со мной немного. Хочешь чай?

Я неопределенно пожала плечами, но за стол все же присела. Парень включил чайник, достал посуду и через пару минут поставил передо мной чашку. Сделав несколько глотков, я вздохнула и подняла на него глаза.

– Прости за нож. Впредь буду осторожнее… – пробормотала виновато.

– Забудь! – отмахнулся он. – Это ерунда. У меня полно разных шрамов. В детстве я был сорви голова, да и подраться очень любил. Вот только рядом не было никого, кто мог бы так быстро убрать все последствия.

– Пожалуйста, не надо об этом, – быстро перебила я его.

– Почему? – удивился Егор. – Ты же мне помогла. И моему отцу тоже. По-моему, таким даром стоит гордиться.

– Нет у меня никакого дара, – упрямо произнесла я. – Это все баловство, подростковые увлечения. Почитала когда-то в интернете, вот и пригодилось.

– Ну да, конечно! Очень похоже на правду, – усмехнулся он и добавил: – Ладно, если хочешь, оставим эту тему, – помолчал немного и вдруг предложил: – Может, немного погуляем по саду? Павел Степанович дал мне полчаса на отдых. Минут десять еще осталось.

Я не испытывала ни малейшего желания гулять с ним, но почему-то согласилась. Должно быть, из-за чувства вины.

***

Некоторое время мы в молчании шагали по дорожке. Я все еще ощущала неловкость и не знала, о чем говорить. Видимо догадываясь о моем состоянии, мой спутник сам начал беседу. Не затрагивая больше того, что произошло, стал вспоминать забавные моменты из своего детства. На удивление, рассказчиком Егор оказался неплохим. Через несколько минут я уже улыбалась, слушая весьма выразительное описание его разнообразных проделок.

В результате мы не следили за временем и потратили на прогулку гораздо больше, чем предполагали. А когда вернулись в дом, первым делом наткнулись на моего отца. Но папа не стал ругать своего помощника. Лишь удивленно взглянул на забинтованную руку и поинтересовался, что случилось. Только я открыла рот, чтобы повиниться, как Егор придержал меня за локоть и сам ответил:

– Ничего страшного, не беспокойтесь. Просто я не очень ловко с ножом управился. Так что Даше пришлось побыть сестрой милосердия.

Я не стала опровергать его слова, но невольно поморщилась. Чего-чего, а врать я никогда не любила. Может потому, что за мои ошибки меня никто особо не наказывал.

Мужчины поднялись в кабинет, а я, немного поразмышляв, отправилась искать маму. Она была в своей спальне, сидела за столом и что-то писала. Увидела меня, отложила ручку и улыбнулась. Я опустилась в кресло и поджала губы, пытаясь сообразить, как лучше задать свой вопрос. Ничего не надумала, вздохнула и выпалила:

– Мам, мне нужно кое-что узнать. У нас в роду встречались необычные способности?

– Что ты имеешь ввиду? – мама нахмурилась и настороженно меня разглядывала.

– Ну… например, из области нетрадиционной медицины. Знахари, там, народные целители?

Мама встала, подошла ко входу и плотно прикрыла дверь. Потом придвинула к креслу стул, опустилась на него и наклонилась ко мне.

– В чем дело, солнышко? Что тебя беспокоит?

– Понимаешь, кажется, у меня есть что-то похожее. А обычно такие вещи передаются по наследству.

– Ты… уверена? Может, тебе просто показалось?

– Не уверена, но… – пожала я плечами. – Это повторилось уже дважды. И меня, честно говоря, немного пугает.

Мама отвела взгляд и задумалась. Потом решительно тряхнула головой.

– Ладно, раз так, тебе стоит знать. Действительно, моя прабабка была знахаркой. Я ее в живых, конечно, не застала, но в семье несколько раз об этом упоминали. Только особо не распространялись, потому что в деревнях к таким людям относились настороженно и боялись их.

– А папа слышал про твою прабабушку?

– Нет. Зачем? У него вообще очень рациональный подход к жизни, ты же знаешь. Так что давай не будем его лишний раз напрягать. Мне кажется, тебе не стоит уделять этому большого внимания. Вряд ли кто-нибудь из твоих знакомых всерьез воспринимает колдуний и знахарей. Не хочу, чтобы над тобой смеялись.

– Я и не собиралась никому говорить. Мне самой надо понять, что происходит. Спасибо, что рассказала. А ты знаешь, как выглядела твоя прабабка?

– Только в общих чертах, тоже по рассказам. Она была высокой и статной, с длинными светло-русыми волосами.

– Ясно. Большего мне и не надо, – я обняла маму, чмокнула ее в щеку и отправилась в свою комнату.

***

Прошла еще одна неделя. За это время я несколько раз видела Егора, но пообщаться нам больше не удалось. Отец полностью загружал его делами. А я, в свою очередь, помогала маме готовиться к отпуску. Однако буквально за пару дней до назначенного времени планы родителей резко поменялись. Папе пришлось уехать в срочную командировку, и Сардинию перенесли на две недели. Мама решила потратить неожиданно освободившееся время на поездку на родину. Она уже давно собиралась там побывать, но никак не могла выбраться.

Родина мамы – деревенька Сосновка – располагалась в 100 километрах от нашего города. К сожалению, никого из родных там уже не осталось. Дедушка умер восемь лет назад, а бабушка – шесть. Поэтому мама бывала в деревне от силы раз в год. Ходила на кладбище и немного прибиралась в медленно разваливающемся старом доме, который они с братом решили не продавать. Мой дядя, мамин старший брат, много лет назад отслужил на севере. А после службы осел там и обзавелся семьей.
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 13 >>
На страницу:
4 из 13