– Я не флиртовала! – тихо возмущаюсь.
– Я видел, как ты на него смотрела.
– Не на него, а на его чёлку и зубы.
– Да, да, а ещё на уши и нос.
Ха, ревнует!
– Внимание! – раздаётся голос Катоса, словно удар грома пронзает воздух.
Его слова несут такую интенсивность, что вокруг будто вздрагивает воздух, и стены колеблются, замирая в своей архитектурной величественности. Удивительно, как он способен заставить все сердца замирать с единым ритмом, подчиняясь его власти.
– Мне очень жаль, но мы вынуждены ввести чрезвычайное положение, – набрав в лёгкие воздуха с изысканной грустью, выдаёт Катос.
На этот раз его интонация лишена прежней величественности. Ничто не колеблется. И даже немного ощущаю лёгкое разочарование.
– Что? Почему? Как? – восклицают изумлённые голоса вокруг, создавая шумное обсуждение.
Детсад какой-то. Неужели нельзя дослушать до конца? А начало интригующее, мне нравится!
– Пожалуйста, все успокойтесь! – гремят слова начальника, но ангелы продолжают возмущаться.
Надо выручать старика.
– Тихо! – что есть силы, вскрикиваю я, явно немного переборщив.
В ответ на мой крик, словно послеударие, штукатурка начинает шуршать и сыпаться с потолка, а вблизи стоявшие ангелы потирают свои уши. Ой, надеюсь, они не оглохли!
Иммануил смотрит на меня с таким укором, как будто я только что разбила вазу, которую он подарил любимой бабушке. Прикол. Я всего лишь хотела помочь! После моего крика все притихли. Ай, ладно, буду молчать. Если старик не в состоянии управлять своими подчинёнными, это не моя проблема.
– Благодарю! – произносит Катос, бросив на меня взгляд, полный признательности.
Вот, хотя бы кто-то оценил мои старания.
– Введение чрезвычайного положения связано с отсутствием других вариантов, – продолжает он, явно готовясь к разъяснениям. – Да, в первую очередь это означает, что отпуск отменяется.
В зале раздаётся вздох разочарования и горя.
Вы ещё заплачьте! Настоящий детский сад.
– Знаю, ждёте от меня объяснения.
Да, да, да! Давай, говори уже! Не тяни резину! Моё любопытство просто невыносимо. Почему ангелов лишают заслуженного отдыха? Тем более, что отпуск полагается им всего лишь раз в сто лет. Жесть, конечно. Раз в сто лет! Издеваются.
– Мы получили бракованную партию пропусков, – тяжело вздыхая, докладывает Катос. – Сущности, созданные вами во время отпуска, проникли в наш мир. Новый враг ещё толком неизведан, но с каждой минутой мы теряем ангелов, проигрываем войну, которую не начинали. Они среди нас.
Здрасте, приехали! Я – враг? Таких, как я – много? Почему Иммануил смотрит на меня с таким подозрением?
– Они знают наши слабые места, они обладают знаниями, которые не доступны многим из вас, – Катос продолжает нагнетать обстановку. – Если к вам прибилась такая сущность, немедленно доложите в отдел Дозора! Их офис расположен теперь рядом с моим кабинетом.
И тут появляется мысль заглянуть в ближайшее будущее. Напрягаю свой внутренний глаз и вижу следующее: Иммануил хватает меня двумя руками и кричит «Сущность здесь! Держите её крепче!» На помощь к нему кидается целая толпа озверевших ангелов. Они держат меня за руки, за ноги, за шею и нос, но во мне в сотни раз больше силы. Отшвыриваю их от себя и, следуя примеру взбесившейся толпы, создаю меч, который тут же идёт в ход. Летят головы, и я… убиваю Иммануила. Нет! Не могу этого допустить.
– Я невидима для всех! – даю себе команду, отталкиваю от себя Иммануила и взлетаю наверх в надежде, что моё желание сработало.
– Где она? Где? Только что была здесь! – удивляются ангелы.
Иммануил застыл, ошеломлён тем, что произошло. Сработало. Я могу менять будущее. Круто!
– Что за переполох? – кричит Катос.
– Тут стояла самая прекрасная из прекраснейших дев с ангельскими крыльями, – кричит в ответ Рафаил. – Она исчезла!
Предатель! Но спасибо за комплимент.
Катос приближается к нам.
– Иммануил, она была с тобой? Лена… голограмма.
– Да.
Мог бы и соврать ради меня!
– Среди нас шпион! – докладывает Катос озадаченной толпе. – Дальнейшие инструкции вы получите позже. Расходитесь!
Я – шпион? Он это серьёзно? И на кого я якобы шпионю? Кому буду докладывать? Иммануилу? Больше некому. Бред.
– А ты пойдёшь со мной! – говорит Катос Иммануилу.
Ангелы разлетаются кто куда. Я, невидимая для всех, крадусь вслед за Иммануилом и его начальником. Несмотря на наличие крыльев почему-то идём пешком. Но, может быть, это и хорошо – по крайней мере, можно размять ноги. Молча преодолеваем многочисленные коридоры. У меня есть время осмыслить сложившуюся ситуацию. Вот так в одночасье я стала врагом общества ангелов. А ведь мне так хочется самой быть истинным ангелом, приносящим добро и помощь людям.
Глава 10. В кабинете начальника
Заходим в кабинет. Катос садится на свой трон. Иначе этот стул и не назовёшь. Он чудесный. Я бы тоже на нём посидела и погрела бы свою пятую точку! Иммануил перетаскивает стул поближе и занимает место напротив старика. Сейчас начнётся.
– Иммануил, ты знаешь, как я к тебе отношусь, – начинает свою речь Катос. – Ты для меня как сын. Признаюсь, думал даже с тобой породниться, но это было до того, как ты встретил Лену.
Породниться? Это что-то новенькое.
– Породниться? – удивляется Иммануил.
– Да, я так надеялся, что ты и моя дочь найдёте общий язык.
– Я и Валенсия?
Какая ещё такая Валенсия? Ах ты, хитрый старикашка! Хотел сосватать свою дочь моему ангелу. Размечтался! Иммануил только мой! И даже той другой Лене он не достанется!
– Да, думал, она наберётся у тебя ума, а то ведь стала совсем неконтролируемой, но теперь чего уж там! Ты любишь Лену, даже в отпуске её образ не покидает тебя. Вот если бы ты так же сильно любил мою дочь!