Но, к несчастью, не за это прославились арконцы, рожденные великими войнами, не знающими пощады. Они наводили ужас на своих врагов и соседей, их боялись и уважали до великой войны, а после их могущество и вовсе не имело границ. Самые могучие пилоты титанов, великие командиры и стратеги были объединены в ордене Штормовых вестников. После войны бойцы Арконы охраняли рубежи Пентарии и выполняли самые опасные задания от Пентариев, а в дальнейшем от совета. Уничтожение и очистка планет с предателями, защита прирубежных планет от налётов и космическая разведка стали главной задачей ордена. Народ Арконы с честью выполнял свой долг и поставлял основную часть рекрутов в орден. В Пентарии солдаты братства звались Вестниками печали и скорби. Из великого и могучего ордена постепенно он превратился в карательный орган, зачищающий и подавляющий восстания и бунты.
Совет ста проходит в столицах каждой из частей Пентарии по очереди, раз в два цикла. В этот раз честь выпала столице Арконы – Велесе. Самые умные, богатые и могущественные люди собирались для решения важных вопросов и принятия различных решений, по крайней мере, так регламентировалось.
Центральный зал в главной крепости Велесы был обустроен специально для проведения важных мероприятий. Большой дубовый стол занимал практически всю его площадь, он имел пять сторон. Разнообразные узоры и рисунки были нанесены на его поверхность, вместе изображавшую всю космическую карту Пентарии, каждая из сторон была отмечена гербами секторов. Вокруг стола были расставлены стулья для каждого из ста участников совета. Гигантские стеклянные арки пропускали золотой свет внутрь помещения, создавая ощущение спокойствия и мира.
Между каждой из арок стояли титаны, они предавали совету более серьезный вид и церемониальность. Специально для этого приема были вызваны самые лучшие пилоты из всех цитаделей братства. Средние, большие и малые титаны стояли как вкопанные на своих местах. Броню их украшали золотые и серебряные узоры, у каждого из них был щит с эмблемой Арконы –большое дубовое дерево на синем фоне, по бокам которого били молнии, каждый щит был небесно-голубого цвета. Когда свет попадал на такой щит, он переливался темно-синим цветом. Все титаны были полностью экипированы и стояли со своим оружием. Одни были вооружены мечами, булавами и секирами, у других были копья и посохи. Были титаны и с огнестрельным оружием, но оно находилось в специальных магнитных кобурах, закрепленных на их доспехах. С огромных, могучих плеч ниспадали тёмно-синие плащи, они были настолько тяжелы и громоздки, что даже ветер поднимал на них лишь мелкие волны ткани.
В зале чувствовалось напряжение и умиротворение одновременно. Все застыло в ожидании начала. Тяжёлые парадные двери начали открываться, и советники поочерёдно стали проходить внутрь и занимать свои места. На всех советниках были длинные плащи с эмблемами секторов Пентарии, которые они представляли.
Первыми вошли тарконцы, они, как правило, были людьми высокомерными и тщеславными, но в то же время крайне умными. Все их представители выглядели молодо и жили намного больше отведенных людям лет. На плащах тарконцев были вышиты пять звезд на космическом небе. Каждая звезда обозначала столицу одного из секторов. Их сектор был главным поставщиком оружия и комплектов брони для титанов. Множество концернов и миров-заводов вели гонки по созданию нового оружия и технических решений для брони. И они весьма успешно справлялись со своей работой.
Следом за тарконцами шли фоманцы, их называли работящим народом, так как вся жизнь фоманцев проходила в недрах планет и богатых на ресурсы астероидах, они были низкими, но очень коренастыми. Даже города фоманцы предпочитали строить не на поверхности, а в глубине своих планет и мест, где происходила добыча полезных ископаемых. Народ этот был грубый, но честный. На советниках из Фоманы были плащи песчаного цвета, гербом Фоманы служило изображение двух кирок, сложенных крест-накрест на фоне трёх гор, у подножия которых лежали всевозможные самоцветы. На многих фоманцах можно было увидеть неприкрытую, грубую телесную кибермодификацию. В отличие от остальных, фоманцы не особо переживали об эстетике, их всегда больше волновала практическая сторона вопроса.
После фоманцев в зал совета прошли зарнийцы. Они не были похожи друг на друга, одни были высокими, другие низкими, но у них была одна общая черта, сильно выделяющая их из общей массы – белая, как снег, кожа. Зарнийцы прославились как лучшие в Пентарии строители космических кораблей самых разных масштабов и классов. Их страсть к изучению космоса не знала границ. Лучших инженеров-конструкторов космических кораблей, что знала история, дала именно Зарна. Зарнийцы создали первые космические цитадели для воинов Арконы в Великой войне и только им было позволено ремонтировать имеющиеся и строить новые цитадели.
Зарнийские инженеры трудились по всей Пентарии, и не удивительно, что своим гербом они выбрали врата перехода. Врата – это их триумф. С помощью этих врат люди могли перемещаться с планеты на планету без космических кораблей, правда на небольшое расстояние, но работа над вратами ведётся и сегодня.
Предпоследними в зал прошли сантийцы. Истинных сантийцев можно было пересчитать по пальцам. В основном это были народы, которые проживали на присоединённых после войны территориях. Истинные сантийцы выродились, нынешние были блеклым подобием древнего великого народа. Но несмотря на это, их сектор славился самыми большими и прославленными административными и военными училищами. Также они следили за торгами по всей Пентарии. Целые планеты-биржи обучали и занимались торгами на территории всего государства. На классических серых плащах представителей Санции был изображен герб сектора, вышитые крест-накрест скипетры, в центре которых была держава.
Замыкали шествие хозяева данного совета – арконцы, в сопровождении братьев ордена Штормовых вестников.
Как только все сели, для приветствия поднялся прокуратор Арконы, Сварг Пеский. Хоть он был уже не молод, по нему было видно, что это могучий человек. Русые волосы были коротко подстрижены, что придавало ему более суровый вид. Его глубокие глаза смотрели из-под низко опущенных густых бровей, а аккуратно подстриженная борода добавляла его виду стать.
– Я приветствую всех вас, собравшихся сегодня здесь, и надеюсь, что каждый из вас помнит, зачем он сюда прибыл. – Его громкий и басистый голос звучал спокойно и уверенно. Все внимательно на него смотрели. Во многих лицах читалось уважение, но в основном это были оценивающие и хитрые взгляды. Сварг посмотрел на нескольких людей, заканчивая фразу. – Объявляю совет открытым. – После этого каждый из присутствующих стал произносить свои речи благодарности и безудержного счастья присутствовать на столь великом событии. Как обычно, это были или новые члены совета или подхалимы, но были и те, кто искренне верил в важность и ценность этого события.
Как всегда, сначала говорили о торговле и урожае, потом плавно перешли к обсуждению добычи ресурсов. В частности, это касалось осмия. За последнее время его выработка уменьшилась, и это представляло большую проблему для дальнейшего развития империи. Осмий – это металл, из которого делают титанов и большую часть вооружения. В основном его используют на технических планетах, но о его важности знали во всех уголках огромной Пентарии. После разговор затронул голод на окраинах многих секторов и связанные с ним массовые забастовки рабочих.
По сути, совет был местом жалоб и предложений, и проводили его не столько для того, чтобы решать проблемы, сколько для их обсуждения. И в этот раз все было бы как обычно, если бы не воспользовался правом голоса командир Штормовых вестников в Арконе, Валх Браний. Все время он сидел молча и слушал весь тот бред, что несли советники. Если бы не надвигающаяся опасность и вести, которые приходили с границ, он никогда не пошел бы на такое мероприятие. Он долго терпел, но терпение подходило к концу. Когда обсуждение коснулось войск и армии, все словно замялись, и решили не продолжать тему. Тут-то Валх и решил прервать тяжелое молчание.
– Мне, конечно, очень интересно слушать о затратах и приобретениях Пентарии, но я здесь не за тем. – Перебив речь старика из Сантии, Валх встал и продолжил, не обращая внимания на недовольные взгляды и возгласы. – Нам нужно больше солдат и кораблей. Вылазки, что мы делаем вглубь пустошей не дают нам ответов на все наши вопросы. Набеги варгов учащаются, мы не успеваем следить за всеми планетами, системы защиты рубежей трещат по швам. Также хотелось бы напомнить, что мы существуем не для чистки неугодных вам планет, а их у вас становится с каждым циклом все больше и больше. Мы – защитники Пентарии, а не чистильщики чужого мусора, для этого у вас есть системные войска.
– Что вы хотите этим сказать? – Со злобой выкрикнул Дарий Имн, прокуратор из Тарконы, невысокий и щуплый, он всегда пытался выглядеть моложаво. Дарий был главным противником всего старого и считал своим долгом искоренять былые устои и традиции. О его правлении ходили нехорошие слухи. Многие планеты подвергались экзекуциям, людей пытали и наказывали, рабочие фабрик, находящихся в его ведомстве, пребывали в плачевном состоянии, однако он всегда мог вовремя подкупить тех, кого надо. Также ходила молва о его нетрадиционной ориентации и странных наклонностях, такое отношение к жизни строго настрого порицалось в Пентарии и пресекалось законом. Он больше всего на свете ненавидел арконцев и всё, что с ними связано. Дарий решил воспользоваться моментом во всю. – Великий воин и могучий командор, я крайне уважаю ваше мнение, однако мы, сенаторы и сильнейшие промышленники, лучше разбираемся в поставленных перед нами вопросах. Мы крайне уважаем ваше мнение, но здесь важно мнение большинства!
– Я не стал бы пользоваться правом голоса, если бы ситуация была экстренной! Мы служим Пентарии и человечеству. Вопрос, поднятый мной, крайне важен для всех здесь присутствующих. Нужно решать проблемы на границе, и чем раньше, тем лучше. Нам нужны ресурсы и возможность концентрации цитаделей с последующим выбором единого командующего. – Ответил глава братства со злобой в голосе. Из всех присутствующих здесь Дарий был самой большой преградой для Штормовых вестников. Это он в свое время предложил расформировать орден. Благо, тогда это предложение отвергли, но кто знает, что у него на уме теперь.
– Вы даже не можете представить всю угрозу, которую несет в себе другая сторона границы. – После этих слов в зале зароптали. «Неужели эти идиоты не понимают, что может случится?» Валх адресовал этот вопрос сам себе, но его мысли прервала хозяйка бесчеловечной корпорации из Сантии.
– Варги ничтожны и малочисленны, что они могут против вас сделать? У вас есть цитадели и титаны, вы сами воспитываете рекрутов. Если уж они могут сломить ваш орден, то грош вам цена. – После этих слов она улыбнулась. Высокая, красивая женщина с рыжими волосами в плаще советника ста, Варе Ребие. Работорговка и контрабандистка из Зареи, когда-то она сама была рабыней, но ей повезло, и её купил один из богачей. Через несколько лет Варе удалось стать фавориткой другого уважаемого бизнесмена и владельца одной из компаний по продаже рабов. Она так понравилась ему, что он выкупил её и дал ей свободу, а заодно и место возле себя. Через пять лет он при загадочных обстоятельствах умер, а Варе заняла его место, и с тех пор её власть росла и крепла. Теперь же она считалась одной из богатейших людей всей Пентарии. Она виртуозно владела искусством манипуляции и умела нащупать слабые места в людях и вовремя в них ударить, последствия её никогда не волновали.
– К чему нам спорить? Для чего же мы еще здесь собрались, как не выслушать всех? – Вступился за Валха Хэйдвальд Ёдуль из Фоманы, если орден говорит, что у нас проблемы, значит они есть. Все-таки именно они защищают наши рубежи. – Тут начался шум и споры, полетели оскорбления и припоминания кто откуда вылез и где родился.
– Именем пентариев я приказываю, замолчите! – Все повернулись в сторону говорящего. – Вы забываете где находитесь и кому служите. – Старец в плаще белого цвета стоял в углу стола, он был архонтом, отправленным из столичного мира Пентарии. Архонты были глазами и ушами самих пентариев, и крайне редко влияли на решения. Они больше служили контролирующим органом на всех уровнях власти Пентарии. Убедившись, что все на него смотрят, архонт спокойно продолжил. – Пентарии будут вами недовольны. Не для этого всех вас сюда созывают. Вы должны обсуждать поставленные вопросы, находить пути для решения проблем, а не отнекиваться от них. Секретарь, внесите списки возмутителей спокойствия и наложите на них штрафы! – После этих слов воцарилась гробовая тишина. Но её нарушил голос, доносящийся со стороны стола, принадлежавшей Зарне.
– Мы дадим людей вестникам только в том случае, если будут подтверждены их слова. Иначе мы не собираемся тратить время и силы на выискивание блуждающих в пустошах кораблей варгов. – С места вынес вердикт прокуратор столицы Зарны, Артур Кен. В зале закивали и стали соглашаться с прокуратором. Артур Кен был одним из самых авторитетных людей Пентарии, его ум был страшнее многого оружия, но он чаще всего был справедлив.
– Мы предоставим доказательства и данные с защитных систем. Однако, на это потребуются время – Валх не знал, что делать. У него было явное предчувствие, что он не ошибается. – На подготовку отчетов могут уйти месяцы и даже целые годы.
– В таком случае, чего ты хочешь от нас сейчас? – Спросил его Хэйдвальд. – Если нет прямой угрозы, то о каком сборе войск может идти речь?
В зале воцарилось молчание. Все советники ушли в себя, обдумывая услышанное. Но оно продлилось недолго. Со стороны стола, где сидели тарконцы, послышался крепкий мужской голос.
– Давайте дадим братству время на сбор доказательств и наращивание сил. Если ситуация обострится, мы дадим нужные ресурсы, а пока Вестники должны сами справляться со своей работой. – Предложил советник из Тарконы, Борис Витольд. В зале снова началась возня и шум.
– Хорошо, мы постараемся всё вам предоставить, если это понадобится. – Согласился Сварг Пеский. Он знал, как сейчас злится командир вестников и боялся, как бы тот не наделал глупостей. – А теперь давайте продолжим обсуждение других тем.
Конечно, Валх был зол, но обсуждать приказы было не в его правилах. Молча поднявшись, он покинул зал совета. Никто из присутствующих не подал виду, что он ушел. Злобная радость мелькнула в глазах у противников и печаль у сторонников. Все знали, что решения совета не всегда справедливы и могут не поддерживаться большинством, однако они беспрекословны, хоть совет и носит по большей части церемониальный характер. Добиваться своего в Пентарии лучше всего иными способами.
2
Помимо основного зала совета, политические встречи и заседания велись по всей столице Арконы. Основной совет продолжался до глубокой ночи, советники быстро пробегались по основным вопросам и сверяли постановления. Совет уже давно превратился в место сверки данных и формальных действий. Единственное, что умели члены совета, так это переливать из пустого в порожнее. Конечно, не всех устраивало положение дел, но многие решали помалкивать и довольствоваться тем, что у них имеется.
Сварг жутко устал, но в свои покои не спешил, ему нужно было поговорить с командором цитадели с глазу на глаз. Конечно, он был на стороне главы братства Штормовых вестников, но политика – не то место, где рубят с плеча. Как бы ни хотелось, придется подождать. Сбор войск был сложен и раньше, до ухода пентариев в себя, а теперь это втройне сложнее, и для этого нужны поистине важные причины.
Пока он дошел до апартаментов представительства братства, где должен был находиться Валх, он успел поговорить с тремя представителями разных секторов. Гости и члены совета то тут, то там встречались ему по дороге. С кем-то он перекидывался парой фраз, с некоторыми просто здоровался. Но увидев нужную дверь, вся чепуха в его голове рассеялась, он без колебаний вошел внутрь. В большом помещении находились бойцы братства и представители обеспечения Велесы. Большая часть людей сидела за столами и разговаривала, повсюду стоял рабочий шум. Басистые грубые голоса Штормовых вестников перемешивались с тихими, говорящими больше в себя, голосами работников административного аппарата. Поприветствовав всех, Сварг жестом показал, что не надо церемониально здороваться и прошел к кабинету Валха.
– Валх, что ты делаешь? – Начал он, как только переступил порог кабинета. Командир Штормовых вестников стоял у панорамного окна, из которого открывался захватывающий вид на гигантские вековые арконские дубы, огромные шапки древних деревьев как будто пытались заслонить собой небо. Услышав знакомый голос, Валх медленно повернулся к прокуратору и вздохнул.
– Ты пришел дать мне пару уроков политической грамотности? – С досадой в голосе ответил он. Его могучая спина осунулась, в этот момент он казался не великим пилотом и стратегом, а очень уставшим от жизни человеком. Его кустистые брови были нахмурены, а взгляд был холоден и тверд. На светлых волосах проступала едва различимая седина. Сварг не знал, сколько на самом деле лет Валху, сколько он себя помнил, командор никогда не менялся.
– Зачем они собираются, если не для принятия важных государственных решений? Это не показ кто кого богаче и влиятельнее, и не пьедестал. Когда моим бойцам говорят, они не спрашивают зачем, они просто делают. Я знаю порядки и этикет не хуже любого из многочисленных советников, но то, что они делают, уже переходит все рамки приличия. Разве не для общеизвестности они собираются в стенах атриума? Я знаю, что все важные решения теперь принимаются в стенах закрытых кабинетов.
– Так ты ничего не добьёшься, только зря потеряешь время. Им не интересны твои и мои проблемы, пока они не коснутся их самих.
– Ты как всегда прав, но хватит об этом. Сделанного не изменить, теперь главное следовать заданному направлению и успеть все сделать вовремя. – Валх развернулся и сел за свой стол. – Ты сильно спешишь?
– Ты ведь знаешь, что я всегда спешу, поэтому дела могут подождать. Когда ты улетаешь? – Цитадель Валха было одной из самых больших и относилась к реликвиям Пентарии. Сварг хотел проконтролировать то, как она будет оснащена припасами.
– Скоро. Скажи, когда я увижу твоих сыновей и дочь?
– Скоро. – С улыбкой на лице ответил Сварг, его дети были для него всем. И однажды одному из них придётся покинуть отчий дом, чтобы служить на благо родины. Эта мысль сковала его жутким холодом. Как только Сварг надел мантию прокуратора, все жители арконского сектора стали ему детьми, но мысли о родных детях всегда грели его душу.
– Да ладно тебе, ничего страшного не станет с твоим сыном. Не забывай, служить в Вестниках – это большая честь. К тому же он, скорее всего, будет пилотом титана, так что ничего ужасного в этом нет. – Валх дружелюбно улыбнулся и достал из шкафа бутылку. Сварг знал, что командор его обманывает, так как правила на цитадели были суровыми и никому из тех, кто попадает на цитадель нет поблажек и исключений. Там было абсолютно безразлично откуда ты и кого ты рода.
– Это тебе легко говорить, у тебя детей нет. Ваш орден – это последнее место, где я хотел бы видеть своих детей. – Тем временем жидкость из бутылки была налита в рюмки. Валх нахмурился и с досадой в голосе сказал.
– Может, я не имею детей биологических, но каждый из солдат, которые служат у меня мне как сын. Скорее, это тебе не понять каково это – отправлять на верную смерть людей, с которыми знаком многие, многие годы. – Он взял рюмку и быстрым движением осушил. Его взгляд был холоден.
«Неужели этот человек ровесник моего прапрадеда, или даже старше?» Задал сам себе вопрос Сварг. Он знал Валха долгие годы, так как сам нёс службу на цитадели командора в качестве ученика и представителя от Арконы. Командору понравился тот юный вспыльчивый парень, который попал к нему на цитадель, и они провели не один вечер в беседах и размышлениях. Валх и сам был выходцем из Велесы. Когда-то отец Валха был богатым человеком и состоял в городском вече. Когда пришло время отдать одного из сыновей на службу, он отдал именно Валха, и из веселого и шустрого мальчугана он вырос в великого пилота и командора. Сварг внимательно посмотрел на Валха, перед ним сидел мужчина, командующий самыми грозными и сильными бойцами, в отличие от прокуратора, командор, казалось, не постарел и не изменился ни на миг. Только глаза выдавали ту мудрость и опыт прожитых долгих лет.
– Ты прав. Ладно, не бери в голову, дружище, я не со зла. – Сварг встал. – Я пошел, если буду нужен, зови.
– Давай, удачи тебе. Но помни, до отбытия я взгляну на твоих детей. Если ты не выберешь, прости, я сделаю это сам.
После этих слов прокуратор вышел. Только теперь он по-настоящему почувствовал себя обреченным. Ему предстоял выбор – одному всё, другому ничего. Как может отец решать судьбу своих детей? Но был второй вариант, об одной мысли о котором кровь в жилах Сварга стыла.
3
Яркое летнее солнце тёплыми лучами согревало землю. Стройные, высокие деревья раскачивались под дуновением теплого южного ветра. Птицы звонко щебетали о чём-то своём в гуще листвы, звонкий детский смех сливался с журчанием ручья.