Танго в желтых облаках

Глава 3

Поступив на первый курс навигационного университета, Виктор столкнулся с жестким распорядком, требовательными воспитателями и серьёзной дисциплиной. Курсант первокурсник, это человек испытывающий глобальную перестройку всего своего организма, а особенно своей воли. Воспитатели орали на строй, заставляли слушаться и все мерили по секундам. Требовали строго. С каждым новым днем график был один и тот же, быстрый подъем, построение, зарядка, умывание. Времени не хватало, а удовольствий здесь не было. Зато обязанностей было хоть отбавляй. Не все выдержали первоначальное обучение и сами просили отчисление.

Университет жил своей жизнью. По истечении трех месяцев, всех Первокурсников вывезли на полевые занятия. Перваки должны были на практике освоить выживание в неблагоприятных условиях. Используя планшетную навигацию, нужно было пройти сложные маршруты и достигнуть цель. Холодная Октябрьская погода, как раз пришлась кстати.

Летающими катерами, всех ребят перевезли за пределы города, в лесостепную, закрытую зону. В полевом КП (Командный пункт) развернули лагерь. Привезенные заранее жилые модули, смонтировали в удобном месте. Командиры и старшие организовали несение службы. Назначили караулы, выставили посты. Все курсанты меняли друг друга с одного поста на другой. Роли были распределены по жестким правилам. На вторые сутки, каждый стал чувствовать небольшую усталость. Все спали по часам, сменяя друг друга.

– Просыпайся! Просыпайся Витёк! Уже пора, – тряс его за плечо товарищ.

– А сколько уже?

– Половина второго ночи. Скоро выезд.

– Сейчас встаю.

– Иди Витёк умывайся, а то на транспорт опоздаешь.

Виктор протёр глаза кулаками и спустив ноги на пол, сел на край кушетки. Вставать было тяжело. Очень сильно хотелось спать. Но ничего не поделаешь, на службе время ждать не может. Умывшись и одевшись, Виктор вышел в комнату инструктажа выдвигающихся на маршрут. Получив инструктаж, он проверил средства личной связи, включил планшет. Сама по себе задача была понятная. Он должен был сменить своего товарища на выбранном маршруте. За строго отведенное время, нужно было преодолеть маршрут и выполнить задание. Маршруты разрабатывались учебной частью с учетом погодных условий и особенностей местности. Упражнения по ориентированию вырабатывали у курсантов навыки для выживания и действий на незнакомой местности. Курсантские командиры старались создать максимально сложные упражнения. Конечно имелись и навигационные программы, и маршрутные гаджеты, а так же развитый искусственный интеллект. Однако, курсантам специально давали почувствовать, что такое «тяжело и трудно». То есть, когда нет никого вокруг и нужно полагаться только на себя и свою интуицию. Целью первоначального боевого обучения была воспитательная задача по превращению вчерашних мальчиков в настоящих мужчин.

Подъехал бронеавтомобиль. Виктор забрался в открытый люк и плюхнулся на боковую скамейку. В салоне было тепло. Лязгнула закрывающаяся дверь. Транспорт загудел и ринулся в темноту ночи. Свет его фар терялся в черной и холодной пелене ночи. Ехать было не особенно долго, но эти безлюдные места навевали человеку жуткое чувство. За бортом мелькали тени редких деревьев и кустарников. На подъезде показались огни объектов складского комплекса. Бронеавтомобиль поднялся на пригорок и перевалив его с набором скорости ринулся вниз. В салоне трясло. Не доехав до площадки с огнями, транспортер остановился. Старший группы жестом предложил Виктору выходить. Загудели электромоторы и транспорт двинулся в обратный путь. Виктор посмотрел вслед уходящим красным огонькам, увозящим тепло и напоминание о комфорте. Постояв немного и осмотревшись, он понял что теперь он тут один. И никто ему не поможет. Уже не стало слышно шума от колёс и исчез свет фар. Транспортер скрылся за пригорком. Виктор стоял посередине черной пустоты и холодный ветра с дождем поливал его лицо. Грязь под ногами и мокрый октябрьский холод не радовали. Надвинув на себя капюшон и подтянув крепления рюкзака, Виктор двинулся в сторону огней. Прижав к себе аппарат обнаружения, Виктор вышел к освещённой тропинке. Путь его лежал между двумя рядами фонарных столбов, по тропе с высокой, нескошенной с лета, мокрой траве. В одиночестве, при отвратительно мерзкой погоде, ночью, далеко от какой-либо цивилизации, он шел все дальше и дальше. Огни фонарей, были расставлены на опорах по периметру каких-то складов. Их нужно было обойти и двигаться дальше в темноту. Путь под фонарями, был достаточно не близкий. За время выделенное на поход, нужно было найти разбитый летный катер. По дороге отмечать точки своего маршрута в планшете. А еще нужно было следить за окружающей обстановкой, слушать все звуки. Здесь могли быть и дикие собаки и голодные волки. Катер нужно было найти, осмотреть и определить возможность спасения экипажа.

Октябрь месяц в этом году обозначился ненастной погодой. Водяная взвесь в воздухе, промочившая все во круг, порывистый ветер бьющий в лицо, вызывали не самые приятные ощущения. У складов ветер трепал брезент, накрывающий какие то ящики. Говорят, что командование Звездного флота передало Университету какую-то старую технику. При чем эта техника была не просто изготовлена на производствах, а имела в себе что-то из «не наших» технологий. Которые случайно обнаружили на лунах Юпитера. Что это было такое? А главное кем, оставленное там когда то? – было непонятно. Но благодаря этим находкам, произошли прорывы в науке. Теперь же, « Это» лежало здесь в ящиках, накрытых брезентом и мирно дремало под столбами.

Пока Виктор пробирался по маршруту, он продрог и промок с ног до головы. Здесь не было ничего, где можно было бы спрятаться. Более того, холодный ветер задувал за шиворот все, что висело в воздухе. Высокие металлические столбы, которые были установлены как громоотводы, имели прикреплённые к ним тросы. От ветра они колотили по металлу с необычайным рвением. Жуткий звук металлического лязга и звона, отзывался в ушах как нечто зловещее. Казалось, что от этой какофонии, могут быть только одни неприятности. Не было никакого желания идти мимо этих ужасных столбов, а тем более лежащих под ними ящиков, накрытых брезентом. Но деваться было некуда и пришлось идти. Впоследствии, звон этих столбов с тросами, запомнился ему на всю жизнь.

Три часа ночи. Ветер усиливался. Небо полностью заволокло дождевыми облаками. Виктор шел по тропе, озираясь по сторонам. Уже далеко сзади остались жуткие фонарные столбы. Срывающийся с ветром холодный дождь, изрядно вымочил ему всю одежду. Грязь и лужи хлюпали под ногами. Тропу было едва видно. Погода мерзкая. Однако уходить куда-либо с тропы, строго воспрещалось. Стали мерзнуть пальцы ног. Штатная обувь, бушлат, который был ему выдан на поход и плащ, не особенно выручали Виктора. Буквально через час пути, пройдя половину маршрута, он обнаружил небольшой кирпичный сарай. Его видимо строили для хранения сухого топлива или еще чего-то.

«Может для борьбы с пожаром? Только зачем так далеко от склада?» – удивлялся Виктор, – «Либо про него забыли? Поскольку техника давно изменилась.»

Этот полуразрушенный сарай, с невысокой одно-скатной крышей, похожий на скворечник, так и остался стоять здесь заброшенный и забытый. Виктор взглянул на планшет навигатора и обнаружил рядом небольшой котлован.

«Да. Наверное это противопожарный пост. А рядом когда-то был водоем». К этому моменту он уже окончательно замерз и дрожала каждая его мышца. Мысли путались. Ни о каких инструкциях и правилах думать уже было невозможно. Все мысли было только о горячем чае и теплой кухне на КП. И кажется, что в случае «чего», он просто ничего не сможет сделать. Конечно это плохая история, но на то она и тренировка, что бы человек привык к сложным условиям, освоился и огляделся. А потом нашел в себе силы и вел себя уверенно.

И вот, ничего не придумав другого, в нарушении всех правил, он забрался внутрь этого сарая. В сарае то же было не здорово, но все же от ветра он защищал. Немного.

«В такую погоду добрый хозяин и пса на улицу не выпустит» – успокаивал себя Виктор. Он откровенно почувствовал себя этим псом, который оказался вне дома и вынужден был пережидать ненастье в собачьей будке. Выжав с рукавов воду, он снял с себя верхнюю одежду. Потом достал из рюкзака согревающий гель и растер себе руки, ноги, потом грудь и плечи. Достал сухую майку и переоделся. Стало теплее. Однако обездвиженность в этом сарае, тоже нехороший попутчик. Понимая, что долго тут сидеть нельзя, он выбрался наружу. Размявшись и подвигав руками и ногами, Виктор взвалил на себя рюкзак и двинулся дальше.

Сделав буквально два шага, он отчетливо увидел Соню. Она стояла в том самом платье, в котором провожала его на учебу. Дождь не жалел её прическу, лицо и кофту накинутую поверх платья. Даже в этот ночной полумрак, было отчетливо видно её лицо. Она была так же хороша, как и всегда. Её остроносые, черные туфли стояли на примятой осенней траве. Платье оканчивалось чуть ниже колен, а её стройные ноги, гармонично показывали Виктору милый, любимый образ. Соня не улыбалась, напротив была серьезна. Казалось, что ни какой холод её не берет.

– Соня? Как ты здесь? Ты откуда? – Виктор не верил своим глазам, – Соня! Ты же замерзнешь. Виктор зажмурил глаза и вновь их открыл. Соня была там же. Она поправила свою челку, смахнула со лба капли дождя и показала ему рукой путь. Виктор не раздумывая, обнял и прижал её к себе.

– Ты все такой же, теплый, мягкий. Витя тебе надо идти. Мне тепло. За меня не беспокойся. Я все за нас уже решила. У нас все будет хорошо. Иди. Оставь меня и ни в чем себя не вини. Мне пора. Я нормально доберусь, не беспокойся, – улыбаясь, сказала она ему.

– Как? Почему ты здесь? – не унимался Виктор. Соня слегка отстранилась от Виктора и сделала небольшой шаг назад.

– Витя. Я вышла из коридора. Он здесь недалеко, под брезентами. Там прямой путь. Ты не волнуйся. Я уже собираюсь обратно. Мне пора. Меня ждут.

– Соня. Я по тебе очень скучаю. Кто тебя сюда привез?

– Витя. Ни в чем себя не вини. Я все за нас решила. Я не хочу, чтобы ты страдал. Не спорь со своей мамой, я согласна, что нам рано быть вместе – и Соня сняла со своего плеча его руку.

Виктор потоптался в нерешительности, посмотрел на тропу, уходящую в даль, и снова повернулся к Соне. Но Сони уже не было. Только холодный дождь продолжал вымачивать его комбинезон. Виктор постоял еще какое-то время в недоумении и направился дальше по тропе.

Наконец тропа привела его к огромному кустарнику можжевельника. За ним лежал старый разбитый катер. Отметив свое местоположения на планшете, он осмотрел этот объект. Это был некогда упавший с большой высоты катер. Кабина в нем отсутствовала, а то что называлось раньше кабиной, представляло собой жалкое зрелище. Внутри вместо кресел, было навалено огромное количество каких то остатков от электропроводки, световодов, обломки приборов и куски изорванного корпуса и обшивки. В результате сильного удара о землю, задняя часть катера была поднята к верху. Из-за выцветшей краски, на борту, едва различался номер – Б6-78-286. Весь корпус сплющило. Ничего живого в нем не осталось. Виктор постоял над ним и подумал: «Вот ведь не повезло кому-то. Не дай Бог вообще с таким несчастьем столкнуться».

После увиденного он перестал замечать дождь, холод, темноту. Обратно Виктор шел увереннее, ускоряя шаг. Путь теперь уже был знаком. Он продолжал думать о Соне. «Как она здесь появилась?» – терзал он себя. Все его мысли были только о ней, и о том, что она ему сообщила, – «Ничего не понимаю. Что это было? Ну не могла она тут очутиться. Быть может это её фантом? Галлюцинация? Но она была такая живая, реальная. Откуда же она пришла? Я же её обнимал. Она сказала про какой-то брезент, коридор. А может это была та загадка, которая хранится в складах?» – и у Виктора по всему телу пробежал холодок. «Надо будет обязательно связаться с Соней, я как-то здесь про неё забыл, среди этой учебы». То же самое место, где была встреча, теперь выглядело так же как и все во круг. Виктор осмотрелся, ничего напоминающего о встрече не обнаруживалось. Все та-же темнота, выгоревшая пожухлая трава, слякоть. «Может это видение как-то связано с этим загадочным грузом инопланетного происхождения. Может это он плодит образы. Но как-же образы? Я же её обнимал.» – и Виктор с грустью потупил лицо вниз. Сколько минут он так стоял, он и не понял. Но что-то его разбудило и вернуло в сознание.

Собрав в кулак все свои силы, Витя не мешкая двинулся в обратный путь. По дороге он еще и еще раз прокручивал увиденное. Нужно было только не опоздать к приезду бронеавтомобиля. Некоторые участки он преодолевал бегом. Время требовало ускориться. Теперь Виктору уже было тепло и даже жарко. По тропе он добрался до места, где его оставили. Вот наконец показались проблески света фар. Бронеавтомобиль спешил в его сторону и вез с собой на замену другого курсанта. Транспортер подъехал и энергично развернулся на пятачке. Открылся люк. Однако почему-то сменщик не торопился выходить из салона. Вместо него вышел старший. Виктор доложил по форме. Проверяющий спросил, нашёлся ли объект.

– Да, конечно нашел, – отрапортовал Виктор. – Я же ведь на планшете отметил.

– Знаю, знаю, – похлопал его по плечу старший. – А в будке, что делал? И почему застрял на тропе?

Виктор смутился и посмотрел в глаза старшему.

– Я же там переодевался. Я ведь вымок насквозь. И гель согревающий надо было нанести. А на тропе разминался.

– Молодец! Поощряю за смекалку, заболевшие нам не нужны, – и старший пожал ему руку, – Ну ладно, давай, прыгай в транспорт. Поехали на КП. Нам еще нужно одного по дороге забрать.

Высадив сменщика, транспорт несколько наклонился носом вперед и включив полную мощность ринулся в ночь. Следующий курсант остался в темноте степи один.

Вернувшись на КП, Виктор снял с себя всю мокрую одежду. Разобрал своё снаряжение, сразу же направился в кухню, где была горячая еда и ароматный чай. Забившись в угол буфета, он все еще прокручивал у себя в голове увиденное, – «Зачем она мне это рассказывала? Что она имела в виду? При чем тут моя мама? Мама права, пока я учусь, мы все равно не сможем быть рядом. Не понимаю? Что она задумала?» Мама действительно говорила Виктору, о том, что жениться на Соне ему пока рано. Нужно закончить университет. Пять лет это не малый срок. Вместе вы все равно не будете, а воды утечет много. «Ну ладно. Будет отпуск, я к ней съезжу» – успокаивал он себя. Но в отпуске Соню он уже не увидел. Она вышла замуж.

Глава 4

Положив руки под голову и закинув ноги на подлокотник, Витя лежал на тахте в своем номере и тоскливо смотрел в потолок. Он размышлял о случившемся. Настроения не было. После выговоренных ему обидных слов, переживал. Мысли его носились с одного эпизода на другой и по всему умственному пространству не находилось места.

Забывшись, он вспомнил свои прошлые годы. Он вспомнил, как уезжал учиться в университет. На платформе ждал транспорт. Провожала его тогда девчонка, первая любовь, Соня. Перед поступлением в навигационный университет, они достаточно сблизились и расставаться им не хотелось. Но нужно было ехать. Вызов в университет уже пришел. Его ждали в приемной комиссии. Скоро подошел транспорт и времени на прощание уже не оставалось. Последний прощальный поцелуй и Витя взлетел по ступенькам в салон. Оттуда он долго смотрел на оставшуюся, на платформе Соню.

От этих воспоминаний, Виктор был еще больше расстроен и удручен. Ком подкатывался к его горлу. Казалось, ему не везет, во всем, по жизни. Он лежал и думал « Отчего всё так сложно?» Браслет его давно вздрагивал. Куча сообщений звала его куда-то. Однако не хотелось на них смотреть. Так длилось, какое то время, пока в дверь его не постучали. Пришел Авлаким, сотрудник солнечного слежения.

– Привет. Витя, тебя ждут на командном пункте. Мне велели лично за тобой сбегать.

– Что случилось?

– Там на командном пункте толкучка. Все чего то ждут. Там спутники один за другим на Солнце падают. Никто не знает «почему?»

– Я сейчас, бегу.

Авлаким кивнул и быстро вышел.

Торопливо одевшись, Виктор широким шагом двинулся на командный пункт. Войдя в зал, он попал на совещание инженерных групп.

– А вот и Виктор Свиридов пришёл. Ну что молодой человек, расскажите нам, как вы вчера наблюдали за небом? Прошу Вас. Вам слово, – и спикер пригласил Виктора на центр зала.

Молодой штурман напрягся, похмурнел и стал вспоминать вчерашний день по минутам. Рассказывал как вел наблюдение, что записывал, и каким образом принимал решения.

– Свиридов! Нам сейчас не это интересно. Вы не в курсе? У нас за прошедшую ночь, погибли ещё три станции и погибли спутники. Они упали на Солнце. И самое неимоверное то, что они находились в автоматическом режиме.

Виктор поднял глаза и посмотрел на старшего офицера проводившего совещание.

– Так. А что? Получается, что моё решение, управлять сгоревшей станцией не имеет отношения к пожару?

– Да Виктор Михайлович. Получается, что не имеет. Мы пока разбираемся, и не можем определить причину, отчего они горят. Пока ясно одно, Ваши действия не имеют отношения к текущим событиям.

– А что астероид?

– А что астероид. Он продолжает двигаться в том же направлении, в котором и двигался. У него обозначается странная траектория. Он всё время сходит с расчётной орбиты. И такое впечатление, что он её меняет. Нами принято решение вернуть вас в работу, чтобы вы продолжили следить за вашим астероидом.

После совещания Виктор отправился на свой пост. В штурманской рубке, к нему подошёл Дмитрий Сергеевич.

– Витя, мы вчера все ошибались в отношении вас. Скорее всего, вы были ни при чём. Тут творится такое, что «черт не разберет». Вот подойдите к монитору.

На мониторе чётко было видно, что станция слежения находится в состоянии покоя. «Виктор, это запись с другого спутника» – прокомментировал Дмитрий Сергеевич. Далее было видно, что: внутри аппарата стали расти давление и температура. Потом вокруг него появился ореол из газа. Возник пожар. Ещё один спутник слежения был выведен из строя.

– Проблема в том, что мы не понимаем, что происходит с нашей техникой. На сегодняшний день, погибло уже три станции. Нам приказано организовать круглосуточное дежурство в штурманской рубке.

Виктор молча кивнул, и оправился на своё место. Далее, в этот день, уже ничего не происходило. Молодой штурман, сдав свою смену, решил остаться и продолжать наблюдения. И вот случай пришел. Один из спутников, который находится в области слежения за солнцем, сошёл со своей орбиты и стал падать. Он был самым близким к светилу спутником.

Спасти его не удалось, однако в этот момент, Виктор успел записать очередь неизвестных коротких сигналов. Детальное изучение показало, что они направлялись из центра управления.

«Вот это номер!» – удивился Виктор.

Сигналы не поддавались расшифровке. Программы защиты их не определяли. Доложив Дмитрию Сергеевичу, Виктор сразу же начал копаться в записях и сообщил в инженерную службу.

– Ну, что Витя, нас опять вызывают в центр управления. Пойдем, –

пригласил его Дмитрий Сергеевич, – кино продолжается, вторая серия.

***

– Коллеги! Я снова собрал Вас, чтобы мы обсудили спасение наших станций.

У кого есть предложения? Идеи? С кого начнем? – и ведущий инженер вопросительно посмотрел на собравшихся. – Давайте снова начнем с наших штурманов. Вот Виктор Свиридов первый столкнулся с этой проблемой. Пожалуйста, господин лейтенант.

Молодой штурман поднялся со своего кресла и вышел на середину.

– Спасибо, коллеги! Наблюдая за астероидом, я заметил аномалии в его движении. Это то, что он двигался нештатно. Он медленно уходит с расчетного курса, меняя орбиту. Ведет себя странно. Чтобы усилить наблюдение, я подключил станцию солнечного слежения. По неизвестным причинам на ней произошел пожар. Дальше Вы знаете.

– Виктор Михайлович, а почему Вы подключились к этой станции и ни с кемне посоветовались? – спросил кто-то из зала.

– Я на свой страх и риск принял такое решение. На утрясение разрешений не было времени. Может, я и виноват в чем-то, но мне не видится это большой проблемой. Станцию ведь я не двигал. Просто воспользовался её объективами. В конце концов, станция – это инструмент, а понять улетающую аномалию было необходимо.

– Продолжайте, – спикер одобрительно ему кивнул.

– Самое интересное было на следующий день. Я задержался на дежурстве и увидел, что на последнюю из сгоревших станций были посланы непонятные сигналы. Расшифровать их я не смог. Мы с Дмитрием Сергеевичем принесли плакат со схемами этих сигналов.

Виктор рукой позвал Дмитрия Сергеевича в центр зала.

– Продолжайте, коллеги, – одобрил спикер.

– Вот эти сигналы, – водил указкой по плакату Виктор.

– А откуда они шли? – спросил опять кто-то из зала.

– Я нашел источник, да и не только я. Они шли с нашей станции, – спокойно ответил штурман. – Явно их кто-то отправил.

– С Венеры? – Изумленно загудел зал.

– Так, господа, минуточку внимания. Слово предоставляется главному системному инженеру, – и ведущий инженер пригласил его на середину зала.

– Коллеги. Мы с группой IT-специалистов уже копаемся в кодах наших серверов. Но пока ничего подозрительного найти не удалось. Все программные модули не выдают ошибок. Ушедшие сигналы нами скопированы. Они не расшифровываются. Их код нам не знаком. Такое впечатление, что это письмо абсурда. Совершенно нет никакого смысла.

– У кого, есть вопросы? – обратился к залу спикер.

– Да. Есть. – поднял руку из зала Авлаким. – А как эта бессмыслеца смогла поджечь наши станции? Вы нашли в ней исполнимые команды?

– Нет! В том-то и дело, что все выглядит как абсурд, – ответил системный инженер.

– Коллеги, – обратился ко всем ведущий, – Я предлагаю создать группу ипровести расследование. Найти их автора. А пока считаю, что все станции слежения необходимо перевести в автономный режим, до тех пор, пока не обнаружится проблема. На Землю я уже всё доложил. Добро нам дали. Срок у нас два дня. Совещание окончено.