Его целительница

Глава 1

Утренний рынок медленно наполняется голосами, запахами продуктов и покупателями. В этом шумном, пёстром дыхании города есть нечто ощутимо живое, словно вместе с людьми просыпается огромный великан и раскрывает свои огромные руки для объятий. Он накормит, напоит, будет шептать на ухо свежие сплетни, а еще принесет немалую выручку торговцам.

Пустые, неприглядные прилавки наполняются продуктами и окрашиваются в яркие цвета апельсинов, яблок, ягод. Мясные горят алой парной вырезкой, рыбные блестят чешуей. А от прилавков с выпечкой исходят самые приятные ароматы, побуждающие аппетит.

Вдалеке есть пара лавок с травами, а в самом конце начинаются ряды с текстилем и утварью.

Время около девяти. Народу становится все больше и каждый занят поиском свежайших продуктов по выгодной цене. Люблю это время.

Я иду между рядами неторопливо, чувствуя под ногами плотно утоптанную землю. Почти каменная, она помнит ноги сотен людей.

Осматриваюсь и стараюсь не задевать бедрами и плечами чужие корзины. Становится тесно от набежавших пораньше тетушек. Они любят сплетни, и я не один раз ловлю на себе взгляды. Почти все мимолетные, скользящие, но бывает, некоторые задерживаются на мне дольше обычного.

Не просто так. Я знаю причину.

Мое тело всегда замечают раньше, чем довольно симпатичное лицо. Бедра слишком широкие, талия мягкая, как пышная булочка, стиснутая в корсет, а грудь невообразимо большая. Хоть я и пытаюсь носить простые платья с тяжелыми тканями, скрыть лишний вес не удается. А его немало. Во мне не меньше ста двадцати килограмм при росте около ста семидесяти. Для многих это повод посплетничать.

«Вот Василиска бока отъела! Такую в жены никто не возьмет!»

Частенько это слышу от теток. Особенно от тех, кто родной по крови. Как будто им больше других есть дело до моей судьбы. Но не будь меня, жизнь у этих дам была бы намного скучнее.

Я научилась жить с миром в душе, не пеняя на судьбу. Мой вес меня не беспокоит. Скорее беспокоит то, что с ним я не могу быть незаметной.

Сегодня все взгляды тоже проносятся мимо. Я пришла на рынок за яблоками и травами. Последнее требует внимательности, чтобы под видом тертого чертополоха мне не продали траву-пустышку. Знаю, где точно не обманут. У прилавка старушки Веры. Она обещала раздобыть зверобой, чертополох и валериану. А еще свежей лаванды для лечебного отвара.

Я почти дохожу до нее, когда над рынком раздается громкий мужской смех. Слишком грубый и нарочито показательный, чтобы его не заметить. Он хочет, чтобы я заметила. Я торможу у прилавка с мандаринами, чтобы затаиться и невольно поворачиваю голову.

У дальнего края площади стоит телега, нагруженная свежими брёвнами. Рядом с ней собрались несколько мужчин. Судя по внешнему виду, они дровосеки. Широкие плечи, мускулы, высокий рост и крепкие руки. Одежда простая: рубахи, кожаные туники и тяжелые сапоги. На поясах есть ножны для рабочих инструментов. Все трое достаточно молоды.