Песнь Моря

© Кассий Иванович Курганов, 2025

© GinButNotTonic, художник, 2025

© Малышева Галина Леонидовна (ИД СеЖеГа), 2025

Краткая биография

Имя – Кассий Иванович Курганов (14.05.1724–1752 г.)

14.05.1724 г. – Предположительно, Кассий (Касьян) Иванович Курганов родился в семье рыбака на берегу Ладожского озера близ деревни Леднёво, что рядом с губой Чёрная Сатама. В домовой церкви научился читать и писать, и как житель прибрежной деревеньки знает много народных легенд и сказаний об этих местах.

1736 г. – Отправляется с отцом и братом в Петербург – и видит последствия наводнения. Они сами чуть в него не попадают, но остаются целыми. Тогда же он поражается силе стихии – и решает стать поэтом, чтобы писать об этом красивые строки. На залитом песком берегу он находит хрустальную чернильницу и решает оставить её себе.

Касьян влюбляется в Варвару (Варю) – дочь одного из рыбаков, которая мечтает перебраться в Петербург. Он тоже хочет вырваться в большой город, как и старший брат – Егор, но их отец против. Варвара отвергает Касьяна, поскольку у него нет денег – а бедным в Петербурге делать нечего. Он вспоминает легенды о том, что в озере водились русалки-фараонки, и здесь некогда затонуло много кораблей викингов. Касьян начинает грезить о том, чтобы найти богатства.

1746 г. – На найденные деньги вместе с Варварой (которая теперь зовёт себя Аврора) и братом Егором (Генрихом) переезжают в Петербург. Егор учится на живописца, Касьян, который взял себе имя Кассий, имеет успехи в литературных кругах. Они с Авророй начинают блистать в высшем свете. Отец отказывается переезжать – Егор находит ему помощь и договаривается с отцом Вари, чтобы их семья помогала их отцу.

1746–1749 гг. – Кассий путешествует по России и миру. Бывает в Париже, объезжает русский север, посещает древние замки и крепости. Собирает легенды и пишет стихи.

1749 г. – Егор приезжает в Петербург и пишет портрет Вари для Касьяна. Кассий ведёт себя странно, кажется, что он чем-то одержим. Егор решает поехать к отцу, но при прибытии выясняется, что их отец умер. Кассий пишет стихотворение «Эпитафия отцу».

1750 г. – выходит первый и единственный сборник стихотворений «Песнь моря» – говорят, что стихов Кассий написал куда больше, но он решил опубликовать именно эти. В последний раз с Авророй они появляются в высшем свете у самой императрицы Елизаветы Петровны. Он высылает несколько экземпляров сборника своему брату, оставляет непонятную записку и потом исчезает из светской жизни. В записке содержалась информация о том, как утонула армия фараона в Ниле и появились первые фараонки-русалки.

Конец 1750 – начало 1752 г. – он вместе в Авророй перебирается в отдалённый дом на обрыве на берегу Ладожского озера. Он продолжает писать стихи, не отпускает Аврору далеко, приказывает ей переодеваться русалкой. Дом в Петербурге остаётся заброшенным, но Егор продолжает платить за него.

Январь 1752 года – Кассий Курганов был найден мёртвым в водах Невы. Несчастный случай или самоубийство гения? Аврора пропала без вести. Её так и не нашли. Дом на берегу, где произошла трагедия, стал заброшенным, и люди престали туда ходить. Говорят, что дух Кассия Ивановича Курганова до сих пор продолжает обитать в доме на обрыве у Ладожского озера и что его неопубликованные стихи и письменный прибор, включая его знаменитую чернильницу, всё ещё лежат где-то там.

Из ранних записей

Марьина роща

1750 г. – Основание первого кладбища в Москве в черте города в Марьиной роще

Обвил терновник кладбища ворота,

Летит над рощей колокольный звон.

Слетались вороны. И с местного болота

Туман тревожный веет вечным сном.

Здесь мыслью вечною пронизан воздух,

И по спине вдруг пробежит озноб.

Жить жизнь, пока не слишком поздно.

В могилу первую кладут холодный гроб.

Он первый, а ведь сколько ещё будет?

И сколько душ найдут здесь свой покой?

Кого судьба блаженно не забудет?

Кто сгинет в вечности, текущею рекой?

Карета

Лишь тьма! И нет ни капли света!

Колёса громкие несутся прочь.

Летит по склонам гор карета,

И ржание коней пронзает ночь!

Кто там внутри? Нам неизвестно.

Быть может, беглый там король,

Иль герцог, или рыцарь местный,

Незнание то – тайны роль.

Она несётся и грохочет,

Но после – то судьбы каприз —

Земля под нею заклокочет —

И ринется карета вниз.

Побег души – он неизбежен.

Что жизни гонка для неё?

Любой беглец будет повержен.

Так есть и будет – это всё.

Вулкан

Клокочет буря яростно в груди

И на просторы воли дико рвётся.

Пускай смету всё на своём пути,

Нить сотен жизней резко оборвётся.

Клянут меня, но кузница Гефеста

Горит, не остановишь ремесло.

Живым отныне здесь не место —

Калёным пеплом земли занесло.

Я сплю сейчас, но знаю – миг настанет,

И вырвется из жерла лава вновь.

Пока вы спите, под землёй вскипает

Горы могучей пламенная кровь.

Затмение

Как цветок, что цветёт на холсте

Не увянет уже никогда.

Сок иссохнет в зелёном листе.

Почему недолга красота?

Почему нам так времени мало

Всем отводит безжалостный рок?

Почему нынче солнце не встало?

Почему миг зари так далёк?

Отражение

Мутное зеркало тёмным окном

Манит к себе, вдохновенно молчит.

Кто же живёт за прозрачным стеклом?

Кто же за нами безмолвно следит?

Может двойник наш – коварный и злой,

Жаждет он всё поменяться местами,

Душу бессмертную взять на убой,

План он вынашивал этот годами.

Иль коридор бесконечных огней?

Иль лабиринт из осколков хрустальных?

Нет, не могу! Закрываю скорей

Зеркало я покровом печальным.

Полотно

Вуалью серебряной блещет луна,

Сверкает над водною гладью,

И слёзы роняет незримо она…

Ах, вечер! Ну будь ты неладен!

Вот лето уже наступает сейчас

И ночи как миг коротки.

Гляди – обернёшься – и минет лишь час! —

А вот уже краски зари.

И станет невестой Владычица-Ночь,

И бело её полотно.

Оно сны прогонит угрюмые прочь.

Светлее чем солнце оно.

Зеркало

Осколки чёрные блестели на полу,

Из глаз твоих пролились слёзы,

Когда швырнула камень. Не пойму

К чему ты так питала эти грёзы.

Увидев в зеркале свою судьбу,

Возненавидев и отчаявшись, решилась

Его ты уничтожить, потому

Что поняла, чего лишилась.

Ночью

Жёлтым зеркалом светит луна

И щебечет полночная птица.

И сижу я один у окна,

А душа моя грустно томится.

Что в разлуке мы уж много дней,

И когда я вернусь, я не знаю.

Всё отдал бы, чтобы встретиться с ней,

Одолела тоска меня злая…

Вольтеру

Со сцены – страсти и страданья,

Из зала – стоны, слёзы, плач.

Кто бич комедий мирозданья?

Кто автор? Грозный кто палач?

Мы все несчастьем разделённы,

Кому-то смех, кому-то слёзы.

Трагедий древних ты певец,

Но может, скажешь, наконец,

К чему кумиры и богатства?

Не в устремленье ль к музе – рабство?

Кто для тебя твой Бог и Царь?

Кому возводишь ты алтарь?

Одиночество

Ах, одиночество! Гордое слово!

Духом борьбы и сомненья полно!

И предаваться ему – так не ново!

Вольному духу уже всё равно!

Томленья и размышленья

На обрыве

На обрыве высоком, под ивой

Ты ждала меня вечером тем.

Ты писала – «Соскучилась, милый,

Что ж меня ты не любишь совсем?»

Но не знает прекрасная дева,

То, что с ней я простился уже,

Что свеча моей жизни дотлела,

Стал я тенью в ночном мираже.

Так прости же меня, моя лада,

Я прошу у тебя одного —

Не губи в своём сердце отраду.

Больше я не прошу ничего.

Облетели все листья на иве,

Не осталось непролитых слёз.

И к моей ты приходишь могиле,

С благовонным букетом из роз.

Тёмная дорога

Погасли звёзды, ветер скрыл луну

За облаком. И над дорогой тихо.

Как я здесь оказался? Не пойму.

На тропке той мы все хлебнули лиха.

Впотьмах метаюсь, выйти не могу —

Нет у дороги ни конца, ни края.

Куда пойти? Куда я забреду?

Не выскочит ль волков голодных стая?

Что делать? Не видать не зги!

Мнут влажную траву колени,

А губы шепчут «Боже, помоги…»

И разум ждёт, молясь, знаменья.

Но страх прошёл, пришло смиренье.

В небесных тучах нет оконца

Не навсегда. Я жду мгновенья

Зари, когда вернётся солнце.

Ракушка

Песчинка мелкая мечтала

Жемчужиной прекрасной стать,

Когда сквозь сор и муть, и грязь

В створ ракушки морской попала.

Мечтала, нежась в тишине,

Но струи вод холодных

Всё вымыли… Она – во мгле,

Пропала вновь в глубинах водных.

Судьба даёт нам шанс, порой.

Увы, его мы так не ценим,

И слёзы льём, когда затменье

Заносит мраком солнца зной.

И как песчинка ту ракушку

Тебя, наивную простушку,

Вовек забыть я не смогу.

Как жемчуг ты лежишь в гробу

С обивкою атласной…

Но точно знаю я одно —

Не всем песчинкам суждено

Стать жемчугом прекрасным.

Бабочка

Небесной бабочкой порхая,

Среди цветущих вешних трав,

Не замечала ты, слепая,

Природы дикой бурный нрав.

Когда-то куколкою бледной

Ты тосковала в тишине.

Теперь же ловкой разноцветной

Пушинкой веешь в вышине.

Не помнишь ты, кто твой спаситель,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.