– Тем более… Надо было встретить серое чудо, чтобы понять, чего мне не хватало! Кто бы мог подумать? – Кэйлин ускорила шаг, ее каблучки застучали чаще. – Пошевеливайся, кажется, мы на ве…
Договорить она не успела.
Багровые тени глотали любые звуки, стоило подойти к ним достаточно близко.
#Глава 2
Брайан нервно пригладил волосы, хотя они и так с самого утра идеально лежали. Братья Лавре вечно подтрунивали над своим племянником из-за его отношения к собственной внешности – но, узнай они, сколько девушек готовы бежать за Брайаном хоть на край света, сами бы устроили в своей квартире склад всяких косметических примочек. Брайану было не в тягость следить за внешним видом: в конце концов, он не переусердствовал. И теперь смотрите-ка, свидание днем! А значит, вечер вполне мог освободиться для пары часов за книжками или видеоигрой. Первые свидания все еще оставались довольно свободными – и к тому же редко длились долго.
Брайан остановился у палатки с цветами, выбрал три розы – красную, чайную и белую, никогда ведь точно не угадаешь, какая даме больше по душе, – и помчался к парку.
Лиз Ольсен должна была ждать его у поворота на Ривер-роуд.
* * *
Трехглавый Зверь был слеп. На все головы. И это хотя бы объясняло, почему он ни разу не попытался изменить собственную жизнь. Его народ всегда стремился прыгнуть выше голов – наверное, потому теперь выжившие и доживали свой век в местах, подобных этому. Местному Зверю еще повезло: не каждый день встретишь городок с выкрученными наизнанку судьбами, дорогами и пространством. И забытые боги сюда стягивались именно поэтому.
Странник с севера был рад, что пришел сюда раньше других Бригадиров. Это давало больше простора для деятельности.
Зверь рассказал, что на центральной улице живут две девочки с пустыми судьбами. Вернее, у одной судьба еще не опустела, но все к этому идет. Еще он рассказал, каких камней, почтовых ящиков и домов на деревьях остерегаться, – умирающие божества всегда выбирали странные места для жилья или для капищ. Странник покивал, махнул рукой на прощание, и Трехглавый Зверь свернул прозрачные кольца на крыше особняка с флюгером и красной черепицей.
Осталось передать привет тем, кто обитал в пещерах и на болотах. С шоссе поздороваться уже получилось.
* * *
Чего Итан не ожидал, так это того, что тени будут похожи на, собственно, тени от домов. Они тоже стелились по земле, и от обычных их отличал только цвет. Алый, багровый, бордовый… Словно кто-то пролил краску.
– Не двигайся, – прошептала Кэйлин, раскинув в стороны руки и пытаясь сохранить равновесие. Она сделала один осторожный шаг назад, и тени двинулись следом.
– Кажется, им не нравится звук твоих каблуков.
– Кажется, им вообще не нравится, что мы сюда сунулись… О чем я думала? – Кэйлин подняла глаза и горестно всхлипнула. – О, постой, чего мне бояться? Я же…
Она сделала еще шаг назад, ближе к Итану. Багровые тени мгновенно оказались прямо под ее ногами, и она ухнула вниз, словно асфальт был водой.
– Кэй! – Итан дернулся в ту сторону, где еще секунду назад стоял мертвый джинн Мэпллэйра. А после тоже исчез в асфальте.
* * *
Здесь пахло не только сыростью, тиной и тухлыми яйцами: странник отчетливо различал еще запахи грибов, яичницы и чеснока. Кто бы ни жил в маленькой пещерке за городским указателем, он готовился к обеду.
– На всех не хватит! – раздался из глубины пещеры нестройный хор.
– О, я не голоден, – произнес странник, в очередной раз удивляюсь собственному голосу. Каждый раз приходилось привыкать заново.
– Голоден, мы отсюда чуем, – возразил все тот же хор. – Правда, омлет этот голод вряд ли утолит, не так ли?
Странник предпочел пропустить вопрос мимо ушей.
– Могу ли я разделить твое тепло, твою кровь и твой кров?
– Как официально, надо же, словно мы король… Мы не король, знай! Впрочем… Дели кров, дели кровь, а насчет тепла мы подумаем.
Странник ступил в небольшой каменный зал. Стены здесь были разрисованы коричневой и белой краской, посередине горел зеленым пламенем костер, а над ним возвышался обладатель множества голосов. Он был большим, жилистым и, кажется, врастал прямо в потолок. Повелитель Игнес Фатуи, болотных огоньков – по сути, просто огромный рой заблудших детских душ – готовил на собственном пламени грибы с яйцами.
Этот городок действительно был очень интересным.
– Ты… Бригадир? – Светящиеся глазницы расширились. – Пришел убить нас?
Но, даже задавая этот вопрос, хозяин пещеры продолжал помешивать свой обед, как будто ответ его вовсе не волновал. Иногда выдержка растет вместе с годами.
– Я пришел говорить правду. – Странник опустился на влажный мох, скрестив ноги. – Думал, смогу поживиться здесь. Смешные у вас места.
– Уже видел пустые судьбы? – Движением пальцев повелитель Игнес Фатуи погасил костер и поднес сковороду к пустому провалу своего рта. – Не самые интересные, на самом деле. – Одним могучим глотком он проглотил все, что приготовил. – Мы давно хотим уйти отсюда, да не пускает, никак не пускает… Держит. Душит. Потому нас тут так много.
– Для одного маленького городочка – чересчур.
– Ты еще не видел ее. Даже она запуталась и ждет. Иногда мы жалеем, что сюда не пришла чума.
– Стало бы легче?
– Стало бы тише…
Едва произнеся это, повелитель Игнес Фатуи вдруг мелко задрожал и рассыпался на сотни светящихся шариков.
– Пора вести, – пропищал высоким голоском один из них и вылетел из пещеры. За ним почти сразу последовали остальные.
Зеленый свет болотных огоньков, отправившихся заманивать путников в трясину, овраги и на оживленные трассы, пропал, но странник с севера продолжал сидеть в темноте. Он все еще видел рисунки на стенах и начинал понимать, что это за она, про которую говорили Игнес Фатуи. Но продолжал теряться в догадках, откуда же у огоньков сковородка.
* * *
Это совсем не напоминало смерть: не было ни незнакомца с развязанными шнурками, ни боли, ни привычного облегчения. Значит, Кэйлинна Нод осталась жива. Вот только где именно она осталась жива?
Глаза не скрывала повязка, вокруг совершенно точно не было тьмы – ее ощущаешь сразу, она давит и манит. Тем не менее Кэйлин не видела ничего, кроме какой-то красной пелены. Кровь, застилающая глаза? Определенно, нет. Что же тогда?
Когда Кэйлин перебрала в голове даже самые невероятные варианты, темнота вдруг спа?ла, и мертвый джинн Мэпллэйра увидела ту же подворотню, где они с Итаном встретили тени. Правда, отсюда почему-то не было видно неба. А в углу, на мусорном баке, сидела Лиз Ольсен и с диким бессмысленным остервенением пережевывала что-то, подозрительно похожее на кровоточащий кусок мяса.
– Итан? – Кэйлинна попятилась и вскоре уперлась спиной в решетчатый забор.
Кусок мяса повис в зубах Лиз – со стороны казалось, будто девушке оторвали челюсть. Ее деловой костюм был весь покрыт багряной коркой; при каждом движении он хрустел и сыпал на асфальт красноватый пепел. Мисс Ольсен потихоньку превращалась в тень.
Кэйлин снова позвала Итана, на этот раз тише, стараясь не помешать чужой трапезе.
Но Окделл ее не услышал. Не мог услышать, потому что разговаривал с Королевой.
* * *
Когда Итан очнулся, его окружали стены: десятки, может, сотни, поставленные так хаотично, что получившееся сооружение даже лабиринтом нельзя было назвать. Панели, блоки, пол и потолок – все казалось кружевным, шершавым и неровным, как поеденный мышами диетический хлебец. Разве что хлебцы не отличались таким насыщенным красным цветом.