– Подождите, уважаемый Егор Владимирович, – перебил его полицейский. – Показание, данное вашей дочерью, оказалось выдуманным и ложным. Мы знаем, что за рулем была ваша дочь. Это она совершила аварию. Сбила Яна Вилкаса. Но несмотря на это, она дала полиции лживые сведения. Вы знаете, что за ложное показание карается законом? Она не только пойдет по статье, что причинила человеку ущерб, но и по другой статье.
– Какие у вас доказательства? – потребовал отец.
– У нас есть доказательства, – произнес полицейский. – У нас есть показание от пострадавшего. Кроме того, есть свидетель, который присутствовал на месте происшествия и видел, как произошла авария.
– Что? – удивилась я. – Но там ведь никого не было…
– Джана, ничего не говори, – перебил меня отец, сжав плечо. – Я поговорю со своим адвокатом, он хороший юрист. Без адвоката не делай никаких заявлений.
Отец достал телефон и стал звонить, обратившись до полицейского:
– Вы должны прояснить все данные. Вообще—то этот парень вышел перед машиной на проезжую часть, находясь в нетрезвом состоянии и сам бросился под колеса. Моя дочь ни в чем не виновата. Более того, моя Джана доставила этого парня в больницу и спасла ему жизнь. Как порядочная гражданка. И теперь он изменил показание?
– Надо было вызвать и дождаться скорую помощь, а не самовольно поднимать с места аварии и отвозить в больницу. За это время молодой человек мог умереть, за неоказанную первую медицинскую помощь. Арестуйте её, – кивнул полицейский другому и тот подойдя взял меня за руку и застегнул наручник на запястье.
– Папа, – взмолилась я жалобно, посмотрев на отца.
– Джана, ничего не бойся и не волнуйся. Я поеду с тобой, – успокаивающе проговорил отец.
Когда меня отвезли в участок, следом подоспел мой отец с адвокатом. Я очень долго сидела в стороне, пока адвокат улаживал дела, и отец договаривался с полицейским.
– Егор Владимирович, вы можете забрать Джану. Мы отпускаем её под залог, – проговорил полицейский, после как подписал бумаги, которые подсовывал ему адвокат.
– Иначе не могло и быть, – проговорил отец насупившись. – Она моя любимая дочь. Я никому не позволю ей причинить вред. А вы пришли в мой дом, прикрываясь официальным приказом.
Я, улыбнувшись, посмотрела на отца услышав это. И вдруг где-то глубоко в памяти, словно в тумане, я услышала свой полный ненависти голос:
– «Почему вы молчите? Почему ничего не скажите? Сколько вы будете ещё скрывать? Дайте мне в жизни хоть один повод, когда мне бы не пришлось из-за вас краснеть.»
– Вы продержали её целых три часа, – продолжил отец, врываясь в мои странные воспоминания. – Вы за это скоро на себе почувствуете последствия. Я это так не оставлю. Мы можем идти?
Вскоре я сидела в машине, и отец вел её по дороге. Я задумчиво уставилась в окно, всю дорогу вспоминая сюжет, который как молния вспыхнул передо мной. Отец через какое—то время, не выдержав моего молчания спросил:
– Джана, что случилось? Ты так молчалива. Надеюсь, они там не были с тобой грубы?
– Нет, нет, папа, – поспешила я опровергнуть. – Просто, когда ты хлопотал о моем залоге, то я увидела эпизод из своей прошлой жизни. Это было как вспышка, словно кусочек из фильма. Папа я увидела, как я грубо с тобой обходилась. И это было много раз. Я очень резко с тобой разговаривала, и ты простил меня? Почему?
– Нет, Джана, – улыбнулся отец, и отвел взгляд уставившись на дорогу. – Ты не сделала ничего, что могло ранить мои чувства. Ты частичка моего сердца и имеешь полное право сердиться на своего папу. А что касается твоих воспоминаний… оставь их. Это уже в прошлом.
– Папа, я не пойму, почему Ян изменил показания? Ведь он знал, что это я сделала не специально, к тому же его брат Вениамин успел дать показания полиции. Не пойму почему он так сделал? Папа, а знаешь… подбрось меня до больницы. Я хочу с ним поговорить и выяснить зачем он это сделал.
– Хорошо, – кивнул отец и повернул в сторону больницы. – Мне пойти с тобой?
– Нет. Я пойду одна. Это касается меня и его. Я хочу сама во всем разобраться.
Вскоре я была в больнице. Я узнала, что Яна перевели теперь в палату, и он находиться в хорошем самочувствии. От врачей разузнала, что у него небольшое сотрясение, без каких—либо переломов и повреждений. И я радостно выдохнула. Слава богу, я человека чудом не покалечила. Я подошла к палате и тут же остановилась, услышав за полуоткрытой дверью голос Вениамина.
– Ян, серьезно, что на тебя нашло? Ты дал показание против Джаны, да и ещё ложные? Ты дурак? Она Добрынина! Понимаешь? Думаешь родители позволят с такой легкостью её упечь за решетку? У нас будут проблемы, с ними не стоит связываться. Нет, чувак! У тебя крыша поехала!
– Брат, это всё я сделал ради Розы, – вялым голосом проговорил Ян.
– Стоп… Чего? Ради кого?
– Ради Розы.
– Розы? И каким же боком Роза замешана во всем этом?
– Я дал показания против её сестры, и она пришла встретиться со мной. Я смог её увидеть. Она пообещала, что если я изменю свои показания, она снова начнет встречаться со мной.
– О бог ты мог! Ты точно свихнулся! – возмущено воскликнул Вениамин.
– Брат, я очень сильно люблю её.
– Так ты мне говоришь, Ян, что это сделал для того, чтобы заставить девушку любить тебя? Ты хоть отдаешь себе отчет как это по—идиотски звучит?!
– А ты способен свою контролировать любовь? Ты это прячешь от всего мира, но я—то знаю.
– Что ты имеешь в виду? Что за любовь?
– Ты знаешь, да и я ни хочу ничего говорить в слух. Люди на всё готовы ради любви. А я сочинил одну маленькую ложь. И как видишь – это сработало. Роза теперь моя.
– Кончай свои бредни про Розу! Серьезно! Я уже устал тебе это разжевывать! Разговор окончен.
Я дослушав разговор до конца, поспешила уйти подальше от палаты и подождав за углом коридора, пока уйдет Вениамин. Потом вновь вернулась и вошла в палату Яна. Он лежал под капельницей и забинтованной головой и рукой. Ян лежал с закрытыми глазами, и я в нерешительности подошла ближе и присела на придвинутый к кровати стул.
– Привет, Ян, – тихо проговорила я и он распахнул глаза, уставившись на меня.
– Джана? – он удивлено привстал на локтях повыше.
– Как ты? – улыбнувшись спросила я.
– Я в порядке, – кивнул он и отвел взгляд. Ему, как и мне, было не комфортно.
– Ян, я не могу понять, почему ты так поступил? Мы ведь оба знаем, что там произошло. В таком случае почему тебе показалось, будто это я сделала специально? Значит ты сделал это из-за Розы? Почему? Слушай, я не знаю кто надоумил тебя на такое. Может Роза и будет с тобою. Но в душе она постоянно будет думать, что ты принудил её к этим отношениям силой, шантажом. Ян, Роза моя сестра. Она готова на всё ради меня. А ты… Вместо того, чтобы отправлять меня в тюрьму, ты бы поддержал меня и всего этого не произошло. Роза сама пришла бы к тебе. Но теперь ты всё испортил…
– Не знаю, Джана, зачем я это сделал. Я был ослеплён. Мне очень жаль, Джана, – извиняющее проговорил Ян и виновато опустив глаза, стал разглядывать свои руки.
– Не волнуйся. Ладно? Я поговорю с Розой. Оправившись от ран после этой аварии, ты дашь новые показания. Ладно? И скажешь только правду. Не сомневайся, Роза будет тебе за это признательна.
Наш разговор прервал вошедший мужчина в палату и я, обернувшись, увидела адвоката отца.
– Простите, Джана. Ваш отец сказал, что вы здесь.
– О, хорошо, что вы пришли, – обрадовалась я. – Ян готов дать новые показания.
– Но уже поздно, Джана. Нам ни к чему его показания. Полиция нашла свидетеля этой аварии. Свидетель не собирается менять свои показания, она заявила, что вы нарочно пытались убить Яна.
– Свидетель? Но там же никого не было. Пустая дорога. Какой свидетель? Как его зовут?