Как ты здесь оказался, мальчик?
Мало было дождя из крови, так теперь и это!
Стараясь целиком заползти под щит, я осмотрелся – мои товарищи, как и я прятались под своими щита. Только на опыте делали это куда разумнее: вместо того, чтобы как я сдерживать удары только руками, они положили часть щита на стену, и поддерживали другой край. За счёт опоры часть инерции гасила сама стена.
– Смотри не блевани, малой! – раздался рядом весёлый голос Ивана.
Повернувшись в его сторону, я увидел, как, в отличие от остальных, гигант стоит, выпрямившись во весь рост, уверенно удерживая над головой свой огромный щит. В отличие от меня ему явно было не тяжело.
Я уже хотел было ответить в ответ что-нибудь едкое, как до меня, наконец, дошёл едкий и омерзительный запах, исходящий от этой крови и мяса. Рвотный комок подошёл к моему горлу, и я с трудом сдержался, чтобы меня не стошнило. Уняв позывы на меня, снизошло озарение – а что, если она ядовита?
Холодок пробежал вниз по спине, но я быстро догадался посмотреть на своих товарищей – каждый из них по мере возможности, старался прикрыть обнажённые части тела или головы. Мой взгляд упал на след на ладони – остатки крови тепло и мягко пульсировали. Можно даже сказать, что это было приятно.
Что за чертовщина?
Из транса меня вывел упавший рядом со мной приличных размеров кусок когтистой лапы, напоминая мне, что сейчас не самое время для размышлений о своих ощущениях.
Что характерно, капли капали не дальше пары метров (вглубь в крепость) от стены, оставляя большую часть содержимого крепости в неприкосновенности, в том числе и магов. Наверняка, и здесь не обошлось без их колдовства, уж больно неестественно это выглядело.
Не прошло и пары минут как стены полностью окрасились кровью, а то тут, то там на ней стали скапливаться небольшие кучки мяса. Даже в армейских сапогах ноги прилично скользили по поверхности, так что как дальше вести бой, для меня было загадкой.
К счастью – стоило небесам низвергнуть на землю последние капли крови, как сразу же следом за ним пошёл так нелюбимый Михаилом дождь. Судя по тому, как своевременно это произошло и здесь не обошлось без колдовства магов.
Крупные капли разбивались о щиты, шлемы солдат и камень стены. Они разбивали кровавую “корку” на поверхности камня, и прибивали к земле её удушливые испарения. А появляющиеся маленькие ручейки уносили вместе с собой частички крови, медленно, но неотвратимо очищая стену от остатков гончих.
Большинство солдат опустили свои щиты, наслаждаясь прохладой и освежающими потоками ливня, которые сейчас, после активной работы и эмоционального напряжения, ощущались так приятно. Часть из них сразу же принялась за дело – они своими тяжёлыми сапогами спихивали скопившуюся на стене плоть вниз на землю. Чтобы она не помешала вести сражение.
Я перевёл взгляд на сержанта – тот по-прежнему стоял, укрывшись от дождя своим щитом, а на его лице была крайне кислая мина:
– Не смотри на меня так! – недовольно буркнул он, поймав мой взгляд. – Ну, не люблю я дождь!
От вида его недовольства на моём лице появилась улыбка: как же это забавно! Неужели это всё? Всё на что способны эти твари? Если так, то с помощью таких могучих магов, мы точно без проблем продержимся хоть всю ночь! И кто знает:
Может я даже сегодня и не умру!
************
Пока всё это происходило на стене, туман медленно приближался к стене. Ни кровавый ни обычный дождь не были для него помехой, так что он пусть и неторопливо, но уверенно полз в сторону крепости. Которая сейчас больше напоминала брошенную:
Из-за ливня все факелы, что ранее стояли на стенах и освещали пространство вокруг, сейчас потухли, в разы ограничивая видимость защитников.
Так что, пока те были заняты расчисткой стен от ошмётков плоти, из тумана в их сторону двигались всё новые и новые твари. Причём на сей раз в их числе были не только ранее упомянутые гончие, но и кое-какие другие.
Среди которых были и здоровенные под три с половиной метра твари, называемые по-простому – Щитовиками. Так как их тела с высоты напоминали огромные щиты на ножках – крайне широкие костяные панцири сверху, которые резко сужались снизу. Стороннему наблюдателю, стоящему на земле, они бы больше напоминали огромные ходячие равнобедренные треугольники, повернутые основанием вверх.
Между их ног, прикрытые спинами этих гигантов, сновало множество более мелких существ, всех мастей и расцветок. В том числе и ранее виденные гончие.
“Разведка боем” закончилась. Пора браться за людей всерьёз.
************
В небо полетели магические снаряды, настолько яркие, что освещали землю вокруг себя на десятки метров. Они зависли над полем боя, открывая защитникам эту пугающую картину – орду монстров, что уже не прячась за туманом неслись в сторону крепости.
Снова заработали луки стрелков, благо щитовиков было не так уж много, а без защиты тумана, стрелы оставались крайне простым и эффективным оружием, против большинства более мелких тварей. Где-то за стеной, впервые дали свой залп осадные орудия, которые люди Кровавого Рассвета притащили с собой.
Десятки стрел вперемешку с каплями дождя валились на монстров, кого-то мгновенно убивая, а кого-то калеча. Снова над полем брани раздались, только было смолкшие, завывания тварей. Земля под ногами, которых превращалась в грязное месиво из почвы, воды и крови, уменьшавшее скорость, с которой монстры бежали к стене, но бывшее не в силах остановить этот бесконечный поток.
Первый осадный снаряд ударил по панцирю щитовика. Оболочка снаряда от удара разломалась на мелкие куски, и из него полился жидкий огонь. Который словно живой кровожадный зверь очень быстро распространился по всему панцирю твари. Доставляя монстру невероятные мучения, от которых тот потерял рассудок. Визжащий от боли монстр сбился с шага и начал шататься туда-сюда. Он сильно наклонялся и пытался скинуть с себя пламя, старался “зачерпнуть” краями панциря землю, что получалось у него крайне плохо. И в основном этим он просто давил рядом бегущих монстров, буквально вплющивая тех в грязь, ломая им хребты и конечности. Тварь, которая должна была защищать окружающих его монстров, сейчас наоборот несла им смерть и создавала хаос вокруг себя, пытаясь спасти свою жизнь.
Но всё это было бесполезно: лучшие алхимики королевства, которые делали для Кровавого Рассвета этот жидкий огонь, не одну гончую съели в своей жизни на создании подобных жидкостей. Так что, единожды попав на цель, этот огонь будет гореть, пока полностью не прожжёт всю плоть монстра под ним. Подобные свойства появлялись у этого жидкого огня только при взаимодействии с тварями из разлома.
Новые и новые снаряды отправлялись в полёт. Большинство из них не попадало в щитовиков, просто разбиваясь о землю и создавая в этом месте небольшую лужу огня. Которая уже буквально через пару минут затухала.
Где-то в сотне метров от первой, вспыхнула вторая тварь, а затем ещё одна и ещё. Ещё перед началом закрытия разлома, всё пространство перед стенами было хорошо пристрелено, так что пусть и с некоторыми корректировками, но под руководством стоящих в угловых башнях наводчиков, осадные орудия раз за разом находили свои основные цели.
И всё было бы хорошо, если бы их не становилось всё больше и больше с каждой минутой.
Волна монстров докатилась до стены. Как и в первый раз в большинстве своём это были мелкие твари, которые беспомощно скреблись внизу, безуспешно пытаясь повредить стену.
Внезапно я получил увесистый тычок сапогом в бок: кольчуга распределила большую часть удара равномерно, да и сам он не был силён настолько, чтобы причинить вред, скорее просто привлечь внимание. Я перевёл взгляд на хозяина ноги:
– Дима! Дима! Одуплись уже! – кричал, судя по всему, уже не в первый раз, стоящий рядом со мной Михаил. – За дело, твою мать! Неси бомбы!
Я немного растеряно кивнул: я так увлёкся наблюдением за своими товарищами, что впал в своеобразный транс. Отбросив щит, я с трудом поднялся на ноги. Дождь мгновенно облил моё лицо водой, что в данный момент было даже кстати – так я быстрее пришёл в себя. Коротко кивнув, я помчался вниз по лестнице.
Отдохнули и хватит!
************
Носиться туда-сюда по лестнице высотой в шесть метров, удовольствие, конечно, такое себе, а уж с тяжёлым ящиком в руках и подавно. Но что-то внутри меня, какой-то глубокий внутренний первобытный страх упрямо твердил мне, что чем дальше я сейчас окажусь от стены, чем в большей безопасности окажусь. Так что, сейчас я был даже рад, что меня заняли перетаскиванием ящиков, а не, например, бросанием бомбочек.
Почему-то мне казалось, что стоит мне взять одну такую в руки, как она или сразу рванёт прямо у меня в руках или я её обязательно уроню и тогда она уж точно взорвётся.
Логического обоснования этому я найти не мог: криворуким я никогда не был. Да и находиться на стене высотой в шесть метров, явно безопаснее, чем на земле, и куда безопаснее чем нестись вверх по стене едва удерживая в руках взрывоопасный ящик.
Тем не менее – инстинкты не всегда логичны, и, к сожалению, далеко не всегда не правы. Так что, пускай я об этом ещё не знал, но на земле сейчас было значительно безопаснее, чем на стене рядом со своими товарищами…
Глава 4
Бомбы летели вниз одна за другой, тут и там гремели взрывы, а тела монстров разрывало на части и подбрасывало в воздух. Только было очистившаяся от крови стена, быстро началась заплывать ей снова. Взрывов было уже так много, что, казалось бы, под первым рвом должен был образоваться второй, но он был так завален телами, что горка из тел лишь поднималась вверх.
Высота каменных стен создавала иллюзию безопасности для солдат, так что те не боясь передвигались в полный рост, но даже эта обманка была очень скоро развеяна.
В паре метров слева от командующего на своём участке стены Михаила, со всего размаху в каменную кладку впечаталась головой какая-то насекомодобная тварь. Кости шеи и черепа звучно хрустнули, а сам монстр, так и не издав ни звука тихо повалился вниз безжизненной тушей.
– Саранча! – на десятки метров разнёсся крик матёрой глотки сержанта. Остальные командиры на стенах быстро подхватывали этот крик, таким образом передавая его дальше. Так что уже чем пару минут все на стенах были оповещены о появлении нового смертоносного врага.
Безопасности на стенах пришёл конец.
Я на секунду замер прямо на лестнице с ящиком в руках, обдумывая услышанное название, и пытаясь вспомнить, что же, ещё вчера, мне рассказывал про них Михаил.
************
(Рассказ Михаила о саранче)
– Не позволяй высоте стен уверить тебя в полной своей безопасности. Эти твари лишь выглядят глупыми. Я пережил больше десятка разломов, и знаешь, что я могу тебе сказать? Каждый раз им удавалось чем-то меня удивить. Они кажутся слабыми и разрозненными, но это лишь пока, не почувствуют твоё слабое место. Не раз я видел, как они проявляли чудеса слаженности, такие которое не достигаются и за несколько лет муштры у людей! – задумчиво рассказывал сержант, прогуливаясь туда-сюда.
Любил он и ходить, и рассказывать. А уж рассказывать во время ходьбы…
– Многие солдаты находят свою смерть в первом же бою. Сначала твари пускают вперёд самых слабых своих представителей, которые ничего не могут сделать человеку на стене. И он расслабляется, начинает думать, что всё, что ему рассказывали старшие товарищи это байки, призванные напугать молодых! Солдат расслабляется, начинает ходить в полный рост и не следить за тем, кто именно ползает у него под стеной. А потом…БАЦ!
Сержант сделал быстрое режущее движение ладонью рядом со своим горлом, после чего высунул язык и откинул голову, показывая смерть.
– Башка с плеч! – и широко махнув рукой продолжил. – Есть твари…есть твари, которые прыгают на пять метров! Пять, мать его, метров! Клыков почти нет, когтей тоже, зато вдоль всей поверхности передних лап тянется едва ли не сплошное хитиновое лезвие! В ближнем бою вещь не самая практичная, а значит на земле они не сильно опасны, особенно в хорошем доспехе. Но вот в полёте…
Многозначительно протянул Михаил, даже покачав указательным пальцем.
– Чтобы так прыгать нужны большие и сильные задние лапы, и поверь мне, они у них такие! И вот если он прыгнет на тебя, то пиши пропало – разрубит даже не заметит! Прыгучие гады! – Михаил считал, что им больше подходит название – Кузнечик, из-за большей схожести с этими маленькими гадёнышами, но их саранчой называли ещё задолго до него, и как говориться – “В чужой монастырь со своим уставом не лезут”.
По крайней мере мне так кажется. Сам-то я ни одного монастыря в жизни не видел. Нашем селе не было ничего кроме небольшой церквушки, не говоря уже о монастырях.
– И тут ты спросишь меня – “Товарищ Сержант! Так чего же их бояться, если стена целых шесть метров, а они прыгают всего на пять!”, – и ведь Михаил был недалёк от истины – такая мысль и вправду тогда пришла ко мне в голову!
– А я отвечу тебе: думай, Дима, думай! От земли-то может быть и шесть метров, а вот если перед ней будет небольшая возвышенность или крепкое скопление тел, на которое эта тварь сможет залезть, то вот и будет тебе твои пять метров, и даже меньше! – назидательно сказал Михаил и подытожил. – Ситуация на поле боя очень быстро меняется, и никогда не знаешь откуда и как враг ударит в следующий раз. Поэтому ты должен быть готов ко всему! До тех пор, пока жива хотя бы одна тварь, расслабляться нельзя!
(Конец рассказа Михаила)
************
Получается, что пока я не на стене, то в безопасности? Будем надеяться, что так оно и есть.
Облегчённо выдохнув, я продолжил подъём по лестнице. Надо теперь быть крайне осторожным на стене. Мне кажется, что лучше всего будет вообще ходить немного пригнувшись. Конечно, я был и так ниже большинства товарищей, но кто его знает – какие на самом деле эти твари?
Лишиться башки от случайно пролетевшей мимо твари уж очень мне не хотелось. Хоть умирать мне вообще не хотелось, но умереть от случайности, это как-то совсем… обидно что ли?
Судя по тому, как изменилось поведение других солдат, похожие мысли были у большинства – больше никто не передвигался в полный рост. Наоборот, теперь люди старались прижиматься к зубцам стены, перемещаясь между ними перебежками. Забавнее всего выглядел Иван: почти двухметровый гигант старательно пригнувшись, едва помещался за одним зубцом. Лучники продолжали стрелять в монстров, теперь выглядывая из-за стены только в последний момент, чтобы успеть выпустить стрелу, после чего сразу прятались.
Время от времени за стеной раздавался мерзкий хруст, когда очередная тварь переоценив свои силы со всего размаху врезалась в стену, ломая себе кости.
Пожалуй, первый раз в жизни я был сейчас рад своему маленькому росту – чтобы скрываться за парапетом стены, мне нужно было пригибаться совсем чуть-чуть.
Я плюхнул ящик рядом с сержантом:
– Мне сказали, что для меня осталась всего парочка! – виновато выпалил я.
Лучше уж сказать об этом заранее, чем потом смущённо оправдываться, почему после очередного забега не принёс такие важные для товарищей снаряды.
– Я догадывался, – коротко ответил Михаил.
Сколько бы бомб они не заготовили заранее, это количество было не бесконечным, чего нельзя сказать о тварях.
– Хорошо держишься! Молодец! – бодро хлопнул он меня по плечу.
Радость и гордость переполнили меня. Я так боялся, что и здесь окажусь бесполезен, что радовался любой похвале. Иногда даже через чур: неосознанно я выпрямил спину, и верхняя часть моего шлема показалась из-за стены, на высоте, которая была уже заметна с поверхности.
За что я сразу же поплатился – о моём шлем что-то звонко ударилось и упало рядом с ногами.
– Не высовывайся, балбес! – мгновенно сменил милость на гнев Михаил и увесисто шлёпнул меня по плечу.
А откуда-то с других частей стены начинал долетать крики – “Шиповики! Шиповики!”.
Сержант грязно выругался и заорал уже для своих:
– ШИПОВИКИ!
После чего с чувством выполненного долга, дёрнул меня за руку и указал на небольшой костяной снаряд, что ударился мне о шлем, а сейчас лежал, странно поблескивая, на стене.
– Покрыт ядом. Доспех не пробьёт, но, если порежет или коснётся плоти – пиши пропало. Проще сразу отсечь конечность, – после чего мрачно добавил, – или голову…
Я нервно сглотнул, понимая, что только что оказался на волосок от смерти из-за своей неожиданной беспечности, а над нашими головами проносились всё новые и новые шипы. Они перелетали через стену и падали во внутреннем дворе крепости так ни в кого и не попав.
Зачем стрелять, если не можешь попасть?
– Неси оставшиеся ящики! – отдал приказ Михаил и переключился на управление своими людьми.
Лучшее, что он сейчас мог сделать – это не отвлекаться от своих обязанностей.
Как он и предупреждал меня вчера, твари не смотря на всю свою неразумность, иногда действовали на удивление слажено. О том, что на поле боя появился новый тип монстра, мы узнали не раньше, чем он атаковал нас. И судя по тому, что крик пришёл с другой стены – в то же время эти шиповики атаковали и там. А организовать одновременную атаку по почти всему периметру крепости было не просто даже для организованных и обученных солдат, чего уже говорить о бессловесных тварях.
Михаил надавил кованным носком сапога на лежащий под ногами шип. На снаряде осталась длинная поперечная вмятина, но сам он даже не треснул на смотря на весь вес человека. Сержант недовольно цыкнул – “удивительно крепкие, как и всегда”. После чего, немного подумав, он пинком ноги сбросил костяной шип вниз со стены. Он надеялся, что никто из тех, кто ходит по земле на него случайно не напорется именно на его шип, ну, а если напорется, то… Что же, плохо это или хорошо, но ему его люди сейчас ценнее, а значит, пока есть возможность – нужно убрать опасность из под ног ЕГО подчинённых.
************
Ливень, наконец, прекратился и по всему периметру стены вновь зажглись факелы. Пущенные магами осветительные сферы медленно тускнели и начинали исчезать. Благо в них уже не было необходимости – факелы хорошо освещали стены, а жидкий огонь на земле или на щитовиках не оставлял монстрам шансов остаться незамеченными.
За это время, туман успел уже полностью обхватить крепость со всех сторон. Так что, даже если бы люди сейчас захотели отступить – бежать им уже было некуда.
Сражайся или умри.
Тем не менее, были и хорошие новости – в отличие от самого начала битвы, туман сначала растекался к стенам значительно медленнее, а потом и вовсе замер, больше не пытаясь приблизиться к стенам крепости, так и остановившись в примерно пятидесяти-семидесяти метрах.
Человеческие же маги в ответ больше не пытались использовать заклинания вызывающие порывы ветра или ураганы. Каждый раз магический туман вёл себя по-разному – иногда он пёр на крепость до самого конца, а иногда замирал вдалеке как сейчас. Почему это происходило и от чего зависело, чародеям выяснить так и не удалось, кроме одного факта – состояние “замирания” было крайне неустойчивым, и стоит один-два раза “побеспокоить” туман, как тот словно от обиды потечёт вперед и уже больше не остановится. А поскольку силы чародеев не бесконечны… То зачем самим себе подкидывать работёнку? Тем более, что и без ураганов человеческие маги не страдали от нехватки убойной силы.
Что они и продемонстрировали уже очень скоро.
Почти одновременно с тем, как у обороняющихся солдат на стенах начали заканчиваться бомбочки, расположившиеся на угловых башнях маги закончили новое боевое заклинание. В отличие от стен, башни были ещё на несколько метров выше, и находящиеся там маги могли без опаски колдовать прямо перед бойницами, которые выходили только в сторону вдоль стен.
Магическое пламя потекло широким потоком с рук чародеев прямо вниз, попадая монстров и поджигая их. Огненная струя за струёй била вниз, как будто настоящий пламенный гейзер, окатывая своими каплями всё вокруг.
Людям на стенах в очередной раз пришлось прятаться за парапетом. Причём в этот раз не только от самого огня, но и от жара, вони и дыма которые поднимались вверх.
Ещё недавно хлюпающая от воды и крови земля мгновенно высохла и запеклась.
Твари катались, визжа от боли, пытаясь погасить огонь, но магическое пламя так просто не унять, и вместо того, чтобы потухнуть оно просто перекидывалось на соседей и стремительно распространялось дальше. Поджигая всё новых и новых тварей. Горели шкуры, трескалась и лопалась плоть, вскипала кровь. Всё пространство от крепости до границы тумана словно превратилось в огромную сковороду с подгорающим на ней огромным куском мяса.
Как бы не старались осторожно использовать пламя маги, брызги неизбежно летели и в защитников. Попадали на их доспехи, щиты и плащи доставляя их хозяевам невероятные мучения. Солдаты, задыхаясь от дыма и с трудом открывая глаза рядом с таким жаром, быстро бросались помогать своим неудачливым товарищам и спешно тушили огонь – где-то поливая его из фляг с водой, где-то просто накрывая своими плащами или какими-то лежащими поблизости тряпками. Большинство успевали спасать, но кто-то оказывался настолько невезучим, что сгорал так и не успев получить помощь. Такова была цена таких заклинаний.
Цена, которую большинство из солдат сами были бы готовы заплатить без колебаний.
Тем не менее, как бы не был эффективен волшебный огонь против тварей, вечно поливать тварей им было невозможно. И не только потому, что у магов бы не хватило на это сил, но и, потому что рядом с таким жаром, воздух пригодный для дыхания стремительно заканчивался. Так что уже совсем скоро солдаты на стенах страдали не только от жара пламени, но и от удушья. И если чародеи не собирались разом уморить всех защитников, то с пламенем стоило заканчивать.
На этом предел волшебных чудес на ночь можно было считать законченным: подобные массовые заклинания требуют огромного количества магической силы и повторить их получится только после длительного отдыха. Только единицы особо выносливых чародеев могли что-то творить после такого.
Впрочем, как считали сами маги – времени они выиграли для солдат достаточно. И теперь все зависит от остроты их мечей, крепости щитов и слаженности боя.
Стоило пламени угаснуть, как их под защиты тумана начали вылезать твари. Некоторые были из числа тех, кто вовремя успел развернуться и добежать до тумана, но большинство составляли новые особи. Новые, но от того ничуть не менее смертоносные.
Подсохшая, а где-то даже кристаллизовавшаяся от жара земля была значительно удобнее, чем то грязное месиво, по которому тварям приходилось добираться до стены раньше, и новые орды с ещё большей скоростью неслись к людям.
Снова заработали осадные орудия, снова натянулись тетивы луков. Бесконечный цикл боли и смерти, пока или не закроется разлом, или не останется ни одного человека в живых.
************
Меня самого огонь застал во время последнего подъема по лестнице. По крайней мере я надеялся, что он будет последним, потому что как мне сказал интендант – ящики для моей части стены закончились. Да и будем честны – у меня уже начинали отваливаться руки.
Воздух стремительно нагревался, а дышать становилось всё сложнее. Пока ещё оставались силы, я поставил ящик на ступеньку и облокотился о стену, намереваясь отдохнуть.
С чем связан этот жар я не знал, но у меня была надежда, что он скоро закончится, пока я не изжарился. По лбу катились ручейки пота, попадая в глаза, болезненно раздражая их. Дыхание участилось, а в глазах начало потихоньку темнеть: тело было и так на пределе сил, и жара окончательно меня добивала.
Я сполз по стене на ступеньку, голову сильно мутило, и я боялся, что так и полечу головой вниз по лестнице. Мой взгляд упёрся в ящик с бомбами.
Господи! Надеюсь, что они не взорвутся! Меня же потом будут несколько дней соскребать со стены!
Голова потяжелела и поникла. Всеми силами я пытался не потерять сознание. Едкий запах горелой плоти раздражал лёгкие.
Внезапно мой взгляд упёрся в небольшой шип. Такой же какой мне ударил о шлем: небольшой длины, не больше ладони с обоюдоострыми краями, чем-то напоминающий два наконечника стрелы сросшиеся вместе, с длинной вмятиной поперёк. Он лежал прямо у меня между ног, в паре сантиметров от промежности. Это, словно крепкая пощечина, ненадолго оживило меня.
Твою мать! Откуда здесь эта дрянь!
Если бы я сполз чуть ниже, то наверняка напоролся бы на него! Со внутренней стороны ног возле паха никакой защиты у меня не было! Только простые лёгкие штаны. А эта дрянь посмотри, как поблескивает в свете факелов!
Откуда он здесь?
Внизу, я таких повидал уже с избытком – вся земля была ими истыкана, что вынуждало смотреть куда наступаешь и иногда лавировать между скоплениями шипов. Но нигде на лестнице я не видел ни одного! До этого момента.