Оценить:
 Рейтинг: 0

Спаси меня

Год написания книги
2014
Теги
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 19 >>
На страницу:
5 из 19
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

– Что вы, – развел он руки в стороны. – Это я себе. Не обращайте внимания. Значит, вас насторожили послания, в которых не было объяснений словам «спаси меня». Но эти слова были. И пришли они от имени вашей сестры, я правильно понял?

– Да, – коротко ответила она.

– Вы, неудовлетворенная ее письмами, спешите к нам в город, – продолжал допрос Макар.

– Да, – перебила его она. – Я подумала, здесь что-то не так…

– Приезжаете сюда и не находите сестру, – подытожил Макар. – По какому адресу проживала ваша Вероника? (Алина опустила глаза.) – Вы знали ее адрес?

– Нет, – тихо ответила Алина.

– Не делай скоротечных выводов, – поспешил шепнуть Дергунов-два, так как Макар выдержал красноречивую паузу, а на лице его было нарисовано: вы не знали, где живет ваша сестра? А как такое может быть? Дергунов-два оправдал Алину: – Они жили в разных странах, их разделяли тысячи километров, а переписку вели по электронной почте, где домашний адрес не указывается.

– Допустим, – согласился с ним Макар, подумав: «Раз Вероника вышла замуж, то соответственно сменила фамилию». – А фамилия мужа вашей сестры вам известна?

– Нет.

Макар скрестил руки на груди и уже с интересом смотрел на эту почти небесную женщину, которую совсем не интересовала земная жизнь. А земная жизнь состоит из элементарного и короткого списка: окружающая среда, твои родственники и знакомые, твои цели, методы их достижения. Алина не знает фамилию мужа сестры – это как? А что она вообще знает о новой жизни сестры? Он и закидал ее вопросами, но (как скучно!) уже знал ответы:

– А за кого вышла замуж ваша сестра? Чем он занимается? Из какой прослойки? Сколько ему лет? Это, надеюсь, вам известно?

– Очень мало. Вероника писала, что вышла замуж за хорошего человека, но ничего конкретного.

– Отлично, – негативно высказался Макар. – Как же вы хотите найти сестру с именем Вероника, которых в России если не миллионы, то уж тысячи – точно? Без сомнения, она сменила фамилию, но вы ее не знаете, вы ничего не знаете о своей родной сестре.

– Вы правы, – сдержанно произнесла Алина, а, судя по лицу, ей хотелось плакать, но она не позволила себе этой слабости. – Я ничего не знаю о Веронике, ничего. Я старше ее на десять лет, когда уезжала за границу, ей было тринадцать. Я запомнила ее подростком с непропорционально вытянутыми ногами, с худенькими руками, длинной шеей, запомнила гадким утенком. Вот и все. Вероника осталась с мамой. Наша мама занялась предпринимательством, что-то у нее сложилось не так, она влетела на крупную сумму, ее посадили за мошенничество. А я… Сначала я училась и работала уборщицей в ресторане, потому что там можно было убирать ночью. Я выживала. А потом встретила своего мужа и была без меры счастлива. Знаете, ничто так не застит глаза, как счастье…

– Она не дура, – оценил Дергунов-два.

– Я получала письма от младшей сестры и даже не представляла, каково ей приходится. Конечно, я следила за новостями из России, но там они преподносятся однобоко, понять ситуацию невозможно. Когда маму посадили, я стала высылать Веронике деньги, ведь она училась, мне следовало позаботиться о ней. Но я не читала между строк, меня не занимало состояние моей сестры, потому что мне казалось, посылая деньги, я выполняю свой долг, и этого вполне достаточно. Она рассыпалась в благодарностях…

Снова возникла пауза: Алина боролась со слезами. Она отпила несколько глотков из бокала, набрала в грудь воздуха и продолжала:

– Да не в этом дело. Мой муж был гонщиком, у нас родилась дочь. Мое счастье длилось пять лет, потом он погиб. Это была катастрофа. Я переписывалась с сестрой и – представьте мой эгоизм – жаловалась ей на судьбу, изливала душу, но опять не интересовалась, каково ей здесь. Мои страдания были важнее всего на свете. После гибели мужа я переехала к свекрови в Бельгию, она находилась в тяжелом состоянии, ее подкосила смерть единственного сына. Полтора года я ухаживала за ней, а полгода назад она умерла, я и моя дочь стали ее наследницами. И вот тогда-то, чуть больше пяти месяцев назад, я получила эту странную записку «спаси меня». Обычно сестра пишет: «Здравствуй, Алина» и так далее, а тут только «спаси меня». Потом все было как раньше. Тогда впервые я задумалась, что моей единственной юной сестре здесь очень плохо. Я приехала, пошла на нашу квартиру, а там моя Вероника давно не живет. Макар… помогите найти ее. Я чувствую, с ней случилась какая-то беда. И я виновата перед ней. Возможно, меня наказал бог за черствость и забрал мужа, ведь меня не интересовала судьба ни матери, ни сестры. Сейчас я тоже поступаю эгоистично, ведь это мне нужна родная душа, мне нужна Вероника. Я заплачу вам десять тысяч евро…

– М?! – у него глаза вылезли из орбит.

– Это аванс, – поспешила заверить Алина. – Как только вы найдете мою сестру, получите еще пятнадцать тысяч.

– Сможешь пить год без остановки, – хлопнул его по плечу Дергунов-два.

– Почему год? – рассеянно пробубнил Макар, пристально глядя в глаза собеседнице, которая выпалила монолог в считаные минуты. – Хватит на больший срок.

– Потому что через год беспрерывного пьянства ты подохнешь, – беспощадно шепнул Дергунов-второй. – Соглашайся.

На этот раз Макар не прореагировал на выпад, его увлекла искренность Алины. Далеко не каждый человек решится выложить о себе нелицеприятную правду, а она выложила. При том краснела и бледнела, что говорит об ее истинных переживаниях и стыде за себя. Макар отхлебнул совсем немного коньяка, лишь бы горло промочить, в это время Дергунов-два заявил:

– Занимательная женщина. С чувством ответственности. Это сейчас такая редкость!

И опять пропустил выспренное высказывание мимо ушей. У него еще будет время наговорить массу колкостей своему неутомимому двойнику, которого никто не видит и не слышит, отчего Макар часто попадает в дурацкое положение, потому что отвечает ему вслух. Чтобы окончательно определиться, он спросил Алину:

– А как вы сами думаете: что с ней могло случиться?

Она не нашла слов, только затрясла отрицательно головой, закусив губу, мол, даже приблизительно не могу сказать. Он начал ей подсказывать:

– Может, она водилась с плохой компанией? Наркотиками увлекалась?

– Мне ничего не известно о ней, – еле слышно выдавила Алина.

Макар откинулся на спинку стула и буквально казнил ее своим молчанием и осуждающим взглядом, потом неожиданно сказал:

– Я найду ее. – После выпил рюмку, вздохнул, глядя на бутылку с тоской и любовью, поднялся. – Мне надо подумать, с чего начинать.

– Вот мои телефоны, – Алина протянула карточку. – Когда будете готовы, позвоните мне. Там есть адрес электронной почты…

Дергунов-два заглянул в карточку через плечо Макара, а тот подумал: «Не успела приехать, а карточки уже сделала, будто свои координаты нельзя на бумажке написать». В это время Денис напомнил о себе:

– Ну, а мои координаты ты, надеюсь, знаешь?

– Извини, потерял, – развел руками Макар, мол, вот такой я рассеянный.

– Не беда. Держи. – Денис протянул карточку.

Макар взял и побрел к выходу. Переплетя пальцы рук, Алина поднесла их к подбородку и, глядя в спину Макара с отчаянием, спросила:

– Ты уверен в нем, Денис?

– Раз уж он взялся, то найдет. Лишь бы… – и не договорил.

Уловив в его словах пессимистичную ноту, Алина встрепенулась:

– Что? Ты что хотел сказать? «Лишь бы…» – что?

– Не волнуйся, все будет хорошо. Теперь я уверен.

3

Утром Макар – ни грамма, ни капли. Еще вчера он купил банку меда, пачку сливочного масла, чай и батон. Утром Макар пил чай, намазывая на ломоть хлеба толстенным слоем не только масло, но и мед. Он заметил, что после запоев его всегда тянуло на сладенькое, как беременную на солененькое. Кстати, есть в этой тяге нормальный симптом, будто для тебя не все потеряно, и возврат к прежним устоям вполне реален. Вообще-то, для Макара не стоял вопрос – пить или не пить, ведь чтобы не пить, нужен стимул, а его как раз и нет. Впрочем, временный стимул появился, значит, на этот период жизнь пойдет без алкоголя. Пока Макар справляется с собой неплохо. Он ел, оглядываясь по сторонам, но второго Макара не было видно, и он позвал:

– Эй! Ты где? – (Дергунов-два не откликнулся.) – Поговорить надо. Эй! (Дергунов-два появился на кухне, привалился плечом к дверному косяку.) Какие будут предложения?

– Обычно я отсеиваю твои предложения, так что начинай ты, – сказал Дергунов-два.

– У меня есть две версии, – сообщил Макар, облизывая пальцы, на которые с бутерброда стек мед. – Девчонку втянули в сексуальное рабство.

– Нет, – двойник коротко поставил крест на идее.

– Почему – нет?
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 19 >>
На страницу:
5 из 19