Эксперимент
Инструктриса жестом отпустила её и вновь пронзительно свистнула:
─ Теперь задание. Я разобью вас на пары, условно хищники и травоядные. Задача первых поймать вторых, а вторых – спастись. На выполнение десять минут, задействовать можно весь зал. По свистку все останавливаются. Победой хищника считается удерживание травоядного до конца упражнения либо если тот перестанет бороться. Напоминаю, увечий наносить не нужно. Тот, кто выполнит задание, получит поощрение в виде прогулки. Приступим, ─ Эммелина стала называть по именам, и монстры становились напротив друг друга.
– Кэтти и Хлоя, Рэй и Джеральд, Зара и Молли, Сабрина и Эндрю. Тайрон, будешь наблюдающим.
В пару мне выделили парнишку по имени Эндрю, полузайца. Он нервно покосился на меня, его нос забавно дёрнулся, а огромные серые уши не находили покоя. У Эндрю были крупные чёрные глаза, трусливый взгляд и маленький хвост-помпон. Он полностью соответствовал моим представлениям о зайцах: запуганный и печальный зверёк. Я оглянулась, мельком увидев Кэтти в паре с Хлоей, но тут раздался свисток и задание началось.
Эндрю сорвался с места и побежал вперёд. Я со всех ног кинулась за ним. Сначала это было весёлой игрой. Потом появился азарт. "Смогу ли я догнать его?". Он всё время петлял, резкими скачками уходил в сторону. Я упорно преследовала его. Мелькающий впереди хвостик дразнил меня. Казалось, я почти догнала, но Эндрю не подпускал к себе. Стоило приблизится – он отскакивал. Тут накатила волна ярких запахов, среди которых выделялся красной нитью нужный мне аромат. Подобное уже было в лаборатории, при превращении. "Нельзя упустить, растерзаю!", – кровожадная мысль не принадлежала мне. Повинуясь чужому желанию, я рванула вперед. В глазах поплыли круги, вокруг потемнело. Удар головой об камень, вспышка боли – и я потеряла сознание.
Ощутила, что лежу на холодном и твёрдом. Голова раскалывалась, а когда открылись глаза, то ещё и закружилась. Пришлось закрыть глаза и не шевелиться. Знакомый запах проникал в нос – пахло нашатырным спиртом, чистотой и… цветами? Я полежала ещё немного, пока не прошло головокружение. Медленно открыла глаза – ничего не плывет, не кружится. Получилось аккуратно поднять голову и, полулёжа, осмотреться. Это был лазарет: одинаковые узкие кровати без единой души на них, в углу пряталась тележка, белоснежные занавески пропускали рассеянный мягкий свет. "Окна, наконец-то! Неужели хоть где-то". На тумбе рядом с моей кроватью лежали белые ромашки, испускавшие чудный аромат. Во всём была видна чистота и порядок, рука хорошей хозяйки. "Почему я здесь? Помню, что упала, но я не могла прийти сюда и не запомнить". Я подняла руку ко лбу в попытке вспомнить и наткнулась на повязку. Ощупав её и попав по ране, поморщилась. Больше никаких повреждений я не нашла.
Двери распахнулись, и в лазарет вошла медсестра. Она увидела, что я сижу, и перестала напевать себе под нос. Улыбка озарила её лицо так, будто я самая желанная гостья в этом месте.
─ Хорошо, что ты уже очнулась. Как себя чувствуешь? ─ голос у девушки был звонкий и ласковый. Я растерялась: она совершенно не боялась меня, а ведь была простым человеком. Та же Эммелина чувствовала себя некомфортно и вечно ожидала от нас нападения. Я с сомнением оглядела медсестру, ища подвох. Она была едва ли сильно старше меня, в почти бездонных серых глазах плескалось счастье, и сама она словно искрилась от любви ко всему вокруг. В глаза бросилась её миниатюрность: из-за слишком тонкой талии казалось, что любое неосторожное движение переломит девушку напополам. Хоть она и была молода, красива и улыбчива, что-то всё же показалась мне странным в ней. Её взгляд был мудрым, как у пожилых людей, ещё заставших мир после Катастрофы. И на ней не было бейджа с именем и должностью ИНЖ.
─ Превосходно, мисс… ─ я с опозданием поняла, что она всё ещё ждёт ответа, ─ простите, я не знаю вашего имени.
─ Ничего страшного. Меня зовут Миранда. Только давай на «ты», ладно? Как зовут тебя?
"Интересный вопрос. Неужели у неё нет карты с моими данными? Или это обычная вежливость?"
─ Сабрина. А что случилось? Я не помню, как тут оказалась.
─ Ты потеряла сознание на тренировке и неудачно стукнулась головой. Такое случается, когда теряешь контроль и даёшь зверю управлять тобой. Не переживай, ты обязательно научишься держать рысь в узде. Рана скоро заживёт – у вас хорошая регенерация. Хочешь чаю с малиновым вареньем? ─ Миранда заливисто рассмеялась, увидев, как посветлело моё лицо, ─ пойдём, не стесняйся. Мне так скучно одной.
─ С удовольствием, – мы вместе прошли в её маленький и такой же светлый кабинет
Миранда быстро завоевала моё доверие, как единственная дружелюбная сотрудница этого проклятого центра. Пока я пила горячий чай, она рассказала мне свою историю. Миранда закончила медицинский университет и собиралась строить карьеру в городской больнице, но её пригласили в ИНЖ, пообещав хорошие деньги и научные открытия, которые перевернут мир. Молодая и наивная студентка, стремящаяся изменить мир к лучшему, она согласилась. Когда же поняла, что представляет собой МакВизард и в чём она замешана, было уже поздно. Он не позволил ей уйти. Тогда Миранда решила исправить свою ошибку любой помощью нам, монстрам: беседовать, учить, лечить, дружить. Тут ей даже нравится, и лишь иногда нападает тоска по прежней жизни. Где-то на территории центра у неё есть оранжереи и теплицы, в которых она выращивает цветы и лекарственные травы.
"А ещё её кормят явно лучше, чем нас" – я по одному чаю поняла, насколько велика вкусовая пропасть между нашим питанием. Насыщенный, с настоящими листьями мелиссы и мяты, этот чай согревал. И варенье не было резиновым на вкус, оно оставляло в чае настоящее ягодное послевкусие.
─ Такой вкусный чай, мне очень понравился, ─ похвалила я.
─ Правда? Спасибо. Посидим ещё немного?
─ Боюсь, мне пора, ─ я с сожалением встала из-за стола, – не думаю, что находиться вне камеры разрешают.
─ Увы, ты права. За вашими передвижениями следят очень строго. Но здесь лазарет, поэтому если покажется, что тебе плохо – приходи обязательно. Даже если плохо душевно, а не телесно, – Миранда поднялась следом и нежно улыбнулась.
– Дойдёшь сама?
─ Конечно.
Миранда запретила мне возвращаться на тренировку, и я послушалась. Каким-то неведомым чутьём получилось добраться до своей камеры и не перепутать этажи. Дверь послушно открылась, едва я подошла к ней. "Так легко? Я думала, придётся ждать остальных. А что, если всё просто? Все ищут способ выйти из камеры, а он и не нужен? Достаточно между дверью и стеной положить что-то, и дверь не закроется до конца!" Я оглянулась – никого. Осторожно стянула с ноги кроссовок и положила его в дверной проём, но сама заходить в камеру не стала. Дверь закрылась и вытолкнула обувь внутрь камеры.
─ Чёрт тебя подери, – выругалась я. "Значит, войти можно всегда, а выйти только с сотрудником. Проклятье!" Переваливаясь с обутой ноги на босую, я дошла до конца коридора и проверила остальные двери: ни одна чужая камера не пустила меня внутрь, и выйти на лестницу тоже не получилось. Только столовая не имела ограничений, но есть мне не хотелось.
Спустя пару часов я лежала на кровати и смотрела, как вспотевшие и уставшие монстры расходились по камерам. Тайрон, проходя мимо моей двери, послал мне воздушный поцелуй. Я улыбнулась ему и ощутила, как щеки начали краснеть. "Почему он такой невероятный и такой красивый?". С приятным чувством в груди я вскоре заснула, не дожидаясь выключения света.
Глава 5
Если бы всё произошедшее со мной было сюжетом книги, я бы очень хотела узнать о жизни монстра подробнее. Может, даже подумала бы, что жизнь монстра лёгкая и интересная. Какое же глупое заблуждение, никому не пожелала бы пройти через это! Первая сложность – не сойти с ума от происходящего в центре. Привычный мир разрушился, розовые очки слетели, и ты чувствуешь себя крохотной птичкой посреди урагана. Вторая сложность – привыкнуть к новой части себя, разобраться в поведении рыси, научиться управлять ушами и хвостом. Я пока так и не поняла, как это сделать: чувствую уши и хвост, но пошевелить ими не могу, хоть и напрягаюсь изо всех сил. Они живут своей жизнью, шевелятся в случайный момент и нервируют меня. Рысь имеет своё понимание ситуации и выражает недовольство непонятными мне реакциями. Я совсем не понимаю, чего она хочет от меня и расстраиваюсь от того, что она живёт внутри меня. Третья же сложность – одежда. С этой проблемой я столкнулась ещё в первый день, когда переодевалась. Хвост ощущался лишней частью тела, убирать его под одежду было невероятно неудобно. Он ощутимо мешал ходить, и спать на спине стало невозможно. Кэтти сказала, что мне ещё повезло иметь маленький хвост, собственный длинный и пушистый хвост раздражал её больше.
На тренировке я заметила, что у всех монстров хвосты находятся снаружи, но не смогла понять, как они сделали отверстия в одежде. Ничего острого и режущего у меня не было, в столовой имелись только вилки и ложки, и вряд ли здесь открылся швейный кружок. Однако на следующее утро во всей моей одежде появились ровные отверстия под размер моего хвоста. При мысли о том, что это постарались сотрудники центра, я залилась краской. "Наверняка Эммелина измеряла мой хвост для этого. Только как они поменяли одежду? Пока я спала?" Рысь бы услышала вторжение в камеру, почему-то я была в этом уверена. После тщательного осмотра шкафа и совещания с Кэтти я убедилась, что у полок есть подвижность, которая позволяет отвезти одежду куда-то вниз и поднять оттуда же новые вещи. После этого открытия сердце сдавило нехорошее ощущение. Я кинулась к кровати и подняла матрас. Под ним лежала моя старая одежда, никем не тронутая, с засохшими пятнами грязи. "Обязательно постираю её сегодня в душе" – твердо пообещала я себе. Хорошо, что у меня не забрали кусочек моей прошлой жизни. Плохо, что надежды на спасение уже не было, и джинсы с туникой останутся просто памятью о свободе.
Я поняла, что в нормальной жизни мне больше не было места. Началось существование монстра: взаперти, среди строгих правил, странных вещей и таких же, как я, полузверей. Довольно забавно, что адаптация прошла так быстро. Ещё пару дней назад я плакала и билась об стены, пытаясь найти выход, а сейчас ничем не отличаюсь от остальных заключённых.
Я с нетерпением ждала, когда придёт время завтрака и Эммелина выпустит меня. Едва раздался писк двери, я быстро шагнула наружу.
– Доброе утро! – улыбнулась встретившей меня Эммелине. Она вскинула бровь, словно не ожидала от меня вежливости. Её губы едва заметно дрогнули, но улыбка не появилась.
– Доброе, Сабрина. Иди на завтрак.
Эммелина на этот раз только проследила, что все идут в нужном направлении, и после ушла.
В столовой, как и в первый раз, было много народу. Глазами я быстро отыскала Кэтти и удивилась, когда увидела, с кем она сидит. Тайрон и Рэй с интересом слушали, а подруга втолковывала им что-то. На губах парней сияли одинаковые озорные ухмылки, видимо, Кэтти рассказывала истории из своей жизни. Все трое вели себя так, словно знакомы уже пару лет, а не один день. Поборов смущение, появившееся при виде Тайрона, я направилась к столику в углу, за которым мы познакомились с парнями, и где теперь сидели эти трое.
─ Сабрина! ─ Кэтти бросилась обниматься. Я улыбнулась, вдохнув цитрусовый запах, который всегда окутывал девушку. Тут же на ушах и хвосте вздыбилась шерсть, рысь словно сжалась и хотела увести меня от Кэтти. Я неловко разорвала объятия и нервно отряхнула ладонью уши.
– Не знаю, что с ней не так, – тихо извинилась перед подругой. Та улыбнулась и перевела тему:
─ А я как раз рассказывала ребятам историю с охранником и ночной вылазкой в школу.
─ Да, это было весело, ─ согласилась я, вспоминая, как мы бродили по школе с фонарями и в масках. Нашей целью было вытащить скелет из кабинета биологии в коридор и нарядить его. В результате мы его уронили, на грохот прибежал охранник, увидел распростёртый на полу скелет и позвонил в полицию. Нам чудом удалось выбраться из школы через окно в туалете первого этажа.
─ Держи, ─ Кэтти пододвинула мне завтрак. Я с аппетитом накинулась на жареные тосты с сыром, про себя жалея о вкусных маминых панкейках. Подруга закончила свою историю:
– Ну и вот так вместо слухов о призраке-скелете все сплетни были о ворах, которые ограбили директрису и стащили с её стола что-то страшно важное. Пока все гадали, что это могло быть, мы с Сабриной долго смеялись над этим.
Я тем временем утолила голод и поинтересовалась:
─ Как я оказалась в лазарете?
─ Ну, когда ты упала, я не сразу поняла, что произошло. Эммелина тут же остановила тренировку, я огляделась, а ты лежишь на земле. Было столько крови! Тайрон донёс тебя до лазарета, мне не разрешили к тебе пойти. Я так испугалась!
Последнюю фразу подруги я не услышала. "Тайрон донес меня до лазарета? На руках? Какой стыд!" – я почувствовала, как запылали щеки.
─ О, Тайрон, не стоило, правда…
─ Да брось, было не тяжело, ─ отмахнулся тот, ─ к тому же ты вкусно пахнешь. Шоколадом и мятой.
После этого заявления я мучительно желала провалиться под землю и ниже, потому что покраснела до самых корней волос. Рэй удивленно поднял брови, Кэтти улыбнулась, а Тайрон даже глазом не моргнул. Я взглядом выразила ему весь мой гнев, а парень лишь рассмеялся на это.
Замечание Тайрона вызвало тоску по дому. Мятный шоколад, моя любимая сладость, всегда лежал в шкафчике на кухне, и ни один день не проходил без заветной плитки. На выходных и каникулах всё свободное время я проводила у мамы в кондитерской. Она учила меня готовить, давала дегустировать новые сочетания и ждала моего вердикта. Мамины сладости пользовались успехом у всего Города, а я мечтала вырасти и по-настоящему работать вместе с ней. Как же я любила прижаться к маме и вдыхать родной запах корицы, кофе и молока! А теперь я никогда не зайду в кондитерскую, не помогу с готовкой, не обниму её…
─ Сабрина, всё в порядке? ─ будто издалека донесся обеспокоенный голос Рэя. Я моргнула и натянуто улыбнулась.
─ Да, конечно, просто задумалась.
─ У тебя был несчастный вид.
─ Давайте разойдёмся пока, надо отдохнуть перед тренировкой, ─ предложила Кэтти, избавляя меня от необходимости пояснить парням хоть что-нибудь. Я была благодарна ей за чуткость.
Мы направились к выходу, мальчики остались за столом. Возле дверей меня остановила Хлоя и настороженно оглядела с ног до головы.
─ Привет, надо поговорить, ─ заявила она.
Кэтти открыто улыбнулась:
– Конечно! Мы будем рады знакомству с тобой.
Она взяла меня за руку, как всегда делала в школе. У неё было много знакомых, которые подходили к ней обмениваться новостями, и я часто чувствовала себя ненужной в такие моменты. С того дня, когда Кэтти случайно об этом узнала, не было ни раза так, чтобы она не проявляла ко мне повышенную заботу при разговоре с другими.
Хлоя же, увидев этот жест, среагировала странно: по её лицу пробежало сильное удивление, мимолётная радость и следом грусть. Я только сейчас заметила, какого цвета у неё глаза. Один был насыщенно-карим, темнее, чем у Тайрона, а второй голубым, холодного оттенка, как небо морозным утром. Так необычно, так красиво. И очень подходит Хлое, как мне показалось. "Вот бы нарисовать её…" Я моргнула, отвлекаясь от своих мыслей, но к счастью, девушка не заметила, что я задумалась. Её что-то тревожило, но я не понимала, что.
─ Белочка, ты тут новенькая, не так ли? ─ начала Хлоя. На Кэтти она даже не смотрела.
─ Я рысь. Но да, мы с Кэтти всего несколько дней здесь. А ты?
─ Достаточно. Хочу сказать только одно – не сближайся с близнецами, ладно?
─ С какой стати? ─ удивилась я.
– Спасибо за совет, но мы сами решим, – Кэтти встала между мной и Хлоей. Та рассерженно рыкнула:
─ Держитесь от них подальше.
Она резко развернулась и ушла к ожидающей её компании. "Ого, да это ревность. Интересно, она просто не переносит, что она не единственная девушка, с которой общаются, или я ей чем-то насолила? Хотя чем, мы ведь даже не пересекались до этого момента?"
– Это было очень странно, – подытожила Кэтти, когда мы вышли из столовой.
– И не говори. Чем я её задела, не могу понять?
В своей камере я обдумывала эту стычку. "Молодец, Сабрина, на третий день в центре ты уже заработала себе врагиню[1]. Класс! И почему она решила, будто может указывать мне, как себя вести? Ревнует ко мне кого-то из близнецов? Это же смешно: я не харизматичная, вечно смущаюсь и не умею заводить диалог. Кому такая понравится? То ли дело яркая и задорная Кэтти или уверенная и заметная Хлоя. Тайрону я могу быть только подругой, это очевидно. Мы так быстро подружились с мальчиками, всего за два дня. Это очень здорово, я не хочу ничего испортить".
Пропищала панель. Я открыла новое сообщение и тут же поняла, от кого оно.
«Сабрина, срочно сделай прозрачные стены, мы должны поговорить!»
Да, такие импульсивные сообщения могли прийти только от моей взбалмошной подруги. "Интересно, как она научилась писать сообщения?" У меня вчера не вышло найти эту функцию. Я переключила цвет стен и уселась на пол. Подруга ходила туда-сюда по камере, держась за голову. Лёгкая бледность выдавала её волнение.
─ Кэтти, я вся внимание.
Она упала на кровать, потом сползла на пол и села рядом со мной. На миг показалось, что между нами нет невидимой преграды.
─ Ты не поверишь, но я, кажется, влюбилась, ─ Кэтти спрятала лицо в ладонях. Для меня это не было неожиданностью ─ она весьма влюбчива, так что я могла предположить такое развитие событий. Но, чтобы не разочаровать подругу, я изобразила удивление и поинтересовалась:
─ В кого?
─ В Рэя. Он такой умный, но не скучный, у него классное чувство юмора, он красивый, а главное, он понимает меня! ─ Кэтти перечисляла достоинства парня, пока я не остановила её.
─ Подожди, ты уверена в своих чувствах?
─ На все сто! Как думаешь, я ему нравлюсь? – Кэтти мечтательно смотрела на меня, но её мысли витали где-то далеко.
─ Может, лучше не показывать ему пока чувств и посмотреть, как он будет себя вести? А то получится, как тогда с Брендоном.
─ Не напоминай даже! И как я могла влюбиться в него, мы совершенно не подходили друг другу!
Я подавила смешок и выразила надежду, что чувства подруги в этот раз будут взаимны.
─ Конечно, он ведь не такой, как все остальные, ─ с жаром ответила Кэтти. "Сколько раз я это слышала, интересно?"
Вечером я лежала на кровати и думала о Тайроне. Может, он влюблен в Хлою или в кого-то другого? Может, у него уже есть девушка за пределами ИНЖ? Какие ему нравятся? В любом случае, шанс, что он влюбится в меня, мал. А я бы хотела, чтобы он испытывал ко мне чувства? Сон еще долго не шёл ко мне. Утром я встала в плохом настроении, не выспавшаяся, и отметила пятый день моего пребывания в этом чёртовом месте. Целый день я только наблюдала за новыми друзьями, пытаясь как можно лучше их узнать и понять.
Тайрон, младший из братьев, был более активным и шебутным, а Рэй – более спокойным и рассудительным, но тоже весельчак и сорвиголова. Парни всё обращали в шутку, подхватывая мысль друг друга на лету. При этом любили блеснуть умом, с ними было интересно разговаривать – именно такими я видела идеал парней. Рядом с ними я почувствовала тепло и трепет: неужели у меня есть новые друзья? Они искренне интересовались не только Кэтти, но и мной, и благодаря этому я перестала чувствовать себя зажато рядом с ними.
Рэй, к моему облегчению, тоже обратил внимание на Кэтти – подруга явно была ему симпатична. Тайрон пару раз подкалывал брата этим и тут же заговорщицки улыбался мне, будто говоря: "Тебе кажется это забавным, Рыська?". Кэтти смеялась и отмахивалась от него, а Рэй выглядел так, будто не понимал, о чём мы.
Следующие дни в ИНЖ потекли размеренно: по утрам встреча в столовой, потом тренировка, а вечером всё в той же столовой Кэтти и ребята учили меня обходить ограничения на панели, чтобы свободно переписываться. Вскоре я освоила этот способ, и мы частенько переписывались ночами. Единственное, что меня волновало в такие бессонные часы – моя симпатия к Тайрону становилась всё сильнее, и прятать её было мучительно. Но я была счастлива, насколько это возможно, получив величайший дар на свете – друзей. Конечно, воспоминания о прошлом не отпускали ни на минуту, но тоска поутихла. Вспоминались строки одного древнего поэта:
"Привычка свыше нам дана,
Замена счастию она".
Прочитав их давно на экскурсии в музее "Время До", я не смогла понять, как привычка может заменить счастье. Теперь же пришло осознание. Жестокая и печальная истина: привыкнув к заключению, я перестала мечтать о возвращении. К тому же мы были вместе, это придавало сил и смелости.
Тайрон и Рэй всё нам показывали и рассказывали, помогали освоиться. В один из вечеров они пришли на ужин с одинаковыми нетерпеливым ухмылками. Тайрон держал руки за спиной. Кэтти с любопытством протянула:
– Ну и ну, вы хотите сделать сюрприз?
Тайрон положил передо мной длинную плоскую коробочку и сказал:
– Мы не смогли удержаться, так что это тебе.
– Видеть, как ты хандришь, очень грустно. Поэтому мы надеемся…
– Нет, мы рассчитываем, что ты вскоре нас порадуешь результатом.
Кэтти положила подбородок мне на плечо, глядя, как я открываю подарок. На глаза навернулись слёзы. В коробочке лежали десять цветных карандашей, разных по длине, но остро заточенных. "Я же один раз обмолвилась о своём хобби! Они запомнили?" Близкие считали, что у меня талант к рисованию, да и мне нравилось передавать на бумаге увиденное. Парни, увидев мои первые рисунки в ИНЖ, пришли к такому же выводу. Это было очень приятно. Перед отбоем я зарисовывала всё, что под руку попалось. В ящике стола накопилась куча рисунков, и я часто их пересматривала, снабжая пояснениями. В моём «альбоме» были зарисовки помещений ИНЖ с простыми сюжетами на них, герань, стоящая на окне в коридоре, портреты Тайрона, Кэтти и Рэя. Все рисунки я показывала друзьям, кроме одного. В дальнем углу ящика лежал портрет по памяти – МакВизард со шприцом. Не знаю зачем я нарисовала его, просто чувствовала, что важно выплеснуть страх перед этим чудовищем на бумагу.
Заслужить поощрение от Эммелины оказалось не так то просто. Но я поняла, что принцип такой же, как в школе – чем больше инициатива и активность, тем дружелюбнее к тебе взрослые. Я вызывалась убираться в столовой и разгружать поставку еды; прибирала тренировочный зал после какой-то разрушительной тренировки; один раз даже помогла Миранде сортировать лекарственные травы. Благодаря этому я не только больше времени проводила вне камеры, но и зарабатывала возможность выйти на улицу. Кэтти показывала хорошие результаты на тренировке, поэтому ей так же разрешали гулять со мной. Рэй и Тайрон никогда не выходили из центра, и это было странно. При желании они могли бы иметь кучу поощрений. Мы с Кэтти поняли, что у них есть какая-то личная причина не искать прогулок, и не задавали вопросов.
Вдвоём мы бились об силовое поле и искали выход, но безрезультатно. Вход и выход с территории ИНЖ был один, его постоянно охраняли. Открытием стало то, что в центре было много других монстров, про них я ничего не знала. А вот ребят с нашего этажа я начала узнавать ближе с подачи Кэтти. Самая неудачная попытка пообщаться у нас вышла с полугиеной Зарой. Она была немой и избегала контактов со всеми, кроме Молли. Никто не знал её фамилии и как она сюда попала, а самое грустное – не хотел знать. Я с печалью наблюдала, как Зара беззвучно шевелит пухлыми губами, складывает тёмными пальцами непонятные жесты и досадливо теребит короткие мелкие косички, подбирая способ выразить слова. Мы не смогли построить диалог с ней, и она оскалилась, прогоняя нас.
Молли Айрен была её полной противоположностью от внешности до характера. Гиена у Зары выдавала себя светлыми пятнами по тёмной коже, широкими круглыми ушами, обрубленным хвостом и белоснежными маленькими клыками. Антилопа Молли практически не изменила её внешность, на виду были только витые серые рога. Позже я узнала, что за каштановыми волосами прятались маленькие белые ушки. На фарфорово-бледном лице с россыпью блеклых веснушек единственным акцентом были печальные чёрные глаза. Молли более дружелюбно отнеслась к нашей попытке познакомиться, представила своему парню и извинилась за Зару. Ей единственной в центре удалось подружиться с полугиеной, она понимала её жесты и могла переговариваться с ней часами. А ещё она предложила свою поддержку на случай, если нам с Кэтти будет тяжело привыкнуть к заключению.
Джеральд О'Нил, парень Молли, был единственным представителем птичьих, наполовину коршуном. В первую встречу встречу с ним меня напугал пронзительный взгляд глаз медового цвета. Казалось, этот парень ненавидит всех и вся. Чёрные, как дёготь, волосы, крючковатый нос и складка на лбу вызвали неприятное впечатление. Рыси очень не понравились большие крылья за спиной Джеральда: запах тёмных перьев щекотал нос. Сама не знаю, отчего, но этого парня я сторонилась больше всех остальных.