Я бы на месте Борзого таким двуличным бабам вроде Машки кольцо не на палец надел, а засунул бы куда следует, чтоб не плодились больше и не разводили вокруг себя грязь.
– Назар? – застревает голос Светы где-то в отдаленных уголках сознания. – Ау?
Фокусирую зрение. Уперев ладони в коленочки, передо мной склонилась Света. Взирает на меня своими глазами-пуговками.
– Чего тебе? – немного грубо прилетает.
Еще не переключился от мыслей о Машке-блуднице, как Света вторглась в мое личное пространство.
– Так это… – сконфуженно произносит, покраснев, – я хотела вас на чай пригласить. Хотите?
– А есть че покрепче?
Света выпрямляется. Моргает.
– Не знаю. Это ж ваш дом. Хотите я позову Хеннесси?
– Свет, в пятницу ничего не планируй, – задумавшись, говорю, чем ввожу ее в ступор.
– Как жаль, у меня как раз дел было невпроворот, – шутить она пытается, горло прочищает, понимая, что шутка не удалась. – А что будет в пятницу?
– Операция по спасению крупно рогатых, – отчебучив, расплываюсь в азартной улыбке.
Света глаза округляет в непонимании. А я сам не понимаю, зачем ввязался в это. Да еще и девчонку впутал.
– А ты пока собирайся. Поедем в клинику анализы сдавать, а чаек по дороге попьем, – распоряжаюсь.
Света не рада такой перспективе. Приуныла вдруг.
7. Результат анализа прошлого
По дороге в клинику Света преимущественно помалкивала всю дорогу. Лишь изредка она вздыхала, поглядывая в окно.
Чем ближе мы подъезжали к месту, тем тяжелее были ее вздохи.
Нервничала девчонка.
Оно и понятно. Я б тоже перебздел, если бы какой-то идиот меня родить от него заставил.
Ну, образно выражаясь.
Сегодня я смог записать Свету только на осмотр и УЗИ, а уж если "внутри" у нее все работает как швейцарские часы, то можно будет смело приступать к подготовке.
Надеюсь, за месяц уложимся.
В кабинет гинеколога Света входила так же неохотно. Долго стояла в проходе, переминалась. Оглядывалась, смотря на меня так, словно прощалась. Как будто я и впрямь на органы ее продаю.
Пришлось утешать дуреху на глазах у всего персонала.
К груди своей ее голову прижал, мягкие волосы перебирал, успокаивал. Я видел на ее лице сомнения, чувствовал страх, сквозящий из нее.
Тогда я сказал, что она может уходить. Прямо сейчас может отказаться от моего предложения и вернуться к своей прежней жизни.
Я ж не тиран какой-то там, чтоб насильно заставлять делать то, о чем она потом может пожалеть.
Я предоставил ей выбор: выйти из этой клиники без возможности передумать, либо засунуть куда подальше все свои страхи, войти в кабинет и пройти осмотр.
Света умненькая девочка. В результате она выбрала второй вариант, практически не колеблясь.
Вошла в кабинет, оставив меня сидеть на раскаленных углях.
По прошествии десяти минут, что она находится в кабинете, меня начинает раздражать абсолютно все, что окружает: люди, галдеж, характерный запах медикаментов.
От безделия становлюсь у куллера и за последующие пять минут выпиваю всю воду из него.
Шалят! Нервишки-то шалят! Не стальные все-таки!
Стоит подумать о чашке забористого кофе, как на глаза вдруг попадается уголок для посетителей. А там стол со стоявшей на нем банкой дешманского растворимого.
Хватаю банку, отвинчиваю крышку и сыплю в пластиковый стакан прямо из горла. Застываю, вытянув руку со стаканом перед собой.
Залить-то нечем. Облом в чистом виде.
С кислой рожей смотрю на пустой бутыль в куллере, затем на стакан, ровно наполовину наполненный черным кофе. Гипнотизирую его.
Да и черт с этой водой!
Разве забыл как в школьные годы с голодухи сухой "роллтон" жрал?
Внутри один фиг все растворится.
В итоге опрокидываю в себя стакан, набивая полный рот кофе. Челюстью активно работаю, ощущая как горькие гранулы похрустывают на зубах.
Разворачиваюсь и напарываюсь на ошарашенный взгляд администраторши, сидящей за стойкой. Она в шоке пребывает от моей выходки.
– Чего уставилась? Думаешь, псих? А хрен ты угадала! Вода у вас тут закончилась! – в грубой форме бросаю, сминая в ладони стакан.
Оскаливаю зубы в кофейном налете, после чего швыряю в урну то, что осталось от стакана, и скрываюсь от пришибленной администраторши в тамбуре. В нем тесно и мрачно как в карцере.
Вынимаю телефон из кармана пиджака. В сообщениях пусто. Тогда я отправляю Борзому напоминалку: "Ты там сдох, что ли? Че так долго?"
Федька моментально перезванивает.
– Да, сдох! Только не я, а сервер, будь он проклят, – отчитывается он впопыхах, жует что-то. – Минут двадцать назад только починили!
– Так и что в итоге? Сколько еще ждать?
С того конца провода раздается хлопок двери и шипение.