Однажды 30 лет спустя

– А как ты? – увожу его от темы моего прощального письма. – Вижу, дела идут. Говорят, ты солидный человек.

– Врут, – усмехается. – А если честно, у нас с другом строительная компания. Ты, наверное, помнишь его. Мы служили вместе. Даниал.

Напрягаю память и действительно, вспоминаю, что у его армейского товарища имя начиналось на “Д”. Именно он стоял на шухере, пока мы целовались.

– Да, я вспомнила. Как он?

– Нормально. Тоже дед. Недавно правда попал в аварию, поэтому я сейчас за двоих.

– Ого. Надеюсь, ничего серьезного?

– Жить будет.

– Дай Бог ему здоровья, – говорю искренне, хоть и видела его всего раз в жизни.

И снова он молчит, следит за дорогой и крепко сжимает руль. Я не отвлекаю его вопросами, но украдкой рассматриваю. Он хорошо сложен, следит за собой. Лицо добродушное, красивое и твердое. Посильнее обхватываю пальцами ручку сумки, немного нервничаю от неловкости. Интересно, какой была его жена и почему он с ней развелся? А Жанна…какая она? Не сомневаюсь, что очень красивая. По-другому быть не может. Рядом с таким мужчиной, как Игорь, должна быть красивая женщина ему под стать.

И вот она снова звонит. Ее входящий отображается на дисплее. Игорь нажимает кнопку на руле, как в прошлый раз, но звонок не сбрасывается.

– Черт, не то, – бубнит себе под нос. Думает, что тихо, но я услышала.

А еще в салоне раздается спокойный, мелодичный голос Жанны.

– Игорь, у тебя все хорошо? – интересуется она.

– Да, Жанна, я еду, – отвечает он напряженно.

– А, слава Богу. Ты обещал после стрижки, я всё жду. Думала, вдруг что-то случилось. На улице такая непогода.

– Задержался. За рулем, – говорит он рваными фразами.

– Всё-всё, не буду отвлекать, милый.

– Пока.

Он быстро заканчивает разговор и больше не смотрит на меня. Я жалею, что согласилась поехать с ним. О чем я только думала? Просто потянуло, но это все призрачною. Фантомная боль – отголоски той, что давным-давно улеглась. Я мазохистка, не иначе.

– Вон там, у детского магазина останови, пожалуйста. Во двор не надо, – прошу его сдержанно.

– Мне не сложно, – сурово откликается он. Замечаю, как изменилось его настроение и выражение лица. Одному Господу известно, что творится в его голове, но мне отчего-то тревожно.

Черный джип заезжает во двор и аккуратно паркуется в свободном кармашке. Удивительно, что место в нашем дворе вообще есть. В салоне темно, спасает только фонарь на улице.

– Спасибо, что подвез. Рада была встрече.

– Не за что, – кивает он, смотря перед собой.

“Но я не рад”. Так что ли?

Он молчит, хмурит брови и поворачивается ко мне корпусом. Во рту пересыхает, чувствую исходящую от него опасность, паникую. Очень хочется на улицу, но дверь заблокирована. Боже, только не это!

– Наверное, мой порыв был ошибкой, да? – с горечью спрашивает он.

– Игорь, выпусти меня, пожалуйста, – нервно дергаю ручку.

– Просто скажи мне, Лиз, чем он был лучше меня? – говорит громко, с надрывом. – Почему он? Ты любила его? Он дал тебе то, что ты хотела? Ты такой жизни хотела? Я мог дать тебе больше. Я любил тебя! До безумия любил!

Я хочу закричать, что всё было не так, как я написала в том дурацком письме. Что я всю жизнь об этом жалею. Что “того” на самом деле не существовало, что я запуталась, испугалась, стыдилась себя и того, что случилось. Мне внушили, что я сама виновата.

– Игорь, прошу тебя, ни о чем не спрашивай и выпусти меня, – умоляю. Пусть отпустит, уедет и мы обо всем забудем. Каждый будет жить так, как жил.

В темноте зимней ночи слышу его тяжелое дыхание и бешеный стук собственного сердца. А потом он, наконец, разблокирует двери. .

– Иди, – звучит бесцветно.

Я быстро выхожу из машины и иду к подъезду. Морозный ветер студит губы, снег слепит, как и жгучие слёзы, что я не могу удержать. Я задыхаюсь от мучительной боли, печали и сожаления. Все его вопросы справедливы, но меня растоптало то, как он их задал. Мы не должны больше пересекаться. И, наверное, мне надо искать другое место.

А сегодня у нас еще визуалы и саундтрек вот по этой ссылке https://litnet.com/shrt/lSrh

Глава 4

Игорь

– Да, Елизавета Аркадьевна Лапина. Салон “25 студия” выше Арбата. Не знаю, сохранила ли она фамилию. Мне нужно всё, что сможете нарыть, Лев.

– Пришлите, если знаете, дату рождения. И адрес. Хотя бы ориентировочно. Это упростит задачу, – говорит мне надежный человек, который и покойника из-под земли достанет. Решил обратиться к человеку на стороне, а не к безопасникам.

– Напишу. И скидывайте информацию по мере поступления.

– Наблюдение планируете?

– Нет, только информация, – говорю не подумав, но на самом деле не собираюсь следить за ней. Хочу лишь знать хоть какие-то подробности.

– Принял, – деловито отвечает Лев Захаров.

– Спасибо, Лев. И еще раз извините, что рано.

– Ничего, я не сплю.

Закончив разговор, сажусь на край кровати, упираю локти в колени и подношу к губам кулак, в котором зажат телефон. Со вчерашнего вечера думаю о ней и не могу выкинуть из головы. Тридцать лет ее не было в моей жизни. И за эти годы я часто задумывался, что с ней стало и какой стала она сама.

Лиза всё такая же красавица! Ей уже не восемнадцать, а сорок восемь, заметны тонкие морщины на лице и шее, но глаза такие же пронзительные и голубые, как летнее безоблачное небо. В них я увидел растерянность, печаль, вину.

Конечно, я сразу ее узнал, ее образ долгие годы был высечен у меня на сердце. Заметил, что и она тоже поняла, кто перед ней. Но мне в тот момент было тяжело это признать, потому что боль, которую я давно похоронил, воскресла.

После армии я спрятал фото и письма Лизы в кармашек дембельского альбома. Пришел однажды домой, жена дуется. Выяснилось, в шкафу что-то искала, наткнулась на альбом, прочитала все и порвала. В том числе и снимок.

Орал на нее как псих, а потом вышел из квартиры. Она мне этого не простила. А я…чёрт возьми, я понимал, что глупо держаться за эти вещи.

Тот день, когда я получил от нее последнее письмо, помню до сих пор. Лиза написала: “Прости, я встретила другого и приняла его предложение. Мы уезжаем вместе в Россию. Пожалуйста, не ищи меня и прости, если сможешь. Желаю тебе счастья и не держи на меня зла”.

В тот момент я сошел с ума. Мой друг Даниал тоже читал это послание, а потом понял, что я задумал. У меня помутился рассудок, я пошел в оружейную за автоматом, пока никто не видел. Но Даник незаметно следовал за мной и дал мне по морде, приведя в чувство. Если бы он этого не сделал, я бы себя убил, или сбежал бы из части. В первом случае бесславно бы сдох, во втором – попал бы под уголовную статью. Вот так мне было плохо. Я любил Лизу. Обожал ее. Она снилась мне ночами и звала. И я просыпался в холодном поту в надежде на то, что ее уход был просто кошмаром.

Отслужив, приехал в Алматы и сразу отправился в ее общагу. Но там ничего толком не узнал. Мне рассказали, что соседка Лизы по комнате вышла замуж и эмигрировала в Германию. Потом я нашел ее подругу, о которой она писала. Та меня выслушала и подтвердила всё написанное Лизкой в письме. Оказалось, она отчислилась после первого курса и больше ее никто не видел.

Я не знал, где искать Одуванчика. Мы с Даниалом ходили в паспортный стол, но так ничего не выяснили. Ресурсов, как и денег, у меня тогда не было. Потом поехал к матери в наше село Чилик и она мне рассказала, что Лиза приезжала к своей маме, но разругалась с ней в пух и прах. Соседи через забор наблюдали, как мать ее гоняла по огороду, била полотенцем и обзывала, а отчим потом ее по лицу ударил и сказал: “Вали к тому, кто тебя обрюхатил”.

У меня руки чесались этому дядьке въехать по лицу, но оказалось, что они дом продали и уехали….в Россию.

Для меня это был конец всего. Больше не у кого спрашивать. Я понял, что Лиза забеременела от другого, хотя мы с ней договорились ждать до свадьбы. Она была невинной и чистой девушкой. Но тогда я подумал, что жестоко в ней ошибся.

Тридцать лет спустя Лиза Лапинаа стояла передо мной и не знала, куда бежать. Внутри меня в тот момент всё полыхало. Масла в огонь подлили ее мягкие пальцы, что массировали голову во время мытья. Это был незнакомый кайф, который я никогда не ловил во время этой процедуры. Лиза словно проходилась по нервным окончаниям, вызывающим странный трепет и невероятно приятные ощущения. От самой макушки по телу пробежали мурашки и стало так хорошо, что я внезапно отреагировал на нее.

Выйдя из салона, я хотел сразу уехать, но черт меня дернул дождаться. Фатальная ошибка. Не смог удержаться, предложил подвезти. А потом эти наши странные диалоги и взгляды, звонок Жанны, мой выпад о том, почему она предала меня. Ведь столько лет прошло, неужели я хочу во всем этом копаться?

Пока доехал до Жанны, решил, что нет, не хочу. Пусть все останется как прежде. Мы уже прожили жизнь врозь, у каждого она своя. Я уже два месяца встречаюсь с Жанной – консультантом по налогам из компании “Большой четверки”. Ей тридцать девять, разведена, детей нет, успешна и красива: высокая, стройная женщина с длиными русыми волосами и большими серыми глазами с поволокой. Да, у меня не взрываются в сердце фейерверки, как это было лишь однажды с Лизой Лапиной. На матери своего сына я женился по залету, а после развода просто жил, как большинство одиноких мужиков. Только теперь с умом.

В эту ночь я надеялся, образ Лизы исчезнет из головы. Брал Жанну так, что она кричала подо мной и просила еще. Я зацеловывал ее губы, кусал их и изводил себя и её, лишь бы забыть другую.

Но секс с Жанной не спас меня. Да, я впервые остался дома у женшины, хотя это не в моих правилах. Просто очень устал, а она только обрадовалась.

И вот утром я не выдержал и позвонил знакомому владельцу охранного и детективного агентства. Мне нужно узнать о Лизе чуть больше.

– О чём задумался, милый? – в комнату на цыпочках входит Жанна. На ней только белое полотенце, а мокрые после душа волосы падают на обнаженные, блестящие от влаги округлые плечи.

– У меня рейс в два. Мне надо ехать домой за вещами.

– Сейчас только девять, – она опускается на мои колени и обнимает меня за шею. Очень красивая, сексуальная, ухоженная. – А у тебя внутренний рейс.

– И что ты предлагаешь? – бросаю телефон на постель, а она раскрывает полотенце и держит его за края.

Усмехаюсь, стараюсь забыть обо всем, просто приказываю себе это сделать. Предо мной прекрасная, умная женщина, которая мне понравилась с первого дня знакомства. Смотрю в ее глаза и вижу страсть и желание. Спускаюсь ниже, любуюсь гладким, упругим телом, налитой возбуждением грудью. Жанна сидит на мне полностью обнаженная.

– Надеюсь так понятней, что я предлагаю? – она отбрасывает полотенце в сторону и начинает расстегивать мою рубашку. – Я хочу тебя Игорь.

Целует первая, обнимает за шею и я включаюсь в ее игру, фиксирую одну ладонь на затылке, другой веду вниз по спине, к ягодице, которую сжимаю и получаю мгновенную реакцию. Жанна постанывает, прогибается в пояснице, открывая свое тело для ласк.

Я должен забыть эти голубые озерца Одуванчика. Даю себе слово – узнаю только, чем живет, и навсегда забуду. Снова отпущу.

Глава 5

Лиза

Ночью я долго не могу заснуть от того, что даже в темноте вижу лицо с насупленными бровями и мрачно смотрящими из-под них зелеными глазами. В памяти сохранился совершенно другой его взгляд – светлый и влюбленный, а после встречи и этой совершенно ненужной поездки он растворился.

Засыпаю в слезах, думая о том, как я рада за Игоря, что у него всё сложилось хорошо. Он добился успеха, у него есть любимая женщина и взрослый сын. Я счастлива за него от всего сердца.

Утром, во время завтрака, приходит сообщение от Равшаны о том, что две женщины отменили записи из-за гриппа. Предсказуемо. Значит, у меня есть еще немного времени побыть дома. А может, выйду пораньше и пройдусь на морозе, послушаю с удовольствием, как снег скрипит под ногами. Кухонька у меня маленькая, всего шесть квадратов, стол приставлен к подоконнику. Обнимая пальцами кружку с горячим чаем, смотрю в окно и любуюсь зимним пейзажем. Всё вокруг ослепительно белое, волшебное. Как тогда, много лет назад, в день нашего знакомства.

Я переехала в поселок Чилик в трех часах езды от Алматы вместе с матерью. До этого мы жили в военном городке Гвардейский, а мой папа служил в учебной мотострелковой дивизии. В сорок лет у него внезапно оторвался тромб. Наша жизнь после его смерти изменилась. Однажды мама поехала в Алматы присматривать для нас новое место, а меня оставила в семье папиного сослуживца.

Вернулась она какая-то другая, в хорошем настроении и с блеском в глазах. Оказалось, познакомилась с мужчиной, влюбилась в него, а он быстро предложил ей переехать к нему. Я тогда подумала: “Как так? У меня только папа умер, а она уже влюбилась”. Очень злилась на нее, пыталась поговорить, но она лишь отмахивалась – мол, маленькая еще, не поймёшь. И я правда ее не понимала, а еще стала замечать косые взгляды в ее сторону.

В военгородке маму все осуждали, потому что очень уважали моего отца. Но ей было всё равно. Как она потом сказала в пылу нашей ссоры: “Мне просто осточертело жить в бедности из-за обостренного чувства долга и справедливости у твоего папаши”. Как же я обиделась на нее тогда за эти слова! Папа был моим идеалом, настоящим мужчиной, офицером, прекрасным отцом. Он очень любил меня и называл принцессой.

Новый мамин муж – дядя Петя – оказался большим, крепким мужиком, державшим ларьки в поселке Чилик. Туда-то мы и переехали. Я знаю, что он просто терпел меня, а вот моя мама заглядывала ему в рот. Шёл 1993 год, мама забеременела, а я пошла в новую школу. Помню, как было тяжело привыкнуть к климату, потому что в селе были просто невероятные ветра. Весной, летом и осенью они поднимали всю пыль, которая попадала в глаза и рот, оседала в волосах.

В первую зиму в Чилике я случайно столкнулась с Игорем. После уроков ребята из нашего класса устроили битву в снежки, и мы с одноклассницей тоже попали под раздачу. Увернувшись от очередного удара, я врезалась в высокого мальчика. Он не дал мне упасть, схватил за руку и притянул к себе.

Вскинув взгляд, я онемела от его красоты и зеленых глаз, напоминавших летнюю листву.

– Малая, ты из какого класса? – улыбнувшись, спросил он.

– Я? Из десятого “Б”.

– Шапка где? – усмехнулся.

– Что? – я моргала, как дурочка, чувствуя, что щеки горят вовсе не от холода.

– Шапка, говорю, где?

– Ой, – дотронулась ладонью до головы и поняла, что слетела. – Упала.

Мальчик обвел взором местность, отпустил меня и обогнул. Вернулся через несколько секунд с абсолютно мокрой вязаной шапкой.

– Твоя?

– Моя.

– Как зовут? Не замечал тебя здесь раньше.

Он отряхнул мой головной убор от снега и протянул его мне.

– Лиза. Я недавно переехала. С мамой.

– А. Я Игорь. Далеко тебе идти? Без шапки замерзнешь.

– Не очень. Я шарфом обвяжусь.

– Давай.

Он подождал, пока я накину на голову платок, а потом проводил меня прямо до калитки. К тому моменту я уже влюбилась в него по уши. С первого взгляда. На следующий день он подошел ко мне в школе, спросил, как дела. Одноклассницы чуть не попадали, потому что Игорь учился в выпускном классе и многие были чуточку в него влюблены. А он влюбился в меня.

В тот год я была очень счастлива несмотря на обстановку дома. Проблемы с матерью и отчимом пережила только благодаря Игорю и его поддержке. После последнего звонка его забрали в армию. Я провожала Игоря, обещала писать и ждать. А на следующий год уехала поступать в Алматы. Поступила на филфак КазГУ, получила комнату в университетском общежитии, подружилась с девочками. И это стало началом конца.

Слёзы навернулись на глаза от воспоминаний. А то, что случилось потом мучительным стыдом резало мне сердце. Я бежала из Алматы, бежала из Чилика после ссоры с матерью и разговора со своей несостоявшей свекровью. Открылась ей по-глупости, думала тётя Лена меня поймет и как-то поможет. Но она сказала: "Лучшее, что ты можешь сделать – оставить его по-хорошему". Благодарна ей, что она, по всей видимости, не стала топить меня перед Игорем до конца, раз он так и не знает всей правды.

Опустив голову, смотрю на остывший чай и уже его не хочу. Надо собираться на работу и продолжать жить так, как жила. Мою кружку, убираю хлеб с маслом и колбасой в холодильник, протираю стол. В зале звонит телефон, и я иду не спеша, принимаю вызов и сразу говорю в трубку:

– Привет, Вить.

– Доброе утро. Как дела, Лиз?

– Неплохо, как твои?

– Твоими молитвами.

Тихо улыбаюсь.

– Хотел узнать на счет моего предложения? Что ты думаешь по поводу свидания в ресторане?

Что я думаю? А ничего не думаю. Моя голова была забита другим человеком. Но раз у я решила забыть о нашей встрече, то ответила Виктору:

– Знаешь, а я согласна.

– Серьезно? Очень рад.

Да, почему бы и нет? Меня сто лет не приглашали на свидание, а Виктор показался мне хорошим и адекватным. Возможно, у меня что-то к нему проснётся. Возможно. Однажды.

Глава 6

После двух отмененных записей, ситуация выравнивается, и я работаю три часа без перерыва. Одна клиентка встает, другая садится, я кружу вокруг каждой и знаю, что к концу дня будут падать от усталости. Но мне это нравится. Хорошо, что я послушала в свое время тетю и пошла на курсы. Университет окончить не смогла, но приобрела профессию, ремесло, которое кормило меня, дочь, а в последующем и тётю. Ей я обязана своим спасением. Родная мать меня выгнала и не приняла, а папина сестра, с которой мы только обменивались открытками на знаковые праздники, приютила и стала для моей дочери настоящей бабушкой. Вот как интересно устроена жизнь.

В три у меня долгожданный обед. Устраиваюсь на кухне с контейнером еды и только начинаю есть, как в комнату входит Равшана.

– Лиза, извините, пожалуйста. Я понимаю, у вас обед. Но тут позвонила женщина, говорит, ей срочно надо, а у вас как раз окно.

– Без проблем. Сейчас быстро поем и выйду, – собираю ложкой плов.

– Ой, отлично. Приятного аппетита!

Довольна Равшана покидает кухню, а я вздыхаю и кладу ложку в рот. Хорошо хоть пообедать дали.

В назначенное время в зал в сопровождении администратора входит красивая высокая женщина. Я бы дала ей тридцать пять, не больше. Светлые длинные волосы идеально уложены и мне остается только удивляться: зачем ей стрижка?

– А вот и наш мастер Лиза. Передаю вас в надежные руки.

– Здравствуйте, – дружелюбно ей улыбаюсь.

– Добрый день, – отвечает она тем же и отбрасывает локоны назад. – Я если честно в первый раз у вас. Мой мужчина здесь стрижется, порекомендовал мне.

– Да? – с интересом восклицает Равшана. – А кто если не секрет?

– Не секрет, – она перекидывает сумку “Ив Сен Лоран” на локоть и обнажает ровный ряд жемчужных зубов. – Игорь.

Холодная дрожь проходит по телу, но я держу себя в руках. В груди все оборвалось, потому что Жанна перестала быть для меня призраком. Я гадала вчера, какая она – женщина, которую Игорь выбрал. Вот такая – очень ухоженная, дорого и со вкусом одетая, молодая. Никогда бы не подумала, что Завьялов из тех, кто выбирает в спутницы девушку намного себя младше. Хотя он и сам отлично выглядит, поэтому….кто я чтобы его судить? Правильно – никто.

– Игорь Сергеевич? Так мы его хорошо знаем. Тогда сделаем вам скидку. Он, кстати, был у нас вчера.

Господи, только бы не сказала, что его стригла я. Пожалуйста, Равшаночка, молчи!

– Как раз Лиза его стригла.

Вот черт! Понимаю, она не специально. Наоборот, хотела выставить меня в выгодном свете. Но зачем мне сейчас эти сложности?

– Да вы что! – искренне удивляется Жанна. – А он говорил про Алину.

– У Алины дочка заболела, я ее заменяла, – спокойно объяснила я.

– Ах да, сейчас такой вирус бродит по городу. Я, кстати, Жанна.

– Лиза. Садитесь, пожалуйста, сюда, – показываю ей на кресло. – Давайте обсудим, что вы хотите, а потом помоем голову.

Жанна слушается беспрекословно, ставит дизайнерскую сумочку на стол и садится перед зеркалом. Я дотрагиваюсь до ее мягких, блестящих, почти глянцевых волос. Оцениваю фронт работ.

– Что бы вы хотели? У вас просто роскошные волосы, – мое восхищение отнюдь не наигранное. Я правда так думаю. Идеальные волосы, личико, фигура, маникюр. Ловлю себя на мысли, что меня неожиданно уколола ее внешняя идеальность.

– Я хочу придать им объём. Может, лесенку?

– Вы хотите оставить длину?

– Хм, – задумывается, изящно крутит шеей и морщит вздернутый носик. – Пожалуй, подкорочу.

Беру прядь волос, расчесываю и отмеряю пальцем на глаз кусочек, который можно состричь.

– Вот так подойдет?

Она немного думает и соглашается. А я вспоминаю, что недавно сохраняла в своем “Пинтересте”, который мне установила Ника, фотографии причесок для длинных волос. Достала мобильный из заднего кармана джинсов, вошла в приложение и нашла то, что нужно.

– Посмотрите, если сделаем вот так? – показала ей снимок. Могу поклясться, что у нее загорелись глаза. Там действительно лесенка, придающая волосам объем. Я могу такое сделать без напряга.

– Да, мне нравится.

– Тогда пойдемте к мойке.

Включаю воду, регулирую температуру, достаю шланг и смачиваю волосы. Она слегка дергается, замечаю, как сводит брови к переносице.

– Что-то не так?

– Слишком горячая, – недовольно произносит она.

Странно, для меня тёплая, я всегда выставляю одну и ту же температуру. Добавляю холодной воды и вновь увлажняю голову Жанны.

– Теперь нормально?

– Пойдет, – вздыхает она, будто делает мне одолжение.

Поднимаю голову и сталкиваюсь взглядом с коллегой Аидой. Та, хоть и стрижет, но все видит и слышит. Она красноречиво закатывает глаза и мне хочется сделать то же самое.

– Мой Игорёша очень хвалил ваш салон, – внезапно говорит она, когда я намыливаю волосы шампунем. Пальцы немеют от ее слов, а в грудную клетку словно тяжелым камнем запустили. Ничего не отвечаю ей, потому что мне нечего сказать. – Кстати, я хотела и вас похвалить. Мне очень понравилась его стрижка.

– Спасибо. Очень приятно, – благодарю дежурно, одергиваю себя и заставляю не обращать внимания на ее разговоры. Это ж надо какое совпадение: женщина Игоря пришла сюда на следующий день после нашей случайной, и я надеюсь, последней встречи. Может, она ясновидящая и почувствовала какую-то скрытую угрозу. Смешно, конечно.

– Нет, это вам спасибо. Я, как увидела его вчера чуть не упала от того, какой он красивый. Сразу отметила работу мастера. Сказала ему, что он стал еще брутальней. Довольный был, как кот, – тихо смеется она, а я начинаю нервничать.

Это плохо, очень плохо. Дурные мысли могут меня сбить, и я ошибусь во время стрижки. Но как же искусно она режет без ножа. И ведь умом понимаю, что мы пересеклись с ней случайно, но хочу закричать: “Замолчите! Просто замолчите!”

– Это хорошо. Хвалить мужчин – тоже искусство, – улыбаюсь, а самой впору только выть.

– Ой не говорите. Особенно таких шикарных мужчин, как мой Игорь.

– Сейчас кондиционер нанесу, – проглотив ее слова, продолжаю работать.

Клиентки часто рассказывают о себе, мужьях, любовниках и детях. Это для меня не ново. Однако я совершенно не хочу слушать о том, каким довольным был вчера Игорь Завьялов после того, как удерживал меня в машине и чуть ли не кричал. Видимо, подуспокоился и поехал снимать напряжение к своей любимой женщине, которая и стрижку похвалила и приголубила, пока я маялась бессонницей, вспоминая, что чувствовала когда-то от его поцелуев и объятий.

За всю жизнь я больше никогда не испытывала подобного счастья, хотя пыталась строить отношения с другими мужчинами, когда Ника стала постарше. Тётя говорила, что надо забыть и двигаться дальше. Но психологически было сложно. Первый мужчина, с которым я решила попробовать долго меня готовил и даже подбадривал. А потом в пылу ссоры сказал, что пытался меня растормошить, однако понял, что я “красива снаружи, но в постели скучное, бесполезное и безынициативное бревно”. Я знаю, что на правду не обижаются, но все равно дала ему пощечину и закончила наши отношения. Если их можно было так назвать.

Сейчас мне сорок восемь и я – женщина, которой не нужен секс и которая не получает от него никакого удовольствия. Я вполне обхожусь без него и не вижу в нём ничего сверхъестественного.

Глава 7

– Ай! Простите, вы не могли бы так сильно не тянуть волосы? Мне неприятно, – с недовольным лицом просит Жанна, когда я делаю ей укладку.

Видит Бог, я совершенно не тянула и работала в обычном режиме.

– Извините. Постараюсь помягче.