Психология здоровых отношений: как избежать токсичных связей.

Марина долго не могла понять, почему после встреч с подругой ощущала усталость и раздражение. Казалось бы, разговоры о жизни, поддержка, смех – всё как всегда. Но стоило вернуться домой, как появлялось чувство опустошённости. В очередной вечер, когда подруга позвонила и начала рассказывать о своих проблемах, Марина взглянула на часы – было почти полночь. «Мне завтра рано вставать, – тихо сказала она, – давай поговорим завтра?» На другом конце линии повисла пауза, а потом обиженное: «Ты что, не хочешь меня выслушать? Я же тебе доверяю». Внутри Марины что-то сжалось. Ей стало неловко, стыдно. Она снова осталась на линии, слушая очередной поток жалоб, пока за окном не занялась заря.

Эта сцена кажется привычной. Мы часто чувствуем вину, когда хотим отстоять свои границы. В детстве нас учили быть добрыми, уступчивыми, внимательными к другим. И где-то между этими понятиями мы потеряли представление о себе. «Хороший человек должен помогать», – говорили нам. И мы помогали, даже когда не могли. «Не обижай», – и мы улыбались, когда хотелось сказать «нет». Так формируется привычка измерять свою ценность тем, насколько мы полезны и удобны.

Марина почувствовала, что устала быть «удобной». Она заметила, что страх обидеть другого часто заставляет её предавать себя. Страх быть отвергнутой, не понравиться, показаться равнодушной. И каждый раз, когда она переступала через себя, внутри оставался след – маленькая трещина в самоуважении. Эти трещины незаметны, но со временем из них вырастает раздражение, усталость, ощущение, будто тебя всё время используют. Хотя никто не заставлял – человек сам позволял.

Границы – это не стена, это берега, которые сохраняют форму реки. Без берегов вода превращается в болото, теряет течение. Так и человек без границ теряет энергию, направление, ощущение себя. Настоящие границы не про изоляцию, а про честность. Когда мы говорим: «Я сейчас не готов обсуждать это» или «Мне нужно время побыть одному», мы не отталкиваем другого, а защищаем своё пространство, чтобы потом в него можно было впустить кого-то без раздражения и усталости.

Через некоторое время Марина попробовала иначе. Вечером, когда подруга снова позвонила, она сказала спокойным, мягким тоном:

– Я слышу, что тебе тяжело. Сейчас я уже очень устала, но могу завтра поговорить и быть рядом по-настоящему. Сейчас я просто не справлюсь.

На том конце линии опять повисла тишина, но теперь Марина не пыталась её заполнять. Подруга тихо ответила:

– Ладно. Спасибо, что сказала честно. Давай завтра.

Этот момент стал для Марины поворотным. Она впервые ощутила не вину, а внутреннее облегчение.