Эфемний

Они на мгновение замолчали, но в их молчании была та тихая близость, которую не нужно было заполнять словами.

– Все мы ищем своё место в этом мире, Кагеширо. Может быть, этот город – как раз то, что вам нужно. А может, встреча со мной? – шутливо подмигнул.

Аюми невольно рассмеялась, и они продолжили прогулку по освещённым улочкам, чувствуя, что между ними возникло что-то большее, чем просто знакомство.

А можно…Называть тебя…По имени..?

Аюми закончив свой рассказ с улыбкой на лице и теплом на душе от приятных воспоминаний.

– Вот так мы и познакомились. С той самой прогулки мы стали видеться чаще, он мне во многом помогал, он был…

Аюми быстро погрустнела.

– …человеком, который подавал большие надежды… пока его не сослали сюда, из-за ситуации в гильдии, он до сих пор таит это от меня…

Аюми понимая, что если продолжит вспоминать былые время дальше, то быстро погрустнеет и решает быстро переключиться на другое.

– Хех, что ж, Хитоми, у меня есть для тебя нечто особенное. – в спешке подорвавшись со стула, она подошла к картине, которая висела рядом, приподняла её, залезла в маленький тайник в стене и вытащив от туда маленькую коробочку, потёртую и пыльную.

Аюми с трепетом – эта заколка принадлежала моей матери. Она сказала мне, её блеск это наша сила. Она всегда будет напоминать тебе, что свет можно найти даже в самой глубокой тьме.

Когда Хитоми взяла заколку в руки, ей показалось, что она на мгновение засветилась. Это было только её воображение… или нет?

Но вдруг идиллия была нарушена. Аюми снаружи послышался звук лязгающей брони и громкие крики, разрывающие ночное спокойствие.

– Что там происходит?

Несколькими часами ранее…

Экипаж медленно катился по узкой просёлочной дороге, колёса скрипели по камням, а фонари, освещающие путь, тускло мерцали в густеющей тьме. Внутри экипажа, на мягких сиденьях, восседал Аристократ – человек лет тридцати с холодным, застывшим взглядом. Его тонкие пальцы нервно постукивали по резному подлокотнику. Внутри него бурлила ярость, которая с каждым поворотом только нарастала. Его лицо было бесстрастным, как всегда, а глаза – холодными и отчуждёнными. Однако в каждом его движении читалась напряжённость, как будто сама тишина под его взглядом могла рухнуть. Слуги напротив старались не смотреть ему в глаза, ощущая гнетущую тяжесть его присутствия.

Спокойным, холодным тоном – Сколько времени ещё займёт эта… поездка?

Его голос был мягким, почти шелестящим, но каждый, кто его слышал, понимал – ответ не терпит неопределённости. Один из слуг неловко наклонил голову, стараясь сохранить видимость спокойствия.

– М-мы… с-скоро выйдем на главный тракт, ваше превосходительство. – нервно и со страхом сказал слуга, который сидел рядом. – Дороги здесь запутаны, но мы делаем всё в-возможное…

– Всё возможное? – его спокойствие и тон оставались неизменны. – поясни, что значит всё возможное.

Слуга замер, понимая, что каждое его слово должно быть выверено до мелочей. – Ваше превосходительство, местность сложная. Карты, что нам дали, устарели, и… местные жители путали нас… мы потеряли немного времени, но я уверен, что скоро всё наладится.

Сдержанно, но с почти незаметным раздражением. – время. Это единственное, чего мне нельзя терять. И ты посмел потерять его на этих… как ты там сказал… путаных дорогах?

Слуга нервно сглотнул, чувствуя, как холод проникает в его тело от одного взгляда господина. – мы стараемся как можно быстрее исправить положение…

– Стараетесь. Это слово звучит как оправдание.

Экипаж снова затрясся, замедляясь, и стражи, сопровождающие их, обменялись встревоженными взглядами. Снаружи доносился гомон и грубый смех. Аристократ чуть приподнял бровь, не выражая других эмоций, лишь коротко обернулся к кучеру.

– Почему мы остановились?

Кучер обернулся. – Господин, дорогу перегородили какие-то пьяные местные… мы сейчас…

Аристократ перебивая его, всё так же спокойно. – ясно. А переехать их нельзя?

В недоумении от его слов. – э-э-э… Господин, дорожная колея слишком узкая, не можем объехать без повреждений.

Экипаж остановился на узкой просёлочной дороге, и напряжённое молчание внутри него нарастало. Слуги внутри экипажа затаили дыхание, услышав шум снаружи – пьяные крики и гомон. В темноте виднелись фигуры мужчин, покачивавшихся от выпитого. Среди них выделялся один – Хиросама. Компания весело перешёптывалась, не обращая внимания на приближающийся экипаж, пока свет факелов не озарил их силуэты.

Командир стражников постучал в дверь кареты. Чётко и громко сказав. – Господин, ожидаем приказа.

Хиросама, увидев роскошный экипаж, криво усмехнулся, злобно сверкнув глазами на символы власти, сверкающие на двери кареты.

Грубым голосом, качаясь, с презрением. – ну что, богачи, снова по нашим дорогам катаетесь? Как вам, удобно? Жируете, пока мы тут в грязи тонем?

Он хрипло засмеялся, и его друзья, пьяные и не в силах соображать, тут же подхватили его настроение.

– Это наша дорога! – яростно, сжав бутылку. – думаете, проскочите, как ни в чём не бывало?

Аристократ захотел выйти. – что-то заскучал я в этой поездке да и ещё в вашей компании.

Мужчины продолжали громко смеяться, их выкрики становились всё более вызывающими. Хиросама поднял руку, замахиваясь, и с силой бросил бутылку в сторону экипажа. Бутылка полетела, вращаясь в воздухе, и с глухим звуком ударилась о деревянную дверь кареты как раз в тот момент, когда та приоткрылась. Стекло разлетелось вдребезги, оставив на лакированной поверхности мокрое пятно от остатка напитка. Аристократ оставался в экипаже, наблюдая за этой сценой. Дверь была приоткрыта, но он не спешил выходить, внимательно слушая каждое слово. Хиросама подал знак своим дружкам, и те встали на пути, готовясь преградить дорогу карете. Никто не решался заглянуть внутрь экипажа. И вот, спустя несколько мгновений тишины, из приоткрытой дверцы послышался голос Аристократа – тихий и ледяной

– Закончили? – на мгновенье всё стихло. Дверь экипажа открылась, и Аристократ шагнул на первую ступень, его движения плавны и изящны. Выйдя наружу перед ним стояла группа мужчин, шатавшихся от выпитого. Его взгляд упал на осколки стекла, затем на пятно, которое осталось от летевшей в дверь бутылки, проведя пальцем по пятну, затем он поднёс к носу, растирая остатки поила между двумя пальцами. – хм… редкостное дерьмо однако.

Хиросама удовлетворённо ухмыльнулся, видя результат своего поступка. Его приятели загоготали, поддерживая его. Хиросама, опьянённый собственной дерзостью, выплюнул ещё несколько оскорблений.

Аристократ среди них сразу узнал Хиросаму, хотя тот выглядел неопрятно и был в полубессознательном состоянии. Хиросама не сразу его заметил.

– Хиросама… – тихо, но так, что холод пробежал по спинам всех присутствующих. – какая неожиданная встреча.

Хиросама выпрямился, его лицо мгновенно изменилось, словно в миг протрезвев, он понял, с кем столкнулся. Пытаясь понять, как вывернуться из ситуации, но Аристократ продолжал, не меняя выражения лица.

– Ты помнишь наш последний разговор..?

Он повернулся к стражникам, и те без лишних слов выхватили мечи, обнажив клинки в тусклом свете луны. Хиросама пытался что-то сказать, но слова застряли у него в горле, когда его друзья продолжали язвить.

– Печально, что судьба не на твоей стороне.

Он сделал несколько шагов к Хиросаме, который стоял бледный, не в силах сдвинуться с места. Он кинул взор на горизонт дороги, где виднелась деревня.

– Значит, сюда ты сбежал? – безразлично, с лёгкой усмешкой. – м? Где эта твоя лыба которую ты так любишь давить?

Повернувшись к своим стражникам, произнёс короткий приказ.

– Избавьтесь от них. – холодно, как будто это обыденное дело.

Стражники кивнули и не успев приступить к выполнению приказа, как тут же Хиросама, от злости, что таилась в нём все эти годы, безрассудно кинуся на Аристократа, который направился в экипаж, он чувствуя это, элегантным и быстрым движением нокаутировал Хиросаму и приказал стражникам взять его с собой, а от его дружков избавиться на месте.

Стража в мигизбавилась от них, залив всю дорогу алой кровью.

Аристократ поправив свой костюм, сказал:

– Знаете, у меня как раз появилось настроение сходить к кому-нибудь в гости, старого друга повидал… а вот подругу…

Он сел в экипаж, словно ничего важного не произошло. Спокойно сложив руки на коленях, ожидая, скорой следующей остановки в этом неприглядном поселении. Экипаж тронулся, а от колёс потянулся кровавый шлейф.

Ночь опустилась, как тихий покров,Луна взошла, как предвестник теней.Но в этом спокойствии зреет беда —И за ней тянется кровь как вода.
Неизбежность шагает в тумане густом,Шаг её – предвещанья мрачный звон.Грядущий удар клинком, как клыки у волков,Оставит след алый средь тихих холмов.
Взглядом сверкает холодная тьма,Решение принято – пути назад нет.Не миновать того мрачного дня —Месть, как клинок, не пощадит ни меня, ни тебя.

Местный, прогуливаясь по деревушке, заметил на горизонте по главной дороге проблеск приближающихся фонарей, он разглядел множество людей и карету. Редко можно наблюдать такую картину, его инстинкты кричали “это не к добру” Сломя голову, запнувшись, он побежал в таверну, где собрались почти все, чтобы предупредить, что кто-то едет к ним. Но кто бы ему поверил…

– Чёрт, неужели это… карета? И стражники?! Это к добру не приведёт…

Его сердце учащенно бьется, и инстинкты подсказывают ему бежать. Он бросается в ближайшую таверну, едва не падая.

В таверне шум, люди расслабляются после рабочего дня. Местный вбегает запыхавшись.

Громко, но нервно. – кто-то едет! Карета! Стража! Это точно не к добру!

Люди в таверне, погруженные в свои разговоры, смотрят на него с недоверием.

Один из посетителей обернулся на него и с усмешкой сказал. – эй, ты что, выпил лишнего? Какие ещё стражники? Тут никому мы не интересны!

– Я-я серьёзно! Сами посмотрите!

Но его никто не слушает. Настроение в таверне остаётся весёлым, но внутри него всё трещит от тревоги.

Экипаж, который остановился в начале деревни ожидал дальнейших распоряжений. Аристократ медленно выходит наружу, его фигура выделяется на фоне темноты.

– Мх-х… – поворачивает голову и с презрением смотря на Хиросаму – может окажешь мне услугу? И покажешь свою помойку в которой ты живёшь?

– Ничего Я тебе не скажу, выродок!

Плюнул ему в ноги и попал на ботинок. Аристократ с удивительным спокойствием отнёсся к данному действию, будто он уже придумал ему участь.

– Хм… – строго и серьёзно. – что-ж… войти в каждый дом! Вывести всех женщин в центр! – про себя. – я найду её…

Стражники с поклоном начинают выполнять приказ. Взгляд Аристократа на мгновение задерживается на карете, прежде чем он спокойно шагает к центру деревни.

Тем временем идиллию Аюми и Хитоми нарушили. Снаружи послышался металлический звук лязгающей брони, тяжелые шаги и громкие крики, разрывающие ночное спокойствие.

Аюми:

– Что там происходит?

Один из стражников подходит к дому Аюми. Он уже собирается открыть дверь, когда замечает что-то в стороне – может быть, звук удара или падения чего-то тяжёлого.

Стражник шёпотом – что это было?

Он останавливается, прислушиваясь, и решает пойти проверить. Шум отвлекает его от выполнения приказа, и он удаляется от дома, позабыв про свою задачу.

Аюми решилась открыть дверь и видит, как женщин деревни выводят в центр к колодцу. Среди стражников она замечает своего мужа, Хиросаму, которого тащат за собой. Аюми бледнеет, а Хитоми от любопытства быстренько подбежала к маме, чтобы тоже осмотреться и внезапно вскрикивает.

– Папа!..

Аюми в диком ужасе, её глаза налились страхом – н-нет… Рин…

Она в спешке и не рассчитав сил хлопнула дверью, лампа, что висела над дверью, упала и разбилась с отчётливым звуком.

Крик Хитоми и звуки, которые донеслись от дома привлекает внимание Аристократа. Он останавливается и оборачивается, замечая движение возле дома. Его губы растягиваются в холодной ухмылке.

– Стало быть, раз здесь не оказалось той, что мне нужна, следовательно… она там..?

– НЕТ СУКА! НЕ СМЕЙ!

– А-ха-ха… двое идут со мной и прихватить этого червя. Остальные оставаться на местах до следующего распоряжения.

Стражники хором. – ТАК ТОЧНО!

Аристократ двинулся вперёд, двое стражников силой тащат Хиросаму к его дому с семьёй.

Тем временем в доме, Аюми в спешке закрыв дверь, схватила дочь за руку и побежала к ничем не примечательному шкафу.

– Хитоми, не выходи закрой уши руками. Не шевелись, и, главное, не издавай ни звука. Поняла? Это как прятки, только надо ждать, пока никто не ушёл, ладно? Поняла?

Девочка кивает, глаза её полны страха. Аюми закрывает шкаф и отступает, услышав шаги за дверью. Тяжёлые шаги приближались. Дверь с грохотом распахивается. Она еле успевает сделать несколько шагов назад. У Аюми от ужаса и резкого звука подкосились ноги и она упала. В дом входит Аристократ.

– А-ха-ха, сразу на коленях встречаешь меня? А это… не ты потеряла? Бросая взгляд на Хиросаму и подав жест двоим стражникам, которые держали его, те бросили его на пол к Аюми.

Аюми бросилась к своему мужу, в спешке осмотрела его и стараясь оттянуть подальше.

– Рин… откуда ты…

Перебивает её. – для тебя Господин Кагуни. Но сделаю тебе одолжение по старой дружбе… Кагуни Рин.

Он элегантным жестом руки подал стражникам знак, и те бросив закованного Хиросаму на пол.

– Я вам обещал… – со злобной и довольной ухмылкой. – я вам говорил… что лучше не пересекаться со мной, в этот раз этот жалкий старикашка не спасёт тебя и твою бабу, Хиросама!

Хиросама пытается подняться, но его тело слишком ослаблено.

Со слезами на глазах. Её голос дрожит от отчаяния – Рин, не трогайте его! Мы ничего не сделали!

Кагуни Рин равнодушно смотрит на неё, его лицо остаётся спокойным, но в глазах сверкает хладнокровная угроза.

– Да-да… медленным шагом начинает ходить вокруг их – …ты всегда рядом с ним, ты постоянно вмешивалась…

Малышка Хитоми слыша глухие звуки и вибрации от переполоха, решается открыть уши и посмотреть в щель между дверцами шкафа, в котором она находилась.

– …Если бы не ты, шавка, мы бы с ним уже занимали стол глав Гильдии… знаешь, Хиросама, а ведь после той выходки того жалкого старика, они изучили мой рапорт на то задание…

Делает шаг к стражнику и вынимает его меч из ножен.

Аюми дрожащим голосом – НЕТ! НЕ ТРОГАЙ НАС!

Хиросама покашливая – Урод…

– ЗАТКНИТЕСЬ!.. в прочем… то задание я выполнил в одиночку, и даже лучше, чем с тобой! Отброс…

От нагнетающей обстановки, Хитоми всё сильнее переживает, на её коже появляются чёрные линии, напоминающие трещины, а её левый глаз начал слегка сиять белым цветом.

Кагуни Рин вращает клинок в руках – …и получил куда большую выгоду, но…

Направляя клинок к горлу Хиросамы

– …такого унижения, я ещё в жизни не испытывал…

У Хитоми наворачиваются слёзы, её трещины начали открываться истощать слабое белое свечение.

– …жажда мести не покидала меня.

Он полоснул по горлу Хиросамы своим элегантным и молниеносным движением, Хитоми наблюдая за всем этим даже не уследила за его движениями и не поняла что произошло, Аюми в истерике кидается на Рина, но тот ударив её откинул чуть дальше, где был Хиросама.

Кагуни Рин резко опустив клинок, чтобы убрать кровь с клинка. Медленным шагом подходит к Аюми – что такое? В этот раз ты не смогла ничего сделать?

– Кхе-кхе… т-ты добился чего… хотел… кхе-Кхе… в своей убогой конторе, неужели так сложно оставить нас в покое.

– Хах, знаешь, а ведь так всё и было, но когда увидел вас, что-то в голову ударило, и многие эмоции они… проявились, что несвойственно мне.

Делает взмах клинком.

Глаз Хитоми засиял, трещины полностью открылись, они излучали яркий белый свет, с ужасом она выпрыгивает из своего укрытия, что-то ей придало неведомую мощь, и со всеми силами рванулась к матери…

– НЕТ!!! МАМА!!!

Кагуни Рин едва заметив её молниеносный рывок – Ч-ЧТО?

Хитоми не контролируя себя, её внутренняя энергия засела в ней, дала сильный энергетический всплеск, который откинул всех во все стороны, Рина выбросило на улицу. А сама Хитоми потеряла сознание, и под ней остался кратер. Её трещины затянулись и исчезли. А от дома практически ничего не осталось.

Остальные стражники которые остались у экипажа подбегают к своему Господину. Один из них:

– Господин Кагуни, вы в порядке? Что произошло?

Рин едва оправившись и едва стоя на ногах.

Отхаркиваясь кровью – Кхе-кхе… ч-то… за чертовщина…

Едва передвигаясь, оперевшись на стражника подходит к остаткам дома и видя Хитоми.

Рин поворачивает клинок, его взгляд пуст. Снова повторяет. – Что за чертовщина…

Он делает неуверенные шаги, еле подходит к руинам, но останавливается, заметив блеск среди обломков. Его рука дрожит, когда он поднимает заколку. Лезвие его клинка всё ещё влажно от крови Хиросамы. На мгновение его лицо искажается, словно он слышит шёпот – эхо их прошлого.

Его взгляд падает на Хитоми, лежащую в центре кратера. Ребёнок.

– Это… ребёнок?

Тишину нарушает крик одного из стражников, но Рин не отвечает. Он сжимает заколку, кровь медленно стекает по его руке.

Рин застывает на месте, глядя на Хитоми, едва видимая белая аура угасает, оставляя только ребёнка – слабого, неподвижного, но всё ещё живого. С трудом опираясь на стражника, его взгляд задерживается на разрушенном доме и безмолвной Хитоми в центре кратера. Рин делает шаг вперёд, но внезапно останавливается. Голова пульсирует болью, а мысли возвращают его к словам наставника – Старикана. Его грубый, но мудрый голос эхом разносится в сознании.

"Всплески белой энергии, говорят, что это пробуждение чего-то древнего. Магия, которая существовала до всех нас… она реальна. И она может снова изменить мир, если кто-то найдёт способ её пробудить. Но таких сил не стоит касаться смертным…"

Рин морщится, словно отгоняя воспоминание. Его рука инстинктивно сжимает заколку, лежащую в ладони. Она кажется холодной, почти ледяной, но внутри он ощущает слабое, едва заметное тепло. Его взгляд вновь падает на ребёнка.

Кагуни Рин всё ещё анализируя в своих мыслях.

Бред. Всё это бред. Белая энергия, древняя магия… Старикан всегда любил сказки. Из каждого угла только и слышу, что мир когда-то был наполнен ею – великой, безграничной силой, которая могла создавать и разрушать целые континенты. Но что от неё осталось? Жалкие трюки, которые продают за медяки на рынках. Пыль и миражи, не имеющие значения. Мы живём в эпоху развития, где магия – это просто выдумки, глупцы цепляют за чудеса.

Он делает ещё один шаг к кратеру, пытаясь подавить внутренний трепет. Неприятное чувство всё равно гложет его, словно что-то в этом ребёнке противоречит его убеждениям.

Нет. Это не магия. Это всего лишь аномалия. Чудовищный выброс энергии, случайность природы. Как молния, бьющая в дерево. В этом нет смысла, нет закона. Я не позволю этому разбудить в себе детские фантазии. Магия мертва. И никто её не воскресит.

Но, несмотря на собственные мысли, он не может отвести взгляд от слабосветящегося тела Хитоми. В голове всплывает обрывок из детской сказки, которую ему рассказывала мать.

"Когда-то магия была повсюду. Она была в дыхании ветра, в каждой травинке и листочке, в трепете звёзд. Но Боги, жадные до силы, осквернили, испортили её, и они приняли судьбоносное решение, изменившее мир. Но однажды она вернётся."

Рин трясёт головой, словно стараясь вытряхнуть воспоминание. Ему становится не по себе, как будто невидимая рука сжимает его горло.

Кагуни Рин громко, чтобы перебить свои мысли – фокусы. Жалкие фокусы…

Он разворачивается к своим стражникам, но голос дрожит от напряжения. Обрывая поток мыслей, и обращается к стражникам.

– Вытащите её. Это… обычный ребёнок.

Стражники переглядываются, не понимая, но не решаются спорить.

Рин делает шаг назад и оборачивается к кратеру, его лицо перекошено гневом и страхом. Внутри него разгорается борьба между здравым смыслом и растущим ужасом.

– Уберите тело… аккуратно.

Стражники переглядываются, но подчиняются. Один из них с осторожностью поднимает Хитоми, которая всё ещё без сознания.

Кагуни Рин жёстко, но с ноткой задумчивости – этот ребёнок… их ребёнок…

Он на мгновение замолкает, наблюдая за её лицом. Тишина нарушается лишь треском догорающих обломков дома. Затем Рин уверенно продолжает, его голос твёрд и холоден.

– Она может быть полезна. Мы забираем её.

Один из стражников осмеливается заговорить.

– Господин Кагуни, но разве это… безопасно?

– Это не твоё дело. – резко отвечает Рин. – если бы она хотела нас уничтожить, то уже сделала бы это.

Он отворачивается от кратера, в его глазах отражаются огоньки пожара.

Я найду ответы. Если это не стоит внимания – с этим будет просто разобраться. Если это что-то большее… я решу, что с этим делать.

Он идёт к своему экипажу, голосом отдавая последние приказы.

– Отвезём её в поместье. Убедитесь, что она в безопасности. Она… может быть полезна.

Осматривая разрушения и хладнокровно оценивая обстановку – здесь не должно остаться ничего. Ни свидетелей, ни следов. Сожгите всё до основания.

Стражники, хорошо понимая, что спорить с Рином бесполезно, начинают действовать. Один из держит лампу на готове, другой начинает разливать масло на обломки. Вокруг раздаётся глухой треск огня, который быстро охватывает всё.

Обращаясь к старшему стражнику – ты знаешь, что делать. Никто не должен знать, что здесь произошло.

Старший стражник кивая, с каменным лицом – будет сделано, господин Кагуни.

Стражники быстро разбираются с уцелевшими жителями деревни. Слышны короткие, заглушённые крики, которые вскоре заменяются мрачной тишиной. Рин наблюдает за происходящим с безразличным видом, в его взгляде – только расчёт.

Рин в мыслях – Меня всегда учили, что оставлять следы опасно. Эту аномалию, что я нашёл… Никому нельзя показывать.

Его внимание вновь возвращается к Хитоми, которую один из стражников аккуратно укладывает в экипаж. Хитоми едва очнулась и очень тихо с тяжестью:

—М-ма-мм-ма

После опять потеряла сознание.

Стражник аккуратно, с заботой берет её за голову и закрывает ей глаза.

– М? Она что-то сказала? Пришла в сознание?

– Нет, Господин.

– Хм, наверное, показалось из-за фонового шума. Убедитесь, что она не проснётся раньше времени. Ей предстоит долгий путь. По приезду жду каждого причастного здесь в своём кабинете.

– Господин Кагуни, а что с остальными телами?

Рин смотрит на дома, покрытые огнём, и делает жест рукой, как будто окончательное решение для него очевидно.

– Оставьте их здесь. Пусть их похоронит огонь.

Его слова звучат холодно и отрывисто, словно он говорит не о людях, а о ненужных вещах. Рин ненадолго замер у горящих развалин дома Хитоми, смотря на руку Аюми, которая виднелась из-под завалов.

Рин шёпотом – Почему… я не чувствую облегчения…

– Господин Кагуни! Здесь уже становится тяжело дышать, упряжь начинает нервничать! Пора уходить!

– Да… уже пора.

Когда стражники заканчивают свою работу, пламя полностью поглощает дом и прилегающую территорию. Воздух наполняется запахом дыма и пепла, а небо над деревней заволакивает серый густой дым.

Когда огонь поглотил всё вокруг,И ночь заволок дымный круг,Заревел крик, разрывая тишь,Время сорвалось, как хищный рысь.
Звезда надежды пала в прах,А пепел плясал в её слезах,Стрелки судьбы развернули ход,Где пламя забрало мирный исход.
Родился путь, что вёл в никуда,Где искры взметнулись, пронзив темноту.Мир, что остался, уже не тот,Судьба шепнула: «Настал твой черёд».
В пламени нового мира душаВзяла своё место, оковы срывая.И где-то вдали, сквозь пепел и дым,Взошёл рассвет над миром иным.

Глава II. Переполох.

Рассвет медленно пробуждал мир от ночного покоя. Туман, стелющийся по дороге, окутывал экипаж, сло

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.