Вечером того же дня нас представили остальным работникам, из которых я сразу запомнила только Дэнни, и то, наверняка, не запомнила бы, не вздумай он попросить у меня номер телефона. Услышав фразу: «У тебя есть телефон?» я оторопела – первый рабочий день, а уже липнут!.. – и выдавила: «Что, прости?»
– Ну, мобильник, – объяснил Дэнни.
Я помотала головой и просипела в ответ:
– Нет. Я оставила телефон дома. Решила, что он мне не понадобится в Америке.
Дэнни недоверчиво хмыкнул, но отстал. Внешне он был симпатичный, глаза смотрели озорно и дерзко, только вот ростом он не слишком вышел, был немного повыше меня. Я бы дала ему года двадцать два. Вел себя Дэнни как мальчишка: все время отпускал шуточки, задирал остальных, носил бейсболку козырьком назад.
С именами других коллег у нас вышел напряг. Их было очень много: повара, начальство, официантки, еще бармены… о том, чтобы запомнить всех в первый же день, не могло быть и речи. А вот имя нашей начальницы потребовалось нам ближе к вечеру, и я решила подойти с этим вопросом к Алисе.
– Могу я спросить тебя, как зовут вот эту даму? – спросила у нее я и указала на хозяйку.
– Эйприл, – ответила Алиса.
– Я имею в виду по фамилии, – принялась объяснять я, – не могу же я назвать ее по имени.
– Почему? – искренне изумилась Алиса, и я встала в тупик. Как ответить на вопрос, почему ты не можешь сказать боссу «Привет, Эйприл»? Как позже выяснилось, сказать начальнику «Привет» и назвать его по имени – это норма. По крайней мере, в провинции.
А тогда мы с Алисой стояли и молча таращились друг на друга. Я отмерла первой и попыталась объяснить иначе:
– Мы не знакомы.
– Ее зовут Эйприл, – ответила Алиса, наверное, поражаясь моей тупости.
Я вздохнула.
– А это нормально, она не обидится, если я скажу ей… а, ладно. Она ведь старше меня.
– Все нормально, – кивнула Алиса, видимо поняв, что я сомневаюсь, потому что в России все иначе. И я решила подтвердить это:
– У нас в стране мы не говорим боссу… – я хотела было сказать «ты», но вдруг осознала, что не смогу объяснить и это. В английском ведь только одно слово, обозначающее и «вы», и «ты» – «You».
Алиса с интересом слушала. И я, приходя в отчаяние от непонимания между нами и того, что мой английский беден для толкового объяснения ситуации, сказала просто:
– В России мы всегда говорим «Мистер» и называем босса по фамилии, – сперва я хотела сказать «по имени и отчеству», но вовремя вспомнила, что и отчества у них тоже нет.
– Алиса, – позвал начальник вечерней смены, тем самым спасая меня от тягомотного разговора. Я пошла обратно к мойке.
Кухня в тот вечер закрывалась в одиннадцать. Дождь только что закончился, но велосипедов у нас с Аленой не было, и как добираться домой, мы не знали.
– Пойдем пешком, – озвучила страшившую меня мысль Алена.
– Нет, – решительно отказалась я.
– Есть идеи?
– Да. Сейчас попросим кого-нибудь.
– Кого?
– Например, Алису.
Алена с сомнением покачала головой.
– Алиса, – спросила я, – в какую сторону ты едешь?
Она что-то ответила, но я не поняла, и решила упростить нам обеим задачу:
– По Ист Лейкшоа или Вест Лейкшоа?
– По Ист Лейкшоа.
– Как жаль!
– Почему? – удивилась Алиса.
– Ну, мы подумали, если бы тебе надо было ехать по Вест Лейкшоа, мы бы попросили подвезти нас домой, потому что у нас нет велосипедов, – скромно объяснила я.
– Я отвезу вас, – тут же сказала Алиса.
Я поблагодарила и пошла доносить эту хорошую новость до Алены. По дороге Алиса сказала:
– Эйприл сказала, что, скорее всего, вы будете работать у нее, а не в «Вест Доке». Так что она завтра начнет подыскивать вам жилье.
– Что? – спросила у меня из-за спины Алена, и я синхронно переспросила Алису:
– Что?
– Вам ведь надо где-то жить.
– Мы уже живем в «Вест Доке».
Алиса принялась объяснять:
– Жилье предоставляется только работникам. Если вы не работаете там, то не можете там жить. Поэтому Эйприл и думает, куда вас поселить. Я попросила ее поселить нас вместе, в Коттедже.
– Но ведь ты тоже уже где-то живешь, – совсем запуталась я.
– Я живу в Летнем доме, но там очень грязно, шумно, и ребята постоянно выпивают и курят прямо в доме! Я просила Эйприл разрешения переселиться в Коттедж, но она не хотела, чтобы там жил один человек. А так мы бы там жили втроем. Девочки, вы не против жить со мной?
– Нет, – заверила Алена.
– Ладно, все ясно, – вздохнула я, – хорошо, что мы еще не разобрали чемоданы…
Алиса оценила мое чувство юмора, и на этом мы попрощались до завтра.
– Ты что-нибудь поняла? – спросила Алена, когда мы поднимались в комнату. Она сидела на заднем сиденье машины и половину не услышала, а вторую половину не разобрала.