Венерианка 2
Лиса Фарова

Венерианка 2
Лиса Фарова

Девушка, победившая апокалипсис, наконец, нашла свое земное счастье. Но все бы было хорошо, если бы наша планета была только в одних руках. Темный братец находит возможность высвободиться из неземного плена и вновь бросается отвоевывать мир. Теперь он вдвойне неудержим, бескомпромиссен и опасен.

Предесловие

Поверхность Луны. В космосе летят огромные каменные глыбы. Их десятки. Подобно локомотиву гигантского поезда, они мчатся навстречу судьбе. Заряженные огнем и газом. Астероиды. Они летят еще далеко, но их скорость немыслима. По траектории полета можно сказать, что их конечный пункт не спутник Земли. Они должны пролететь гораздо дальше. Огромная завораживающая сила, устрашающая и колоссальная.

Космос прекрасен и ужасен одновременно. На первый взгляд, безжизненное пространство в своем большинстве. Но мы мало о нем знаем. Все, что движется, что сверкает, кружится и просто смотрит – все живое или скоро оживет. В космосе ничего не может быть просто так. Всему, что бы ни происходило в начале начал, есть смысл и предназначение. А имя начала, с которого зародилось движение в черном, безжизненном и беспросветном хаосе – Бог. Был у него и помощник. Его темный брат Бес. Как же без помощников в таком шедевральном, многомиллионном проекте! Проекте – жизнь в безжизненном пространстве. Он бы не стал шедевральным, если бы не борьба, слезы, отчаяние, любовь и горечь потерь, которые родились вместе с проблемами, препятствиями на пути к долгожданному светлому миру. Благодаря стараниям братьев, мир стал таким, какой он есть сегодня. В нем отпечатались и навсегда поселились любовь, борьба, слезы и преодоление препятствий. Бог одарил свой мир еще множеством чувств: счастьем, смехом, состраданием, медициной, желанием заботиться друг о друге и делиться. Бес обязательно внес бы парочку изменений, если бы не проиграл в борьбе за лидерство и господство. Изменились бы всего лишь два момента. Жизнь была бы ужасна, и на кроваво-красной планете жили бы темные души тех, кого он погубил. В общем, Бес грезил противоположными желаниями. У него было другое видение мира. Он видел кровь, огонь и боль. При таком раскладе он чувствовал бы внутренний триумф. Всякий раз, когда он практически дотягивался до победы, в его сущности закипала магма, подобная той, что бурлит в жерле вулкана. На его красивом белом лице с черными бровями кривилась тонкая полоска губ. Она изображала гордую самодовольную улыбку. Сужались и его глаза. В те моменты они сверкали, будто в его черном нутре что-то выдавало искру радости. Он не раз уничтожал творения Бога, не раз искрился от радости, не раз обманывал и предавал своего брата, любившего его, даже в день финальной битвы. До сих пор великая победа над темным братом тяжким бременем лежит на груди у Бога. Бескомпромиссный, гордый брат не оставил выбора. Или же многомиллионновековые старания, целые эпохи и эры трудов, жизнь в движущемся и сверкающем космосе были бы загублены. Он любил своего брата, но на другой чаше весов лежала любовь к своим творениям – людям. Было ради чего побеждать. Бес поставил на кон все. Он так хотел победить, что совершал ошибку за ошибкой, не веря, что его ошибки сыграют против него самого. Он так и остался на своей белой безжизненной ретенции – Луне. Он застыл в вечном покое на поверхности естественной станции. Станции, которая должна была начать для него новую страницу уже собственного бесцеллера. Он и сейчас смиренно смотрит на Землю с Луны и ждет. Шанса. Ведь он создан для того, чтобы выжидать и выжигать.

Глава 1

Ночь. В тёмной комнате на двуспальной кровати спят двое. Костя лежит на правой половине постели. Он лежит на спине. Его лицо выражает беспокойство. Веки Кости то напрягаются, то расслабляются. Он видит какой-то сон. Простыня под ним сгружена, потому что он долго ворочался прежде, чем уснуть. Уже несколько ночей он не мог нормально спать. Его посещали какие-то образы, размытые силуэты. А два дня назад начала болеть нога от колена и ниже.

В пятницу утром он, ни с того ни с сего, не смог встать на правую ногу. Потом до обеда разрабатывал. Ходить начал, но до сих пор хромает.

На левой половине кровати, возле широкого окна, в которое светила полная луна, лежала и мирно посапывала усталая Лиля. На часах было три двадцать утра. На стене, напротив кровати, висел сто шести дюймовый телевизор, на котором появилась тень. Тень смотрела на спящих. Тёмная фигура высокого роста нависла над Лилей. Костя зашевелился. Фигура растворилась и дымом просочилась сквозь окно. Костя, будто почувствовал что-то, вскочил с широко раскрытыми глазами. Сел в постели и пытался унять свое частое дыхание. Перед глазами ещё стоял очень правдоподобный сон. Во сне его тащили к реке. Три незнакомых громилы связали его и заклеили рот малярным скотчем. Сколько ни сопротивляется Костя, было бесполезно. Они были сильнее его.

Костя встал, пошёл на кухню попить воды, все ещё неровно дыша. Минут тридцать он сидел за столом, переваривая пережитое. Так и проспал за столом до утра, пока его не разбудила жена.

Эй, доброе утро, муженек. Ты чего здесь?

Не спалось что-то. Пришёл за водой и, в общем, уснул здесь.

Костя выпрямился и вытер слюну, стекающую с угла губ.

Кризис среднего возраста? Сколько тебе завтра исполнится?

Не так уж я стар. Всего пять лет между нами.

Зато я спала, как убитая. Ничего не слышала, даже не шевельнулась ни разу за ночь. Как уснула на спине, так и проснулась. Хоть воруй за ноги.

Ты забыла, что привила от воровства все общество?

Да, поэтому сплю спокойно. А что? И Машуня выросла. Ей через три дня будет шесть. Помнишь, как чутко я спала, когда она у нас появилась?

По дому без света ночью блуждала? О, это мне не забыть.

Как перепугался, когда ночью наткнулся на меня в прихожей. Ха!

Ужас! Это было предынфарктное состояние. Я шёл по нужде, глаза толком не открыл, а тут кто-то стоит в темноте. Я думал, ты в постели, спишь.

Нет, я мекстурку от кашля Даше несла. Она кашляла ночью. Этого ты не слышал?

Нет, я по правде говоря, шёл спящий.

Больше я не видела, что ты ночью встаешь.

Инстинкт самосохранения.

Зачем он теперь. Мы живём очень долго…

И счастливо, но мы же люди. Инстинкты всегда внутри нас.

Да, чувствительный мой, – я обняла его и поцеловала.

Моё утро начинается с кофе. Я вскипятила чайник и насыпала в чашки по ложке растворимого "нескафе". Костя сонно наблюдал за моими бодрыми действиями. Я пританцовывала и ловила на себе игривый взгляд мужа. Кухонная дверь качнулась. Мы с мужем переглянулись и улыбнулись. За дверью готовилась к прыжку, как кошка, наша девочка. Она любит пугать – внезапно выскакивать с ревом из-за угла или двери. Вот и сейчас мешкалась и старалась быть незамеченной до срока. Мы ей подыгрывали, и это доставляло ей огромное удовольствие. Она закатывалась смехом и прыгала на месте, мотая головой. Наконец, она выпрыгнула в розовой пижамке, растрепанная со сна. Прыг-прыг-прыг, и давай трепать головой и рычать. А мы с Костей изображаем испуг. Выходной. Воскресенье.


Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: