– Ты хоть предупреди, как мне себя вести, – склонившись, шепчу ей на ухо.
– Просто будь собой, – сквозь зубы инструктирует Светка, тут же дополняя: – Тот, что в чёрной рубашке мой, а второй на твоё усмотрение.
– А если я не хочу?
– Хочу, не хочу, – пародирует, смешно исказив голос. – Может это судьба, ну… или просто незабываемый секс. Дай случится неизбежному.
– Ты чего прям так собралась подойти и?.. – пытаюсь затормозить тараном разогнавшуюся сквозь толпу подругу.
– Займём соседний столик, – отзывается, сосредоточенно пробиваясь к нужному месту. – А дальше я сама.
Скользнув взглядом в направлении финальной точки нашего движения, я заметила двух мужчин. Навскидку чуть старше тридцати лет. Один темноволосый в белой рубашке, а второй с торчащими во все стороны темно-русыми, чуть выгоревшими прядями в чёрной рубахе с белым принтом. Похоже, как раз его и облюбовала Светка для своих далеко, ну или глубоко идущих планов.
Невольно залюбовалась красавцем судя по жестам и эмоциям, явно знающим себе цену. Помимо Армагеддона на голове, его красивое лицо с правильными чертами украшала заметная щетина. Лениво оглядывая зал, он потягивал из низкого бокала какой-то тёмный напиток.
Скользнув по нашей приближающейся парочки равнодушным взглядом, он вдруг нахмурился и снова посмотрел на нас. Вернее, прямо на меня… Вернее, прямо мне в глаза. От неожиданности не только не успела отвести взгляд и сделать вид, что не заметила, но ещё и споткнулась, чуть не расплескав содержимое бокала, который несла в руке.
– Светка, – одёрнув подругу, заворчала я. – Столик рядом с ними только что заняли. – Идём в другую часть зала.
– На это и был расчёт, – едва слышно буркнула она и, подойдя к заранее облюбованному столику, громче, чем нужно, запричитала: – Ну надо же не успели. Куда бы теперь сесть-то?
– Присоединяйтесь, красавицы, – не сводя с меня заинтересованного взгляда, позвал Светкин избранник, похлопав рукой по диванчику рядом с собой.
– Как-то неудобно, – помялась подруга, но тут же пихнув меня в сторону дивана, занятого вторым мужчиной, приземлилась рядом с пригласившим и, похлопав ресницами, добавила: – Ну, если мы, конечно, не помешаем?
– Ну что вы, – протянул притиснутый Светкой в угол мужчина и, отпив алкоголь, посмотрел на меня в упор. – Давайте знакомиться. Я Андрей.
ГЛАВА 3
Андрей
– Кир, вытащи лом? – отпив из бокала виски со льдом, бросаю брату.
– Какой лом? – выпучив глаза, блеет он.
– Тот, что у тебя вместо позвоночника вставлен, – пытаясь сдержать улыбку, поясняю я.
– Чего-о-о? – вскинув брови, тянет Кирилл.
– Расслабься, говорю, – не сдержавшись, ржу в голос и, обведя наполняющийся людьми зал, ворчу: – Лучше бы я Захара с собой позвал.
– А это вряд ли, – хмыкнув, выдаёт брат. – У него жена вот-вот родить должна. Ни на шаг от неё не отходит. Как наседка стал и…
– Чего-о-о? – чуть не поперхнувшись виски, выпаливаю ошеломлённо. – Ты сейчас употребил вместе несколько несовместимых слов. Захар, жена, родит…
– Давно тебя не было, – расплывается в довольной улыбке брат. – Так что…
– Вот блин, и этого окрутили, – ворчу, нахмурившись. – Как так-то? Ты меня разводишь, что ли?
– А вот и нет, – подмигнув ржёт брат и с нескрываемым сомнением тянется к своему, пока нетронутому бокалу. – И не его окрутили, а он.
– Не ври, – фыркаю, отпивая ещё пару глотков, чувствуя, как алкоголь начинает разгонять по телу тепло и расслаблять мышцы и мысли. – Сроду не поверю.
– Эх, ты такое пропустил, – закатывается брат и тоже отпивает коньяк. – Его как заклинило на этой девчонке. В три приёма окрутил и охомутал.
– Не звезди, – рычу уже со злом. – Мы сейчас явно о разных Захарах говорим. И что за три приёма?
– Навестим его вместе перед моим отъездом, – скалясь, как Чеширский кот, урчит он. – Сам увидишь. Он со своей Алинки сдувает пылинки.
– Мда-уж, – тяну расстроенно. – Любовь забирает лучших.
– Тебя что-то никак не заберёт, – ржёт брат, уже явно захмелевший от трёх капель коньяка.
– Ну раз я такой хреновый, могу и врезать тебе, – многозначительно скалюсь в ответ и, пожав плечами, поясняю: – Мне и так хорошо. Нет, даже отлично. Не родилась ещё та девчонка…
– Ну-ну, – хмыкает брат и, откинувшись на спинку диванчика, кивает на полный зал. – Не там ты свою судьбу ищешь.
– А я и не ищу, – фыркнув, огрызаюсь я. – И сегодня отдохну на полную катушку, а твоё занудство мне не помешает. Смотри сколько доступных девчонок. Не скучно с одной?
– Не-а, – лыбится Кирилл. – Я люблю Милу и сына.
– Ну и люби, – обвожу взглядом зал и выдаю в предвкушении: – А я открываю охоту.
– Охотник, блин, – ржёт брат и, облокотившись локтями на стол, напоминает: – Ты же собирался со мной пообщаться. Разве нет?
– Ты не в моём вкусе, – хохотнув, отрезаю я. – Так что не мешай. О, смотри какие цыпочки в нашу сторону идут. Чур, блондинка моя.
То, что блондинка моя, понимаю в тот момент, как, впервые скользнув по ней взглядом, возвращаюсь снова и маниакально ощупываю хрупкую фигурку, завлекательную ложбинку в слишком откровенном вырезе платья, светлые локоны, пухлые губы, обалденные глаза, глаза… глаза…
Глаза в глаза эта лань как раз смотрит на меня, но в следующий момент неловко оступается и, едва удержав в руке бокал, гордо вздёргивает подбородок и идёт дальше. Вернее, ближе к нам…
– Попадос, – бормочу я, успев поймать ускользающую челюсть и принять привычно невозмутимый вид.
– Что? – не расслышав, уточняет Кирилл и, проследив за моим взглядом, хмыкает: – Понравилась, что ли? Ты вроде брюнеток предпочитаешь?
– Брюнетки, рыжие, какая разница, – заметно хриплым голосом отзываюсь я. – Может, мне разнообразия захотелось, так что не лезь.
– И не собирался, – сканируя меня многозначительным взглядом, тянет брат и понимающе усмехается.
– Заткнись, – зло выпаливаю я, а он вскидывает руки в покорном жесте, но лыбу с довольной рожи стирать не торопится.
В это время «моя» вместе с рыжим недоразумением, которое я даже рассмотреть не удосужился, достигают нашего столика.
– Ну надо же, не успели, – громче, чем надо, запричитала рыжая подружка. – Куда бы теперь сесть?
– Присоединяйтесь, красавицы, – не сводя взгляда с явно не одобряющей этот спектакль лани, позвал я и похлопал рукой по диванчику рядом с собой.
– Как-то неудобно, – помялась рыжуля.