Оценить:
 Рейтинг: 4.67

Киберпираты

<< 1 ... 3 4 5 6 7 8 9 >>
На страницу:
7 из 9
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
– Какая месть? – Бренда не могла понять слов Павлова. Она уставилась на него непонимающими глазами. Тот снова улыбнулся.

– Видите ли, Бренда, в России меня донимала мафия, а конкретно, один из очень влиятельных главарей крупной группировки, – улыбаясь, начал пояснять Павлов, – именно его я назвал в качестве человека, который обладает всеми сведениями. Я сказал это своему адвокату. Тот несколько раз возвращался к этому разговору и как бы невзначай уточнял незначительные детали, касающиеся этого человека. Он спрашивал, где этот человек бывает, что любит делать и всё в таком же духе. По всей видимости, его искали, но не смогли найти. И не удивительно, он редко бывает в одном месте. Ну, я им помог, как мог. Рассказал все, что знал про этого человека с полной откровенностью. Люди, которые меня подставили, непременно будут искать его, чтобы найти то, что им нужно. Но они даже близко не представляют, с кем будут иметь дело, – Павлов засмеялся. А вслед за ним засмеялась и Бренда.

– Вы необычайно умны, Александр, – перестав смеяться, мягко произнесла Бренда, – вы всё продумали очень хорошо. Но как быть с вашей жизнью?

Павлов перестал смеяться и пожал плечами.

– В создавшейся ситуации у меня был небольшой выбор. Я либо должен был погибнуть, а со мной и самый дорогой человек для меня. А результаты моего труда, которому я посвятил последние пятнадцать лет, должны были использовать люди, совершившие всё это. И был второй вариант. Сделать вид, что не понимаешь, почему тебя судят и кто стоит за этим. А заодно и попытаться свести с ними счёты. Я выбрал второй вариант. Это был наилучший выход.

– Вы же знаете своих врагов, – осторожно заметила Бренда, – почему же вы не назвали их вслух?

– Никогда я не сделаю этого, – Павлов резко помрачнел, – это будет равносильно тому, о чём я вам только что говорил. Этого нельзя делать. Ни в коем случае нельзя делать. Тем более, что мне это никак не поможет.

– Но как мне с этим смириться? – прошептала Бренда. – Как смотреть на то, что невиновного человека отправляют на…смерть?

На этот раз Павлов взял её руки в свои и, глядя на неё с глубокой нежностью прошептал:

– Иначе нельзя, Бренда. Просто нельзя. Если вы заговорите, пострадают многие и в первую очередь, моя дочь.

– Вы так сильно её любите?

– Очень люблю. Моя милая дочь. Моя Аня. Я и вас… – на этом месте Павлов запнулся. Но его горящий взгляд досказал Бренде всё лучше слов. Она сжала его руки. Следующие несколько минут прошли в полном молчании. Они лишь смотрели друг другу в глаза, наслаждаясь каждым мгновением этой необычной встречи и внезапно нахлынувшего чувства.

– Я найду адвоката, – прошептала Бренда, сжимая его руку, – я подам апелляцию от твоего имени губернатору…

– Нет. Не делай этого, – возражение Павлова прозвучали необычно мягко, – если хочешь мне помочь, выполни одну просьбу…

– Всё что угодно.

С минуту после этого ответа Павлов молчал. Бренда видела, что внутри него происходила борьба. Он как бы не решался сказать то, что вскоре произнёс:

– Всё это время я обманывал дочь. Я несколько раз звонил ей и говорил, что всё в порядке. Она думает, что я здесь занимаюсь делами. Но теперь больше нельзя оттягивать. Меня могут в любое время…надо сообщить ей, что меня…приговорили к смертной казни. Павлов сделал глубокий вздох и продолжал, – я не могу этого сказать. У меня не хватит сил, чтобы сообщить ей это.

– Ты хочешь, чтобы я это сделала? – Бренда неожиданно для обоих перешла на ты.

Павлов в ответ кивнул.

– Аня прекрасно знает английский. Надо просто позвонить ей и рассказать обо всём. И ещё…скажите ей, что я ни под каким предлогом больше не буду разговаривать с ней. Если она попытается приехать… – Павлов судорожно вздохнул. Бренда видела, с каким трудом ему даются слова. – Я…я откажусь с ней видеться. Я уже умер для неё. Так и передай ей, Бренда.

В это время раздались голоса охраны. Время, отведённое на свидание, заканчивалось. Бренда записала номер телефона, который продиктовал Павлов, и встала с места. Они некоторое время смотрели друг на друга, потом…одновременно потянулись и обнялись. Над ухом Бренды раздался шёпот Павлова:

– Я никогда не забуду ангела, который поддержал меня в эти невыносимые мгновенья моей жизни. Будьте счастливы, Бренда. Будьте счастливы.

Они отстранились. Бренда с трудом сдерживала рвущиеся наружу чувства. Ей стоило огромных трудов не пойти вслед за Павловым, который с каждым шагом всё больше удалялся от неё.

– Я снова приеду.

Услышав слова Бренды, Павлов остановился и обернулся к ней лицом.

– Нет, Бренда, мы больше никогда не увидимся.

Бросив последние слова, Павлов вскоре исчез за дверью. Бренда смотрела на дверь, через которую ушёл Павлов до тех пор, пока рядом с ней не раздался женский голос, полный непосредственного участия.

– Я невольно подслушала ваш разговор. Он прав, милая. Если даже его не казнят,…здесь такое происходит,…не каждый сможет выдержать…

Глава 5

Небольшой городок Снежинск оправдывал своё название в эти декабрьские дни. Погода разбушевалась во всю. Четвёртый день подряд не переставая шёл снег. Сильный снегопад крайне осложнял жизнь городка. Улицы и дороги едва успевали убираться. Деревья сгибались под тяжестью осевшего снега. Электрические провода грозили каждую минуту оборваться, отчего свет в городе периодически выключался.

Ближе к полудню 2 декабря температура опустилась ниже двадцати пяти градусов и в дело вступила вьюга. Всё в городке – улицы, тротуары, автомобильные дороги – леденели на глазах. Немногочисленные прохожие пытались сразу же укрыться от пронизывающего насквозь ветра за стенами магазинов и кафе. Иные спешили домой, чтобы там переждать непогоду.

На фоне разбушевавшейся стихии очень необычно выглядела одинокая фигура молодой девушки. Она так медленно брела по тротуару, словно вокруг была не метель, а совершенно спокойная летняя погода. И это выглядело со стороны очень странно. Не менее странно выглядела одежда девушки. На ней были одеты тёмные сапоги и серое пальто, которое по непонятной причине было распахнуто. Шапки на голове не было. Длинные русые волосы, обрамлявшие миловидное лицо и лежавшие на воротнике пальто,…покрылись снегом. В руках девушка держала портфель. Портфель заледенел, как впрочем, и обе руки девушки. Редкие прохожие успевали бросить удивлённый взгляд на девушку. Впрочем, как и водители автомобилей, которые проезжали мимо странной фигуры.

Девушка не обращала внимания на эти взгляды. Со стороны казалось, что она вообще ни на кого и на что не обращает внимания.

Лицо девушки выглядело опечаленным. Глаза были полны грусти. Щёки, нос и губы полностью обледенели, но она не обращала на это внимания и так же медленно брела по тротуару. Неизвестно, сколько бы это продолжалось, если бы не появился молодой человек в меховой куртке и вязаной шапочке на голове. На куртке сзади было написано «Я главный».

Этот парень сзади подбежал к девушке и, схватив за плечи, остановил. Она безропотно подчинилась этому жесту. После этого парень повернул её к себе и быстро застегнул пуговицы на её пальто. Затем он снял со своей головы шапку и надел её на голову девушки. После этого он приподнял воротник её пальто, взял из обледеневшей руки портфель и, обняв за плечо,…куда-то повёл. Он всё время обнимал и поддерживал её, стараясь укрыть собой от разбушевавшейся стихии. Через несколько минут он уже вошёл с ней в подъезд трёхэтажного дома. Они поднялись на второй этаж и там остановились перед массивной железной дверью. Парень бесцеремонно начал копаться в карманах пальто девушки и вскоре извлёк оттуда связку ключей. Он быстро нашёл нужные ключи и отпер дверь, что, несомненно, говорило о его осведомлённости и близком отношении к девушке.

Едва они вошли в квартиру, как парень закрыл дверь, быстро скинул пальто и ботинки, затем начал раздевать девушку. Он снял с неё пальто, затем шапочку и сапоги. Проделав всё это, парень повёл её в комнату и, усадив на диван, укрыл тёплым одеялом. Девушка подчинялась безропотно. На лице у неё застыло безжизненное выражение. Казалось, никто и ничто её не интересует. Видимо, её заботливый друг прекрасно понимал это состояние. Он несколько раз тяжело вздохнул и с глубоким участием посмотрел на девушку.

Парень был немногим выше среднего роста. Обладал выразительными чертами лица. Особенно отличались светло-голубые глаза, которые подчёркивали тонкие брови. Он был слегка худощав и очень подвижен, что выражалось в постоянных, незначительных жестах. Волосы у него были довольно необычного цвета. Чёрные с русым оттенком.

Парень некоторое время молча наблюдал за окаменевшим лицом девушки, затем опустился на корточки перед ней и, заглядывая в глаза, выделяя каждое слово, сказал:

– Ещё раз так сделаешь…поколочу! Я не шучу, Аня. Я, правда, тебя поколочу. Посмей ещё только раз выйти в такую холодину, в таком…виде.

– Ну и побей, Миша! – прозвучал совершенно равнодушный ответ.

– Да, – протянул парень, которого назвали Мишей, – пойду лучше посмотрю, что покушать есть. Проголодался. И тебе надо поесть. Он поднялся.

– Я не хочу.

– Захочешь, когда я твоих любимых бутербродов приготовлю. Какие отец твой готовил, – Миша запнулся на полуслове. По его взгляду было заметно, что он пожалел о словах, которые произнёс. Эти слова вызвали слёзы у Ани. Она беззвучно заплакала. Мише ничего не оставалось, как оставить её и дать самой успокоиться. Никакие слова не могли утешить девушку. Зная её очень давно, он отчётливо понимал, что лишь она сама могла справиться со своим горем.

Оставив Аню, он прямиком направился на кухню. Кухня была обставлена с той же роскошью, что и вся квартира. Вся бытовая техника была гармонично встроена в мебель. Миша открыл холодильник. Тот был забит всевозможными продуктами. Он вытащил колбасу, сыр, помидоры, кетчуп, два яйца и ещё кое-что из продуктов. Затем достал хлеб. Разложив всё это на столе, он взял лежащий на стуле фартук и, опоясавшись им, приступил к делу. Через четверть часа микроволновая печь готова была принять не совсем обычные на взгляд бутерброды. Но, несмотря на странный вид, выглядели они, вполне аппетитно. Миша уже открыл дверцу печи, готовясь положить туда бутерброды, когда в дверь раздался звонок. Он затворил дверцу печи и, не снимая фартук, отправился открывать входную дверь. Посетителем оказался мужчина пятидесяти – пятидесяти пяти лет. Увидев этого мужчину, Миша закричал, повернув голову в сторону зала:

– Аня, господин мэр пожаловал!

– Можно просто Аркадий Николаевич, – поправил мужчина, входя в квартиру. Он уже начал снимал пальто, когда раздался голос Миши:

– А разве нам, несчастным и маленьким, пристало фамильярно обращаться к столпам великосветского общества Снежинска?

Мэр молча снял пальто и повесил его на вешалку. И уже после этого с той же иронией, что были произнесены слова, ответил на них.

– Ты не церемонишься, когда речь идёт о том, чтобы обчистить городскую казну. А, Михаил Плетнёв?

Миша сделал невинное лицо и скромно ответил:

<< 1 ... 3 4 5 6 7 8 9 >>
На страницу:
7 из 9