– Разумеется. Их подбирают организаторы, индивидуально к каждому участнику. Поэтому их состав окончательно утвердился несколько дней назад. Отборочный же тур для участников проводился еще три недели назад. В свободное от тренировок и соревнований время все участники будут находиться в гостинице, по четверо в комнате.
– Это что за номер такой, – снова встряла неугомонная Катерина, – по четверо?
– Ну, вообще-то… – замялся следователь. – Это больше общежитие.
– Господи, клопы! – испугалась я, приготовившись падать в излюбленный обморок.
– Да нет же, не будет никаких клопов! Все стерильно чисто! Часть дома отдана участникам, снята в аренду организаторами. Две большие комнаты, для мальчиков и девочек, всего восемь человек. Удобства, к сожалению, общие для всех, в коридоре. И кухня тоже.
– Хорошо хоть не на улице, – захохотала Любимова. Вот зараза она.
– Смейся, смейся, у тебя как раз будут на улице, – заметил следователь, Катька тут же подавилась собственным смехом, а я возликовала: справедливость существует в этом лучшем из миров! – Итак, с вами, Юля, все более-менее понятно, – продолжил Лохматый, по неведомой причине упорно называя меня на «вы», а Катю на «ты». – Теперь Катя. Ты у нас летишь в Тихий океан. Всего участников реалити-шоу под названием «Герой необитаемого острова» будет десять. Игра основана на особенностях построения взаимоотношений между незнакомыми людьми, помещенными в экстремальную обстановку. Смена климата, всюду камеры наблюдения, отсутствие привычного рациона, незнакомые люди, с которыми приходится ночевать под крышей дома, построенного своими руками из найденных материалов. На остров личные вещи брать с собой нельзя. Из одежды – только то, что будет надето на вас в аэропорту при посадке.
– Столько дней ходить в одном и том же?! – ужаснулась Катька с таким выражением лица, что стало ясно: была бы мной – просто бы лишилась чувств.
Григорий не проникся чисто женской проблемой гардероба и продолжил:
– Каждые пять дней голосование. Кто-то один выбывает. Голосование проходит тайно, каждый закрывается в специальной кабинке и пишет имя. Затем ведущий оглашает результат. Возможно, как-то иначе будет происходить, все-таки организаторы крайне неохотно разглашают такие сведения, но это все, что я знаю сам. Катя, нам понадобится твое умение строить коалиции.
– Я лишена подобного умения, – строго отпарировала та.
На это следователь возразил:
– Да? А как же в замке Серовых? А на работе? Кто сплотил всех против несчастной Анечки, которая не угодила тебе лишь тем, что купила себе такой же сарафан, как и у тебя?
– Дело не в этом! Она просто стерва!
– Оттого что не признает твоего умственного и физического превосходства? – Ох, блин, он и в этом прав. Катька мне что-то такое рассказывала. Да и ее вмиг сузившиеся глаза и губы без слов подтверждали правоту лохматого Гриши.
– Мне, в общем-то, до этого дела нет. Я к тому, что тебе придется постараться. Сплотить большинство против меньшинства. Затем из оставшегося меньшинства выделять по одному аутсайдеру, которого нужно будет посылать домой. Чем дольше ты продержишься в игре, тем больше шансов выловить преступника.
– А что если он окажется тем самым аутсайдером, которого по моей наводке выкинут из шоу? – Тон Любимовой пускал гром и молнии, оно и ясно: они пытались заставить ее стать безжалостным монстром.
– Твоя задача этого не допустить. Когда своим аналитическим умом ты высчитаешь того, кто не причастен, он должен покинуть проект. Понятно?
– Более чем, – фыркнула она. – С чего вы взяли, что я справлюсь? Может, меня же и выкинут в первых рядах? Может, все объединятся против меня?
Носитель парика вздохнул:
– Катя, я же не открываю вам всех секретов. Не только у Юли на конкурсе будет помощь, поверь мне. Первая ты не вылетишь однозначно.
– Подставное лицо? – подумав немного, выдала она ответ.
Следователь ничего не ответил, но взгляд его глаз смягчился: он любил сообразительных.
– Итак, девушки, с этой знаменательной минуты мне придется вас разделить.
Глава 4
Мы разъехались по домам. Они хотели сразу же запихнуть меня в это жуткое общежитие, но я настояла на том, что нужно собрать кое-какие вещи. Я, конечно, могу и поаскетничать, но домой ехать все равно бы пришлось: родители должны знать полную версию истории моего попадания в капкан к Захватову и старшему Акунинскому, телефонное общение здесь не годится.
Когда я вернулась из Москвы в свой город, родичи уже успели прийти с работы. Рассказ занял весь остаток вечера. Мама очень испугалась предстоящей опасности, зато заверила, что важное дело идет на пользу моему здоровью. И правда, температура и прочие проявления недуга исчезли, как по мановению волшебной палочки. Полночи я собирала вещи, а с утра за мной приехала машина. Садясь на заднее сиденье к Григорию Николаевичу и пристраивая скромный багаж к нам в ноги, я выслушивала, какую же пользу для меня, по словам Я-Гриши, сыграло наше знакомство: следователь лично проконтролировал, чтобы с работы и меня, и Катьку отпустили в неограниченный отпуск с полным сохранением заработной платы, а по завершении операции с обязательным повышением как в должности, так и в окладе. Также в нашем институте он переговорил с деканом (я учусь на четвертом курсе, Катя на пятом), и тот дал обещание проставить все зачеты и экзамены досрочно, автоматом. Конечно, я понимала, что это все слова-слова, но верить хотелось.
Затем я позволила себе поделиться наболевшим:
– Мне снилось, что меня застрелил индеец. – Добавила укоризненно: – Из лука!
Это ведь Акунинский виноват, что я не спала полночи! Но вместо того чтобы извиниться, он выдал вот что:
– Успокойтесь, я не думаю, что до этого дойдет! – Нет, это он меня утешить такой фразой хотел? Расширив серые очи, я живописно представила себе, как пропитанная ядом стрела пронзает мое хрупкое тело. Следователь продолжил: – Вряд ли Шутник решится в первый же день стрелять не по мишеням, а по живым людям!
– Боже… – Я ощутила, как дно автомобиля уходит из-под ног.
– Нет-нет, не падайте в обморок, это крайний вариант!
Крайний вариант? Значит, все-таки возможный вариант!
– Давайте закроем тему, – испугавшись, что он вскорости введет меня в состояние комы своими «успокаивающими» замечаниями, жалостливо предложила я. Он послушался.
До Москвы ехали долго и нервно. Личный водитель Григория Николаевича все время ругался матом и кому-то беспрестанно сигналил. На пятидесятой минуте пробок, мата и галдежа у меня разболелась голова, а ехать до центра Москвы, судя по движению, предстояло еще где-то столько же.
Но я ошибалась. Как только съехали со МКАДа, дорога пошла быстрее и веселее. Этому немало поспособствовали Я-Гриша, взявшийся непонятно с какого бодуна травить неприличные анекдоты (что весьма плохо сочеталось с его личностью и субординацией между нами, зато замечательно шло к его искусственным волосам), и водитель, наконец-то закрывший рот и забывший о сигнальной кнопке.
Дом был старым, но не настолько, чтобы я боялась, что он со дня на день развалится, а это уже неплохо. Вход в нашу часть дома был отдельный, видимо, когда-то некая фирма выкупила это общежитие, переделала планировку, но вдруг передумала и бросила все как есть. А может, просто разорилась. Впрочем, это неважно, главное, чтобы нас отсюда не выселили до окончания конкурса.
– Кто же вас выселит? – удивился Акунинский. – Ерунду не говори.
– Тьфу ты, блин! – разозлилась я на себя.
– Что, опять мысли вслух? – догадался хороший дядя, разозлив меня этим пуще прежнего.
– Да! Чтоб им провалиться!
Москва, день 1-й
В доме находились не все. Как я узнала, рядом расположен стадион, куда мы и будем ходить на тренировки, и там же нас будут снимать на еженедельном соревновании на выбывание. Тренироваться почему-то ходят не вместе, а по очереди, по две пары, поэтому два человека сейчас отсутствовали.
– А где живут те, кто с нами занимаются? Тренеры? – спросила я Григория на улице, забросив вещи в комнату. Мы встали с ним под деревьями: следователя никто здесь не знал, но все же мы не горели желанием привлекать к себе внимание.
– У них комфортабельные номера в гостинице, – немного помявшись, ответил он.
– Ага!
– Ага, зато им тяжелее добираться до стадиона, а у тебя он под боком. Что ж, – следователь изящным жестом глянул на часы, – через час или два должен приехать твой тренер. Он придет сюда, позвонит и попросит Юлю. Вот и познакомитесь. Ты его слушайся во всем, может, он на вид… хм, невзрачен, но он высококлассный специалист во всем…
– …От шахмат до борьбы, да, я помню.
– Молодец.