1 2 3 4 5 6 >>

Марина Сергеевна Серова
И это только начало!

И это только начало!
Марина С. Серова

Частный детектив Татьяна Иванова
В канун Нового года к частному детективу Татьяне Ивановой обращается бизнесмен с просьбой разыскать работника «кинувшего» его на большую партию товара: спутниковых антенн-«тарелок». Еще одно дело – не труднее и не проще других. Но лишь почувствовав за собой хвост, Татьяна понимает, что ее используют как подсадную утку, которых никогда не щадят на охоте. Безобидные «тарелки» оказываются стратегическими технологиями, вывозимыми на Ближний Восток. В схватке сцепились высокопоставленные подпольные торговцы и государственные спецслужбы. И между ним как в жерновах – Татьяна Иванова, которой не привыкать к опасности…

Марина Серова

И это только начало!

Пролог

На Тарасов опускались сумерки. Именно в это время город до безобразия походит на огромный суматошный муравейник. Толпы людей расползаются во всех направлениях, создавая иллюзию хаотичного броунова движения молекул.

Час пик. Огромная армия мелких клерков и служащих рангом покрупнее покидала опостылевшие стены контор в деловой части города, выплескиваясь на промерзшую улицу. Многие тут же поднимали воротники, стараясь укрыться от начавшегося снегопада, спешащего накидать им за шиворот щедрые пригоршни леденящих душу даров.

А снег сыпал оромными пушистыми хлопьями. В оранжевом свете фонарей, безуспешно стремившихся рассеять ночную мглу, он искрился всеми цветами радуги, покрывая улицы мягким, поскрипывавшим под ногами пледом.

В самом центре этой муравьиной суеты, будто дремлющий крепостной донжон, возвышалось огромное мрачное здание. Почти все его окна были темны, лишь в самом верху, на последнем этаже, кое-где из-за занавесок пробивался неяркий свет, свидетельствовавший о том, что здание живет своей, затаенной от всех жизнью.

Как раз за одним из этих окон несколько мужчин разного калибра небольшими группками толкались по углам просторной приемной. В основном они молчали, а если и говорили, то лишь резким шепотом, выдающим их внутреннее напряжение.

– А я тебе говорю, Серега, – сдавленно и хрипло прошептал один мужчина в строгом черном пиджаке, застегнутом на все пуговицы, другому. Оба стояли в стороне от остальных и явно не вызывали симпатии собравшихся. – В нашем деле главное – не высовываться! Обещать тебе долгую и спокойную жизнь не станет никто вообще, а я вдобавок могу гарантировать еще и кучу неприятностей, если разинешь свой широкий рот!

– Да брось ты, Глеб! – Тот, к кому обращались эти слова, широко улыбнулся, выставляя напоказ все тридцать два желтых зуба. Он был значительно моложе остальных, да к тому же выделялся помятым видом и плохо выбритой физиономией. – Вы здесь все погрязли в директивах и формулярах и совершенно не видите, как меняется мир вокруг вас! Вот посмотришь, Глебушка, мы с тобой все здесь перевернем!..

– Перевернем, конечно! – чувствуя безнадежность своих увещеваний, ответил Глеб. – А затем и сами перевернемся. Только в гробу!

Словно ожидая именно этой фразы, распахнулась огромная тяжелая дверь, ведущая в кабинет хозяина этой шикарной приемной. На пороге появился высокий подтянутый молодой мужчина и голосом вышколенного мажордома произнес:

– Прошу в кабинет, товарищи. Вениамин Аркадьевич уже ждет!

– Ну, началось! – обреченно произнес Глеб, придерживая своего товарища за рукав и пропуская вперед всех остальных. – Ой, молчи, Серега! Говорю, вырежут тебе твой поганый язык!..

Кабинет, скрывавшийся за огромной дверью, оказался почти в два раза больше предварявшей его приемной. Однако почти все его необъятное пространство занимал гигантский ипподром для совещаний, в виде ножки гриба примыкавший к солидному дубовому столу у широкого окна.

Стол был настолько древним, что никто не удивился бы, узнав, что он мог бы помнить самого Лаврентия Павловича Берию. Впрочем, хозяин стола вполне соответствовал занимаемому месту. Крепкий, тучный, непоколебимый – этакий бритый наголо Тарас Бульба без папахи, – он возвышался над реликтовым дубовым столом и казался незыблемым, как вселенная, и таким же неотвратимым, как возвращение кометы Галлея.

Вениамин Аркадьевич с абсолютной невозмутимостью дождался, пока все приглашенные рассядутся по местам, а затем пророкотал густым басом:

– Ну, и что дальше, орлы?

После этого риторического вопроса тишина в комнате буквально стала скапывать с потолка. Скорее всего, никто из присутствующих не представлял, что там дальше и есть ли это «дальше» вообще.

– Я вам что говорил? – вновь спросил у собравшихся хозяин кабинета и сам себе ответил: – Вот именно!.. В общем, так, – продолжил он, вытягивая вперед могучую, заскорузлую в былых схватках руку. – Из Центрального управления конторы к нам поступила однозначная шифровка. Из нее мне лично ясно: добром – никак!.. Глазунов, доложи обстановку!

На эту фамилию мощным рывком вверх откликнулся солидный мужчина, сидевший посолонь от хозяина кабинета. Лихорадочным движением руки поправив тугой, словно удавка, галстук, он начал говорить:

– В течение года Тарасовским отделением велась разработка дела криминальной группы «Восток». В ходе следствия были выявлены практически все участники этой группы, а также раскрыты каналы получения и сбыта товара, начиная от сборки и заканчивая пунктом прибытия. Совсем недавно следствие было завершено, выявив также истинных руководителей группы «Восток». Ими оказались весьма влиятельные в правительстве и Министерстве обороны люди.

Решением нашего вышестоящего руководства следствие было приостановлено. Стало ясно, что отдать этих людей под суд и не нарушить шаткое равновесие, воцарившееся в стране, просто невозможно. Это могло бы породить довольно серьезный конфликт между инфраструктурами государства. Однако деятельность группы «Восток» следует прикрыть. Но прикрыть таким образом, чтобы гибель тарасовских исполнителей выглядела как случайность и сама контора в этом не оказалась замешана…

Докладчик на секунду умолк, стараясь перевести дыхание, нарушенное тугим галстуком, но продолжить ему было уже не суждено – сочный голос Вениамина Аркадьевича рокотом истребителя прокатился над застывшими головами:

– И что дальше, орлы?!

Орлы, понятное дело, молчали.

Застывший, подобно всем, Глеб, почувствовав слева от себя движение, скосил глаза. Исполненный ужаса, он видел, словно в замедленной съемке, как Сергей отрывает седалище от стула, порываясь встать.

Непослушной рукой Глеб постарался поймать его за штанину, но было уже поздно: Сергей встал и прокашлялся. Видя, что он открывает рот, чтобы заговорить, Глеб послал другу прощальный взгляд, вопиющий одно: «Эх, зачем ты маму не слушался?!»

– А дальше у нас есть план, Вениамин Аркадьевич!

Голос Сергея произвел в кабинете впечатление, пожалуй, даже большее, чем разорвавшийся снаряд. Это было настолько ошеломляюще, что все вокруг посмели оторвать взгляд от мудрого лика начальника и повернули головы к самому младшему в команде.

– План довольно прост… – продолжил Сергей, абсолютно не обращая внимания на гнетущую обстановку.

Он высказывал свои соображения, заставляя сердце Глеба сжиматься от нехорошего предчувствия. Старший товарищ был абсолютно уверен, что Сергею это так просто не пройдет.

Когда Сергей закончил изложение плана, на несколько секунд вновь в кабинете воцарилась тишина. Только на сей раз она была похожа на зависший в воздухе топор палача.

– Что ж, умник, дерзай, как говорится! – неожиданно для всех произнес Вениамин Аркадьевич, подводя итог. – Тебя и назначу ответственным за операцию!..

В этот миг все присутствующие облегченно вздохнули, ибо топор палача просвистел над их головами, не задев и волосинки. Лишь один Глеб печально смотрел на Сергея. Он-то прекрасно помнил, что случалось с людьми, провалившими в конторе операцию. А уж это дело выглядело очень мило – безнадежно!

Глава 1

Утро выдалось чудесное. Вчерашний резкий ветер разогнал облака, несколько недель скрывавших ото всех по-зимнему темно-синее небо, и теперь солнце отрывалось вовсю, заливая весь мир ослепительно белым светом.

Снег, в эту зиму буквально затопивший город, играл в его лучах всеми цветами радуги, разбрасывая жгучие блики в окна домов. Все деревья были усыпаны им, словно детские сладости сахарной пудрой, и от этого зрелища жутко хотелось чего-нибудь сладкого. Вот только позволить себе сладкого я не могла! Ничего не попишешь, но форму нужно сохранять!..

Еще вчера вечером я поклялась самой себе, что сегодня буду спать ровно столько, сколько смогу. Просто мне надоело вторую неделю вскакивать в семь утра, приводить себя в божеский вид и сидеть как последняя дура у телефона в ожидании звонка.

Однако привычка взяла свое, и я проснулась рано. Правда, не в семь, а в восемь десять, но все равно, что мне делать в такую рань?! Вот я и лежала на кровати, глядя в окно на облачившийся в чистые наряды зимний Тарасов.

В такое утро жутко хочется, чтобы некий сказочный принц принес тебе в постель завтрак. Да что там завтрак?! Хотя бы чашечку кофе! Но где сейчас найдешь такого принца? Вот и приходится вставать и все делать самой!

Я нехотя выбралась из кровати, накинула халат и, нырнув в мягкие тапочки, поплелась на кухню. По дороге, оглядев себя в зеркало, подумала, что вот бы сейчас увидел меня потенциальный клиент. Непричесанная, без макияжа, в халате и тапочках, я бы точно показалась ему неспособной найти собственную пудреницу, не то что справиться с серьезным заданием!

Я показала своему отражению язык и еще раз оглядела себя с ног до головы. А впрочем, если чуть распахнуть полу халата, изогнуться в соблазнительной позе, то ни один из мужиков глаз не сможет оторвать от моих стройных ножек и мягких линий талии! В общем, пусть кто-нибудь только появится, а уж потом он от меня не уйдет! Растает как миленький.

А вот клиент мне бы сейчас не помешал! Прошло довольно много времени после того, как меня последний раз нанимали на работу. Деньги заканчивались, а на носу Новый год, да к тому же вторую неделю я мечтала купить себе итальянские сапожки. Замечательные черные сапожки на высокой тонкой шпильке, попавшиеся мне на глаза в магазине обуви «Степ».

Эти сапожки до того запали мне в душу, что я видела их даже во сне! Вот уже две недели ноги сами несли меня в этот магазин, и я снова и снова примеряла их, приценивалась, но в последний момент отказывалась от покупки – жутко жалко было денег!

Засыпая молотый кофе в кофеварку, я вдруг решилась – все, сегодня покупаю себе эти сапоги! Плевать мне на Новый год и экономию средств, без этих сапожек я больше не могу! В конце концов, вполне еще успею что-нибудь придумать.

Итак, решение было принято, и менять я его не собиралась. Теперь каждая минута промедления, что отделяла меня от исполнения заветной мечты, казалась мне личным врагом. Пока варился кофе, я бросилась одеваться, и, поверьте мне, одеться так быстро мне еще не удавалось.

1 2 3 4 5 6 >>