1 2 3 4 5 ... 7 >>

Марина Сергеевна Серова
Огонь прекрасных глаз

Огонь прекрасных глаз
Марина С. Серова

Частный детектив Татьяна Иванова

Марина Серова

Огонь прекрасных глаз

Глава 1

Вот и верь после всего этого высшим силам! Еще накануне вечером я, частный детектив города Тарасова Татьяна Александровна Иванова, зеленоглазая блондинка двадцати восьми лет от роду, удачно раскрутив очередное дело, решила устроить себе заслуженный отдых. Для начала я надела недавно купленный в бутике «Парижанка» костюм небесно-голубого цвета, белые туфли, сделала легкий макияж, взяла миниатюрную сумочку в тон туфлям и вышла из подъезда по направлению к набережной подышать речным воздухом и полюбоваться на закат. Но не успела я пройти и нескольких метров, как встретила свою школьную подругу, Веронику Леонову, с которой мы не виделись сто лет. Окутанная ароматом нежнейших французских духов, Ника сразу взяла меня в оборот:

– Ой, Танек, сколько лет, сколько зим! Ты как? Ничего? А на меня такое свалилось! Мой-то изменяет мне втихаря, скотина, ублюдок несчастный! Вот иду сейчас к гадалке, может, что-то посоветует, надо же как-то действовать… Тань, пойдем со мной, очень тебя прошу, а то одной мне как-то не по себе, даже страшно становится, ты себе не представляешь мое состояние, хорошо, что я тебя встретила! – Все это Вероника выпалила на одном дыхании, не давая мне вставить ни слова. Выглядела она действительно не лучшим образом, несмотря на супермодные шмотки от Баленсиага и Гуччи.

Я поддалась на ее уговоры, и уже минут через двадцать мы с ней сидели за столиком, заставленным гадальными принадлежностями, в небольшой комнате с опущенными тяжелыми шторами. Гадалка подробно объяснила Нике, что ей нужно делать, чтобы вернуть загулявшего мужа. И тут я, неожиданно для самой себя, решила, пользуясь случаем, узнать, что ожидает меня на личном фронте. Втайне я надеялась на некое милое и приятное сердцу предсказание и получила его: карты, раскинутые гадалкой, предвещали мне начало новой и пылкой страсти. Я еще уточнила, а возможны ли такие перемены уже завтра? На это гадалка ответила, что ничего невозможного нет.

Это было вчера. А сегодня меня разбудил звонок в дверь, и довольно рано. «Господи, как же я ненавижу вставать чуть свет!» – хотелось мне крикнуть во все горло непрошеному визитеру и продолжать покоиться в объятиях Морфея. Но вместо крика у меня вырвался какой-то не то сдавленный стон, не то бормотание, смысл которого мне и самой был неясен. Было одно желание: послать всех подальше и отоспаться сразу за все те полубессонные ночи, которые выпали на мою долю, пока я раскручивала очередное дело.

Нет, ну должна же быть справедливость на свете! Я же не робот, в конце концов, какой-то, чтобы без отдыха трудиться и головой, и руками, и ногами. Плюс ко всему – постоянные стрессы и опасности, подстерегающие меня буквально на каждом шагу. К тому же я в своем, одном-единственном лице совмещаю практически все штатные единицы, имеющиеся в обычном детективном агентстве, ну, там, скажем, помощник главного детектива (а то и не один, а несколько), секретарь, водитель… кто еще? Ну, неважно, обязанностей все равно выше крыши. Вот почему полноценный, пусть даже небольшой отдых или хотя бы никем и ничем не прерываемый сон был мне сейчас просто необходим. Разумеется, во время расследования у меня стираются понятия «день» и «ночь». Но вот после…

Пока все эти мысли крутились у меня в голове, сон неожиданно куда-то отлетел. И звонок уже больше не звонил. Я даже разозлилась. Вот ведь! Грубо выхватил человека из царства сна и неги, а теперь молчит, как будто сам туда погрузился. Но в это время, будто желая реабилитироваться, звонок зазвонил снова. Все! Окончательно прогнав остатки сна, я вылезла из постели и, сунув ноги в шлепанцы, направилась было к двери. Тут мой взгляд упал на зеркало, висевшее на стене. Вернее, на отражение, показавшееся в нем: припухшие веки, всклокоченные волосы… Н-да, видок еще тот… А если вчерашнее счастливое предзнаменование гадалки так быстро материализовалось и моя «пылкая страсть» ждет не дождется встречи со мной (подняла меня с постели ни свет ни заря)? Ну, и ладно, кому надо, и такая понравлюсь. К тому же под припухшими (нет, лишь слегка, чуть-чуть припухшими) веками таятся бездонные зеленые колдовские глаза (возможно, отчасти и из-за них меня прозвали Ведьмой), а пышные длинные волосы, которые я машинально пригладила рукой, уже не торчат в разные стороны, а, струясь, падают на плечи.

Накинув поверх ночной рубашки пикантный полупрозрачный пеньюар, недавно купленный в «Стилиссимо» (надо же побаловать себя, любимую, если пока никто другой не догадался этого сделать), я решительно направилась в прихожую на встречу со своим «счастьем». Но когда я открыла дверь, то в первую секунду просто опешила от неожиданности: передо мной стояла молодая женщина лет тридцати. Красивая, со вкусом одетая. Точеное личико, локоны цвета спелой пшеницы, гармонирующие с васильковыми глазами. Короткая летняя кофточка ажурной вязки цвета яичного желтка эротично открывала плечи, легкая пестрая юбка с прозрачными вставками подчеркивала изгибы бедер. В руках женщина держала черную кожаную куртку и в тон ей – сумочку.

– Вы Татьяна Иванова? – Она сделала ударение на первом слове.

– Да, это я.

– Я – Ася Малеева. Мне нужна ваша помощь. Можно, я пройду? – Не дожидаясь ответа, она прошла в комнату стремительной, но в то же время пластичной, какой-то летящей походкой. «Напоминает движения балерины», – подумала я. Опять же, не дожидаясь приглашения, Ася села на диван. Я расположилась напротив в своем любимом (слегка потертом и слегка продавленном) кресле. Ася какое-то время молчала. Казалось, решительность, с которой она буквально ворвалась ко мне, оставила ее. Однако мне только так показалось.

– Бога ради, простите меня за столь ранний визит, – она подняла на меня свои васильковые глаза. – Но я действительно нуждаюсь в вашей помощи, иначе я бы ни за что не ворвалась к вам так рано, – видимо, от волнения Ася начала повторяться.

– Да не волнуйтесь вы так, – я решила ее подбодрить. – Тем более что я уже и не спала, – приврала я, – профессия, знаете ли, обязывает.

– Да, да, именно так мне вас и рекомендовали как очень хорошего, компетентного специалиста. В общем… Таня. Вы разрешите к вам так обращаться?

Я молча кивнула.

– Убили мою лучшую подругу. Подругу детства. Я вас очень прошу найти убийцу!

– Но, очевидно, этим делом уже занимается милиция?

– В том-то и дело. Следователь так и сказал: ваша подруга переборщила, не рассчитала, видите ли, дозу. Да Оля и близко к наркотикам не стояла! – Ася возмущенно почти выкрикнула эти слова. – И, если уж на то пошло, станет человек кайфовать прилюдно? Ведь это полная бредятина!

– Подождите, подождите, Ася. Давайте все по порядку.

– Хорошо. Олю Ермакову нашли… мертвой в кафе «Красный конь», это на Максима Горького, ближе к улице Советов, – пояснила она. – Официантка вызвала «Скорую», та установила причину смерти – сердечный приступ. Ну, а в лаборатории исследовали содержимое ее чашки из-под кофе и нашли следы сильнодействующего наркотического вещества. Но этого просто не может быть!

– Чего не может быть? – переспросила я. – Вы не доверяете результатам экспертизы?

– Да нет же! Не в этом смысле! Я ведь вам уже сказала, что Оля никогда не употребляла ничего наркотического, она даже к спиртному испытывала отвращение, наверное, из-за того, что Валерий (это ее бывший муж) был беспробудным пьяницей.

– Был? Его что, уже тоже нет в живых?

– Ну, как же! Он еще всех нас переживет! Наверное, потому что уж очень хорошо проспиртовался. Нет, вы не подумайте, я совсем не желаю ему зла. Просто… Ну, почему хорошие люди так рано нас покидают? – Она подняла на меня глаза, в которых уже стояли слезы, готовые вырваться и пролиться бурным потоком.

Ну, и вопрос ты мне задала, Ася! Да кто ж его знает! Видимо, так уж было угодно небесам. Как говорится, человек предполагает, а господь бог располагает. А если честно, то я особенно-то и не вникала по-настоящему в вопросы бытия и мироздания. Все больше преступников ловлю и, если возможно, предотвращаю преступления. До философских размышлений как-то руки не доходят. Вот когда выйду на пенсию… Если доживу до нее, при моей-то работе… Ладно, прочь пессимизм и негатив. А то ведь мысли имеют свойство материализовываться. А посему надо думать только о хорошем. Ничего этого я Асе, конечно, не сказала, да она, очевидно, и не ждала ответа на свой вопрос. Немного помолчав, Ася продолжила:

– Оля… была… Никак не могу говорить о ней в прошедшем времени! В общем, в ней я видела сестру, которой у меня никогда не было. Я росла единственным ребенком в семье.

– Вы с ней вместе учились в школе?

– Не совсем так. Мы вместе учились в хореграфическом училище, а поскольку туда принимают с десяти лет, то можно сказать, что мы – школьные подруги.

«Значит, интуиция меня не подвела, Ася действительно балерина».

– Знаете, – продолжала Ася, – я рано осталась без мамы… Папа у меня военный, поэтому много времени уделять мне не мог, и семья Оли и Киры (это младшая сестра Оли) стала мне родной. С Олей я могла делиться самым сокровенным, она всегда меня понимала и поддерживала, хотя когда мы с Игорем… ну, это уже совсем другая история, она касается только меня.

– А где работала Оля? В театре?

– Первое время после окончания училища – да, в нашем Тарасовском театре оперы и балета. А потом она из него ушла. К тому времени у них с Кирой умерли родители. Балетной зарплаты не хватало даже на одну Олю, а ведь надо еще было растить и учить сестру. Кира, кстати, тоже пошла по нашим стопам, закончила училище, сейчас танцует в нашем театре. Ну, а Оля, как и многие другие граждане в то время, занялась коммерцией. Сначала она совершала не очень далекие вояжи: в Польшу, в Турцию. Она привозила самый ходовой товар и сравнительно быстро смогла раскрутиться. Конечно, были свои сложности, и немалые. Приходилось ночей недосыпать, карауля на вокзалах свой товар, из-за непомерного количества выпитой из-за жары кока-колы и фанты она чуть было не заработала диабет. Но потом стало полегче. Постепенно нашлись компаньоны, и наконец появился магазин модной одежды «Мадонна», знаете, на Немецкой, между Горького и Польской.

Я кивнула: сама не раз там была, очень даже миленькие вещички выставлены и на витрине, и в самом магазине.

– Скажите, Ася, а были у Ольги конкуренты, недоброжелатели, враги, наконец? Ведь доля частного предпринимателя – достаточно нелегкая.

– Вот на этот вопрос я вам не могу дать определенный ответ. Враги… Скорее «нет», чем «да». Потому что Оля обязательно бы поделилась со мной своими тревогами, неприятностями. Дела в «Мадонне» шли неплохо, и совсем недавно она летала в Ереван. Там она заключила очень выгодный для магазина контракт с одной из армянских фирм. Правда, после того как она вернулась, мы с ней не виделись, только по телефону разговаривали. Но настроение у нее было приподнятое, я давно не слышала в ее голосе таких ноток. И, подозреваю, дело, наверное, не только в удачном контракте.

– Вы имеете в виду что-то личное?

– Может быть. У нас просто не было возможности встретиться и все подробно обсудить. И… вы знаете что? Несмотря на Олино воодушевление, я все же почувствовала некоторый разлад. Ну, как будто что-то ее тревожило, что ли… Да, она еще сказала: «У меня есть две новости, одна, как водится, хорошая, а вторая – не очень. Ну, да мы все уладим». Я, как ни пытала ее, ничего не смогла выяснить. «Не телефонный разговор, и точка», – говорит. А встретиться мы с ней должны были как раз вечером того дня… когда ее не стало, – добавила Ася совсем тихо. – Вот ее фотография, – Ася открыла сумочку и протянула мне фото. На меня смотрела сероглазая женщина, по ее спине струился целый водопад каштановых с золотым отливом волос. – Так что, Таня, возьметесь вы за это дело? Я знаю ваши расценки: двести долларов в день плюс расходы. Вот аванс, – она снова полезла в сумочку, словно боясь услышать от меня отказ. – Сейчас я должна идти: похороны сегодня, – Ася смахнула слезы и направилась к двери.

– По какому адресу?

– Главная Казачья, 45, квартира 34. А мой телефон… – Она продиктовала номер.

Я проводила Асю, закрыла за ней дверь и вернулась в комнату. Вот так-так, совсем неожиданно у меня появилось новое дело! И это буквально через день после того, как я завершила предыдущее. «А как же мой законный отдых? – спросила я саму себя. – А никак», – самой же себе ответила я. В конце концов, устрою себе двойной отпуск. Кроме того, заказы на улице не валяются, иной раз приходится сидеть без работы довольно длительное время. А финансы имеют одну очень неприятную особенность: рано или поздно заканчиваются. У меня они вообще надолго не задерживаются, так, побудут в гостях некоторое время и делают мне ручкой. Дескать, пора тебе, Танечка, снова приниматься за работу! Нет, я не транжирка и не мотовка. Просто люблю устраивать себе «праздники жизни», ну, там купить себе какой-нибудь классный прикид или изящную безделушку стоимостью эдак…

А еще я взяла себе за правило отдыхать и на отдыхе ни в чем себе не отказывать. Я уже побывала на Кипре, в Турции, теперь положила глаз на Египет. Да… Ну, ничего, Африка от меня никуда не денется. Вот только разберусь с тем, кому помешала Ольга Ермакова. Или с теми? Собственно, еще до того, как Ася вручила мне аванс, я уже приняла решение взяться за расследование. И, по большому счету, дело было не только и не столько в необходимости финансового вливания. Я стремлюсь восстановить закон и порядок всеми доступными мне средствами. Поэтому ко мне обращаются люди, которые хотят полной конфиденциальности или которые, как Ася, разуверились в «родной» милиции. К тому же я сама сделала свой выбор, побывав после окончания юрфака сначала на государственной службе и вдоволь наслушавшись сентенций своего шефа, терпеливо объяснявшего мне, неразумной, что черное – это белое, и наоборот.

Осточертело мне все это до смерти! Собственно, из-за этого я и решила стать частным детективом. Я отдавала себе отчет в том, что моя работа «и опасна, и трудна». Меня не раз пугали, достаточно часто я подвергалась смертельной опасности. Боялась ли я? Если честно, то да, бывало и страшно. В конце концов, я нормальный человек с достаточно развитым чувством самосохранения, а не супермен какой-нибудь, точнее – супервумен. Конечно, я многим рисковала, и прежде всего жизнью. Но опасные ситуации только подстегивали меня, заставляя мозг напряженно думать, а сердце – бешено колотиться.

Моя работа нравилась мне еще и потому, что избавляла от будничной жизни, присущей многим моим согражданам, которые изо дня в день курсировали по маршруту: работа – магазины – базары – аптеки. А моя работа давала мне возможность играть множество ролей, проживать тысячу ярких, не похожих одна на другую жизней. И, откровенно говоря, если бы мне предложили поменять мою профессию на какую-нибудь другую, менее опасную, я бы, наверное, не согласилась.

Правда, были и такие моменты, когда я чувствовала себя беспомощной и слабой, когда мне хотелось бросить всю свою работу вместе с деньгами и забиться в какой-нибудь тихий и спокойный уголок. Но всегда на помощь приходили друзья: Гарик Папазян со своим неподражаемым армянским колоритом, Андрюша Мельников, Киря – Володька Кирсанов. Все перечисленные лица – сотрудники милиции. Я помогаю им избавиться от какого-нибудь «висяка», а они – мне. В смысле, получить нужные сведения, необходимые для моих расследований, кратчайшим путем.

Я вдруг поймала себя на мысли, что предаюсь размышлениям о плюсах и минусах своей работы, сидя на подоконнике с сигаретой в руках. Что-то день сегодня начался как-то не так. Не по правилам, что ли. Я не имею в виду свое пробуждение и немедленное лицезрение хрустящих тостов и дымящегося кофейника, с алой розой вдобавок, на сервировочном столике. Такие приятные моменты в моей жизни имеют место быть, но – как исключение. Обычно день начинается с посещения ванной, где я принимаю или саму ванну, или встаю под душ. После водных процедур – визит в кухню, где происходит таинство превращения темных зерен арабики в самый прекрасный на свете напиток – кофе (я – заядлая кофеманка со стажем). И уже под занавес всех утренних мероприятий – выкуренная сигаретка.

А сегодня все пошло в обратном порядке. Но, впрочем, это можно исправить. Я направилась в ванную и решила принять именно ванну, а не душ, чтобы подарить себе хотя бы кратковременное ощущение полного расслабления. Долго нежиться в воде мне сегодня не придется: времени нет. Я уже решила, что пойду на церемонию прощания с Ольгой Ермаковой. Сведения, предоставленные мне Асей, достаточно скупы. Ну, жила-была балерина, потом превратилась она в преуспевающую бизнес-леди и закончила свою жизнь в одном из тарасовских кафе за чашкой наркотического кофе. Я так же, как и Ася, не верила, что человек выберет людное место для вхождения в наркотический транс. Да и была ли Ермакова наркоманкой? Ася утверждает, что нет. Пожалуй, с ней можно согласиться. Во-первых, от лучшей подруги такого не скроешь, во-вторых, успешный бизнес и статус наркомана – две вещи не то чтобы совсем уж несовместные… В любом случае это бросалось бы в глаза коллегам, партнерам, наконец.
1 2 3 4 5 ... 7 >>