Оценить:
 Рейтинг: 4.6

Счастье с отсрочкой на год

Год написания книги
2015
Теги
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 >>
На страницу:
5 из 10
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Свадьба.

Ей все равно. Она не собиралась ничего наследовать, просто привязалась к поместью, как и Эйлин. Нравится ей Аласдер или нет, – это жестоко. Неужели Эйлин действительно думала, что такое возможно?

Несмотря на то что мысли должны были сосредоточиться на Аласдере и несправедливости по отношению к нему, она не могла не думать о боли, которую причинили ей. Нет, она не надеялась на наследство, но и такого поворота никак не ожидала. Не ожидала, что Эйлин может снова направить ее по той же дороге. Попробуй одного внука, а не получится, займись другим.

– О чем ты думала? – вопрошала она покойную Эйлин.

А потом ее вдруг осенило. Эйлин ни о чем не думала. Она надеялась.

Последние месяцы жизни та подолгу жила в замке. Обычная веселость сменилась сосредоточенностью. Она оплакивала Алана, но не переставала беспокоиться и об Аласдере.

– Родители и эта ужасная женщина, на которой он женился, убили в нем что-то. Если бы только он встретил такую женщину, как ты.

«Несбыточная мечта», – думала Джинни, раскатывая тесто для булочек. Старая дама была полновластной владелицей своих богатств, но ее последняя воля и завещание не больше чем мечта.

– Она не могла надеяться, что это сбудется. Не могла думать, что мы поддадимся, как ей казалось, непреодолимому соблазну. Неужели она верила, что мы не сможем устоять?

Эйлин не знала всего. И Джинни принялась вспоминать о своем ужасном браке и его последствиях. Ей стало не по себе. Если бы Эйлин знала, что она сделала, это разбило бы ее сердце.

Но теперь ничего не изменить. Нет, нет и нет. В конце концов она опустила глаза и поняла, что делает. Месит тесто для булочек? Она что, сошла с ума?

– Нет ничего хуже плохо промешенного теста. – Она не обращалась ни к кому конкретно. – Кроме замужества.

Два несчастных брака. Неужели она рискнет вступить в третий?

– Может, и рискну. Когда-нибудь. Может быть, смогу наладить жизнь. Поехать в Париж, научиться готовить французскую выпечку. Найти себе сексуального парижанина, который обожает односолодовый виски.

Она чуть было не улыбнулась. Хотя бы виски сгодится на что-то.

И взглянула в окно на орлов, парящих над замком, словно над своей собственностью.

– Вот чего бы мне хотелось по-настоящему. Летать. Но это все мечты. Я отвлеклась.

Мужской голос из-за двери заставил ее вздрогнуть.

– И я о том же подумал.

Она перевела взгляд. Там стоял лорд Данкерн.

Как давно он за ней наблюдал? Подслушивал? Впрочем, ей все равно. Надо сохранять самообладание. Джинни выбросила тесто в мусорное ведро и снова насыпала муку в миску. Макбрайды.

Но это не Алан. Совсем не Алан. Алан давал слабину, а этот мужчина стоял как скала. Если уж говорить правду – да. «Суровый» и «осуждающий» – вот два определения, которые хорошо подходят для его описания. Но все равно, глядя на мужчину, она чувствовала внутри странный трепет, как тогда в библиотеке.

Страсть? Она, наверное, шутит.

«Он владелец поместья, – строго напомнила себе Джинни, – а ты его работница». А когда работник встречает барина, лучше всего бежать.

Но она кухарка в замке этого мужчины. И заставила себя остаться и слушать, что он скажет.

– Джинни, моя бабушка дурно обошлась с нами обоими, – начал он примирительно. – Я не знаю, чего хотели вы, но уверен, что такого точно не ожидали.

Она удивленно посмотрела на него. Его гнев прошел, уступив место разуму и осторожности. Однако, похоже, он не знает, как продолжить разговор.

Она тоже не знала.

– Мне она не сделала ничего плохого. – И это была правда. Эйлин вовсе не была обязана предлагать ей работу и жилье в своем замке. Это было проявлением великодушия с ее стороны. – Ваша бабушка была очень, очень добра ко мне, – добавила она, отрезая масло и добавляя его в новую порцию муки.

Работа успокаивала, заученные движения усмиряли поднимавшуюся внутри волну и почти отвлекали от мужчины, настоящего секс-символа. – Мне нравится жить и работать здесь, но это не может продолжаться вечно. У меня нет права оставаться здесь и дальше.

– Вы были замужем за Аланом, а значит, вы часть семьи.

С каким трудом он это выговорил! Заставляет себя быть с ней любезным?

– Наш брак был коротким и несчастливым. Я больше не принадлежу к вашей семье. Я просто работала на вашу бабушку и буду заботиться о замке до его продажи, а потом с радостью уеду.

«Ложь, ложь, притворство», – добавила она про себя. Отъезд разобьет ей сердце, оно не выдержит продажи замка. У нее нет денег, чтобы куда-то ехать, но она не расскажет об этом Аласдеру.

Сейчас она почти боялась его. Он стоял и смотрел на нее. Выглядел воином, столь же жестоким и безжалостным, как и все вожди клана Данкернов до него.

«Он не такой, – сердито напомнила она себе. – Он просто один из Макбрайдов». Нужно как можно скорее уехать отсюда.

– Если мы поженимся, замок достанется вам.

Джинни замерла, едва дыша, считая вдохи и выдохи.

Он сказал это. Будто самое обычное условное предложение. Если вы дадите мне пенни, я дам вам яблоко. Очень похоже.

Десять, одиннадцать, двенадцать. Нужно сделать еще один вдох.

– Может быть, это и разумно, – продолжал Аласдер. – Может быть, это единственное здравое решение. – Он снял пиджак и засучил рукава. У него были мускулистые руки, большие, загорелые, совсем не похожие на руки городского финансиста. А килт делал его настоящим воином.

Он наблюдал за ней, как хищник наблюдает за своей жертвой.

– Это даст нам обоим то, что мы хотим. – Он по-прежнему приглядывался к ней. – Поодиночке мы потеряем все, чего добивались. Завещание Эйлин – ночной кошмар, но не полная катастрофа. Нам нужно попытаться поработать над ним.

– И пожениться? – Она почти взвизгнула, хотя и радовалась, что вообще смогла это выговорить.

– Это единственный способ сохранить замок.

– Я не хочу замок.

Это озадачило. У него изменилось лицо, будто он не знал, что делать дальше.

– Не важно, что говорится в завещании Эйлин, я никогда не приму замок в наследство. – Она изо всех сил старалась, чтобы голос звучал так же рассудительно, как и его. – Замок – моя работа, и только. Это вы лорд Данкерн. Это ваше родовое гнездо. Ваша бабушка хотела как лучше, но это совершенно безумное предложение. Не думаю, что мы должны его обсуждать.

– Нам нужно поговорить.

– Нет. Мне жаль, что ваша бабушка поставила вас в такое положение, но только вам судить, насколько она не права. Спасибо, лорд Данкерн, за то, что обдумали это безумное предложение, но мне нужно печь булочки. Я останусь здесь до тех пор, пока адвокат не предложит мне уехать, и тогда я навсегда уйду из вашей жизни.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 >>
На страницу:
5 из 10