– Настоящая его фамилия Черакидиз. Мариш – псевдоним, – пояснил Егор.
Фон Берг криво усмехнулся:
– Дань румынским корням отцов-основателей этого течения. Вампир Черакидиз – да уж, занятно звучит!
Екатерина насторожилась:
– Что от нас требуется? Мы им что, должны помочь? Или все-таки уничтожить кого-то из них?
– Мы уничтожаем только ведьм. У нас с вампирами вроде как сотрудничество. Во главе их клана стоит господин Мариш. Клан тоже относится к Закрытому министерству, и частенько работает вместе с нашим Братством. Это не те вампиры, которые убивают людей – сотрудничество с такими особями вообще недопустимо. Но от этого наши вампиры-побратимы мне не становятся симпатичнее. Надо отдать должное, они пьют кровь не людей, а животных. Или друг у друга, по добровольному соглашению. Вроде как вреда никакого, но все равно мерзость!
– У них есть что-то наподобие закрытого клуба за городом. Там они собираются в темное время суток. Никого не беспокоят, – Егор покосился на барона. – Особо не скрывают своих пристрастий, но и не кричат об этом на каждом углу. Работают в клубе и обычные люди, которые дают подписку о сохранении всего, что происходит в заведении в секрете. Но все равно, некоторые чем-то делятся со своими знакомыми. Так что местное население старается обходить этот клуб стороной. На всякий случай.
– В общем, милое местечко, где вместо коньяка и вина подают свежую овечью кровь, а вместо антрекота – куски сырого мяса, тоже, естественно, с кровью, – пробурчал Генрих. – Они для этого держат целое стадо племенных овец какой-то особой породы. Выписывают их из Шотландии и везут через всю Европу. Гурманы! Так что там за проблемы? Ведьмы задрали элитных овец, и бедняжкам нечего пить?
Егор понимающе усмехнулся.
– Генрих Александрович очень не любит вампиров. Да и я тоже к ним тоже особой симпатии не испытываю, – пояснил он Екатерине. – У хозяина заведения стали пропадать крупные суммы денег. А в новолуние погибли две уборщицы. Судя по почерку, убила их ведьма. Видимо, женщины заметили, как та ворует деньги. Надо присмотреться к работникам и посетителям клуба. Завтра с утра нас там будут ждать. Осмотримся на месте. До полнолуния осталось несколько дней – надо продумать, как будем действовать. Хотя трудностей возникнуть не должно, вроде, все просто. Но кто знает?
Егор и Генрих выпили еще коньяку. Екатерина ограничилась лимонадом. Все потихоньку начали приходить в себя после общения с Магистром. Девушка с удовольствием ела шоколад, который любезно отламывал для нее от толстой плитки Генрих. Она осторожно брала из его рук дольку темного лакомства, пахнущего какао и ванилью. Шоколад бархатно таял во рту – настоящий, бельгийский. Не шоколад, а произведение искусства.
Екатерина украдкой поглядывала на своего наставника. Он был задумчив. Ей снова стало грустно. Она обещала ему, что все останется неизменным – наставник и ученица. И больше ничего. Но как же это трудно.
Еще вчера все было понятно, просто, и они были счастливы. Всего несколько коротких минут. Время лечит, все забудется? Чушь. Ничего не забудется, а останется лежать тяжелым камнем на сердце. Любят один раз и на всю жизнь. Для нее это может быть только так. Замуж она не выйдет. Лучше остаться одной, чем жить с нелюбимым человеком, пусть даже добрым и хорошим. Девушка вспомнила влюбленного в нее друга детства. Нет, Алексей зря ждет, что она ответит ему взаимностью. Этого никогда не произойдет…
Егор снова заговорил, и она вернулась к действительности:
– Кроме того, в этом клубе очень, мягко говоря, своеобразное отношение к женщинам. Для вампиров это люди второго сорта, сразу предупреждаю вас, Екатерина Павловна. Женщина не может присутствовать при важном разговоре, так что будьте к этому готовы. Пока мы будем обсуждать насущные вопросы с господином Маришем, вы будете сидеть отдельно, в стороне.
– Но в пределах видимости, – добавил Генрих. – Мы не допустим, чтобы вам что-то угрожало. На всякий случай, захватите револьвер. Я дам вам серебряные пули – помогают против вампиров и оборотней. Впрочем, последних там быть не должно.
– Вы считаете, что все может зайти так далеко? – девушка не испугалась, а скорее обрадовалась, что у нее, возможно, будет шанс реабилитироваться в глазах товарищей.
– Не думаю, но лучше перестраховаться. Я предвзято отношусь к вампирам и не особо доверяю им. Господин Мариш будет считать, что вы – моя женщина. Хотя я и представлю вас своей невестой, как всегда. Не удивляйтесь. Для него нет разницы – порядочная девица, содержанка, невеста, жена или любовница. Если вы с мужчиной – вы его женщина. Коротко и ясно. Зато на вас никто не покусится. Господин Мариш бывший каторжник, который сумел сколотить весьма приличное состояние. И замашки у него остались прежние. Так что ни о какой деликатности речи тут не идет. Но у каторжников есть определенный кодекс чести. Пока мы на их территории, придется играть по их правилам. Мы отправимся в то самое злачное место, о котором я вам, помнится, говорил.
– Ну что ж, я готова. А что с графиней Рокотовой? Магистр упомянул о ней вскользь, – Екатерину давно мучил этот вопрос. – Известно, как ей удалось стать такой опасной ведьмой?
Генрих нахмурился. Видимо, ему тоже не давала покоя эта проблема:
– О ней говорили на Совете. Пока Полину не удалось найти. Вместе с ней исчезла и ее горничная – то ли убита, то ли помогает своей госпоже. Последний любовник графини, князь Юрьевич уехал за границу – это проверено. Уехал один. Возможно, он до их пор не знает, с кем связался. А может, готовит для нее там убежище. Так или иначе, но убийства прекратились – Егор очень серьезно ранил Полину. Однако неизвестно, сколько времени у нас в запасе, раны на ведьмах быстро заживают. Полина озлоблена и наверняка продолжит убивать – уже успела войти во вкус. Но хватит о ней. На сегодня достаточно мрачных разговоров, я думаю. Нам еще предстоит выпить чай.
Он снова протянул Екатерине дольку шоколада:
– Пусть это немного подсластит вам воспоминания о Магистре. Хотите пирожное? Теперь угощаю я.
– Нет, не вы, – девушка взглянула ему в глаза, и он отвел их, – Но пирожное буду. Все будут – сегодня угощаю я.
– Мне лучше пирожок с курагой, – попросил Егор. – Не понимаю я этих ваших тонкостей.
Екатерина засмеялась:
– Как пожелаешь. Пирожок так пирожок. Хочешь два? С грибами и сладкий? Или что-нибудь еще? Не стесняйся, Егор.
– Я не стесняюсь. Буду два пирожка с удовольствием.
Они пили чай. Генрих машинально размешивал сахар и задумчиво смотрел на Екатерину. Она перехватила его взгляд, и он снова отвернулся. О чем он теперь думал? Жалел, что вчера они вовремя остановились, проявив благоразумие? Или о том, что все могло зайти слишком далеко? Но теперь опасаться нечего – все закончилось, не успев начаться. Они оба приняли решение.
Глава 4
С утра Генрих и Егор заехали за Екатериной на ее городскую квартиру. Она легко сбежала по ступеням парадного подъезда к автомобилю. Легкое сиреневое платье подчеркивало стройную фигуру девушки и очень шло к темным волосам, забранным на затылке серебряным гребнем. Екатерина посмотрела на Генриха и улыбнулась ему:
– Услышала, как подъезжает автомобиль, и сразу вышла. Мы не опаздываем?
– Нет, но если надо, господин Мариш и вампиры подождут, сколько потребуется, – Генрих не пытался скрыть своего пренебрежительного отношения к Маришу и его окружению.
Закрытый клуб «Летучая мышь» располагался далеко за городом, среди старинного роскошного парка в английском стиле с обилием фонтанов, гротов и беседок, увитых диким виноградом и алыми плетистыми розами. Тенистые аллеи вели к прудам, заросшим лилиями. По замыслу хозяина, все должно было выглядеть мрачно и таинственно. Но солнечное летнее утро вносило дисгармонию в печальную атмосферу загородного клуба и напрочь лишало его загадочности. Струи фонтанов искрились бриллиантовыми брызгами и весело журчали, пруды блестели как зеркала, а аллеи пронзали яркие и легкомысленные косые лучи солнечного света.
Само здание клуба построили недавно в псевдоготическом стиле и походило на средневековый замок – множество башенок, узкие стрельчатые окна с цветными витражами, эркеры и балкончики. Горгульи, крылатые драконы, львы и летучие мыши в изобилии громоздились на карнизе, колоннах и над окнами. Гербы и символические скульптуры были втиснуты на оставшиеся свободные места над центральным порталом. Тяжелую дубовую дверь украшали медные накладки, тоже в форме летучих мышей.
Фасад здания был облицован темным камнем и перегружен декоративными элементами. Отсутствие вкуса заменяли богатство и дороговизна отделочных материалов. Видимо, хозяин «замка» рассчитывал, что он будет производить мрачное и таинственное впечатление. Но вместо этого «замок», скорее, вызывал недоумение и был бы похож на торт, если бы не его мрачный цвет.
Автомобиль остановился у парадного подъезда, зашуршав мелким гравием на подъездной дорожке. Им навстречу величественно и печально вышел привратник в блестящем цилиндре, одетый во все черное и походивший на похоронного агента. Он медленно и торжественно открыл тяжелую дверь, словно это был вход в фамильный склеп. Над порталом зловеще нависла летучая мышь, широко раскинув крылья и выпучив каменные глаза. Из ее оскаленного рта торчала пара клыков. У одного клыка кончик был наполовину отбит, и это делало летучую мышь слегка неполноценной и ущербной.
Девушке стало немного не по себе. Она посмотрела на Генриха и Егора. Те были спокойны.
Барон поморщился:
– Какой, однако, антураж, – он взял Екатерину под руку и прошептал на ухо, видимо, поняв ее состояние: – Не бойтесь, это всего лишь декорации. К тому же не очень качественные.
Через темный холл они вошли в большое помещение. Это оказался зал ресторана, только тоже с весьма мрачной обстановкой – высокие окна были плотно задернуты черными шелковыми портьерами. Черная хрустальная люстра гигантских размеров свисала с потолка и мерцала слабыми электрическими огнями. Сизый сигаретный дым низко висел в воздухе плотным туманом. В душном помещении пахло дорогими духами и табаком.
Несмотря на утро, в зале за столиками сидели посетители, хотя и немного. Небольшой оркестр играл вальс, но незнакомый, чувственный и томный. Несколько пар двигались в танце, словно в глубоком гипнозе.
– Похоже, здесь еще и кокаин нюхают. Просто дорогой притон, – саркастически констатировал фон Берг, окинув зал беглым взглядом.
Он плотнее взял девушку под руку. Екатерина невольно прижалась к нему, с недоумением озираясь по сторонам. Ее сиреневое платье неуместным пятном светилось среди общего мрака. К ним неслышными шагами скользнул еще один «похоронный агент». Он изогнулся в поклоне:
– Господин Мариш приносит вам свои извинения и просит немного подождать. Я провожу вас к столику. Угощайтесь. У нас неплохой выбор вин. Есть традиционная кухня. Естественно, все за счет заведения.
Они присели за столик у стены. Отсюда открывался отличный обзор всего зала.
– Пожалуй, надо взять хотя бы по бокалу вина, чтобы не привлекать лишнего внимания. Возьмем красное – отдадим дань местным традициям, – заметил фон Берг. – Есть тут я не рекомендую. Кто знает, что они понимают под традиционной кухней.
Вино подали мгновенно. Официант был осведомлен, что это гости его хозяина. Барон пригубил напиток и одобрительно кивнул – вино отменное, можно пить смело.
Оркестр заиграл какую-то совсем незнакомую мелодию – страстную, томную и с болезненно-грустным надрывом. Несколько пар начали странный танец. Екатерина смотрела не них как завороженная:
– Что это?