«Давай помогу», – Фарго подошел ближе и слегка подул в сторону озера, отчего нарисовалась другая призрачная картина, напоминавшая сплетенную паутину, которая словно стена отгораживала часть берега.

Увидев, с чем имеет дело, Агнесса потерла пальцами друг о друга и резко выбросила вперед руки. Паутина, которая выглядела как видение, стала осязаемой, и Агнесса ловким движением разорвала ее пополам. Магическое ограждение осыпалось вниз как невесомые снежные хлопья и исчезло, словно его и не было.

– Неужели кто-то всерьез полагал, что это меня остановит? – раздраженно спросила она.

«Видимо, кто-то наспех состряпал эту защиту, и не все продумал. Попробуй теперь еще раз. Больше я не чувствую опасности».

Агнесса повторила действия с водой и руками.

– Покажи мне! – требовательно сказала она.

На этот раз пространство поддалось охотнее. Сначала они с Фарго ничего не увидели. Но вот со стороны здания академии к берегу спешит Рия. Подойдя к озеру, она оглядывается и словно ждет чего-то. В первые пару минут ничего не происходит. Потом прямо на берегу воздух вдруг начинает закручиваться спиралью, образуя воронку, похожую на маленькое торнадо. Рия тут же выставила вокруг себя защитный купол, но его с легкостью затянуло в воронку, как будто всосали коктейль через трубочку, а вслед за этим затянуло и саму Рию, которой было уже не по силам сопротивляться.

Видение рассеялось.

«Все-таки похитили»

– Все-таки похитили.

Сделав синхронный вывод, Агнесса с Фарго тревожно переглянулись.

– Ну, по крайней мере, теперь мы точно знаем, что имеем дело не с дилетантом. Так легко сбить защитный купол и утащить сопротивляющуюся ворожею, не последнюю по магической мощи, между прочим, может только кто-то сильнее. Гораздо сильнее. А еще мне ясно, что кто-то этой силе помогает. Потому что, если бы защиту от чтения слепка воспоминаний ставила именно эта сила, меня бы размазало гораздо сильнее, одним лишь ушибленным задом и задетой гордостью не обошлось бы.

«Значит, в академии есть крот», – сказал Фарго и утробно зарычал.

– Да, и мы должны найти его. И понять, что они задумали с тем, кто похитил наших. Тратить силы и считывать про остальных нет смысла, очевидно, что их засосало в такую же воронку.

Агнесса соединила пальцы ладоней и, сделав нехитрые пассы, довольно быстро восстановила сломанную защиту, чтобы никто не заметил, что она была выявлена.

«Скажешь Ройсу о том, что мы видели?»

– Пожалуй, пока что нет. Дело приняло серьезный оборот. Никому нельзя доверять. Сделаем вид, что ничего так и не обнаружили, и может даже поверили, что Рия и другие двое просто внезапно уехали. Может, это ослабит бдительность врага, и он выдаст себя. В конце концов, кукловод без кукол всего лишь глупец с ниточкой в руках.

«Что ж, любой план лучше никакого. Пойдешь домой? Я пока хотел тут погулять», – сказал Фарго, нацеливаясь взглядом на мелькнувшую в воде нутрию.

– Притащишь еще раз крысу в дом, и я обращу тебя в болонку, – предупредила Агнесса, – развлекайся, потом придешь.

«Обратит она, ты посмотри», – проворчал пес, резво удаляясь вдоль берега в сторону предмета своей охоты.

Агнесса проводила своего верного спутника взглядом и пошла к дому. Там она первым делом переоделась в домашний халат и поставила на печь греться два горшочка с густым куриным рагу, один для себя, и тот, что побольше, разумеется, для Фарго. Если он не успеет налопаться крысой. Надеюсь, она окажется проворнее предыдущей. Пока ужин грелся, она налила себе красного вина в хрустальный бокал и забралась с ногами в кресло у потрескивающего камина. Агнесса вертела в руках записку Рии, перечитывая ее и так, и эдак. Ее не покидало ощущение, что Рия неспроста ее написала, ведь больше никто из пропавших этого не сделал. Агнесса просветила листок над огнем, провела рукой, пытаясь почувствовать магический морок, но не увидела ничего, кроме написанного: «Боюсь, что мне рано утром необходимо ассистировать в своем городе, тревожиться не нужно».

Ясно, что написано наспех, и Агнесса сама видела в слепке воспоминания, как она торопилась. Но она уделила этому время. Это должно что-то значить. Тут Агнесса выпрямилась в кресле. И как она раньше не додумалась? Все намного проще. Никакой магии, просто старый-добрый детский игральный шифр, когда по первым буквам слов пытаешься сложить одно загаданное. Агнесса вихрем подлетела к письменному столу и, обмакнув перо в чернила, начала писать, перебирая варианты. Если складывать по порядку, получается ерунда. С конца – тоже. Значит, по строкам. Исписав несколько листков, наконец она нашла то, что искала.

«Боюсь, что мне

Рано утром необходимо

Ассистировать в своем городе

Тревожиться обо мне не нужно».

БРАТ.

Глава 3

Пока что появившаяся зацепка ничего не давала, но это было лучше, чем ничего. Поначалу Агнесса думала, не съездить ли в родной городок Рии, чтобы расспросить местных о ней и ее брате, если таковой существовал. Но потом отбросила эту идею. Ей нельзя сейчас уезжать. Ройсу и остальным пригодится ее сила, если вдруг придет беда. Да и пропустить королевский визит означало бы навлечь на себя гнев монаршей особы и еще больше вопросов. Поэтому записку Рии и свою расшифровку она аккуратно скрутила и спрятала в одну из маленьких склянок у себя на кухне. На всякий случай Агнесса задвинула ее другими баночками, чтобы не бросалось в глаза, если кто пожелает заглянуть сюда и полюбопытствовать о чем-либо. После не слишком умело поставленной защиты у озера нужно быть начеку.

Наступил день праздника Белтайн. Или, как старики его называют, Сияющий Огонь. К вечеру все огни в академии и домах погаснут, чтобы на самом высоком холме засияли огромные костры, которые должны задобрить богов и дать людям защиту и хороший урожай. Агнесса уже сплела венок из листьев рябины, боярышника, цветов примулы, утесника и болотной календулы и повесила его на дверь. Эти растения с давних пор считались священными в этот праздник. Спать в эту ночь не принято, ведь грань между миром мертвых и живых становится тоньше, а во сне кто угодно может оказаться беззащитен перед древними силами, которые живут за этой завесой. Майский шест установили еще вчера и тоже украсили венком и длинными лентами с цветами, чтобы водить вокруг хороводы и танцевать, пока всю ночь горят костры. Рядом с будущими кострами установили большие деревянные столы со скамьями, чтобы люди, пришедшие из соседнего городка на праздник, могли насладиться пивом, сдобным хлебом и различными закусками. Но также для бальных танцев подготовили и большой зал. Неизвестно, где его королевское величество захочет провести время. К некоторым ученикам, кто приехал не из совсем дальних краев, приедут родители. Обычно, это были люди из знати, не всем было по карману обучать свое чадо магическому мастерству. Но для талантливых юношей и девушек из бедных семей существовала стипендия, поэтому среди гостей могут быть и люди из сословий пониже. В этот праздник редко кто обращал внимание на социальный статус, все чувствовали некое единение и равенство перед древними богами. Разумеется, к королю подобное не относилось, и его везде было положено принимать с должными почестями.

Помня об этом, Агнесса уделила своему туалету в этот день особое внимание. Приняв ванну с любимым маслом орхидеи, она высушила волосы и аккуратно их расчесала, разделив на прямой пробор. Капнула ароматическое масло так же и на гребень, и после расчесывания волосы засияли словно гладкий черный шелк. Она закрепила на волосах зеленую ленту с мелкими изумрудами, которые будут сверкать маленькими звездами в отблесках огня. Платье Агнесса тоже выбрала зеленых оттенков, из тонкого бархата, с глубоким треугольным вырезом на груди. Лиф был расшит мелкими бутонами бледно-розового вереска, верх платья был цвета весенней травы под майским солнцем, а к низу цвет плавно переходил в насыщенный зеленый, как листья папоротника после дождя в пасмурный день. Подол был так же расшит вересковым узором по всей нижней кайме, но цвет бутонов был насыщенно-лиловым. Рукава расширялись от локтя и переходили в кружевные шлейфы, которые будут эффектно развеваться во время танца. Кроме ленты в волосах, из украшений Агнесса выбрала только один крупный изумруд неправильной ромбовидной формы в золотой оправе, на широкой золотой цепочке. Образ идеально подходит под весенний праздник. Агнесса внимательно осмотрела себя в слегка мутное зеркало во весь рост и осталась довольна.

“Если ты не хочешь привлекать внимание короля, то твоя затея с треском провалится”, – раздался у нее в голове голос Фарго.

Она обернулась и улыбнулась ему. Он стоял в дверях спальни.

–Что ж, женщина всегда остается женщиной, и может позволить себе некоторые противоречия, – лукаво ответила она.

Они вместе вышли из дома и направились к главному корпусу Велесфора. На пороге уже стоял Ройс, в парадном костюме, но с взъерошенными от волнения волосами. Увидев Агнессу, он на секунду забыл о своих тревогах и присвистнул.

– Ну ничего себе! Ты произведешь фурор на празднике, как и всегда, впрочем.

– Ты слишком галантен, – буднично ответила она, держа руку на холке Фарго. Все же не только для Ройса приезд его величества был волнителен, особенно в свете недавних событий.

– Ах да, я так и не спросил, ты сходила к озеру? Что-нибудь увидела?

Мышцы на шее Фарго напряглись под ее рукой.

– Нет, только как она туда шла, – сказала она полуправду, – дальше ничего. Ты знаешь, может она и вправду уехала и еще вернется.

– Я бы допустил эту возможность, но у нас же еще двое пропавших наставников, – возразил Ройс.

От ответа Агнессу избавила карета, с грохотом въехавшая на подъездную аллею. Запряженная четверкой белоснежных лошадей в золотистых попонах, огромная, тоже золотистого цвета карета с резными узорами, представляла собой впечатляющее зрелище.

– Потом, – шепнула она и присела в низком реверансе, когда карета развернулась и остановилась.

Ройс тоже застыл в поклоне, пока два лакея спрыгнули с запяток и бросились один – открывать дверь, второй – подать руку королю и помочь ему шагнуть на землю.

– Мои дорогие, как приятно вновь видеть вас! – слащаво воскликнул он, едва сойдя на землю.

Это означало, что поклон с реверансом можно было закончить.

– Мы тоже очень рады, для нас большая честь принимать Ваше Величество в нашем скромном учебном заведении, – произнес Ройс явно отрепетированную реплику.

– Белтайн с Вами в этом году станет по-настоящему особенным, – учтиво добавила Агнесса.

– Агнесса, вы услада для моих глаз, – с нескрываемым восхищением произнес король, запечатлев долгий поцелуй на ее руке.

– Мой король Октант, не пора ли нам пройти внутрь? – раздалось сзади деликатное покашливание.

Агнесса воспользовалась моментом и, не без некоторого усилия, и мелькнувшего разочарования на монаршем лике, вернула себе свою руку, поблагодарив советника про себя за этот отвлекающий маневр.

– Элсмир, мы очень рады и вам, – кивнул Ройс.

– Ректор, заместитель ректора, – раскланялся Элсмир сразу с обоими.

Они представляли собой интересное зрелище: король Октант был не высок ростом, с рыжими волосами и бородой с проседью, с уже наметившимся брюшком от излишеств королевской кухни. А его маг-советник Элсмир был почти на голову выше своего суверена, широк в плечах, с почти черными волосами, зачесанными назад и перехваченными сзади кожаным шнурком. Со своими золотистыми глазами они с Агнессой представляли собой гармоничную пару, что не укрылось от Ройса, который смерил ее ревностным взглядом.

– Ну что ж, пройдемте в академию? – попыталась разрядить атмосферу Агнесса.

– Праздник начнется ближе к вечеру, вас проводят в отведенные вам покои, чтобы вы отдохнули с дороги, и потом, если Вашему Величеству будет угодно, то мы проведем экскурсию и представим вам наших учеников и наставников, – сказал Ройс.

– Если они еще остались, – пробормотал себе под нос Элсмир.

Его слова не укрылись от Агнессы, и она пристально взглянула на него. Не зря Ройс предполагал, что слухи докатились до самых верхов.

Вдруг Фарго, которого обделили вниманием, слегка зарычал. Из кареты неспешно и грациозно вышла рысь размером с пуму, с рыжевато-бурой шестью и длинными кисточками на ушах.

– Лико, ты помнишь Фарго, – сказал Элсмир с легкой усмешкой, на что Лико лишь фыркнула, смерив волкодава надменным взглядом. Они всегда держались друг с другом с некоторым высокомерием, даже когда Элсмир был студентом академии почти сто пятьдесят лет назад.

Редко какому студенту удается сделать такую карьеру как у Элсмира и стать королевским магом, но для этого у него оказались все данные. Его сила была велика, и способности он развил не хуже, чем Агнесса. Он так же владел управлением временем на тонком плане, мог выявлять чужую магию и строить мощные защитные заклинания. Ей всегда были чужды политические игры, но мужчины-маги зачастую были очень амбициозны и стремились достичь больших высот. Обычно ученики к последнему курсу обучения уже проявляли все, на что они способны, и их распределяли на дальнейшие должности в королевстве: кто-то шел в военачальники, кто-то в сельское хозяйство или на различные производства. Кто-то становился поэтом, у кого в способностях было умение слышать муз. Другие выбирали остаться в академии подмастерьями наставников, чтобы когда-нибудь самим стать таковыми. С помощью своей магии они достигали успеха на своих должностях, а значит несли королевству пользу наряду с золотом в его казну. Каждый находил свое место в Олеарии, в этом была задача Велесфора, выявить способности тех, кто здесь обучается, и применить их в лучшем виде.

Лико и Фарго, словно заклятые друзья, несмотря на демонстративное обоюдно-прохладное приветствие, пошли внутрь бок о бок. Элсмир и Агнесса переглянулись и слегка улыбнулись, наблюдая эту почти умилительную картину.

Они прошли через анфиладу и длинными коридорами перешли в жилой корпус, где Ройс указал гостям на заранее подготовленные для них комнаты.

– Мы не очень долго, – то ли пообещал, то ли пригрозил король Октант, – мне не терпится все здесь посмотреть, я уже все забыл с последнего своего визита сюда много лет назад.

Ройс и Агнесса учтиво кивнули, и король с Элсмиром удалились в свои покои. Их шествие замыкала Лико, напоследок фыркнув в сторону Фарго, который остался стоять возле ног Агнессы.

– Да уж, – выдохнул Ройс, – прошло всего ничего, а я уже выжат как лимон. Пойду пока в кабинет, приберу на столе, совсем забыл об этом в суете приготовлений, Окс там все раскидал опять.

– Давай, мы с Фарго, пожалуй, пойдем на улицу, посмотрим, все ли готово на холме к вечеру.

Выйдя на улицу, Агнесса и Фарго обогнули здание, и остановились неподалеку от окон гостевых комнат. На подоконнике неподвижно сидела Лико и одними зрачками следила за сойками, которые порхали между кронами вековых елей. Похоже, шансов у них немного, усмехнулась Агнесса.

– Ну что, давай, – обратилась она к Фарго.

В ответ он наморщил нос, но все же сделал длинный выдох, и от его морды поднялся крошечный вихревый поток воздуха, который захватил немного песчинок гравия с земли и поднялся до окна, где Лико облюбовала себе наблюдательный пост. Поток воздуха врезался в окно, тихонько постучав захваченным гравием, и растворился. Лико сузила глаза и посмотрела на визитеров. Сделав верный вывод, рысь поскреблась в закрытое окно, ее лапа слегка засветилась, и окно тут же отворилось. Грациозно спрыгнув вниз, она неслышно приземлилась на мягкие крупные лапы и вопросительно взглянула на Агнессу.

– У меня к тебе просьба, Лико, – ласково обратилась к ней Агнесса, – сходи с Фарго к озеру, он по дороге тебе объяснит, что к чему. Нам бы пригодилось твое чутье, может выйдешь на след, который мы проглядели.

Зная, что ответ чужого фамильяра ей не услышать, Агнесса оставила их с Фарго вдвоем и пошла в сторону холма, как и собиралась.

«Не справляетесь?», – лениво спросила Лико.

«Пфф, вовсе нет, просто ситуация нестандартная», – парировал Фарго.

«Ладно, идем», – ответила рысь.

«Твой маг тебя не хватится?» – обеспокоенно спросил волкодав.

«Я гуляю сама по себе, он ничуть не удивится. Буду срочно нужна – призовет», – высокомерно ответила она.

По дороге к озеру Фарго как мог наскоро рассказал Лико о том, что случилось. Хоть они и решили с Агнессой быть осторожны, но Фарго знал, что Лико можно доверять. Она никогда не выдаст чужих тайн, даже своему хозяину.

Когда он закончил рассказывать, они как раз подошли к тому месту, где была установлена та защита, которая была создана с целью помешать Агнессе увидеть, куда и как пропала Рия.

Лико быстрыми и четкими прыжками пробежалась по периметру зоны, указанной Фарго. В нескольких местах она останавливалась, принюхивалась, скребла тускло светящейся лапой по земле, и снова тянула носом воздух. Потом молниеносно взбиралась на деревья, где повторяла свои действия. Наконец, когда она спрыгнула с последнего изученного дерева и приземлилась рядом с почти задремавшим Фарго, то отрапортовала:

«Что могу сказать, вы с Агнессой правы, магия, утянувшая вашу ворожею – сильна, и очень. А еще – она не отсюда. Не из этих мест. Вся магия Олеарии ощущается для меня как повторяющаяся комбинация ароматов, какие-то компоненты могут меняться, исчезать, но главная нота всегда одна. Здесь же привычный след явно перебивает чужеземная магия. Но все же к ней примешивается местная. Так что вы в своем выводе правы, кто-то помог совершить злодеяние».

«Чужеземная, значит. Это усложнит поиски», – вздохнул Фарго.

«Элсмир приехал помочь, – наклонила голову рысь, – пусть Агнесса переговорит с ним».

«Передам, – ответил Фарго, – скажи-ка еще, как у твоего Элсмира с ночными кошмарами?»

Лико дернула ушами и вздохнула.

«Почти так же, каждый раз, когда он пытается снова видеть сны, приходят кошмары, и я стараюсь его успокоить. А Агнесса?»

«Тоже самое. Я пробовал свою магию, хотел телепатически наслать на нее хороший сон или унять кошмары, но ничего не выходит. Потом она обычно берет коня и мчится к морю во весь опор, пока несчастное животное вконец не выдохнется. А после сидит на утесе и смотрит, смотрит на небо, иногда до самого рассвета, смотри так, будто оно может вернуть ей утраченное».

«Думаю, это часть их перерождения, и мы не можем на это повлиять своими силами. Не все ведь становятся магами или ворожеями во взрослой жизни. Обычно дар проявляется с юные годы и развивается постепенно, человек успевает привыкнуть. А когда всплеск сразу всех дремавших сил разом провоцирует еще и страшное потрясение…Хорошо хоть, что они могут отключать свои кошмары, иначе не знаю, что было бы».

Рысь и волкодав одновременно глубоко вздохнули, сидя рядом и созерцая гладь озерной воды. Для фамильяра любое страдание хозяина – их страдание, и нести эту ношу не всегда просто.

«Спасибо за помощь, Лико», – после минутного молчания поблагодарил Фарго.

«Совсем тут пропадаешь без меня», – съязвила Лико и не спеша пошла в сторону академии.

«Ой, вот зазнайка», – проворчал Фарго и пошел искать Агнессу.

Все в их взаимодействии вернулось на круги своя. Так им было легче. Ведь если только и думать, что о горестях да печалях, так и не заметишь, как эти древние безликие чудища заманят в ловушку и парализуют несчастного целиком, словно росянка заблудшего жука. Хлоп. И из этой ловушки выбраться порой очень сложно, поэтому туда лучше и не попадать вовсе.

Глава 4

Агнесса стояла на вершине холма и наблюдала за последними приготовлениями. Ее платье словно было частью самой природы, цвет идеально повторял палитру густой весенней травы, а вышитые бутоны горного вереска почти не отличались от настоящих, рассыпавшихся по всему холму разноцветными пятнышками. Ветер откинул с лица ее длинные черные волосы, и они развевались вместе с рукавами-шлейфами.

Элсмир направлялся к ней, и не сразу подошел, залюбовавшись открывшейся картиной. Когда он был здесь лишь учеником, пусть и одним из сильнейших, пропасть между ними была слишком велика, и он не смел и подумать о каком-либо общении, ближе, чем могло быть между учеником и заместительницей самого ректора. Правда, сейчас тоже было совсем не до этого, одернул он себя.

– Как тебе? – не поворачиваясь спросила Агнесса, кивая в сторону праздничной атрибутики.

Элсмир усмехнулся. К ней не подойдешь незаметно. Он оглядел высокое майское древо, украшенное разноцветными лентами, широкие столы со скамьями, на которые, как и простые люди из деревни, так и ученики, уже носили деревянные тарелки и подносы с закусками. И чуть поодаль он увидел аккуратно сложенные деревянные бруски для двух больших костров, через которые сначала проведут скот, а после будут прыгать подвыпившие и разрумяненные участники праздника. Сам король почтит всех своим присутствием, поэтому все уже было почти готово, даже отдельный стол с высоким креслом для короля и стульями для тех, кого он пожелает видеть за своим столом сегодня.

– Мне кажется, идеально, – заключил он.

Агнесса молчала, поэтому он продолжил.

– Ты случайно не знаешь, куда это унесло мою Лико? Да и Фарго твоего не видно. Уж не задумали ли эти двое какое-нибудь дельце провернуть?

– Может, и задумали. Может, и знаю, – с загадочной улыбкой ответила она и вдруг посерьезнела, – вопрос в том, что знаешь ты?

– Ловко подловила, – рассмеялся Элсмир и тоже перешел на серьезный лад, – я знаю, что у вас исчезла ворожея и двое магов. Король недоволен. Велесфор для него неиссякаемый источник верных слуг королевства.

– Пушечное мясо из учеников и деньги для казны, вот что для него Велесфор, – резко ответила Агнесса, – не всем ведь везет стать советниками. У многих участь намного менее завидная, у кого дар слабее.

– И все же вы стараетесь направить их туда, где они будут в безопасности и на своем месте, – возразил Элсмир, – в любом случае речь сейчас не только о репутации академии, а и о нарушенной безопасности. Это почти что негласное объявление войны.

– Для начала неплохо бы понять, с кем мы воюем, – резонно отметила Агнесса, – у меня есть пара зацепок. Может Лико с Фарго еще что нароют.

– Так и знал, что она уже в деле, везде сует свой нос! Что ж, давай тогда подождем их и все обсудим. Я готов помочь всем, чем смогу. Может, ты и думаешь, что я действую лишь в интересах короля, но когда-то Велесфор был и моим домом тоже. Никому не дозволено безнаказанно открывать охоту на магов.

– Согласна, – кивнула Агнесса, – но давай лучше все обсудим после праздника. Ройс уже, наверное, провел короля по всем закоулкам академии, и скоро они будут здесь.

– Договорились. Подаришь мне сегодня танец? – с ноткой надежды вдруг осмелился спросить Элсмир.

– Если его величество позволит, – съязвила она в ответ и направилась к ученикам, чтобы помочь им накрывать столы.

Каждый стол к началу праздника был украшен венком из луговых цветов. Они означали вечный цикл рождения, смерти и перерождения. Каждый конец – это всегда новое начало, таков глубокий замысел всей природы. Белтайн в Велесфоре и его окрестностях почему-то любили больше всего. Может, потому что этот праздник знаменовал собой рождение лета и уход холодной зимы, может, потому что люди просто радовались весне и новой надежде. В обычных деревнях и городах на этот праздник выбирают старейшин, чтобы разжечь два священных костра, но в Велесфоре стариков было не сыскать, по крайней мере по внешности. Поэтому Ройс и Агнесса попросили это сделать лучших учеников академии. Когда все собрались и расселись за столы, то, с соизволения Октанта, дети приступили к делу. Оба ученика подтащили к первому костру специально для этой цели созданное деревянное лучковое веретено и начали вращать его на деревянной дощечке. Через какое-то время от трения появился сначала легкий дымок, затем и тлеющий уголек, который передал свой жар дереву. Они бережно поднесли крохотное пламя к хворосту внизу костра, и он занялся под дружные одобрительные возгласы. Затем тот же ритуал они проделали возле второго костра. На Белтайн добывать огонь можно было только таким архаичным способом, никакой магии. Так люди, простые и наделенные магией, проявляли уважение к силам природы своим единством.

Когда костры разгорелись в полную силу, между ними трижды прогнали весь домашний скот: овец, коров, лошадей. Затем пастухи их отгонят на летние пастбища. Пламя должно было очистить животных от любых болезней, которые они могли подхватить за зиму, и дать плодовитость на будущий год. Подвыпивший народ тоже начал проходить между кострами, а кто был посмелее – те прыгали через костер, надеясь заслужить благословение богов и природы.

<<1 2 3 4 >>

На страницу:

Перейти

2 из 4