Восточные методы медитации. Психотехника випассаны

Глава 1. Тест на самосознание

Эта книга по медитации будет для кого-то знакомством с различными методами, для кого-то систематизацией уже известных методов, а кого-то заставит полностью пересмотреть свои прежние взгляды. Таким образом, для того чтобы мы продвигались далее, я предлагаю вам начать со знакомства с самим собой. Мы сейчас отрефлексируем наше нынешнее состояние по некоторым параметрам так, чтобы вы представляли себе, в какой точке вы сейчас находитесь.

Прежде всего, что вы начинаете делать, когда вам предлагают медитировать? Постарайтесь записать это, если у вас нет четкого представления, и вам кажется, что это и так всем понятно. Дело в том, что медитативных техник огромное количество, к медитации много подходов, более того, медитацией называются совершенно разные вещи, и мы во всем будем разбираться. Поэтому сейчас, чтобы у вас не уплыло ваше нынешнее представление, я предлагаю вам даже его записать.

Когда мы занимаемся медитацией, у нас есть полный спектр различных состояний, то есть мы работаем и с телом, и с энергией, и с мышлением. Определите, пожалуйста, насколько у вас проработаны все уровни целостной личности и насколько они включены в тот подход, в ту методику, которую вы сейчас используете.

Далее, если вы более или менее разбираетесь в традициях, зафиксируйте четко, какие традиции вам наиболее близки. Почему? Чтобы это было осознано.

Наконец, постарайтесь примерно определить уровень своего опыта. Является ли медитация для вас ключевой практикой на данном этапе? Может быть, вы делаете акцент на физическую работу. Может быть, вас больше интересуют энергетические состояния и работа с психикой. И вы используете медитативные техники только для того, чтобы успокоиться.

В зависимости от этого вы будете определять далее свои подходы.

Наверное, один из самых ключевых критериев – это занимаетесь ли вы медитацией в терапевтическом или тренинговом режиме. То есть для вас медитация – это какое-то терапевтическое средство для того, чтобы восстановиться, вернуться к норме, избавиться от излишних волнений, переживаний.

Либо для вас медитация – это вызов, вы, в общем-то, и так нормально себя чувствуете, но хотите развиваться далее, вас интересует самореализация, целостность, осознание всеобщего, выход на сверхчеловеческие уровни, то есть определенное развитие, которое выведет вас из обычного состояния.

Терапевтические тренинговые режимы очень сильно отличаются, поэтому вы должны четко понимать, чем же все-таки вы занимаетесь.

Следующий вопрос: есть ли у вас учитель, да и вообще, считаете ли вы, что он нужен? Как вы себе представляете истинного наставника в медитации? Он должен прямо рядом с вами сидеть или к нему можно иногда обращаться? Как он должен с вами взаимодействовать: все объяснять или только оказывать влияние своим состоянием, присутствием, существованием.

Этот спектр ответов на вопросы будет для нас некоторой системой координат, в которых вы будете менять свои представления. Либо вам предстоит заполнять пробелы, если вы сейчас не в состоянии ответить на эти вопросы, хотя вам казалось, что здесь все понятно. Либо вы будете исправлять неверные представления, либо вы просто будете переориентироваться и что-то менять в имеющейся практике для того, чтобы сделать ее более совершенной, более гармоничной и, главное, более подходящей для вас.

Сейчас просто зафиксируйте все это и отложите. Дочитав книгу, вы вернетесь к исходным данным – и пересмотрите свои нынешние позиции.

Глава 2. Понятие медитации

Слово «медитация» очень плохо подходит для обозначения тех практик, которые мы используем в восточных учениях. На самом деле, мы будем говорить о самадхи, дхьяне, випассане, дао и других непосредственных процессах, которые имеют четкое обозначение на языке той культуры, где вырабатывались соответствующие практики.

Откуда же взялось вообще понятие медитации, откуда оно пришло в русский язык? Мы более или менее отчетливо встречаем его на латыни в труде Декарта «Meditationes de prima philosophia» («Размышления о первой философии»), который стал основополагающим трактатом как для науки нового времени, так и для новейшей философии.

Таким образом, медитация в этом контексте означает прежде всего размышления. Однако мы, когда вчитываемся в трактат Декарта, обнаруживаем удивительные сходства с восточными медитациями, в частности с процессами, которые описаны в «Упанишадах».

Я сейчас не буду углубляться в науку, а при необходимости вы можете ознакомиться с трудами Зильбермана на эти темы, чтобы более глубоко постичь параллели, которые есть между западными и восточными учениями.

Точно так же медитация использовалась в католической церкви, и даже сейчас, если вы путешествуете по Европе, вы можете нередко при каком-нибудь соборе, в книжной лавке увидеть руководство по медитации. Это размышление о божественном. Когда же мы говорим о восточной медитации, здесь правильно было бы использовать слово «созерцание».

К нам через английский из латыни пришло слово «медитация», однако правильнее было бы называть эти процессы скорее «контемплация». То есть некоторое внимательное, сосредоточенное созерцание сути бытия, в процессе которого нам открывается истина всех вещей, и мы начинаем видеть реальность, как она есть.

Вторую сложность представляет собой тот факт, что любая традиция находится в развитии. Если мы говорим о ведантической медитации или о буддийской медитации, то нужно очень четко определять, о каком конкретно течении, какой конкретно школе и более того, какой конкретной методике мы ведем речь.

Поскольку на протяжении тысячелетий медитация развивалась, здесь могут быть различные нестыковки, если мы не учитываем этот фактор. Например, «медитация» в традиции тхеравады (раннем буддизме) совершенно не то, что медитация в тибетском буддизме. Между ними есть существенные различия.

Для того чтобы мы пользовались картой, по которой мы проводим свое внимание, достигая определенных состояний сознания, и чтобы мы понимали, где конкретно мы находимся, нам необходимо также представлять себе хотя бы в общих чертах историческое развитие процесса медитации, его описание тех техник, которые использовались в разные эпохи.

Таким образом это будет облегчать наше собственное продвижение, поскольку развитие личности где-то в миниатюре повторяет эволюционный процесс. Если мы хорошо знакомы с развитием традиции, то мы быстрее будем проходить этапы как ступени, не будем ни изобретать велосипеды, ни бежать впереди паровозы.

Третий важный фактор – это контроль состояния медитации. Ранее, собственно, достижения в медитации констатировал учитель, либо даже сам практикующий. И, собственно, если эти достижения были, ему верили.

Что же касается учителя, то, разумеется, пройдя этот путь и имея достаточно серьезное состояние очищенности, он мог считывать те состояния, которые происходили с его учениками, и точно определять, насколько качественно они медитируют.

Сейчас на Западе появились способы контроля при помощи приборов. Человека можно обвешать датчиками, есть даже достаточно портативные приборы, когда мы можем просто померить мозговые волны и определить, в каком состоянии находится сейчас наш мозг, насколько успокоено и очищено наше сознание.

Есть также в трактатах различные перечни физиологических признаков медитативного состояния, таких как замедление пульса, затихание дыхания, уравновешенность, невозможность вывести человека из себя.

Мы можем здесь пользоваться наработками, которые имеются. Это важно, поскольку достаточно многие люди пребывают в фантазиях, витают в облаках, наивно полагая, что они медитируют.

Сверка с критериями или достаточно четкий и строгий контроль со стороны наставника могут все расставить по своим местам и определить реальное положение дел, чтобы его можно было взять за исходную точку и простроить правильную стратегию для развития конкретно здесь и сейчас.

Дополнительную сложность представляет собой то обстоятельство, что сейчас медитация восточная стала очень популярна на Западе. Различные психологи, коучи используют очень много техник, заимствованных из восточных традиций, не называя, откуда они их взяли.

Вот почему часто возникают странные ситуации, порой конфузы, когда человек долгое время практикует методику, которую получил от западного или российского наставника. Неожиданно для себя, потом он сталкивается с описанием этой методики или попадает к какому-то восточному учителю, и с удивлением обнаруживает, что он этим занимается уже не первый год, но просто не знал, что это випассана, или был не в курсе, что это адвайта.

Здесь есть сознательный подход. Не важно, какой традиции принадлежит методика, главное, что она работает, человек получает результаты, и одного этого уже достаточно.

Однако, повторюсь, у нас ни одна методика не является обособленно изолированной. Все они были в достаточно строгой системе, ведущей человека от его обычного несовершенного состояния к полной самореализации. Когда такие методики вырываются из контекста, они вставляются в какой-то новый контекст, При непонимании того, как связаны эти техники, как они работают, возникают различные внутренние конфликты.

На самом деле, узнавание подлинной традиции, реального места конкретной практики зачастую становится спасательным кругом, за который практикующий может ухватиться для того, чтобы выровнять свою практику, вывести ее на новый качественный уровень.

Вот почему осознанное отношение к практике, понимание, что конкретно мы делаем, – это очень важно. Именно с этим мы, прежде всего, будем разбираться.

Глава 3. Техника безопасности

Благостное представление о медитации, якобы это всегда хорошо, сталкивается с суровой реальностью. Практикующий, перед которым встает вызов выхода за свои пределы и осознание, оказывается не готов к этому опыту. Подчас у него не хватает на это ни физических, ни эмоциональных, ни ментальных сил.

Давайте рассмотрим, каковы должны быть правила техники безопасности, чтобы медитация действительно приносила позитивные плоды, а не калечила тело и психику.

Прежде всего, конечно, нужна определенная подготовка. Если мы говорим о тренинговом формате медитации, то есть о медитации как развитии, вы должны быть как минимум нормальны. То есть у вас должно быть здоровое развитое тело, у вас должна быть устойчивая психика, у вас должно быть хорошее понимание миропорядка, картины мира, своего места в мире.

Если вы чувствуете, что вам сложно выдерживать длительные периоды медитации, можно подбирать такие методы, где чередуется физическая и ментальная нагрузка. Например, чередование ходьбы и сиденья с концентрацией, где вы фактически постоянно отдыхаете. Когда вы ходите, вы отдыхаете от сиденья, когда вы сидите, вы отдыхаете от ходьбы. Таким образом медитация может быть достаточно длительной, чтобы вы действительно получили какой-то позитивный результат.

Далее нужно отличать расслабление тела от сосредоточения внимания, поскольку производится колоссальная внутренняя работа, и когда человеку говоришь «сосредоточиться», он очень сильно напрягается чисто физически.

Классический пример – это наблюдение за пламенем свечи, при котором нужно сосредоточить внимание, однако большинство начинающих начинают морщить лоб. Очевидно, что у них все сразу зажато: плечи и лицевые мышцы. Результатом такой практики будет скорее головная боль, чем просветление, прозрение или очищение.

На таких примерах нужно учиться отделять сосредоточение внимания от чисто физического напряжения. Чем дольше вы находитесь в медитации, тем более расслабленным должно быть ваше тело, спокойным дыхание.

Это достаточно очевидные критерии, по которым вы можете определить, есть у вас какие-то риски в этом процессе, или все идет правильно.

Далее, эмоциональное состояние. На самом деле при длительной концентрации могут вскрываться какие-то психические травмы. Практикующий вовсе не всегда испытывает позитивные эмоции. Как бы странно ни казалось, но он может переживать и страх, и боль, и гнев. Особенно когда есть усиленная концентрация, все эти эмоции могут зашкаливать. Нужно очень внимательно следить за возможностью срыва.

Если вас начинает зашкаливать в каких-то состояниях, лучше наращивать медитацию постепенно, чтобы вы успевали справляться. Если у вас происходит какой-то психический срыв, обязательно нужно это прорабатывать либо с учителем, либо с психологом, либо как минимум успевать восстанавливаться до следующей сессии, если таких возможностей у вас нет.

Нужно понимать, что не всегда медитация будет только прогрессировать. В одни дни все идет хорошо, благополучно, и вы действительно достигаете каких-то новых состояний, результатов. Тогда, как в другие дни кажется, что вы просто напрасно просиживаете время.

В общем-то, медитировать не хочется в том случае, если вы усиленно стараетесь досиживать меня в медитации тогда, когда у вас есть вполне конкретные физические недомогания. Или вы понимаете, что вы на грани эмоционального срыва.

Вы подгоняете свою практику под идеальную картинку, где вы только прогрессируете. В таком случае рано или поздно произойдет серьезный откат. Здесь нужно понимать, что это время для того, чтобы вы разобрались со своей практикой, перестроили ее, сделали выводы.

Вовсе не нужно снова бросаться опять делать все то же самое. повторять, а просто переждать какое-то время, осознать происшедшее, и уже снова спокойно и уверенно приступать к практике. Поверьте, от откатов не застрахован ни один практикующий. Это происходит практически со всеми.

Хотя групповая медитация зачастую действует благотворно и поддерживает практикующего в его намерении, окружающие тоже представляют собой некоторую помеху в медитации, отвлекают внимание. Более того, здесь возникает некоторая соревновательность, которая вообще для медитации не свойственна.

В группе вы можете перестать отслеживать собственные достижения, собственные состояния, а начинать просто высиживать дольше, чем окружающие, или хотя бы столько же, меньше шевелиться. В таком случае, вы будете заниматься только тем, что всячески стараться сохранить позу, сделать вид, что вы медитируете, – неважно уже, что на самом деле происходит.

Желание продемонстрировать окружающим какие-то результаты может заставить вас принимать желаемое за действительность.

Немалые проблемы также доставляет отсутствие ориентации, если у вас нет правильной карты, которую вы берете в конкретной традиции, либо вас ведет учитель, и вы ему доверяетесь.

Медитация без цели и без смысла, когда вы просто садитесь и пытаетесь «ничего не делать» или «ни о чем не думать», она, собственно, никуда и не ведет. Кроме, небольшого терапевтического успокоения, она не приведет ни к каким результатам.

Гораздо рискованнее, если вы начнете заходить куда-то не туда, не в те сферы сознания, а ведь существуют разные миры, неадекватные тонкие энергетические состояния. При отсутствии карты вы не сможете сориентироваться, распознать такие ошибки, и оказаться в них достаточно глубоко, так что выбираться будет сложно. Вот почему карта и ориентация – это очень важно.

Не меньшую сложность для многих представляет необходимость столкнуться со своим истинным «я», пережить шокирующие совершенно результаты самосознания, которые потребуют от него растождествления с теми «я-образами», которые ранее представляли основательную самоидентификацию.

Человек как бы теряет себя в этом процессе. Это очень болезненные ломки. Именно в таких ситуациях у многих практикующих фактически начинает «ехать крыша», когда они действительно перестают понимать, кто они и что они. Здесь совершенно необходима новая модель поведения и самосознания.

Допустим, в традиционном обществе, когда человек из мирской жизни приходит в монастырь, есть вполне четкая смена парадигмы, достаточно ясные и понятные монашеские правила поведения. В таком случае, смена идентификации у него проходит более-менее безболезненно.

Однако, когда медитацией занимается обычный человек, он начинает понимать, что все бессмысленно: например, бессмысленно ходить на работу, бессмысленно поддерживать семью и так далее… Здесь могут быть эксцессы.

Еще одна очень сложная тема – это появление различных сверхъестественных способностей, которым поначалу многие радуются, хотя в традициях предостерегают от увлечения подобными явлениями.

Для того чтобы мы были застрахованы от неправильных проявлений, очень важно правильно выбирать объект медитации, поскольку длительная концентрация на том или ином объекте вас отождествляет с ним. Если вы выбрали сложный объект, допустим, гневную форму божества, то, конечно, вам будет очень сложно.

Когда у вас появляются какие-то целительские способности или умение читать мысли, или видение ауры, тогда без умения грамотно применять эти вещи вы фактически увлекаетесь каким-то смотрением мультфильмов, что уводит вас от основной цели медитации, – это тоже представляет собой определенную опасность для практикующего.

Наконец, очень частая ошибка – это смешивание медитации и транса. Вместо полной осознанности происходит замещение собственного сознания каким-то ченнелингом чужеродной сущности. Фактически, это одержимость.

Хорошо еще, если эта сущность будет позитивной. Бывает и демоническая одержимость. Вывести человека из такого состояния бывает достаточно сложно. Это может привести к острому психозу. Здесь нужно будет очень квалифицированная помощь либо психиатра, либо священника, если это в какой-то традиции, с отчитками.

Очень важно не увлекаться какими-то необычными явлениями. Неопытный практикующий проявляет любопытство, когда у него начинают раздаваться какие-то голоса, появляются какие-то видения. Вот это любопытство и затягивает его в взаимодействии с подобными явлениями. Тогда как в медитации в чистом виде нужно отсекать любые подобные происки.

Итак, вы видите, что медитация – занятие непростое. Практикующего подстерегает множество различных подвохов и опасностей. По мере накопления опыта вы учитесь определять все барьеры и препятствия и спокойно их преодолевать.

Глава 4. Ведантическая философия

В восточных учениях философия тесно связана с духовной практикой. Таким образом, понимание всегда неразрывно сопровождает самореализацию. Вот почему для того, чтобы разбираться с медитацией, нам необходимо иметь представление о философских основаниях.

Прежде всего, давайте разберемся с тем, какая разница между ведами и ведантой. Веды были ритуальными текстами, то есть они содержали описание того, как производить различные обряды. Фактически, там была некоторая молитвенная практика с определенным жертвоприношением.

Таким образом связь с богом осуществлялась через жреца, а человек концентрировался на различных объектах, которые были необходимы для священнодействия. Однако функцию по связыванию его индивидуальной души с всеобщим духом выполнял посредник.

В веданте происходит интериоризация жертвоприношения, и таким образом человек начинает искать Бога внутри себя. То есть он переходит к самосознанию и построению определенных философских концепций. Самоисследование с последующей самореализацией уже представляет собой медитативную практику.

Итак, подчеркну, ведический подход – это ритуалы, а ведантический подход – это внутреннее духовное делание.

Философское поле мысли всегда было дискурсивным, и таким образом вырабатывались различные подходы, В классических учебниках индийской философии выделяется шесть даршан, или философских школ, среди которых веданта является одной из шести.

Доминирующий брахманизм, основывающийся на учении веданты, представляет собой основное поле мышления, в котором развивались все шесть философских систем. В индийской философии преобладало именно ведантическое мировосприятие.

Вот почему медитация была основополагающей практикой даже для тех, кто прилежал ведическим ритуалам. Такая картина сохраняется в Индии до наших дней.

Основные постулаты веданты сформулированы уже в упанишадах. Все они фактически выражают единение индивидуального и всеобщего, и те или иные медитативные практики призваны к тому, чтобы отыскать в себе это всеобщее начало.

В упанишадах есть диалоги, где ученик обращается к учителю с вопросом: «Кто я? Объясни мне». Учитель сначала ему говорит: «Вот ты – это твое тело». Ученик уходит, потом его одолевают сомнения, поскольку тело стареет и умирает. Он возвращается к учителю, снова делится своими сомнениями, вопрошая. Учитель говорит: «Вот видишь, ты переживаешь, вот ты – это твои чувства»… Далее отметается надежность мыслей и даже разумных принципов. В этом процессе ученик постепенно осознает бренность всех оболочек тонких тел и отказывается от идентификации с теми или иными иллюзорными покровами и обретает свое истинное «я».

Следующая важная ступень – это длительный спор в данной формулировке, что Атман (малое «я») есть Брахман (великое «Я»), являются ли они действительно только единым? Или все-таки Атман и Брахман существуют каким-то образом порознь?

Точку в этом философском споре поставил Ади Шанкарачарья, который стал основоположником адвайта-веданты. Мысль была очень проста, что есть только недвойственность, а никакой двойственности не существует в данном вопросе. Основополагающий лейтмотив в ведантической мысли – это адвайта, учение о недвойственности.

Далее пытались найти примирение между двайдой и адвайдой. Таким образом возникла вишишт-адвайта в более поздние времена. Однако она не стала настолько популярна. Именно адвайта-веданта представлена с XX века в виде нео-веданты, которая доминирует в учениях современных индийских мыслителей.

Что касается разнообразных техник и методов медитации, то, конечно, нам они достаются по большей части именно в нео-ведантическом формате от ныне живущих учителей, которые в значительной мере трансформировали весьма запутанные и заумные объяснения трактатов, сделав их понятными западному человеку. Несколько таких методов мы рассмотрим в следующей главе.