– Синьорина, чем я могу вам помочь? – тут же вежливо обратилась ко мне молодая симпатичная девушка с черными волосами и густыми бровями. – У вас есть особые предпочтения?
– Да, – неуверенно ответила я и подумала, глядя на ее брови, что она, наверное, незаконнорожденная правнучка Брежнева. – Может, у вас имеются в ассортименте утяжелители для платьев? А то, знаете, как только дует ветер, юбка тут же куда-то улетает, – усмехнувшись, ответила я. – А ваши флорентийские улочки еще те проказницы, – и я в шутку потрясла указательным пальцем. – Все время пытаются стащить её с меня!
– Скузи, к сожалению, такого нет! – подняв бровки домиком, произнесла девушка.
Эти широкие брови играли особую роль в мимике ее лица, оживляя его и придавая некий шарм и драматизм одновременно.
– Но у нас есть прекрасные комбинации из атласной микрофибры под платье! – продолжила она. Ее брови стали радостно подергиваться, и на моем лице проскользнула легкая улыбка. Юбка будет к ней немного, как бы это сказать, – и девушка замолчала, а ее брови тем временем, словно принимая участие в этом сложном мыслительном процессе, скакали то вверх, то вниз, помогая выискивать нужные слова. Глядя на них, я и думать-то перестала, зачем вообще зашла в этот магазин, а еще мне жутко захотелось достать щипчики, чтобы придать им форму.
– Точно! – наконец-то сообразила она, когда мои пальцы уже нащупали в сумочке косметичку. – Ваше платье будет прилипать к комбинации и, возможно, этим вечером оно все же останется на вас, если вы так сильно этого хотите!
«Ну, не то что бы очень сильно хотела, – подумала я про себя. – Но до определенного момента оно точно должно соблюдать все возможные приличия».
– Прекрасно! – еле сдерживаясь со смеху, ответила я, поглядывая на ее брови. – Где ваша комбинация?
У меня сложилось такое впечатление, что основные продажи в этом магазине делала не она, а ее брови, обладающие каким-то гипнотическим эффектом. Глядя на них, я готова была купить все что угодно, и в итоге купила атласную комбинацию почти такого же синего цвета, как и мое платье. Она, кстати, сама смахивала на платье, немного коротковата, конечно, но для ночного бара вполне подошла бы. Я так и не поняла, сдерживала ли эта комбинация мое платье во время очередных порывов ветра или нет, но мне явно было с ней комфортнее. Дойдя до нужного дома, я остановилась возле входа. Никаких намеков на винный бар здесь не было. Это же отель! Может я ошиблась? Я стала снова перечитывать письмо. Адрес верный, где же бар? Или это было лишь предлогом? Я осмотрела здание со всех сторон, но, не заметив ни одного указателя, все же решилась войти внутрь.
– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась я с девушкой на ресепшене. – Я ищу винный бар, адрес указан ваш.
– Да, он на последнем этаже, нажимайте самую верхнюю кнопку лифта – не ошибетесь!
Ну что ж, и с этим винным квестом наконец-то справилась. Когда я поднялась на крышу отеля, то увидела Антонио, скучающего за столом. Уткнувшись в свой телефон, он отправлял какие-то деловые послания своим коллегам и периодически посматривал на часы. Я внимательно оглядела его со стороны еще раз: статный черноволосый брюнет со слегка вьющимися волосами, его кожа оливкового цвета отсвечивала золотистым отливом в лучах заходящего флорентийского солнца. Что ж, если с О-Брионом мне не повезло, то, может быть, с итальянским Брунелло все сложится гораздо лучше. Я села напротив него, и он тут же отложил в сторону свой смартфон.
– Полина! Ты все же нашла этот бар, – и он просиял от радости, продемонстрировав мне свою белоснежную улыбку. – Если ты не возражаешь, то я уже решил, с чего мы начнем нашу дегустацию! Кстати, ты обратила внимание на восхитительный вид, который открывается с этого места на собор?
– Да, несомненно, – вяло ответила я.
Вид и впрямь был великолепный, но за этот день я уже столько всего успела повидать, что сил восхищаться местными красотами больше не было. Мои ноги отваливались, и я мечтала снять с себя каблуки и прилечь хоть где-нибудь.
– Мы начнем с тосканского Шардоне, выдержанного в дубе: оно жутко разогревает аппетит, – с энтузиазмом продолжил Антонио. – Затем к главному блюду возьмем вино Нобиле и, конечно же, Брунелло, а закончим сладеньким – Москаделло ди Монтальчино! Как тебе мой план на сегодняшний вечер?
– Просто шикарен! – и я постаралась изобразить на своем лице радость.
Если бы я была с Адрианом, то он сам предложил бы мне сделать выбор – хотя зачем я вспоминаю его? С ним покончено! Надо идти дальше: нас ничего не связывает и у меня новая жизнь. Нам принесли первое вино, и я, немного взболтав его в бокале, сделала маленький глоток. Шардоне оказалось чересчур дубовым. Привкус дерева въелся в напиток столь сильно и так отчетливо, что у меня возникло ощущение, будто я жую мокрые опилки. С зубов соскребать можно, где же утонченные древесные нюансы, оттенки ванили и бриоши, которые легким шлейфом ощущаются, как в винах Мерсо[1 - Мерсо – бургундское вино (Франция)]? Здесь их явно не было. Далее последовало Вино Нобиле ди Монтепульчано к флорентийскому стейку. Оно оказалось гораздо лучше, чем Шардоне, но я пробовала и более удачные варианты. Что касается Брунелло, то, к моему большому огорчению, оно было с пробкой! Мы тут же почувствовали ужасный запах, напоминающий аромат мокрого картона, и отодвинули от себя бокалы. Нам, безусловно, заменили данный образец, который по факту весьма достойно раскрылся, но первое впечатление было неумолимо испорчено. Жизнь все же стала потихоньку налаживаться и обретать краски, а в моих глазах снова появился блеск, когда нам принесли на редкость удачное Москаделло ди Монтальчино.
Я долго болтала с Антонио. С ним было очень легко и интересно – все же он один из крутейших виноделов Тосканы! Да, что там Тосканы – всей Италии! Сколько же он всего знает! Не зря я отправилась в эту поездку, и как великолепно все сложилось, когда по дороге в прибрежный городок маркизов и баронов, именуемый Болгери, у моей машины спустило колесо. Я бы долго с ним возилась, если бы не мой принц – Антонио, который проезжал мимо и великодушно решил мне помочь, а затем на следующий день пригласил посетить его прекрасную винодельню. Какие виды на виноградники и чарующие Тосканские холмы открывались с территории этой усадьбы! Что же может быть восхитительнее? Сама жизнь нас свела, такие встречи предначертаны судьбой. Я это знаю, я чувствую всеми фибрами своей души! Не зря я столько мучилась с другими мужиками. Стану итальянкой, займусь виноградниками. Точно! Я же в детстве одни макароны лопала, какая я, оказывается, прозорливая была, сердцем чуяла, что мне нужно в Италию.
– Полина, ты прекрасный собеседник! – произнес Антонио, вернув меня мысленно обратно в бар. – Ты так внимательно меня слушаешь!
– Просто всё, что ты рассказываешь, мне безумно интересно!
– Да? Это замечательно, – и он взял меня за руку. – Мне кажется, что наша встреча не была случайной, это все звезды! – а затем залепетал что-то по-итальянски.
– Ты читаешь мои мысли, Антонио! – и я тут же закивала головой. – Я именно об этом думала сейчас!
– Вот уже целую неделю мы разъезжаем с тобой по тосканским виноградникам, и знаешь, я словно заново для себя открываю все эти места, хотя живу здесь с семи лет! Это все благодаря тебе!
– Как приятно это слышать от одного из самых крутых виноделов Италии! – и я мило захлопала глазками. – А где ты родился? Где жил до того, как приехал сюда?
– Так ведь я южанин из Абруццо! Странно, что я еще не рассказывал тебе об этом. Вся моя семья живет там, ведь у нас в этом регионе огромное палаццо и виноградники. Я же потомственный князь Бортезе!
Я тут же расплылась в улыбке! Это мой джек-пот, пам-парам-пам-пам! Кажись, в моей жизни все наконец-то схлопнется самым наилучшим образом. Еще пару дней, и он сделает мне предложение! Я это чувствую, а почему бы и нет? Отец моей подруги сделал ее маме предложение на второй день знакомства! Да, и такое случается в этой жизни, а мы уже целую неделю общаемся. Это же сколько раз у него была такая великолепная возможность, которую он до сих пор почему-то не реализовал. Моя свекровь будет княгиней! Скажи кому – ведь не поверят! Интересно, а если мы начнем с ней ссориться, то по какой причине? Явно не из-за недоваренных макарошек, скорее всего, из-за какой-нибудь княжеской тиары, которая не подходит к выбранному платью, потому что с ним носят только диадему. По правде говоря, я даже не знаю, в чем разница между диадемой и тиарой, какой ужас! Сколько нюансов мне предстоит выучить, а это я еще про столовые приборы молчу. У них наверняка во время ужина на столе лежат минимум по пять вилок и ложек разных размеров – и с каких начинать? Я посмотрела на приборы, которые мне подали к флорентийскому стейку, и стала перечитывать зубчики на вилке.
– Полина? Что ты делаешь? – изумленно посмотрел на меня Антонио.
– Пересчитываю зубчики! Говорят, это как-то связано с тем, какое блюдо тебе подают!
– Интересно! – и он ухмыльнулся. – Никогда ранее не заморачивался на эту тему!
– Правда? А сколько вилок у тебя дома обычно используют во время ужина?
– Одну!
Я радостно выдохнула и отодвинула приборы в сторону. Одной головной болью меньше, хотя с тиарами и диадемами мне еще предстоит разобраться!
– Я, кстати, остановился в этом отеле, – вдруг загадочно произнес Антонио, и на его лице промелькнула лукавая улыбка, – И привез с собой пару бутылочек супертосканы 70-х годов!
А это куда интереснее, чем зубчики на вилке пересчитывать.
– Пожалуй, ты сейчас произнес самые сексуальные слова, когда-либо сказанные мне! – тут же ответила я, почувствовав, как сильно заколотилось мое сердце. – Супертоскана 70-х годов! Где ж мне еще доведется такое попробовать!
– Только в моем номере! – ответил Антонио, и мы вышли из-за стола.
* * *
Не могу назвать этот номер самым красивым из тех, в которых мне доводилось останавливаться, но он был довольно просторным. Посреди комнаты стояла огромная дубовая кровать. Окна выходили во внутренний дворик. Я вышла на маленький балкончик. В глаза тут же бросилась пожарная лестница, на которую можно было выйти из ванной комнаты, и я сразу же вспомнила свою первую встречу с Адрианом. Тогда мне пришлось воспользоваться этим нехитрым приспособлением, чтобы прокрасться на чужую свадьбу – именно в тот самый момент мы и познакомились.
На мой взгляд, потомственный князь мог бы выбрать для себя что-нибудь и получше! Может, он из разорившегося, но благородного рода? Что ж, это не страшно, ведь я со своей смекалкой обязательно смогу подправить ситуацию! Сделаю нас звездами соцсетей, заведу мегапопулярную страничку под кодовым названием «счастливая княжуля» и буду снимать разные видео из нашего палаццо в Абруццо.
– А вот и первый образец! Это Тиньянелло! – воодушевленно сообщил Антонио, вернув меня в номер отеля. – Ты ведь в курсе, что прежде вино с этого виноградника выходило в продажу как Кьянти Классико. Это было до того, как винный дом Антинори перевел его в разряд супертосканы.
– Оно восхитительно! – прошептала я, закрыв глаза от блаженства и вслушиваясь в букет. – Какие нюансы, табачные нотки, лакрица, оттенки кожи, чувствую лакокраску… – и я тут же сделала глоток. – Танины мягкие, очень тонкие, а вот кислотность! – и я замерла, открыв глаза.
– Что с ней не так? – поинтересовался Антонио, уже целуя меня в шею.
– Она слишком ярко выражена, – печально ответила я и снова подумала, что Шато О-Брион было моему сердцу гораздо милее.
– У меня есть бутылка шампанского! – произнес Антонио. – И еще кое-что интересненькое и нестандартное, думаю, тебе понравится!
С другой стороны, какая разница, какая там кислотность, ведь мне сейчас явно будет не до нее! Я расстегнула платье, продемонстрировав свою новую обворожительную комбинацию.
– А где шампанское? – вдруг зачем-то спросила я, глядя на обнаженный торс Антонио.
– Возле кровати на тумбочке! – заманчиво сообщил он, и я подошла к огромной старинной кровати, рядом с ней и впрямь стояла знакомая бутылочка. Я взяла ее в руки, и мое лицо тут же помрачнело – шампанский дом Этьена! Что ж это такое – словно прошлое преследует меня по пятам!
– Все в порядке? – удивленно спросил Антонио. – Тебе не нравится этот бренд?
– У меня с ним связаны кое-какие воспоминания, – завуалированно ответила я.