– А вот пистолет лучше убрать… – осторожно намекнула Марта.
Плохо соображающая сейчас Джулс озадаченно перевела взгляд на зажатое в руках оружие, словно видела его впервые. В этот момент, когда она наклонила голову вниз, из отверстия во лбу вылилась добрая порция густой темной крови. Марта охнула и закрыла рот рукой, а Эрик отшатнулся.
– Я… – начала, было, Джулиана, ошалело уставившись на руки, испачканные кровью.
Она попыталась затолкать ее обратно, чем привела Марту с Эриком в полный ужас. Как будто всё в порядке, всё под контролем, но сделала только хуже. Теперь кровь стекала по ее лбу и щекам прямиком на черную бесформенную футболку с красной надписью Нью-Йорк Ред Буллз.
– Тебе надо в больницу! – взмолилась Марта.
– Но я… не понимаю. – безумно таращась, сообщила Джулс.
– Господи! Да посмотри же на себя!
Марта вышла из оцепенения и, схватив девушку за локоть, вломилась в квартиру и потащила ту к зеркалу. Она испытывала чувство брезгливости ко всей этой крови, но и странный подъем на подсознательном уровне. Мол, приключение только началось, не упусти его.
Однокомнатная квартира Джулианы была практически без мебели, темная, пустая и угрюмая. Только кровать спартанского вида, пустой шкаф и письменный стол со странного вида черным цветком похожим на медузу. Вот и всё. Так и не распакованная сумка с вещами одиноко стояла у кровати. Ни о каких зеркалах и речи не шло. Может быть в ванной? – подумала Марта и оказалась права.
Маленькое замызганное квадратное зеркало находилось над треснувшей раковиной, на которой валялись обмылок, съеденный наполовину Колгейт и щетка печального образа. На дверной ручке висело махровое полотенце синего цвета, такое же красное было перекинуто через стенку душевой кабины. Над пожелтевшим от старости шкафчиком тоскливо стоял унитаз с лопнувшим мягким сиденьем.
Эрик осуждающе огляделся и покачал головой, и Марта увидевшая это в отражении, была всецело на его стороне.
– О Боже… – прошептала Джулиана, в ужасе таращась на себя в зеркало. Она оказалась на грани истерики. Зрелище выдалось кошмарное.
Входное отверстие над правой бровью было правильной круглой формы, как и выходное на затылке…. И если внимательно присмотреться, то можно увидеть внутри этой раны нечто отвратительно белесое. А лицо…. Вся его правая сторона была залита кровью, навевая ассоциации с графиней Батери.
– Пусть она перестанет! – истерично воскликнула Джулс и захлопнула отверстие ладонью.
– Так, во-первых, отдай мне это. – опасливо попросила Марта и вытащила пистолет из ослабевшей руки девушки, словно нож из подтаявшего масла. – Во-вторых, мы сейчас поедем в больницу.
– А что я скажу??? – срывающимся голосом крикнула та, и слезы немощи наполнили глаза.
– Скажешь, что чистила пистолет или перекладывала на другое место – так все говорят. Ты даже не поняла, как это случилось. Он просто выстрелил, вот и всё. Может, сама нажала по неосторожности, может, нет. Всякое бывает. – убедительно сочиняла Марта.
– Ладно-ладно! – сбивчиво заголосила Джулиана. – Но как я такая покажусь на улице?! Помоги мне! Я никуда не пойду в таком виде!
Марта с шумом выдохнула и отчаянно глянула на Эрика в отражение, тот обдумывал что-то напряженно.
– Бинт? – предположил он, пожав плечами.
– Бинт есть? – спросила Марта.
Вместо ответа Джулиана открыла дверцу шкафчика, где, видимо, хранилось всё, что у нее было. Жидкий пластырь с антисептиком, пачка анальгетика, упаковка прокладок, ватные диски и аж три баночки доксепина. Марта даже на секунду позабыла о том, что ищет. Болезненные воспоминания тут же всплыли перед глазами. Она и сама принимала доксепин из-за Эрика, когда тот угодил в больницу. Много же она скушала его тогда…. Тяжеленькое, надо сказать средство с кучей побочных эффектов, включая даже галлюцинации.
– Бинта нет. – сообщила Марта, глядя на Эрика через зеркало.
– Значит, надо найти ему замену. – ответил тот, прислонившись головой об косяк.
– Может, лента для волос сойдет? – спросила Джулс.
– Что за лента?
– Красная эластичная. В столе на нижней полке.
– Сейчас. – бросила Марта и выскочила из ванной, утащив за собой Эрика.
Оставшись одна, Джулиана включила воду и принялась осторожно умывать лицо трясущимися руками. Она просто не могла смотреть на себя такую.
– У нее в шкафчике три банки доксепина! – прошипела Марта в ухо Эрику, зависнув над стойкой.
– Что?! – прошептал тот изумленно. – Это же антидепрессант, который ты пила.
– Непросто антидепрессант, а сильнейшее психотропное! – округлила глаза Марта.
Она обожала акценты, когда дело касалось того, в чем она разбиралась.
– Тогда я не понимаю…
– Чего?
– Почему она не воспользовалась этим, чтобы убить себя?
Марта задумалась.
– Кому что нравится, наверное. Да и потом, может, она не планировала? Может, и вправду чистила пистолет или перекладывала и случайно не там схватилась?
– О, прекрати! – шикнул Эрик. – Это ясно как божий день! Девчонка хотела покончить с собой.
– И с чего же тебе это ясно? – возмутилась Марта, открыв нижний ящик.
– Господи, неужели ты не видела, как она держала пистолет?
Без особой радости, но Марта спасовала перед этим аргументом, полностью сконцентрировавшись на красной ленте. Она была шириной чуть больше двух дюймов, эластичная, как и сказала Джулс, из-тех, что носят на манер ободков или убирают волосы, чтобы те не мешали.
– Как ты думаешь, из-за чего она это сделала? – вдруг спросила Марта, с грустью вспомнив, как близко человек может находиться к этому шагу. Как близко и она сама была к нему когда-то. – Из-за любви?
– Вот об этом лучше не думай.
Она взяла в руки красную ленту, с неимоверным облегчением положив на ее место пистолет, и пожала плечами.
– А это еще что за чудовище?.. – ее взгляд остановился на такке.
– Цветок какой-то. – улыбаясь, предположил Эрик и неуверенно добавил. – Красивый…
Было забавно наблюдать, сколь стремительно менялось ее настроение и переключалось внимание.
– Да что ты?! А по мне, так ужас какой-то… – поморщилась Марта.
К тому времени, когда они с Эриком вернулись в ванную, Джулиана практически смыла всю кровь с лица и теперь подтыкала отверстие во лбу синим полотенцем во избежание новой порции.