И их сообщница привезла деньги. Законных прав, конечно, держать их там не было, но мы нахрапом, как умели, отстаивали свои права.
И так каждый день какие-то приключения.
Страна нищала, уже были безработные, распускали предприятия. Рухнула целая система. Система ценностей, экономических связей. Прямо на глазах! Накоплений в те времена никто не делал. Все стабильно получали зарплату ежемесячно и тут же тратили. Люди, понятно, стали искать другие источники дохода. Начались грабежи, рэкет – все не от хорошей жизни. Старая система исчезла, а новую еще не построили.
И вот когда у нас ткани из-под носа увели, а я стояла и хлопала глазами, тогда я и сказала:
– Девочки, давайте нанимать продавца, потому что я не умею, оказывается, не только шить, но и продавать.
Это профессия и талант – уметь продавать. Покупатель интуитивно чувствует, ты стоишь там как начальник весь из себя или хочешь угодить. Это же торговля, сфера услуг, ты должен служить. А у меня внутренний настрой такой: ты хочешь или не хочешь, бери, я не буду тебя уговаривать. Гордыни не было никогда, но, не буду скрывать, иногда где-то внутри свербило. Как, я такая образованная и красивая бывшая начальница, и вот жду трамвая, продаю за прилавком. Надо было уметь коммуницировать, уговаривать, угадывать потребности покупателя. Говорю же, талант! Я им абсолютно не обладаю. Кроме того, мешала продавать собственная интеллигентность. Все время неудобно. Казалось, у людей нет денег. Всегда додумывала за других. У меня был огромный список семей, которым я помогала и занималась благотворительностью. Вначале было стыдно быть «богаче» других. При этом я считала, раз у меня был кусок хлеба, а у них не было, значит, я богаче, хотя тогда абсолютно не была богатым человеком. И так начинали тогда все строить бизнес, борясь с советским воспитанием «быть богатым – это стыдно».
5
В другой раз нас посреди ночи, часа в три-четыре, вызывает в магазин милиция. Мы приехали, все кто в чем был: я и две подруги-партнерши, заведующая магазином и заведующая складом. Нас ограбили! Разбили витрину.
Часть товара, который украли, был на консигнацию. То есть это был чужой товар и надо было за него вернуть деньги, договор же подписан, никто не будет вникать в твои сложности. Еще взяли такие вещи дорогие, не шурум-бурум, а магнитофоны, телевизоры и прочую технику.
Пошел допрос. Одна подруга дает показания следователю. А другая – бегает туда-сюда, прыгает в ночнушке, пальто и гамашах. Это такие теплые домашние штаны обтягивающие вроде лосин, только шерстяные. Все же на стрессе, прямо из кровати нас вытащили, зима. Представьте, сломаны витрины, темень, мы одни женщины. Ой, что делать! И подруга, которую допрашивали, забыла от волнения даже имя заведующей, а та сильно мешала ей сосредоточиться и все спокойно рассказать своим мельтешением. Так что допрашиваемая на нервах как крикнет:
– Женщина в гамашах, успокойтесь, пожалуйста!
Вот мы расхохотались! После этого случая у нас была эта присказка в трудных ситуациях. Как только у кого-то сносило крышу, мы говорили: «Женщина в гамашах, успокойтесь, пожалуйста!» Все время хохотали, все время как-то выкручивались из трудных ситуаций, но этого их не становилось меньше.
6
Каждый день я думала, что сделать, чтобы заработать деньги. Мы же с подругами все бывшие чиновники, привыкли зарплату получать. Даже как считать заработанное, не понимали. Были и недостачи, и нелепые несостыковки.
Однако что мы понимали совершенно отчетливо – надо по возможности избегать криминальных вещей. И что нам только не предлагали! Аферы с бюджетными деньгами, с авизо. Хотя можно было заработать безумные суммы, я боялась даже смотреть в ту сторону, понимала, как опасно. Понимала, что дома меня ждут двое детей, понимала ответственность за семью. Мне было важно не просто заработать, а сделать это честно и принести пользу.
Но полностью избежать криминала все-таки не удалось. Именно тогда начались эпизоды с бандитами. Ведь в стране наступило непонятное смутное время. Много бывших спортсменов сформировали группировки, которые крышевали бизнес. Самим вести дела, им, наверное, не позволяли определенные способности, не знаю. Но они, по сути, ходили и собирали дань, чтобы бизнес «не трогали». Я под них подписалась, наверное, одна из самых последних. Ко мне приходили, угрожали, говорили: «Сожжем магазин». А потом произошло то самое ограбление с «женщиной в гамашах». Совпадение или нет, но я пошла на уступки.
То были классические качки из анекдотов. Но и я – не просто какая-то девочка с улицы, которую можно прийти и припугнуть. Плюс на руку сыграл восточный менталитет. Из-за того, что я женщина, мне даже угрожали, можно сказать, интеллигентно, без мата и рукоприкладства.
– Ты не боишься, что мы тебя подкараулим в подъезде? Мы знаем, где ты живешь.