Эсперанса

I. Трещина

Радио хрипело. Помехи битым стеклом резали эфир. Потом голос диктора — ровный, сухой:

— Серия толчков по всему побережью. Карретера, дороги перекрыты. Держитесь.

Лус стояла у окна. За стеклом — серый город, застывший в ожидании. Она положила в рюкзак флягу для воды, сухой хлеб, компас. Телефон на столе вибрировал. Медельин. Матео.

Она подняла трубку.

— Я слушаю.

— Эсперанса собирает вещи, — голос бывшего мужа был глухим, далёким. — Школы закрыты. Эвакуации нет.

— Дай её, — сказала Лус. — Пожалуйста.

Лус почувствовала, как свело живот — тот же старый спазм, что и при их последних скандалах, а потом и просто — разговорах.

Шорох. Тихие шаги. Потом — голос девочки. Холодный. Отстранённый.

— Я здесь.

— Esperi… Если всё станет совсем плохо, запомни координаты. Они передают по радио. Старый рефухио — горное убежище в Андах. Рядом с Сан-Карлос-де-Барилоче. Я буду там.

Пауза. Девочка не ответила. Только дыхание — короткое, неровное. Потом щелчок. Связь оборвалась.

В трубке — тишина. Не та, что бывает в пустой комнате. Та, что остаётся после разлома. Она давила на барабанные перепонки, и Лус почувствовала, как в ушах начинает звенеть. Трещина прошла не только в земной коре. Она прошла между ними. Глубокая. Сухая. Как пересохшее русло арройо.

II. Дорога

Выезд из Буэнос-Айреса напоминал хаотичное отступление. Машины стояли бампер к бамперу. Люди кричали, бросали чемоданы, тащили детей по обочине. Лус вклинилась в поток, ехала медленно, глядя в зеркало заднего вида. В стекле отразилось её лицо — искажённое, бледное.

Затор сжался. Кто-то ударил в её багажник. Лус на взводе, инстинктивно ударила ладонью по зеркалу. Оно пошло паутиной. Лус даже не почувствовала боль. По пальцам поползла тёплая струйка. Она рассеянно посмотрела на кровь и стёрла её о джинсы.

Ей вспомнился один вечер. Часы Матео. Тяжёлый ремешок, потускневший циферблат. Она думала — подарок той женщины. Ревность, липкая и горячая, заполнила кухню. Привычный ком в животе и в горле. Она швырнула часы на пол. Стекло треснуло. Стрелки замерли на половине четвёртого. В ушах стучало. Именно тогда время их брака остановилось.

Она замерла. В осколках множилось её лицо. Та самая женщина. Та же боль. Та же рука, готовая крушить. Она узнала её. И впервые, возможно, сожалела не о том, что сделала, а о том, что позволила гневу управлять собой.

Ночевала в часовне у шоссе. Фрески с ангелами потрескались, пахло ладаном и пылью. Запасы воды давно подошли к концу. И пополнить было негде. Она сидела на деревянной скамье, и холод проникал сквозь одежду, поднимался по позвоночнику. Сжимала флягу и плакала. Не от страха. От памяти. Море. Матео, смеющийся у воды. Маленькая Эсперанса, бегущая по волнам. Горячие слёзы падали на ледяные руки, и от этого контраста, плакать становилось ещё горше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.