Саша проснулся, в дверь стучали, громко, с нетерпением. Полусонный, в трусах он подошёл к двери.
– Кто там?
– Мы репортёры из газеты «Вечерние байки», пришли поговорить о Вашем полете на Марс, – затараторили несколько голосов за дверью.
Городок был небольшой, и новости распространялись очень быстро. Ещё быстрее в результате работы местных репортёров. Из-за нестабильной работы электричества телевизионный формат новостей давно исчез. А из-за проблем с бумагой газеты не печатались вовсе. Репортёры газеты «Вечерние байки» собирали местные новости, а потом бегали по городу и кричали анонсы в рупор. Те, кого интересовала новость подробнее, должны были что-нибудь дать репортёру и тот с удовольствием вдавался во все подробности, иногда даже неплохо актёрски отыгрывая самые пикантные места.
– Можно задать Вам пару вопросов? – голоса за дверью не унимались.
Саша, набросив халат, открыл дверь. В квартиру ввалились три человека и бесцеремонно стали пихать микрофоны Саше в лицо. Репортёры по старой привычке постоянно брали микрофоны, хоть и подключить их было абсолютно некуда. Видимо, этот факт позволял чувствовать себя увереннее, как ребёнку, который уже научился ходить, но ещё постоянно ищет вокруг себя опору, чтобы не упасть. Все трое были в потрёпанных пиджаках с галстуками, причём, у одного, самого старого из них, роль галстука выполняла толстая верёвка.
– Александр, во сколько у вас отлёт? А когда вы узнали, что летите на Марс? А у вас были в детстве травмы головы? А вы уже собрали вещи? А вы любите президента? А на сколько вы улетаете? А вы верите в Деда Мороза? А как восприня…
– Хватит! – оборвал череду вопросов Саша. – Да, я лечу на Марс, навсегда, травм не было, лечу в четверг, морально готов и больше на вопросы не отвечу.
– Но Алекса-а-андр, – протянул писклявым голосом один из репортёров, – люди должны знать все подробности этого события. Чем больше мелочей, тем больше это похоже на правду!
– Это и есть правда! Всё, уходите, – Саша не на шутку разозлился и начал выпроваживать их из квартиры. Репортёры пятились назад, на лестничную площадку, продолжая тыкать микрофоны Саше в подбородок.
– Ах вы так? Александр, город такие новости услышит… – продолжил писклявый.
– … такие новости, – поддакивали его коллеги.
– Вы ещё пожалеете об этом, мы – заслуженные работники СМИ!
– …заслуженные.
Саше захотелось ударить этого писклявого, но он сдержался в последний момент. Вытолкнув их наружу, он закрыл дверь и ещё несколько минут слышал за дверью причитания репортёров.
Вечером весь город знал, что Саша, якобы, летит на Марс, что это и не Марс вовсе, а диссидентство в чистом виде, что его завербовали зарубежные спецслужбы, что у него личный электрогенератор, подаренный шпионами за хорошую службу, и что зовут его не Саша, а Фильдих и он каждый день ест бананы и ананасы и плевать хотел на Родину и президента. Пока Саша спал в своей кровати, ночью к его дому начали подтягиваться зеваки, пытавшиеся одним глазком заглянуть в квартиру на первом этаже, где жил «марсианин», так его прозвали в народе.
Глава пятая, в которой Сашина жена ест борщ
В среду Сашина жена Галя вернулась с трудотерапии из сельского оздоровительного лагеря «Хорошее настроение». Когда Саша проснулся и зашёл на кухню, то увидел, как его любимая сидит на кухне и ест борщ. Борщ носил такое гордое название больше номинально, мяса в нём не было, не было морковки, капусты и многого другого, но зато там в избытке была свёкла. Чаще всего на трудотерапию отправляли собирать свёклу. Галя не первый раз попадала туда: по новым законам, если ты не очень был доволен своей жизнью, то лучшим способом это исправить была недельная ссылка в «поля». Недовольство жизнью строго фиксировали «дружинники». Галю последний раз подловили в магазине, когда она обозвала продавщицу мразью, так как та отказалась выдать шпроты по просроченному на три минуты продуктовому талону.
– Привет, милая, как съездила? Как дурацкая трудотерапия? – спросил Саша, приобняв и поцеловав жену в щёку. Она улыбнулась и продолжила жевать.
– Почтовый голубь до тебя добрался?
– Ага, – ответила Галя, – и ты правда в это веришь?
Саша чувствовал напряжение, а ещё больше – страх. Если Галя сочтёт всё это полным бредом, то это его просто морально убьёт. С Галей они были женаты не так давно, но взаимно ощущали друг в друге поддержку и душевное тепло. Один без другого не мог существовать уже в принципе.
– Верю, – выпалил Саша. Именно выпалил. Казалось, от его «верю» в кухне повис запах пороха, и отдаленно эхом звучало окончание «ю-ю-ю».
– Саш, ты же знаешь, здесь ловить нечего и уж если ты веришь в полёт на Марс, то и я поверю тебе. Я как жена сентябриста, – Галя так громко засмеялась, что аж свёкла выпала изо рта. – И в огонь, и в воду, и в горы.
Саша вспомнил, как в прошлом году в сентябре мужчин насильно отправили строить туристический кластер в горах Алтая, а жёны поехали с ними поддерживать и помогать им. Кластер, по традиции, не достроили: кончились бюджетные поставки еды, а выражение «жёны сентябристов» осталось в обиходе.
– Галя, не перестану это повторять, но я тебя люблю! – улыбаясь, сказал Саша, и обнял жену.
– И я тебя Саша люблю, – ответила Галя. – Нам, наверно, надо какие-то вещи с собой собрать? В письме об…
Галя не успела закончить, в окно на кухне влетел камень, описав дугу и врезавшись в шкаф с посудой. Осторожно, наступая на те места, где не было осколков битого стекла, Саша подошёл к окну.
– Предатель! Куда собрался лететь! Только попробуй выйти! – кричали на улице. Человек двадцать стояло у подъезда, вид у них был явно недружелюбный.
Саша крикнул Гале, чтобы она спряталась в ванну, а сам начал баррикадировать кухонное окно. Придвинул шкаф к окну, подпёр гладильной доской и стулом, потом то же самое проделал и в зале, соорудив защиту из письменного стола, подушек и старого кресла. Только после этого он позвал Галю, и они спешно начали собирать вещи, хотя не имели понятия, пригодятся они им или нет.
Ночь предстояла неспокойная.
Глава шестая, в которой Сашины ненавистники кусают себе очень больно локти
Четверг приходил в жизнь Саши и Гали бесконечно долго. До глубокой ночи люди что-то кидали в окна, кричали, несколько раз ломились в дверь. Саша и Галя держали оборону и даже успели собрать необходимый, как они посчитали, минимум вещей. Ближе к четырём часам как-то всё стихло, и они хоть немного смогли поспать. Сон был беспокойный, Саша то и дело хватался во сне за раритетное дедовское мачете, случайно обнаруженное на антресолях, а Галя, в своём коротком сне убегала от какого-то чудища, только на беговой дорожке это было очень сложно сделать.
Четверг, всё-таки, ворвался в жизнь Саши и Гали самым неожиданным образом. Сашу разбудил болезненный клевок в лоб. Он подскочил, держа перед собой мачете, готовый атаковать противника. Но никого не увидел впереди. Галя тоже проснулась и с удивлением пыталась понять, что происходит вокруг. Источник Сашиной боли себя обнаружил, промелькнув перед глазами и приземлившись на спинку стула. Это был голубь. Вернее, что-то механическое, серебристого цвета, похожее на голубя. На Сашу и Галю уставились два глаза-пуговки, светящихся синим.
В это же самое время на улице происходили весьма интересные события. Толпа людей, человек двести, облепили весь двор и часть дома, в которой была Сашина квартира. Лидерами этого сборища выступали репортёры «Вечерних баек». В три рупора, стараясь не перебивать друг друга, они кричали:
– Сегодня они говорят, что летят на Марс…
– … а завтра они Родину продадут!
– Да! – толпа одобрительно отвечала в ответ.
– Мы должны единым фронтом остановить этих диссидентов!
– Там, за бугром, не получат наших людей, не заберут кровь земли нашей.
– Да! – ещё дружнее подхватила толпа.
– Или вы хотите, чтобы и ваши дети запудрили себе мозги глупыми мечтами, поверили в сказочные обещания?
– Не-е-ет! – кто-то из толпы кинул кусок камня в Сашино забаррикадированное окно.
– Тогда мы не допустим этого. Все согласны?
– Да-а-а!!! – толпа пришла в неистовство, махали руками, палками, чугунными утюгами и цепями. Все словно ждали команды для штурма.
Но тут к подъезду дома, громко сигналя, подъехала грузовая машина. На боку белой краской не очень аккуратно было выведено: «КБЗПТВ Психонасильная помощь». В этот момент толпа стихла. Все застыли в оцепенении. Даже репортёры замолчали, побледнели и, медленно протискиваясь поглубже в толпу, попытались спрятаться. Из кабины вышел человек в халате грязно-серого цвета, не спеша подошёл к заднему борту машины и открыл двери грузового отдела. Оттуда выскочили огромные санитары, человек восемь, с медицинскими чемоданами и силками на палках, как для ловли собак.
По толпе прокатился шёпот. Санитаров из «Психонасильной помощи» все боялись как огня. Обычно, если они куда-то и за кем-то приезжали и забирали людей на «терапию», то обратно либо никто не возвращался, либо возвращались «счастливые огурцы». Так как в КБЗПТВ практиковали промывание мозгового вещества огуречным рассолом, то человек, испытавший это на себе, оставался не только с глупой улыбкой, но и с зеленоватым оттенком кожи.
Саша с Галей слышали, будто бы на улице шла какая-то демонстрация, и догадывались, что это они – основная причина этого шума за окном. Прилетевший непонятно откуда механический голубь открыл рот и они услышали: «Приветствую Вас, мои покорители космического пространства. Я, Илон Маск, спешу сообщить: Ваш отлёт состоится через пять минут. Просьба с собой ничего не брать, мы Вас обеспечим всем необходимым. Через указанный временной отрезок Вам нужно будет выйти на площадку перед домом и ожидать прилёта космолёта. Удачи Вам, мои смелые друзья!»
Птица закрыла рот, зашумел маленький двигатель и голубь молниеносно вылетел, как маленькая ракета, в щель у заваленного подручными баррикадами окна. Входную дверь кто-то пытался выломать:
– Психонасильная помощь! Открывайте! – басом зазвучало в подъезде. Странно просить открыть дверь, когда ты уже ногами пытаешься её выбить.