Тишина поёт

«Спи, моя радость, усни» — мама пела ей эту колыбельную тысячу раз. Поэтому Наташа сразу замечает, что голос из темноты поёт её неправильно. И всё равно идёт на зов. Прошёл год, как они с отцом похоронили мать, и дом с тех пор стоит слишком тихо. В этой тишине, на краю города, в заброшенной мельнице, к шестнадцатилетней девочке возвращается мамин голос — тёплый, всё помнящий, зовущий вниз, туда, где обещано, что не будет больше ни боли, ни прощаний. А наверху отец, привыкший всему находить разумное объяснение, называет это горем и нервами — и не замечает, как его дочь по капле исчезает из мира. Две правды об одних и тех же днях: её — изнутри наваждения, его — спустя сорок…