Мечтатель

– Как они надоели! – сплюнула проходившая мимо старуха.

– А кто это? – поинтересовался Илья у пожилой женщины

– Как, вы не знаете!? – удивилась она.

– Мы впервые на планете Раш

– Это индурийские поломники. Каждый год в одно и то же время они приезжают в Аниар к развалинам древнего Арсу.

– Почему же вы им не рады?

– А чему радоваться? Приезжают побегают две недели вокруг развалин, мусор после себя оставляют и уезжают.

– Они с другого мира?

– Нет, с острова Лэарс. Им здесь не рады – жестко резюмировала она.

– Простите, а нельзя ли у Вас спросить? Почему здесь все так относятся к Суру и суруянам?

– Вы что издеваетесь!? Война же идет!

– Мы день в Арсу и не увидели никаких признаков войны – попытался вставить Илья

Старуха недоброжелательно посмотрела на него и фыркнула:

– Это сейчас когда мы оттеснили их от границ Арсу. Два года назад они захватили город в пригороде Арсу. Так они, питались там нашими детьми

Илья невольно поморщился от отвращения.

– А в чем причина войны? – спросил Никита

Как в чем? Откуда вы вообще взялись? Туристам дают брошюрки с информацией о стране, в которую они перемещаются!

– Мы попали сюда непреднамеренно, из-за ошибки в работе портала! – вставил Илья

– Хм – старуха хмыкнула – никогда такого не слышала. Не повезло Вам!

– Почему?

– Из-за военного положения портальные службы у нас не работают. А границы закрыты, в другую страну вы тоже не попадете. Пункты перехода закрыты из-за войны.

– Дела – проговорил Илья. Ребята переглянулись

– А пройти вне пункта перехода

– Не получится, все огорожено рядами колючей проволокой чтоб мужчины не сбежали

Илья с Кириллом посмотрели на Никиту

– потом объясню – шепнул тот

– Простите! – проговорил Никита – Так из-за чего же все-таки война началась?

Старуха вздохнула.

– Их старейшина выжил из ума. У него паранойя захватить все вокруг. У нас было благоденствие, мирное счастливое время. Дети бегали по полям, смеялись, взрослые путешествовали по странам анклава свободы и думать не думали о войне.

–Да, но мы читали в инциклопедиях, что у Вас был конфликт на стороне восхода солнца.

Да есть у нас два региона, как бы сказать, не очень благополучные, там никогда не было спокойно. И девять лет назад жители там взбунтовались, и пришлось подавить восстание силой, у нас запрещено отделяться от государства это страшный грех.

– Но война же все-таки была! И аниарцы гибли.

– Так мы ж о виталах говорим, а то невиталы! Такое сотворить! – не моргнув глазом выпалила она.

– Да мирные капец – шепнул Илья Кириллу.

– Да, но еще за месяц до этого беспорядки были в Арсу, умерло много людей. А вы говорите, что все было спокойно.

Старуха, глубоко вдохнув воздух в легкие, хотела уже было звать полицию.

Мой друг перегрелся на солнце – улыбнувшись проговорил Кирилл, быстро оттаскивая за руку Никиту подальше от старухи.

Но на улице пасмурно – возражал Никита, не понимая, что происходит.

Никита, когда ты уже будешь думать – прошептал Кирилл – Илья тебе уже говорил что не стоит говорит все что ты думаешь, мы не знаем этот мир и его законов. Но у меня такое впечатления, что у этого анклава свободы – свободы столько же сколько миролюбия.

– Сегодня нам надо выспаться – предложил Илья обняв друзей, день-другой погулять по городу! Выдохнуть! Я читал в рекламном буклете, что в Аниаре прекрасные оздоровительные центры. Отдохнет, перезагрузимся, я Вас уверяю решение придет само собой!

– Если честно, у меня нет не малейшего желания здесь оставаться!

– Сейчас, секунду, поищу остановку аэробуса или аэрокапсулы…. – Илья театрально выдержал паузу и преподнял брови – Надо же… не вижу – подытожил он

Мир грязи

Хорс вылетел из портала в грязный, серый мир. Чёрная слизь стекала с домов, лавочек, со светившегося рекламного экрана. Виталы вокруг шли кто по колено, кто по пояс в грязи.

Хорс влетая в портал, два раза перекувыркнулся в воздухе и, вылетев из портала, плюхнулся грязь. Он встал. Прошептал что-то себе под нос и в миг очистился от грязи. Он машинально, как бы перестраховывая себя, отряхнулся и побрел по улицу. Влетая в портал, он уже понимал, что приземлится в другом месте от ребят. Слишком много времени прошло между их портациями.

Он нашёл первый попавшийся отель. В холле на ресепшене его встретила молодая девушка её глаза были в грязи с носа свисала чёрная густая капля. Хорс с отвращением и жалостью посмотрел на девушку. Провел рукой по столу. Лицо девушки засеяло, чёрные пятна грязи исчезли с лица. Она выдохнула. Камень как будто упал у нее с души

– Один одноместный – улыбнулся Хорс

– Да конечно, обрадовалась девушка, почувствовав облегчение.

Хорс зашёл в грязный номер, с грязной, запачканной постелью, разводами грязи на столе, подставке для телевизора и ковре.

Хорс медленно закрыл глаза и прочёл заклинание, лужи грязи исчезли с постели, но остались мутные пятна.

– Клоповник, а не мир – пробурчал он

Прочитал ещё одно заклинание и лёг на постель, не дотронувшись до нее, его тело зависло в 3-5 сантиметрах над кроватью, он повернулся на бок подложил руки под голову и уснул.

Знакомство с Амолшем

Не смотря на возражения Кирилла, ребята поступили, как предложил Илья. Они окунулись в атмосферу города, блуждая по лабиринтам кафе и ресторанов, посетили музей и театр, с упоением представляя себя обыкновенными туристами, стараясь игнорировать местные странности. Несколько раз они стали свидетелями того, как полицаи в длинных кожаных плащах уволакивали с улиц сопротивляющихся мужчин в аэромобили. А неподалеку от центральной площади Арсу группа молодых людей с короткими стрижками и синими волосами, опьяненные ощущением толпы, выкрикивали что-то о славе Аниара, героях и смерти всех врагов. Но самым экстравагантным зрелищем стало выступление уличных музыкантов. Мужчины были облачены в облегающие латексные костюмы, оставлявшие открытыми лишь хвосты, а женщина блистала в короткой юбке и черной блузке. Грим и общий облик группы кричали о тщетной попытке воссоздать древний (для землян) культ темных сил: обручи с рогами на головах, глаза, выкрашенные черным. Один из музыкантов терзал бас-гитару, другой же вылил алую жидкость на асфальт перед женщиной. Вначале та принялась выплясывать в этой луже, затем рухнула в нее и начала кататься по земле. После этого парень облил себя той же субстанцией и принялся имитировать нанесение себе ран неким острым предметом. Женщина хриплым голосом сопровождала это дьявольское действо пением, из которого ребята смогли разобрать лишь обрывки фраз о возвращении зла в Сур и смерти их младенцев. Несколько раз им сделали замечание за использование сурского языка. Если друзья слышали речь на аниаровском, то из уважения к хозяевам отвечали на нем же. Если же слышали говор сур, то предпочитали отвечать на нем, так как сам факт принуждения был им глубоко неприятен.

Собственно, это было единственным проявлением войны, которое они увидели: ни сирен, ни взрывов, ни авиации в небе, ни голода – никаких привычных атрибутов нападения на страну, о которых они читали в книгах и изучали на уроках истории. Виталы были расслаблены, ничто не указывало на перестройку экономики на военный лад. Заведения развлечений, кафе, рестораны, танцплощадки – все работало в полную силу. И, что самое удивительное, функционировали аттракционы и проводились концерты. Но любые попытки завести разговор неизменно сводились к жалобам на несчастную долю, на коварных суровян, напавших и стремящихся уничтожить всех аниаровцев. Все это выглядело до крайности странно. Аниар радовал отличным сервисом, уютными атмосферными ресторанами и кофейнями, вкусной едой и обходительным обслуживанием. Но ребятам бросалось в глаза то что огромное количество пожилых виталов (виталы – так местные гуманоиды называли сами себя) искали еду в контейнерах для мусора, в городе было обилие граффити, покрывавших стены, арки и мосты. Граффити были разных мастей – от молодежных рисунков до мрачных изображений, порой перемежавшихся откровенной бранью. А еще на улицах вовсю торговали сувенирной продукцией с оскорблениями в адрес жителей и лидера Сур.

«Белый цвет – цвет чистоты, зеленый – цвет зелени, цвет гармонии с природой. Сочетание чистоты разума и гармонии с природой», – вспомнил Кирилл слова Хорса, объяснявшие принципы выбора цветовой гаммы в эпоху Великих времен. Вспомнил дом, родителей, чистые светлые дома, парки. На уроках психологии объясняли, что грязь, неопрятность, мрачные тона, рисунки, содержащие негатив, равно как и бранные слова, оказывают пагубное воздействие на психику. Кирилл поморщился, ему стало неуютно.