Невеста на выходные

Глава 1

Ярослава

– Вот сейчас приедет мой жених, тогда и поговорим!

Крашеная лахудра мстительно поджала губы и, круто развернувшись на шпильках высотой с небоскрёб, отчалила к своей машине. Я возвела глаза к небу и тяжело вздохнула. Не знаю, о чём здесь можно было разговаривать. У меня – главная. У неё – знак «Стоп». Идиотка вылетела на перекрёсток прямо перед самым моим носом, и хотя я успела затормозить, столкновения избежать не удалось. Итог – разбитая фара, треснутый бампер и испорченное утро.

Пока девица, обвиняя меня во всех смертных грехах, раненой креветкой трепыхалась вокруг машины и звонила какому-то Котику, я успела поставить знак, сделать фотки и заполнить европротокол. Вот только подписывать его никто не стал. Наверное, стоило вызвать полицию, но это заняло бы слишком много времени, а я уже и так прилично опаздывала на работу, потому решила сначала дождаться «котика». Может, её папик окажется адекватнее?

Стоило только об этом подумать, как вдруг раздался оглушительный визг тормозов, и рядом остановился ещё один чёрный внедорожник. Дверь распахнулась, явив моему взору водителя, и в ту же секунду надежда на мирное разрешение конфликта забилась в предсмертных конвульсиях.

– Котик! – Кинулась к нему визгливая курица.

Я в этот момент ощутила непреодолимое взять подмышку свою раненую малолитражку и тихонечко уйти в закат. Какой же он котик? Целый котище! Помойный и очень злой. Захотелось проверить, какая сегодня дата, потому что передо мной стоял настоящий привет из девяностых. Спортивные штаны, чёрная майка-алкоголичка, настежь распахнутая кожаная куртка поверх, недельная щетина, сигарета в зубах… Только якорной цепи на шее для полноты образа братка с района не хватало. Куда я вляпалась?

– Котик, вот эта… – Стерва ткнула пальцем в мою сторону. – Наглая девка поцарапала твою машину!

Его машину? Час от часу не легче…

Суровый взгляд серых глаз метнулся ко мне, и я невольно отпрянула. На миг показалось, что Котик меня сейчас прихлопнет. Прямо здесь, на дороге, без суда и следствия. Он прошёл мимо, мельком осмотрел повреждения, огляделся и многозначительно выдал:

– Ясно. – Потом сунул руку за пазуху, да так резко, что успела заработать парочку микроинфарктов, прежде чем увидела в мужской ладони мобильный. – Куда переводить деньги?

Находясь под впечатлением, я не сразу поняла, что Котик обратился ко мне.

– Деньги? – переспросила растерянно.

Он поднял на меня нечитаемый взгляд и вскинул тёмную бровь.

– Компенсацию за ущерб. Думаю, сотки на ремонт тебе хватит.

– А… эм, – выдала я нечто нечленораздельное. Стало потихоньку доходить, что в лес меня вывозить никто не собирался. – Зачем деньги? Подпишите просто… – Дрожащей рукой протянула ему протокол. – Там только данные ваши надо заполнить. Права, номер полиса…

– У меня нет на это времени, – скривился хозяин машины. – И со страховой возиться ради пары царапин желания тоже нет. Двести и расходимся. – Очень щедрое предложение. Возможно, я бы даже согласилась, не добавь он следом: – Хватит, чтобы поменять это недоразумение на приличное авто.

Не знаю, что взбесило меня больше. Брошенное в сторону моей машинки оскорбление, пренебрежительный тон, будто я была человеком второго сорта, или уверенность, что любая проблема в этой жизни решается с помощью пачки наличных… С тех пор как бывший бросил меня после года отношений, променяв на партию поинтересней, у меня появилась стойкая неприязнь к таким вот беспринципным толстосумам.

– Не нужны мне ваши деньги! – вспылила я. – Засуньте их себе, знаете куда? Подписывайте! Иначе я вызову полицию!

Уже в следующую секунду я пожалела о своей несдержанности, но слово не воробей. Зло сощурившись, Котик навис надо мной и хмыкнул:

– Принципиальная, значит?

Пришлось задрать голову и сделать шаг назад – настолько мужчина был выше меня. Сложив руки на груди, я стойко выдержала леденящий душу взгляд, хотя у самой от страха затряслись поджилки.

– Да.

За то время, что длилась наша безмолвная схватка, я успела хорошенько его рассмотреть. Исключительно из профессионального интереса, разумеется. Как художник. На вид Котику было явно больше тридцати. Тёмные, чуть рыжеватые волосы, правильные, даже слишком, черты лица – ничего особенного, в общем. Но всё же было в его внешности что-то цепляющее…

– Ладно, – процедил он сквозь зубы и отступил. Выхватив бумаги, вытащил из внутреннего кармана куртки ручку, прямо на капоте моей малышки заполнил недостающую информацию и поставил размашистую подпись. Да я молодец! – Вася, отгони тачку в сервис.

Я только сейчас заметила, что с ним приехал ещё один бугай. Выглядел тот, к слову, намного приличнее. Коротко кивнув, Вася кинулся выполнять поручение.

– Котик, я не поняла, – неожиданно подала голос виновница сыр-бора, про которую все благополучно забыли. – Ты что, так просто её отпустишь? Она же в меня въехала!

Девица капризно надула губы. Судя по требовательному тону, её благоверный должен был сию же секунду разгрызть зубами асфальт и закатать в него меня. А Котик, судя по выражению лица, в этом момент решал, стоит ли доступ к красивому женскому телу примирения с такой непроходимой тупостью. В такт тяжёлому вздоху поднялись и опустились широкие плечи. Видимо, нет.

– Свободна, – холодно сообщил он и бросил Василию: – Вызови Милане такси.

А затем молча сел в свою машину. Спустя несколько секунд та сорвалась с места, следом уехал Вася, а Милана всё стояла и недоумённо хлопала глазами.

– Ах так?! Это я тебя бросаю, понял? Урод! – отвиснув, крикнула она вслед скрывшемуся за поворотом внедорожнику. Мне даже стало её немного жаль. – А ты чё вылупилась?!

Но ненадолго. Интересно, что мужчины находят в таких женщинах? Пожав плечами, я убрала протокол, закинула в багажник знак аварийной остановки и, наконец, отправилась на работу. На всякий случай вооружившись треклятым европротоколом, поднялась на наш этаж, а там сразу угодила в руки офис-менеджера.

– Славушка, слава богу, ты пришла! – Я удивлённо вскинула брови. Всего на час ведь опоздала… Что они успели без меня натворить? – У нас тут такое! Такое! – заохала Люба. – Нас продали!

Я непонимающе нахмурилась.

– В смысле?

– В прямом! Михаил Игнатьевич продал компанию! У нас новый директор! Можешь себе представить? – громким шёпотом негодовала Люба, взволнованно перебирая пальцами крупные красные бусы. – Ой! – спохватилась. – Он же ждёт тебя в кабинете, иди скорее!

Я и опомниться не успела, как Люба впихнула меня в приёмную. Бред какой-то… Михаил Игнатьевич ни разу не заикался о продаже бизнеса. Впрочем, какая разница? Сегодня был мой последний день в должности секретаря-помощника-швеца-жнеца-и дальше по списку, так что меня это больше не касалось. Кинув сумку на стол, который последние пять лет приходился мне рабочим местом, я пошла на разведку. Для приличия постучалась, вошла в кабинет и поражённо замерла. Зажмурилась и снова открыла глаза, но видение, увы, никуда не исчезло. За директорским столом по-прежнему сидел Котик.

Глава 2

Ярослава

– Вы меня преследуете?

– Ты что, за мной следила? – одновременно со мной спросила моя не менее удивлённая встречей галлюцинация.

Разве бывают такие совпадения? Почему именно он?

– Я здесь, вообще-то, работаю! А вот что вы…

– Фамилия? – по-хамски перебил меня Котик и взял со стола распечатку.

– Чижова… – ответила я машинально.

Беглым взглядом окинув написанное, он ухмыльнулся и сделал какую-то пометку.

– Секретарша, значит… Отлично. – Не знаю, что в этом было отличного, но бог с ним. – Меня зовут Герман Валентинович Туманов. Я новый владелец компании и, по крайней мере, в ближайшее время твой непосредственный начальник.

Фамильярное обращение неприятно резануло слух. Сложив руки на груди, я процедила:

– Это рейдерский захват, да? – Туманов каким-то невероятным образом успел переоблачиться в деловой костюм, но меня теперь провести. – Михаил Игнатьевич ничего не говорил о продаже.

Может, стоило обратиться в полицию? Вдруг беднягу уже прикопали где-нибудь за городом… Прищурившись, Герман Валентинович, неоднозначно хмыкнул и откинулся на спинку кресла.

– Нет, Ярослава, я честный бизнесмен. – Ага, как же! Его бандитская физиономия оговорила о другом. – Хотя в чём-то ты права. Маслов прилично мне задолжал и расплатился фирмой.

Я победно вскинула подбородок. Так и знала, что дело тут нечисто. Ну кому в здравом уме придёт в голову покупать нашу бумажную, прости господи, «компанию»?

– Собери всех в конференц-зале через пятнадцать минут. И пусть начальники подготовят краткие отчёты о работе своих отделов. – Туманов раздражённо взглянул на заваленный документами стол. – У вас тут чёрт ногу сломит…

Я недоумённо вскинула брови. Начальники отделов? Похоже, Котик не понял, куда попал. У нас на весь офис было три продажника, два бухгалтера, кадровичка, она же главный и единственный юрист, чахлый студент в службе поддержки и уже, наверное, сотню лет не видевший белого света кладовщик. И Люба, конечно, наш офис-менеджер. Она поливала цветы. Мы в принципе до сих пор существуем только потому, что в этом мире ещё остались те, кто не научился покупать канцелярку через интернет.

– Как скажете.

Пожав плечами, я развернулась и двинулась на выход. Совещание так совещание. Но замерла у двери, когда в спину прилетело назидательное:

– На будущее, Ярослава. Я не терплю опозданий.

Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, я обернулась и ответила как можно спокойнее:

– У меня есть уважительная причина, Герман Валентинович.

– И какая же?

Развалившись в директорском кресле, он склонил голову набок и скривил губы в ехидной усмешке.

– Попала в ДТП, – в голосе против воли прорезались язвительные нотки.

Туманов наигранно изумился.

– Надеюсь, никто не пострадал?

– Не знаю. Как поживает ваше самолюбие? – ляпнула я сгоряча и тут же прикусила язык.

Взгляд серых глаз опасно потемнел, а на скулах проступили желваки.

– Ты слишком дерзкая. Мне это не нравится.

Неправда. Я само очарование. Тихая, милая, скромная и никогда не позволяю себе даже намёка на неуважение в общении с другими людьми. Но этому нахалу удалось вывести меня из равновесия.

– Не переживайте, работать нам вместе не придётся. Я увольняюсь.

В ответ Туманов пожал плечами, выудил из кипы листов чистый и кинул на край стола вместе с ручкой.

– Твоё право. Пиши заявление.

– Вы не поняли. Михаил Игнатьевич уже подписал его две недели назад. – Как чертовски вовремя я решила уйти! – Сегодня мой последний рабочий день.

Минуту он препарировал меня совершенно непостижимым взглядом, а потом отчеканил:

– Нет.

– Что, нет? – Не поняла я.

– Две недели назад уже был запущен процесс переоформления, и Маслов не имел полномочий ничего подписывать. Так что придётся задержаться.

– Но… – выдохнула я ошарашенно, растерявшись, и тряхнула головой. – Я не могу. В понедельник я выхожу на новое место.

Эта работа была временной. По правде говоря, я не собиралась задерживаться здесь дольше полугода, но дело оказалось непыльным, а Михаил Игнатьевич хорошо платил и закрывал глаза на моё отсутствие во время сессий. В прошлом месяце, после почти шести лет мучений на заочном, я, наконец, получила диплом, и научный руководитель предложил мне должность преподавателя в художественной школе. Я не могла его подвести.

– И что? – всё с тем же каменным выражением лица поинтересовался Туманов. – Я должен оставаться без секретаря? Нет. Отработаешь, как положено, подготовишь себе замену и можешь катиться на все четыре стороны.

Я даже опешила от такой невообразимой наглости. Да кем он себя возомнил?

– Тогда я просто возьму и не выйду.

Угроза Германа Валентиновича ни капли впечатлила.

– А я уволю тебя по статье и сделаю так, что ты даже уборщицей никуда не устроишься.

Он холодно улыбнулся, и мне на миг стало не по себе. Ну нет… Чёрта с два я на это поведусь.

– Не посмеете!

– Хочешь проверить? – предвкушающе усмехнулся Туманов и будто невзначай бросил: – Я тоже принципиальный.

Права была Милана. Урод, как есть! Задохнувшись от вспыхнувшей в груди злости, я пулей вылетела из треклятого кабинета. Вслед послышалось самодовольное:

– Принеси мне кофе!

Я от души хлопнула дверью и заметалась по приёмной, не представляя, как буду выпутываться. Вот ведь мелочная сволочь! Котище драный! Ярость кипела в крови и требовала немедленного выхода. Метнувшись к тумбе, на которой стояла кофемашина, я достала с нижней полки пачку соли. Будет тебе кофе, босс!

Глава 3

Ярослава

– Ваш кофе. – Я плюхнула чашку перед Тумановым с такой силой, что содержимое выплеснулось на блюдце. – Коллектив предупреждён, собрание, – посмотрела на наручные часы, – через семь минут.

– Спасибо, – невозмутимо отозвался Котик, размешивая кофе.

Мешай-мешай… Дурацкое чрезмерное чувство ответственности не позволяло плохо делать свою работу, даже если начальник мне не нравился. А вот от того, чтобы немного ему насолить, я не удержалась.

– На будущее, – Туманов поднёс чашку ко рту. – Я пью двойной эспрессо. Без сахара.

– Учту, – ухмыльнулась я в злорадном предвкушении.

В целом всё получилось правильно. Большая часть разлилась, так что кофе осталось как раз на двойной эспрессо. А сахара там и в помине не было! Сделав глоток, Туманов замер и спустя мгновение закашлялся.

– Твою мать…

Он вскочил из-за стола, метнулся к кулеру и залпом выпил стакан воды. Следом ещё один.

– Что такое? – наигранно удивилась я. – Невкусно?

Отдышавшись, раскрасневшийся Герман Валентинович порывисто ослабил галстук и рявкнул:

– По-твоему, это смешно?!

Я недоумённо вскинула брови.

– О чём вы?

– Ты на хрена мне соли в кофе насыпала?! – взревел Туманов.

Ну, технически, я скорее налила кофе в соль…

– Ой! – Ужаснусвшись, я приложила ладонь к груди и невинно захлопала глазами. – Простите, ради бога, Герман Валентинович! Я, наверное, перепутала. Иногда я бываю такой рассеянной…

Сощурившись, Котик поджал губы и двинулся на меня, а уже в следующую секунду я оказалась зажата между дверью и его здоровенной тушей.

– С огнём играешь, Ярослава, – зло процедил Туманов мне в лицо.

– Но я же не специально… – Теперь по-настоящему испугавшись, я попыталась нащупать за спиной ручку.

Впрочем, сбежать бы всё равно не получилось – лапища Германа Валентиновича упиралась в дверь возле головы. А на пальцы другой он нарочито медленно накручивал прядь моих волос.

– На первый раз сделаю вид, что поверил, – Туманов проникновенно заглянул мне в глаза. – Но если будешь продолжать в том же духе…

Отличная идея! Вдруг за день я успею настолько достать новоиспечённого босса, что он сам меня выгонит? Других вариантов в голову пока не пришло. Я попыталась поговорить с Михаилом Игнатьевичем, но вместо объяснений получила жирный шиш с маслом. Сначала он просто не брал трубку, потом стал сбрасывать звонки, а затем и вовсе отключил телефон. Очень разочаровывающе. Маслов всегда говорил, что мы большая дружная семья, а сам взял и откупился нами от какого-то зажравшегося дельца. Ещё и подставил меня напоследок! Надо было напрячься, когда он сказал, чтобы я не переживала по поводу нового секретаря…

– … будешь наказана. – Туманов легонько дёрнул локон. – Поняла?

– П-поняла, – пискнула я соглашаясь.

С таким психом связываться – себе дороже. Окинув меня внимательным взглядом, словно хотел убедиться, что я достаточно прониклась, он удовлетворённо кивнул и, наконец, соизволил отойти. И пока я приходила в себя, открыл дверь и вытолкал из кабинета.

– Пошли, рыжая-бесстыжая. Совещание через минуту.

Опешив от его невообразимой наглости, я не сразу нашлась с ответом. А когда придумала достаточно остроумный, Туманов уже покинул приёмную. Пришлось захлопнуть рот и пойти следом. Последней забежав в конференц-зал, я направилась на галёрку, но мой план тихонько отсидеться в уголочке не удался.

– Садитесь рядом, Ярослава. – Остановил меня Герман Валентинович. Ого, он, оказывается, знает, что такое субординация? – Будете записывать.

Обречённо вздохнув, я заняла предложенное место.

– Всем доброе утро, – поздоровался Туманов и, дождавшись, пока стихнут взволнованные шепотки, продолжил: – Как вы всё уже знаете…

Открыв блокнот, я написала на дату и задумчиво прикусила губу. Что же делать? Вот надо было ему свалиться на мою голову!

– Кто из вас эйчар? – спросил новый босс, когда закончил приветственную речь.

– Будьте здоровы, – тут же сердобольно отреагировала Нина Васильевна и, как обычно, средним пальцем поправила на переносице очки.

Туманов удивлённо вскинул брови, а я, проглотив смешок, взяла слово:

– Герман Валентинович, это Нина Васильевна – наш главный юрист и специалист по кадровым вопросам.

С большим трудом сохранив невозмутимость, Туманов прочистил горло.

– Очень приятно, Нина Васильевна. Будьте добры, занесите мне после собрания личные дела сотрудников.

Я снова уставилась в блокнот. Злость немного утихла, уступив место здравомыслию. Надо было остыть и спокойно поговорить. Соли в кофе я сыпанула на эмоциях и прекрасно понимала, что это мой максимум, а значит, придётся как-то уговаривать Туманова меня отпустить. Вот только как, если он одним своим видом умудрялся меня бесить?

Пальцы с зажатой в них ручкой машинально порхали по бумаге, и в какой-то момент я поняла, что смотрю на мультяшного кота в трениках, в чертах которого явно угадывался Котик. Секундный ступор сменился неожиданным вдохновением. Пока Туманов вещал что-то про перспективы и пугал наш коллектив страшными словами вроде оптимизации и цифровизации, я успела убить его десятью разными способами. На бумаге, разумеется, но этого хватило, чтобы выпустить пар. Так увлеклась, что даже не заметила, как Туманов закончил собрание.

Захлопнув блокнот, я поднялась со стула и направилась к выходу, однако и шага ступить не успела.

– Покажи-ка мне записи.

Требование Германа Валентиновича застало меня врасплох.

– Эм, я сейчас перепечатаю и пришлю в электронной форме, – нервно сглотнула я, понимая, что влипла по полной программе. Теперь Туманов точно меня прибьёт, причём воспользовавшись мной же нарисованной инструкцией. – У меня неразборчивый почерк.

– Ничего страшного, – нехорошо усмехнулся босс, будто видел меня насквозь. – Интересно, что ты так старательно там… записывала.

Я и опомниться не успела, как Туманов выхватил блокнот из моих рук. По спине побежал неприятный холодок. Чёрт…

Глава 4

Ярослава

Нарочито медленно перелистывая страницы, Туманов с невозмутимым выражением лица рассматривал мои художества и наконец дошёл до последнего рисунка. Того, на котором с криками «Коооотик, она в меня въехала!» вобла душила кота. На мгновение показалось, что уголки мужских губ дрогнули в подобии улыбки, но уже в следующую секунду Туманов пригвоздил меня к полу убийственным взглядом. Мамочки…

– Я так понимаю, ничего из того, что я просил, ты не записала?

– Извините, – я покаянно потупила взор. Глупо получилось. – Я слегка отвлеклась.

Оправдание прозвучало жалко, но это действительно вышло случайно. Иногда, поймав вдохновение, я так сильно увлекалась, что переставала замечать всё вокруг.

– Это… – хотела добавить, что это просто шутка, но Туманов меня перебил.

– Второе.

– Что второе?

– Предупреждение. – Он резко захлопнул блокнот. – Осталось одно.

Обречённо вздохнув, я устало потёрла лоб. Пора было заканчивать этот цирк.

– Герман Валентинович, – посмотрела на него умоляюще. – Давайте просто обо всём забудем, и вы меня отпустите, а? Люба меня заменит, пока не найдёте секретаря себе по душе. Раньше именно она занимала эту должность и в курсе всех дел. Пожалуйста. Меня правда ждут на новом месте. Я не могу подвести людей.

– И что же это за работа такая, позволь узнать? – без особого интереса хмыкнул Туманов, присев на край стола.

– Преподаватель. В художественной школе.

Выражение лица Германа Валентиновича из безучастного сделалось удивлённым.

– Серьёзно? – вдруг хохотнул он. – Из-за этого столько страданий?

Я скрестила руки на груди и с подозрением прищурилась, уже догадываясь, что ничем хорошим этот разговор не закончится.

– Что вас так развеселило, позвольте узнать?

Качнув головой, Туманов окинул меня снисходительным взглядом и снова издал смешок.

– Ты правда собралась уйти с нормальной работы, чтобы стать учительницей рисования?

Его полный скепсиса и злой иронии тон совершенно мне не понравился.

– Между прочим, учитель – уважаемая профессия, – парировала я, чувствуя, что снова начинаю закипать.

– Угу, – сардонически кивнул Туманов. – А главное, высокооплачиваемая и очень перспективная.

От негодования брови сами собой поползли к волосам. Просто уму непостижимо! Да, может, на новой работе зарплата будет немного меньше, но от голода я точно не умру. Зато, наконец, смогу заняться тем, о чём всегда мечтала. Впрочем, это неважно… Важно, что жизнь моя, и решение тоже! А недоделанные мафиози в трениках могут подавиться своим невероятно ценным мнением!

– Шли бы вы, знаете куда?! – не сдержалась я. Достал! – Кто дал вам право высмеивать чужой выбор? Думаете, если у вас много денег, вы лучше других? Вынуждена разочаровать! Вы просто напыщенный, высокомерный, невоспитанный… – С каждым новым эпитетом Туманов становился всё мрачнее, но я уже не могла остановиться, – неотёсанный хам, вот вы кто!

– Три, Ярослава, – поджав губы, холодно предупредил он. – Ещё слово…

– И что?! – выплюнула ему в лицо. – Что вы сделаете? Я вас не боюсь, понятно?!

Шумно втянув носом воздух, Туманов несколько мгновений испепелял меня яростным взглядом, а затем процедил сквозь стиснутые зубы:

– Займитесь делом, Чижова.

– С превеликим удовольствием!

Не желая больше ни секунды находиться с ним в одном помещении, я вылетела из конференц-зала и чуть не сбила Любу, гревшую под дверью уши. Внутри всё клокотало от праведного гнева. Проклиная Туманова на чём свет стоит, я вернулась на своё рабочее место, а через несколько минут босс с оскорблённым видом прошагал мимо и скрылся в кабинете, напоследок громко хлопнув дверью.

– Осёл, – пробубнила я себе под нос, яростно набирая текст шаблона письма для рассылки клиентам.

– Четыре, – тут же донёсся искажённый шипением динамика голос Туманова, и я удивлённо уставилась на красную лампочку на селекторе.

Мысленно выругавшись, долбанула по кнопке отключения связи и несколько раз приложилась лбом о стол. Боженька, за какие грехи ты ниспослал его мне в наказание?

– Герман Валентинович у себя? – раздался сверху голос Нины Васильевны.

– У себя… – вздохнула я выпрямившись.

Всё-таки человек – удивительное существо, обладающее невероятным умением мгновенно приспосабливаться к новым обстоятельствам. Ещё вчера она спрашивала то же самое про Михаила Игнатьевича. А сегодня «у него» стало тумановским, и никто даже глазом не моргнул.

Нина Васильевна кивнула, поправила очки и с кипой бумаг отправилась в кабинет директора. Кажется, казнь откладывалась… Следом за Ниной Васильевной потянулись остальные сотрудники. Это паломничество продолжалось до самого вечера, и к тому времени мой запал окончательно иссяк, уступив место безысходности. Я даже успела всплакнуть в уборной. А за десять минут до окончания рабочего дня селектор вновь ожил, и по приёмной разнёсся приказ Туманова:

– Ярослава, зайди ко мне.

Глава 5

Герман

– Герман, ты меня слушаешь?

– Да, – раздражённо вздохнул я и открыл папку с личным делом моей несносной секретарши. Ярослава Даниловна Чижова, двадцать четыре года. – Я очень внимательно тебя слушаю.

– Я серьёзно, сын. Вам с братом пора помириться, – снова завёл свою шарманку отец. – Мы всё-таки одна семья…

Я невесело усмехнулся.

– Семёну стоило вспомнить об этом, когда он решил залезть под юбку моей невесты.

В трубке послышался приглушённый мат.

– Хватит, Герман! – рявкнул отец. – Прошло уже полгода. Дети счастливы. Смирись.

Восхитительно. «Дети» счастливы! А мои чувства, значит, побоку? Впрочем, ничего удивительного. Он всегда вставал на сторону Семёна. Видимо, в попытке угодить своей новой жене отец запамятовал, кто из нас двоих его родной сын. Я устало сдавил пальцами переносицу.