Будь для меня стеной
— И что? Нашему курсу на практике куратор-боевик не положен, они, наверняка, со стихийниками поедут или, на худой конец, с теми же боевиками, или с целителями, что попадут на границу.
Вампирша пожала плечами, явно не в первый раз слушая эту информацию, а я навострила уши. Появилась бы возможность — подсела бы к компании девиц вплотную, но кто ж мне даст? Так вот зачем приехал Мракадан и его свита! А я-то думала, что они забыли в не самой престижной академии, если сами уже давно не студенты?
— А вот и нет! Не в этот раз! — торжество в глазах лисицы можно было добавлять в чай вместо сахара. Она подняла вверх тонкий указательный пальчик с кроваво-красным маникюром и, выдержав эффектную паузу, продолжила: — Сегодня магистр Тетрони, который нас не сможет в этот раз сопровождать, говорил коменданту мужского общежития, что одного оборотня из делегации приставляют к нашему факультету и именно к нашему курсу!!!
Что тут началось! Верена вскочила, возбуждённо взмахнув аристократичными ручками. За ней подскочили практически все девушки в аудитории, за исключением меня и Крины, и начали возбуждённо галдеть, словно стая потревоженных ворон. Да и парни от них не сильно отставали; немудрено — чёрные волки жили обособленно и не в нашей стране. У нас в Анании вообще оборотней-волков не водилось — слишком гордые для «человеческой» страны и слишком привязаны к своим стаям, большинство которых поселились на территории свободной Албании. О волках, об их силе, ловкости, а главное — богатстве ходили легенды. Тут есть, от чего голову потерять! Столько экземпляров мужской идеальности, и все холостые!
Я бы решительно не обратила внимания на все эти образцы, если бы среди них не появилось моего Совершенства... Так что от желания присоединиться к общему ажиотажу меня удерживало только осознание, насколько нелепо я буду смотреться в этой восторженной толпе магов. Похоже, вопрос, который так и закрутился на языке, волновал не только меня...
— А... Кого? — с придыханием уточнила королева курса, нервно поправив идеальные чёрные локоны. — Неужели... Неужели... Мракадана?
Девицы с надеждой в глазах переглянулись, а парни пожали плечами — их не волновало, кого именно к нам приставили, главное, что из этой легендарной стаи...
Вокруг на миг наступила благоговейная тишина, и в этот момент дверь в аудиторию скрипнула, впуская преподавателя по артефакторике, с которым наш курс учился напитывать зельями различные артефакты, а также на них же нейтрализовывать яды. За магистром медленным шагом буквально вплыл мой старый знакомый...
Аудитория разочарованно выдохнула женскими голосами, предвкушающе вдохнула мужскими, ну, а я просто закатила глаза к потолку. Ну естественно! Кто же это мог ещё быть?! С моим-то везением!
— Тишина в помещении! — привычно выкрикнул пожилой эльф, не обращая внимания, что вокруг и так тихо. — Третий курс травников, попрошу внимания, магистр Линель попросила представить вашего нового временного куратора на ближайший семестр в академии и ещё на месяц практики — Данорана. В его задачу входит помогать магистру, следить за успеваемостью и подготовкой, а также обеспечивать вашу защиту.
Столовочный хам оторвался от созерцания дальней стены и окинул нас безразличным взглядом, на пару секунд задержавшись на каждом лице. Могу поклясться, что он запоминал наши физиономии и мысленно пронумеровывал: подопечный один, подопечный два и так далее. Когда взгляд чёрных глаз дошёл до меня, я демонстративно уставилась в окно, а когда вновь взглянула на нового куратора, тот уже досчитывал последнего ученика.
Мой однокурсник оборотень Бром поднял вверх мощную руку и, не дожидаясь разрешения преподавателя, задал интересующий вопрос:
— Разве практика зельеваров настолько опасна, что с нами направляют профессионального боевика? Да и чем его знания могут нам помочь? На нашем курсе одни девчонки и хиляки... За редким исключением...
На этих словах он самодовольно усмехнулся и обвел ручищей аудиторию, сплошь заполненную девушками, явно не считая себя хиляком. Из тридцати человек на курсе парней было ровно три. По одному на десяток — сам Громила Бром, которого я бы охарактеризовала как: «силы много, ума — не очень», щупленький очкастый вампир (что само по себе нонсенс!) Вилли Томсон и эльф Эллион, который в холодности мог составить конкуренцию айсбергу в океане.
Другие парни-эльфы с магией земли, в большинстве своем, учились у стихийников, где зельеварению уделялось времени не сильно меньше. А направление травников всё же чаще требует именно женской внимательности и скурпулёзности. Совсем немногие парни могут и хотят копаться в листочках и эликсирах всю жизнь, без возможности устроить кровавое и эффектное побоище.
Даноран небрежным движением головы откинул со лба чёрную челку и мрачно посмотрел на медведя. Даже у меня от его взгляда мороз по коже пошёл, а Бром живенько спрятал поднятую руку под стол.
— Раз ты редкое исключение, — на этих словах оборотень еле заметно, насмешливо двинул бровью, — то я уверен, что при необходимости сможешь защитить весь свой «девчачий» курс и своего преподавателя, которая тоже хрупкая человеческая женщина. Или вам напомнить, что в этом году вы едете на границу с землями орков? В вашей стране их нет, а почему? Не потому ли, что Анания уже много лет ведёт с Крынтыном холодную войну?
— Но орки давно и ни на кого не нападал, — робко заметила одна из эльфиек на первом ряду.
На это возражение оборотень ничего не ответил, заметив только напоследок:
— На границе неспокойно, за оставшийся семестр я должен провести минимальную подготовку вашего курса к неожиданным ситуациям во время практики. Ваш преподаватель физической подготовки выделил мне часть собственных занятий. Спасибо за представление, магистр Ордин.
На этих словах новый куратор коротко кивнул эльфу за кафедрой и неспешно пошёл на выход, сопровождаемый тихими вздохами женской части факультета. Пусть он не Мракадан, которого все так ждали, но аура уверенности и силы, что окружала мощную гибкую фигуру, всё же успела распространиться по аудитории. А для девичьей неокрепшей психики такое давление непременно приводит к появлению розовых грёз и ночным слезам в подушку. Хотя я-то знала, как быстро рассыпаются подобные мечты, особенно, когда имеешь дело с самоуверенными нахалами, так что заранее сочувствовала разбитым сердечкам однокурсниц.
— Ну, а теперь, — магистр Ордин обвёл плотоядным взглядом аудиторию, наконец-то предоставленную в его безраздельное пользование, — перейдём к проверке домашнего задания. Так как присутствуют все, то значит, никто не помер во время его выполнения, а наоборот, все успешно нейтрализовали яд в маленьких зачарованных перстнях.
— Или просто их потеряли, — пробубнил себе под нос Бром, потихоньку возвращая своё привычное самоуверенное настроение с уходом сильнейшего конкурента. Всё же оборотень оборотня чувствует немного иначе, чем другие расы. У них положение сильного практически священно. И то, что Бром при обороте превращался в более крупного медведя, совершенно ни о чём не говорило. Я бы даже навскидку не поставила на него ни ломанного экра (*мелкая монета в Анании). Чернявый явно не просто так настолько ленив и спокоен.
Я мимолётно улыбнулась, ничуть не удивлённая, что однокурсник опять потерял артефакт, а затем, выкинув из головы всё лишнее, погрузила её в пучину новых знаний. Тем более, что преподаватель спросил, кто может рассказать о свойствах органитра. Секунда, и моя рука взметнулась вверх...
К концу занятия моя рука практически затекла от того, что я бесконечно её тянула. Другим адептам лекция и научные дебаты, в которые я всё же под конец занятия втянула магистра вряд ли понравились. Но мы увлеклись.
Магистр утверждал, что артефакты должны конструироваться непременно в жёсткой форме, иначе их использование нецелесообразно. Я же, на примере газового шарфика с мелкими блестящими бусинами, доказывала, что такой артефакт не только не менее «крепкий», но и, что важнее, незаметней огромных фамильных кулонов; вдобавок, радиус действия при меньших затратах намного шире. Особенно, если речь идёт о использовании ядов, восстанавливающих эликсиров и любых защитных зелий, искусственно вливаемых в камни.
Верена со своей подпевалой Лизянкой то и дело фыркали, когда я использовала термин хоть маломальский сложнее по смыслу, чем «маникюр», «прическа» и «обед». Временами она походила на дикого ежа, бесконечно морща идеально ровный аристократический нос. И нет, я не завидую, хоть у меня нос всю жизнь и имел форму маленькой картофелины. Но зато в моей голове мозги, а не стог сена. И я искренне недоумеваю, как большинство однокурсников вообще существуют, не говоря уже о том, что из года в год переходят на следующий курс...
Оглушительный звонок с урока прервал эльфа на полуслове, и он, резко отвернувшись от «человечки», с которой секунду назад рьяно дискутировал, скороговоркой проговорил домашнее задание и отпустил нас на следующую пару.
Я недовольно поджала губы, но потом вздохнула и молча начала собирать свои вещи в сумку. В первую очередь, требовалось аккуратно сложить мой экспериментальный образец — газовый шарф с бусинами, наполненными сонным зельем. Я вчера полночи скрупулёзно вливала эликсир в каждую из сотни бусин. Если таким шарфом окутать человека и произнести кодовое слово, то жидкость из шаров незаметно пропитает лёгкую ткань, а человек или даже не человек, пару раз вдохнув, моментально уснёт.
Круто? Круто!
Так что я сильно расстроюсь, если такой образец случайно порвётся или испортится.
— Смотри-ка, Верена, наша зубрилка опять выделилась, — по моему столу противно протарабанили длинными красными ногтями. Лизянка гаденько хихикнула и уточнила: — Коргут, вместо того, чтобы тратить последние гроши на всякую ерунду, — она кивнула на моё изобретение, — ты бы лучше купила себе новое платье... Ну, или не новое, а поношенное, но хотя бы второе.
Мои уши мгновенно вспыхнули, а руки инстинктивно дёрнулись, прижимая шарф к животу, как бы закрывая обзор на далеко не новую одежду. Пару секунд спустя, не поднимая головы, я запихала его в сумку и быстро протиснулась мимо оборотницы к выходу.
До следующей пары оставалось около получаса, и я, вместо того, чтобы идти в столовую, бросилась в академический сад, где в это время никого не бывало. Тихий шелест листвы и мягкий запах цветов успокаивал и дарил умиротворение. Я плюхнула сумку на лавочку и с размаху на неё уселась.
На глаза попалось небольшое коричневое пятно на тёмно-бордовом материале платья. Обычно его не видно, если просто стоять или аккуратно сесть боком, но сейчас полинялая ткань являла моему взору вечное напоминание о том, что я никогда не стану такой, как другие адепты.
Я злобно стукнула кулаком по коленке.
Тема одежды, обуви, сумок... И всего, что стоило больше нескольких экров воспринималась мной болезненно. Это платье действительно составляло весь мой гардероб. Его я могла носить на занятия, в нём ходила на пары, ела в столовой, проводила опыты и ездила в город. В общем, жила.
Кроме платья ещё имелась так называемая форма для физических упражнений, в моём случае состоявшая из широких деревенских штанов и белой рубашки из грубой ткани; и одна-единственная ночнушка для сна. Завершали образ небольшие балетки без каблуков для тёплой погоды и пожеванные жизнью полусапожки моей бабушки для холодной. Ну и тапочки, конечно. Вот и весь гардероб…
— Я в этом не виновата, — прошептала сквозь зубы, старательно таращась в одну точку и сдерживая слёзы, — у меня просто нет выхода. Не все могут рассчитывать на деньги богатых родственников, кому-то в жизни просто не везёт!
Нежно-лиловые розы сбоку от лавочки тревожно зазвенели, не понимая причину моего расстройства, а я, взглянув на них, резко выдохнула, приказывая себе успокоиться.
— Ну и ладно! Пусть у меня нет нарядов и золотой кареты, зато я умнее всех этих напыщенных баранов вместе взятых, да? — обратилась я к цветам, и те согласно зашумели, потрясая многочисленной листвой. — И платье у меня хорошее, без дырок. Ему всего три года, правильно? — шум в ветках зазвучал громче, а я всё уверенней продолжала: — И учусь я не где-нибудь в захудалой деревушке, а в столичной академии магии, верно?
Получив очередное подтверждение, я глубоко вздохнула и привела последний контраргумент:
— И вообще, деньги у меня есть! Я могу купить платье и не какое-нибудь, а новое и качественное! Просто я умею деньгами распоряжаться и решила, что лучше оставлю их на обеды и ужины ближайшего месяца, а не потрачу на ненужную тряпку! Я же молодец, правда?
— Молодец, молодец! — зазвенело со всех сторон. А я победно улыбнулась. Я не нищая, я — продуманная!
Успокоив себя таким образом, я решительно встала со скамьи, забрала сумку и, помахав на прощание гостеприимным цветам, поспешила в раздевалку. Нужно ещё успеть переодеться и морально подготовиться к новой порции насмешек, ведь следующая пара — физическая подготовка...
Глава 5 Ловите меня все!
Буквально через десять минут наша девичья группа, с небольшими вкраплениями парней ровным строем стояла перед магистром Тетрони. Вампир расхаживал перед нами взад-вперёд заложив руки за спину, отчего его идеальная осанка выглядела солидно и слегка монументально.
— Значит, так, — рассуждал он, бросая на нас оценивающие взгляды, будто за три с половиной предыдущих года ещё не успел узнать как облупленных, — парни бегут четыре полных круга, девушки — три... Хм... — магистр бросил на меня оценивающий взгляд, — человеческое недоразумение — один. И не убейся, Коргут.
Вокруг противно захихикали, а магистр продолжал:
— Сегодня за вами хочет понаблюдать ваш новый куратор, чтобы оценить физические возможности каждого, так что не позорьте родную академию... И меня заодно, — добавил он куда тише, буквально себе под нос.
Я не удержалась от мимолётной улыбки, которая мгновенно привлекла внимание сидящего в тени раскидистого клёна Данорана. Чёрные, пронзительные глаза уставились в самую душу, прямо до желудка, и у меня от этого взгляда мороз по коже прошёл. Ему бы за осуждёнными на рудниках приглядывать, а не за молодыми жизнерадостными адептами.
Однокурсники резво стартовали, и мне тоже ничего не оставалось, как только поплестись следом. И кто придумал изнурять тело будущих зельеваров так, будто им в первых рядах с боевиками в сражении стоять?!
Я — будущий учёный! Вот зачем мне бегать, прыгать через ямы, карабкаться на стену, затем, как дикая обезьяна, с этой огромной стены прыгать на канат, словно на лиану в тропических джунглях?! Зачем?! Если я собираюсь всю свою оставшуюся жизнь провести в милой и уютной лаборатории, окружённой книгами, склянками и зельями?
Подавляя рвущееся наружу раздражение, которое каждый раз неизменно сопровождало меня на подобных зверствах, ой, то есть уроках, я медленно добежала до первого препятствия. Мысленно сжалась при виде глубоких, изрытых ям, на дне которых поблёскивали колючие шипы сухого кустарника, уложенных там не иначе, как для устрашения нерадивых студентов.
Все мои однокурсники уже давно убежали вперёд, даже не задержавшись перед таким незначительным препятствием. Конечно, что такое трещина в два-три метра для чистокровной вампирши? Так, незначительное препятствие! Я же, уже хорошо знакомая с каждой кочкой на полигоне, вздохнула и полезла сквозь накинутые тут и там прутья и огромные ветки, выискивая место, с которого смогла бы прыгнуть.
Быстро нашла знакомый уступ, сокращающий трещину практически до метра, с которого я раз за разом перепрыгивала эту троллью яму! Удобно пристроила ногу, прыгнула, а когда дыра всё же была преодолена, облегченно выдохнула и побежала дальше.
Мимо пронеслись три однокурсника, которые уже завершали пробежку, подняв при этом тучу пыли. Магистр совсем не ошибся, когда потребовал от меня пробежать только один круг, а не три, как другие девушки. Кому, как не ему, знать, что, дай Всевышний, я добегу лишь тогда, когда другие уже закончат с разминкой и основной частью урока. Мы же это не раз проходили.
К счастью, преподавателю Тетрони хотя бы не пришлось, как в первые года, следить за каждым моим шагом и страховать, опасаясь, что я где-нибудь сверну себе шею. Я, за время обучения, уже выучила здесь каждый куст и научилась медленно, но вполне успешно обходить любое препятствие, так что в своём темпе поплелась дальше.
Обошла по кругу большое грязевое озеро, не рискуя в него лезть, перепрыгивая с одного шаткого бревна на другое. Проползла под высокими качающимися ступенями, которые, по-хорошему, надо пробегать с такой скоростью, чтобы не успеть потревожить стаю мелких, но кусачих летучих спиков; потом добралась до высокой стены и, сетуя на то, что её обходить, как предыдущие препятствия, мне категорически запрещалось, со вздохом полезла наверх.
Мои однокурсники уже дважды пробегали мимо меня, каждый раз практически снося порывами ветра, и сейчас я беспокоилась из-за того, что третье наше столкновение должно произойти именно на стене, а ведь я делала всё, чтобы оно случилось чуть раньше или чуть позже. Но в этот раз я задержалась, несколько раз чуть не упав от того, что чувствовала постоянный взгляд в спину. Наш новый куратор, правильно расценив меня как самое слабое звено, практически непрерывно сверлил мне место между лопатками, так что я то и дело спотыкалась, потеряв в итоге драгоценное время.
Но деваться некуда, так что я упрямо лезла вверх по стене, краем глаза наблюдая за тем, как оборотень лениво встал с насиженного под деревом места и, прогуливаясь, медленно двинулся по полигону как раз в ту сторону, где я, буквально цепляясь за жизнь, лезла всё выше и выше.
Пот градом тёк у меня по лбу, заливаясь в глаза и мешая обзору, ткань рубашки намертво прилипла к спине, а штаны печально волочились следом, разбрызгивая во все стороны комья грязи. Но мне было уже абсолютно всё равно, как я выгляжу. Лишь бы это издевательство поскорее закончилось.
Наконец, перекинув ногу через стену, я с ужасом уставилась на тоненький канат, который чуть подрагивал на ветру и находился где-то на расстоянии полутора метров от стены, а значит, и от меня.
Позади уже слышался топот множества ног — мои однокурсники вот-вот закончат с грязевыми ваннами и летающими ступенями, а значит всей своей мощью кинутся на хлипкую, шатающуюся стену.
Я должна прыгнуть и сделать это как можно скорее.
— Давай же, Лия! — уговаривала сама себя, пытаясь силой мысли отцепить закостеневшие пальцы от спасительной перекладины. — Ты же каждый раз это делаешь, ничего страшного. В крайнем случае, тут стоит защитное заклинание и кости ты не переломаешь, отделаешься парочкой ушибов. Мы это уже проходили. Много раз. Давай же!
С усилием оторвав одну руку, я сгруппировалась, и... В этот момент стена с противным скрежетом пошатнулась, и по ней буквально взлетел наверх Громила Бром, а за ним добрая половина курса. Я еле успела опять вцепиться в перекладину, иначе бы свалилась с неё, словно щепка.
— В сторону, человечка, — прорычал медведь и, с силой оттолкнувшись, так что вся деревянная конструкция заходила ходуном, и я вместе с ней, прыгнул на канат.
За ним один за другим последовали вампиры, оборотни, эльфы и даже пара дриад.
Последней, не совершая ни одного лишнего движения, недалеко от меня приземлилась Верена и, кинув на меня снисходительно-презрительный взгляд, грациозно перелетела на канат. Правда, перед этим, словно невзначай, зацепилась носком изящной балетки за мою ногу. А так как силы у вампирши было хоть отбавляй, я, словно пушинка, скатилась со стены, в последний миг успев зацепиться за деревянный выступ и повиснуть на нём, словно мешок с картошкой.
— Ой, я случайно, — подавив смешок, пропела первая красавица и упорхнула вслед за всеми.
Я же, судорожно хватаясь за перекладину, с ужасом понимала, что мокрые от пота руки вот-вот разожмутся, и я кулем полечу вниз.
Примерно через три, две... Руки разжались даже чуть раньше, чем я думала, и я, жалобно вскрикнув, понеслась к земле, понимая, что никакое защитное заклинание не поможет мне избежать лекарского отделения для травмированных и прочих пострадавших.
Правда, падение оказалось недолгим и даже не болезненным. Моё испуганное тельце прямо в полете подхватили две сильные руки и моментально прижали к горячей груди. Я пару раз коротко вздохнула, проверяя, не попала ли сразу в мир иной, а потом осторожно приоткрыла один глаз.
В зону видимости попалась золотая пуговица на тёмной ткани сюртука.
Не доверяя одному глазу, открыла второй и убедилась в том, что пуговица мне не привиделась. Запрокинув голову, я встретилась взглядом с обладателем такой дорогой фурнитуры.
— Не ушиблась? — встревоженно вглядываясь в моё лицо, поинтересовался неизвестно откуда здесь взявшийся Совершенство. От его глубокого бархатного голоса у меня по всей спине пробежали мурашки, а волоски на руках дружно встали дыбом.
— Д-дааа, — протянула я, завороженно уставившись на своего спасителя. Потом спохватилась: — Ой, то есть, нет! Совершенно нет!
— Точно? — с улыбкой уточнил он.
Я усиленно закивала головой, потом, подумав, помотала ею из стороны в сторону и, вконец смутившись, пристыженно замолчала.
Мракадан удовлетворённо кивнул, но почему-то не спешил отпускать меня на землю. А я, в свою очередь, не спешила слезать с его заботливых и таких идеальных рук.
Где-то сбоку от нас коротко вскрикнули.
Рефлекторно повернув голову в направлении звука, я удивлённо уставилась на грязное нечто, что раньше считалось первой красавицей курса.
Верена растерянно подняла абсолютно чёрную голову от земли. По лицу с волос, которые сейчас больше напоминали старую тряпку, стекала противная жижа и капала обратно в грязевое болото, аккурат под тренировочными брёвнами.
— Зачем? Зачем ты это сделал? — растерянно спросила она, обращаясь к кому-то сбоку.
И только сейчас я увидела стоящего на краю болотца и равнодушно наблюдающего за страданиями вампирши нашего нового куратора.
В ответ на её вопрос, он безразлично пожал плечами.
— Ой, я случайно.
Затем развернулся и направился прямиком к нам с Совершенством.
Я недоуменно нахмурилась. Что-то фраза подозрительно напоминала ту, что сказала мне сама Верена, буквально пару минут до этого.
Совершенство всё так же не отпуская меня с рук весело хмыкнул. И я позабыв обо всём, уставилась на него. Какой же он ослепительный! Лучи полуденного солнца запутались в блестящих волосах, отбрасывая в мою сторону солнечных зайчиков, а нежнейшая кожа на идеальном лице могла заставить любую столичную аристократку удавиться от зависти. Интересно, он как-то ухаживает за лицом?
— Даноран, похоже, опять решает проблемы в своем стиле... Не слишком-то галантно получилось! — весело крикнул оборотень в сторону своего сородича. На что тот опять бесчувственно пожал широкими плечами и, не доходя до нас несколько метров, вернулся на свой пост под деревом.
Я удивлённо вскинула брови. Он специально её столкнул, чтобы проучить? Столкнул благородную вампиршу из-за какой-то человечки? Странно.
Я ещё раз взглянула туда, откуда преданная свита Верены вытаскивала свою предводительницу из грязи и с помощью бытовой магии пыталась придать той прежний благородный вид.
Красавица вскинула голову и с ненавистью уставилась на меня. Я даже поёжилась под этим убийственным взглядом. Нет, такая не поймёт подобных намеков и методов воспитания. Дохлое занятие. Для неё в случившемся виновата явно не она и, на удивление, не чернявый куратор, потому что на него она смотрела максимум с лёгкой растерянностью, а вовсе не со злостью. Так что во всём виновата противная и ничтожная человечка. То есть, я.
Тем временем наследник клана Чёрных волков бережно поставил меня на ноги.
— Похоже, я очень вовремя решил навестить своего кузена, чтобы проверить, как у него дела, — он скосил глаза на меня и хитро добавил: — Если ко мне прямо в руки каждый раз будет падать такая красота, то я готов хоть каждый день его навещать!
От такого слабо завуалированного комплимента, причём первого в моей жизни, я громогласно то ли икнула, то ли хрюкнула, а потом свободной рукой сняла с лица прилипшие из-за пота волосы. Вторая рука так и осталась прижатой к боку Совершенства, и мне это очень и очень нравилось.
Хотела что-нибудь сказать, но умного ничего в голову не шло, так что просто промолчала.
А Мракадан тем временем развернулся и, напоследок мне улыбнувшись, собирался уже направиться в сторону дерева, где безмятежно откинув голову на ствол и прикрыв глаза, сидел чернявый, как его буквально снесла с ног спрыгнувшая со стены Крина.
Она, абсолютно наплевав на слова магистра Тетрони, что девушкам нужно бежать всего три круга, бежала все четыре вместе с парнями. И бежала всегда одной из первых. Оборотень заметно пошатнулся, но устоял, а драконница, кинув быстрый взгляд на меня и вернув его к Мракадану, раздражённо прошипела: